Исцеление

Открываю глаза потерявшись во времени, чувствую, что восстановила силы. Итачи ещё спит. Ужасно хочется пить. Три стакана воды будят меня окончательно. Умываюсь и подмечаю небольшой камешек в углу коморки. Беру его в руки и разглядываю. Интересная форма. И в голову сама собой приходит идея. Я поджигаю на блюдце бумагу, зажимаю камень в руке и сую в огонь. Камень мгновенно оживает в моей руке, а когда успокаивается, разжав ладонь, вижу чёрную ворону. Что ж, вполне в духе Итачи. - Что делаешь? – слышу низкий мужской голос, Итачи проснулся и смотрит на меня - Тотем. - Для кого? - Для тебя. - Не ожидал, что стану важным для тебя человеком. - Я хорошо к тебе расположена и волнуюсь за твою судьбу. - приятно слышать. Сняв веревочку с шеи и продев её в тотем, аккуратно вешаю его на шею Итачи. - Однажды он послужит тебе хорошую службу. - Спасибо Он пронзительно смотрит мне в глаза. - Подремли ещё немного, я пока тебя полечу. Тебе уже немного лучше и это заметно. - Благодаря тебе. Я лечу его лёгкие. Осознаю, как сильно тоскую о Какаши. Как он там? Наверное, пришёл в дикую ярость, узнав что меня похитили. Может он уже направляется ко мне? Я ещё не обнаружена мистером «Заберу-твой-глас» и хоть это меня радует. Итачи засыпает, а я стараюсь делать лечебный процесс как можно более эффективным. Начав готовить отвар, подмечаю, что мне не хватает листа подорожника. Что если я выйду отсюда? Сорву подорожник и вернусь… а если у меня будет возможность сбежать? Кисаме, сукин сын, куда-то пропал. Могу ли я бросить Итачи в таком состоянии? Так он точно рискует не вернуться в Коноху. Что же делать? Хотя чего это я, я ведь даже не знаю, смогу ли выйти. Дергаю за ручку, и как ни странно, дверь оказывается не заперта. - Ты уходишь? – слышен сонный голос Итачи. - За листом подорожника. - Не уходи, ты подвергаешь себя большой опасности! - Всё будет нормально, я скоро вернусь. И выхожу, не дожидаясь его возражений. Иду по тому же длинному коридору, по которому полутора суток назад вел меня Кисаме. Запасы моей чакры сильно истощены,  чувствую, как меня мутит. Немного пошатываясь иду держась за стены этого провонявшего сыростью коридора. Наконец я выхожу в сумрачный зал, который наполняет собой отвратительная каменная рожа, вытянувшая вперед свои каменные руки. Мерзость. Здесь воняет ещё хуже. - Ну и жуть… - с отвращением шепчу я - Абсолютно с вами согласен! – отвечает мне незнакомый мужской голос, прорезая тьму. Я оглядываюсь, но никого не вижу, хотя если говорить на чистоту, вряд ли в этом месте меня могут поджидать полезные знакомства. - Выходи! – кидаю с вызовом, и чувствую, что настолько слаба, эта вонь давит и мне не хватает воздуха - Я слышал, что у нас гостья, но чтоб мне таааак повезло! – он смеётся, выходя из-за уродливой статуи. Высокий, укутанный в универсальную мантию Акацуки, а на всю рожу оранжевая маска круглой формы, закрученная спиралью, с прорезью для одного глаза. - Кто ты? – хотя что я спрашиваю, мне и так понятно, что это тот самый Тоби и я по уши влипла. - Вообще-то это не я, а ты сейчас в моём логове, не прилично задавать такие вопросы хозяину. - Ты Тоби? - Он самый. Так же я известен как Мадара Учиха. - По моим сведениям, Мадара Учиха умер много лет назад, а от тебя не пахнет смертью, следовательно, в загробном мире ты не был, а просто трусливо используешь имя этого человека. - А ты и впрямь умна! Не зря Какаши Хатаке выбрал тебя своей возлюбленной.  А ещё и шаман! Не девушка, а мечта! Слушай, у меня есