Рапунцель: Тайна Стальных гор

Вэриан сидел в подвале своего дома за очередным изобретением, которое помогло бы улучшить жизнь жителей Короны, прошло уже много лет, а он всё ещё считал себя виновным перед этим народом и как следует пытался избавиться от этого чувства через работу. Какое его изобретение, каждая идея - всё это было направлено только на счастливое будущее. Никаких злых роботов, никаких сывороток правда и никакого оружия. Корона уже давно ни с кем не воевала, ни от кого не защищалась, а потому потребности в полноценном военном оборудовании и не было, что даже радовало. Ему и без того хватало всяких взрывоопасных штук, в прочем, дома он старался не держать такого. Всё его основное оборудование давно хранилось в лаборатории во дворце. Раньше он намного больше работал из дома, что, как потом выяснилось, плохо сказывалось на его образе жизни, да и в целом дом существует для отдыха. Поэтому Рапунцель организовала ему полноценную большую лабораторию, даже наняла туда помощников, но появилась новая проблема - долгие поездки из Старой Короны в город. Так что вскоре ему пришлось покинуть родные стены и обосноваться поближе к замку, в двухэтажном узком доме, зато на достаточно тихой улице и с небольшим личным двориком сзади, что, в силу определённых обстоятельств, было для него одними из самых важный требований к новому жилищу. Правда, как уже можно понять, ничто не остановило его от соблазна превратить подвал этого дома в свою небольшую лабораторию, где он мог мастерить что-то несложное и не очень опасное. Прошло уже так много лет, его уже давно нельзя было назвать юнцом, но на лицо он оставался может и не тем же, но всё же мальчишкой-подростком, который горел наукой, и этот огонь не потухал до сих пор. Возможно, дело в химикатах, с которыми он работал, а может не верящий в магию алхимик всё же решил прибегнуть к чему-то подобному, дабы сохранить свою молодость. А может ему просто сказочно везёт? - Что делаешь? Тонкий голосок раздался позади него. Он обернулся, там стояла девочка, почти как две капли воды похожая на него: у неё были такие же круглые светлые глаза, такие же тёмные, правда чуть закрученные, волосы и такой же носик. Она пыталась подсмотреть, что же он такое интересное мастерит. Вообще, она уже давно проявляла интерес к его труду, что он считал ещё более милым, чем её детское личико и, конечно же, он с удовольствием рассказывал о своих новых проектах, стараясь поддерживать интерес ребёнка к возможно их будущему семейному делу. Это была его тайная мечта, он часто представлял, как она вырастет и они вместе будут изобретать ещё более невообразимые вещи, чем он делает сейчас. Но даже, если бы она вдруг решила, что хочет быть балериной или гвардейцем, то он бы всё равно принял такое решение дочери. - Так, мне кажется или ты уже давно должна спать? Вэри, не хорошо это. Он состроил серьёзную гримасу, чтобы хоть как-то проявить свою отцовскую строгость. Нет, конечно он не позволял ей делать всего на свете, но в своём воспитании старался придерживаться каких-то более лояльных методов. Хотя, если бы сейчас это всё увидел Квирин, продолжавший жить в деревне, то точно рассказал бы сыну новую лекцию о том, как важно воспитывать в ребёнке дисциплину, в том числе и через чёткий режим сна. Может он и был в чём-то согласен с отцом, но думал, что от лишних пятнадцати минут бодрствования с дочери не убудет. Так что он быстро сдался, аккуратно взял девочку и посадил к себе на колени. - Я не устала. Так чем ты занимаешься, пап? Как ни крути, Вэр не мог злиться на свою дочь, да и сам он в детстве ненавидел рано ложиться спать. Он вспомнил, как когда-то и его так гнали в кровать, несмотря на все его попытки доказать, что ему и так хорошо, так что сам понимал, что странно требовать то же самое от своего ребёнка, даже если так надо для режима. Поэтому он улыбнулся Вэри и начал рассказывать о своём новом изобретении: - Я назвал это Мини-петух, он нужен для охраны домов и магазинов от воров. Когда вор проникает в помещение, он не готов к тому, что если он пересечёт эту тонкую, почти незаметную, верёвку, которую заранее там оставляет хозяин, перед тем как закрыть магазин или уйти спать, то сработает цепь определённых действий, в итоге сначала недоброжелателя закидает специальным липким раствором, а потом включится колокольчик, который будет очень громко бить и будить всех в округе, на этот шум сработают гвардейцы, и вуаля - преступник пойман. Я ещё думал сделать так, чтобы эта штука запускала в воздух огненные снаряды, чтобы уж точно привлечь внимание всех, но потом всё-таки был вынужден согласиться с Рапунцель, что это не очень безопасно, поэтому звона на весь город вполне хватит. Как тебе? Девочка с восторгом смотрела на отца и каким же счастьем это было для самого Вэриана. Он безмерно любил свою дочь, она была его ценнейшим сокровищем, тем, что он был готов защищать ценой своей собственной жизни. Даже его изобретение было придумано благодаря его желанию обезопасить её от потенциальной опасности в лице воров или разбойников, а заодно и помочь королевству с постоянной проблемой. Всё же, семья для него остаётся самым важным и он всегда был и будет готов пойти на что угодно для её защиты. При создании каждого нового изобретения он всегда думал, как это может обезопасить или упростить жизнь его родных. На безопасность у него вообще был отдельный пунктик. А как об этом не думать, когда ты сам успел побывать угрозой, а потом ещё помогал справиться с двумя другими угрозами? Он, как никто другой, знал, что любой человек в одну секунду может из добряка превратиться в самый настоящий кошмар. И ведь так может быть с каждым. Как уберечь от всех сразу? Ответа на этот вопрос он не знал, как-то в его планы не входило разыгрывать из себя матушку Готель и запирать в башне всё, что ему дорого. А потому он много работал и надеялся на то, что чудное правление Рапунцель превратило большую часть жителей в исключительных добряков. - А когда я вырасту, я тоже буду изобретать разные вещи? Вэриан пожал плечами, конечно ему бы этого хотелось, но он считал, что такие решения она должна принимать сама. Но в тайне он не так давно стал записывать все свои формулы и чертежи в специальный дневник. После истории со свитком он понял, что хранить такое на бумаге совсем небезопасно. Потому хранил всё исключительно в своей памяти, либо же зашифровывал всё, что ему надо было оставлять в архиве лаборатории. К сожалению, бюрократию не могла уничтожить даже Рапунцель, а потому бумажек у него было больше, чем у кого-либо. В дневнике же все его знания были открытыми, без шифров, загадок и путаницы. Его он вёл максимально чётко и структурировано. Так что если однажды Вэри ему скажет, что хочет научиться алхимии, он сможет сразу дать ей прекрасное пособие собственного сочинения, по которому она может освоить всё: от азов, до продвинутой алхимии и инженерии. - Я не знаю, но если ты захочешь, то ты всегда знаешь к кому обратиться за советом. Я всему тебя научу. Вэри подтянулась и обняла отца, обхватывая его своими маленькими ручками за шею. - Я люблю тебя, пап. Она очень часто говорила это, но каждый новый раз его сердце замирало, будто даже его биение может случайно спугнуть момент. Возможно, в это сложно поверить, но до этого ему не то, чтобы очень часто говорили о том, что его любят. - И я тебя, звёздочка. Он обнял её и встал со стула, теперь девочка сидела у него на руках, она по прежнему держались за его шею, а ноги болтались из-за чего иногда Вэриану доставалось, но случалось это крайне редко. - Уже поздно, тебе надо спать. Вэр резко встрепенулась, её надутые губы и хмурое лицо говорили сами за себя о том, как сильно она возмущена данным фактом, но в целом такое вызывало лишь улыбку, которую Вэриан старался скрыть, так как хотел, чтобы его дочь знала, что он воспринимает её всерьёз. - Я понимаю, Вэр, но есть слово «надо». Зато завтра утром мы можем сходить к Атилле и купить его кексов с боровикой на завтрак. Слопаем их много-много, и дедушке не расскажем. Будет нашей маленькой тайной. Согласна? Возмущенное лицо девочки моментально сменилось на радостное, и она активно закивала головой. - Хочу, хочу, хочу. - Тогда тебе скорее стоит лечь спать, и тогда утро придёт быстрее. А там кто знает, может я потом возьму тебя с собой в замок? - Ура! Я люблю замок. - Вот видишь сколько аргументов в пользу сна у тебя уже набралось. Обещаю, завтра утром всё так и будет, а пока спи. звёздочка. Договорившись с дочерью, Вэриан крепче прижал её к себе и начал тихо напевать ей колыбельную, которую когда-то пела ему его мама. И уже много лет это было самым лучшим средством, чтобы уложить ребёнка спать. Алхимик поднялся на первый этаж дома, где были кухня и уютная гостиная, в углу которой лежала плетёная корзинка с игрушками Вэри и её кукольный домик, который специально для неё смастерил он сам, а все куклы в нём были подарками доброй тёти Рапунцель. У неё самой сын, который не то чтобы любил играть с куклами, а потому Рапс вовсю компенсировала своё желание делать их и играть ими с кем-то на дочке Вэриана. А он был и не против. Вэри любила играть с Рапунцель, им было весело вместе, да и так девочка могла хоть как-то запомнить свою потребность во втором родителе в лице мамы, которую она никогда не видела. За это Вэриан тоже чувствовал вину, при том сразу перед обеими. Пройдя по лестнице на второй этаж, он попал в маленький коридор, где напротив друг друга находились их спальни, а ещё ванная и ещё одна спальня на случай гостей с ночёвкой. В общем, хоть внешне дом и казался небольшим, на деле он оказался очень вместительным, даже слишком, потому что там ещё был чердак, из которого Вэриан мечтал сделать домашнюю обсерваторию, но руки всё не доходили. Одна из дверей была расписана Рапунцель, и именно в эту дверь он и зашёл. Внутри всё также, как и дверь, было расписано этой чудной художницей, особой её гордостью была фреска на потолке, где она изобразила звёздное небо, правда звёзды там складывались не в настоящие созвездия, а в рисунки герба Короны, фонариков, ну и портретов всех друзей Вэриана, чтобы его дочь всегда знала своих родных. В какой-то степени сам хозяин дома считал эту фреску излишеством, но решил, что лучше пусть Вэри сама решит, что с ней делать, когда вырастет. Вэр зажёг ночник, который, опять же, сам сделал для дочери, когда та, в силу возраста и бурного детского воображения, начала бояться темноты. Он уложил её спать заканчивая свою колыбельную.

***

Тем временем не так далеко, в королевском замке, другой ребёнок тоже перебарывал своё нежелание спать. Это был принц Короны - Оливер, сын Рапунцель и Юджина, который не хотел спать, а хотел всю ночь играть со своими любимыми лошадками, которых звали Ронни и Карл, и к слову, речь идёт о настоящих лошадях. Игрушек у него тоже было полно, многие сделал Вэриан, такие игрушки были лучше всего, ведь они мало того, что были красивыми, так ещё и двигались. Но ничто не могло заменить ему настоящих жеребят, подаренных родителями на его семилетие. - Олли, лошадки сейчас спят, они утомились и набираются сил перед завтрашним днём, когда ты снова сможешь с ними играть. Каре Рапс уже прилично отросло, так что она снова смогла заплетать свои волосы, чтобы не сильно мешали. На неё смотрел мальчик, которого нельзя было назвать её копией или копией Юджина, у него были черты обоих родителей, глаза были больше похожи на папины, а вот нос мамин, а волосы вообще напоминали скорее Фредерика, отца Рапунцель. В общем, внешне мальчуган унаследовал черты всей своей родни. А вот с характером у него были печали, ему с детства разрешали очень много, конечно, были моменты, где, в основном его отец, говорил ему «нет», но тогда его мать говорила ему «да», ведь она просто не могла отказывать ему уж совсем во всём. Хотя, были моменты, где и она могла включить строгую маму, но в основном Оливеру разрешали всё и может даже чуть больше. Конечно же он стал избалованным, но при этом он был достаточно добрым и даже щедрым, особенно с Вэр, которая была для него самым лучшим другом. Конечно, они ровесники и всю свою жизнь росли бок о бок. - А когда они отдохнут? Тут к Рапунцель пришёл её верный муж, который всегда помогал ей в подобных ситуациях своим мастерством рассказывать истории. Юджин умел быть строгим с сыном, но, не без помощи Рапунцель, всегда мог понять, когда это нужно, а когда можно обойтись завлекающей историей или игрой. - Знаешь, приятель, я не хотел тебе говорить раньше времени, но когда человек обретает любимое животное, то их души связываются, потому, когда ты спишь и набираешься сил, то они тоже это делают, но если ты не выспишься, то весь день будешь вялым, как сонная муха, и они будут вялыми, как сонные мухи. Ты ведь не хочешь этого? Мальчик замотал головой, быстро лёг на кровать и зажмурил глаза. - Тогда, я готов. Юджин и Рапс тихо засмеялись, чем вызывали недоумение сына, который не видел в этой ситуации чего-либо смешного. Тут вообще-то серьёзные вещи происходят, а они здесь смеются. Не порядок. - Прости, просто не стоит так сильно напрягаться, расслабься и думай о чём-то хорошем. Оливер задумался, в его жизни было слишком много вещей, которые он считал хорошими и приятными для него: игры, его жеребята, игрушки, потом ещё другие игры, родители, всякие праздники, подарки. Да, из такого списка сложно выбрать что-то одно, поэтому он решил объединить сразу несколько идей. - Например, о том как завтра я буду играть вместе с Вэр, Ронни и Карлом? Юджин мягко улыбнулся сыну и потрепал его по голове. - Например, об этом. Спокойной ночи. Мальчик сильнее закутался и начал отвечать уже завёрнутый в тёплый кокон из мягкого и воздушного одеяла, в котором он чувствовал себя в безопасности от страшных монстров, которые вылезают из под кровати и из старых шкафов. - Спокойной ночи. Оба родителя мягко поцеловали своего сына в лоб. Олли начал зевать и вскоре сегодняшняя финальная миссия Рапс и Юджина успешно завершилась и они могут отдохнуть. Всё-таки теперь они были полноценными Королевой и Королём, у которых было очень много своих обязанностей и забот, в который они всегда старались найти место для любимого сына. Скажем так, сделать это было непросто. Тот же Юджин совмещал обязанности короля и капитана гвардии Короны, а вот Рапунцель, как королева по крови, почти не вылезала из документов, совета, аудиенций и всего подобного. Но чему тут жаловаться? Она любила свой народ и своё королевство, а потому всегда говорила о том, что стремясь к светлому будущему Короны, она делает лучше всем, в том числе и юному принцу, которому достанется большая, развитая, мирная и стабильная страна, в которой всё хорошо. Да, она определённо хотела чтобы сыну не приходилось сталкиваться с теми же трудностями, что и ей. Уж поверьте, под трудностями она имела ввиду совсем не яростных алхимиков, бывших подруг и кровожадных колдунов, а, в первую очередь, выборы, с которыми каждый день сталкивается правитель. Сделать правильный выбор крайней сложно, уж она об этом много знала, а потому всегда брала его на приёмы, чтобы малыш уже с пелёнок видел, как надо общаться с народом, как надо его выслушивать. Кто-то мог бы сказать, что мальчик ещё слишком мал и ничего не понимает, но Рапунцель была в корне не согласна с таким мнением, а потому делала то, что считала нужным, чтобы оставить после себя достойное наследие. Больше всего им с Юджином хотелось вырастить достойного короля, которого народ будет любить также, как и его мать. Вышло ли это у них? Об этом мы узнаем потом, когда он вырастет. Сейчас же это просто мальчик, который так усердно думал о завтрашнем дне, что не заметил, как уснул.

***

Утро Вэриана началось с боли в спине, после того, как он уложил дочь спать, он снова вернулся к своей работе и не заметил как уснул за столом, о чём моментально пожалел во время пробуждения. Зато он не проспал весь день и даже успел сделать завтрак к тому моменту, как проснётся Вэри, так что свои плюсы в этом были. - Опять каша? Хочу блинчики. - Во-первых, каша очень полезная, во-вторых, я конечно могу сделать блинчики, но это займёт много времени и тогда мы не успеем к Атилле, а значит никаких пирожных с боровикой. Выбирай. Вэри молча принялась за кашу. На самом деле приготовить блинчики было не таким уж и долгим занятием, просто каша действительно была в разы полезнее, хоть и очень сложно заставить ребёнка её есть. Справившись с завтраком, они оделись и вышли из дома за обещанными пирожными. Вэриан всегда держал дочь за руку или вовсе сажал к себе на плечи, просто чтобы она никуда не убегала. По городу до сих пор то и дело можно было натолкнуться на бежавшего преступника и гнавшихся за ним гвардейцев, не самое безопасное место, чтобы отпускать ребёнка слишком далеко от себя. Благополучно добравшись до Атиллы, они купили то, что им требовалось и уже собирались домой, как Вэриан вдруг вспомнил, что ему надо кое-что уточнить у Рапунцель по одному проекту. Вэри была только счастлива прийти в замок, ведь это значило, что она может поиграть с Оливером, пока взрослые занимались своими скучными взрослыми делами. Так и сейчас Вэриан оставил дочь в комнате Оливера под присмотром няньки Ланса, а сам отправился решать свои вопросы с Рапунцель и Юджином. - Нет новых исследований по вопросу Стальных гор? Эти горы давно были головной болью для королевства. Неприступные, далёкие и жутко проблемные. На этот раз люди из близлежащих к ним городов сообщали о странной тряске и трещинах в земле, которые росли с каждым днём. - Как раз хотел об этом поговорить. Боюсь, что находясь в Короне, я не смогу дать чётких прогнозов по тому, как быть с ними дальше. Кто-то должен туда поехать. И у меня нет других кандидатов кроме себя и пары человек из моей команды. - Вэриан, но ведь там опасно, а у тебя семья. Мы не можем пойти на такое. - Моя семья будет в надёжных руках, чего я не могу гарантировать, если не поеду туда, Рапунцель. Рано или поздно эта проблема дойдёт и сюда. Вот тогда все будут в опасности. У нас просто нет другого выбора. Это была уже далеко не первая такая поездка Вэриана и из каждой он успешно возвращался домой, но Рапунцель всё равно было крайне тяжело дать ему разрешение на это задание. Если бы она могла, то отправилась бы с ним, но обязанности королевы не давали ей такой возможности, сидеть сложа руки тоже было не вариантом. - Хорошо. Но ты будешь каждый день присылать мне отчёты о том, как продвигается расследование. Хоть раз не пришлёшь, я тут же направляю спасательную экспедицию и возвращаю тебя в Корону. - Слушаюсь, Ваше Величество. Он поклонился королеве и на этом вопрос с поездкой был решён окончательно.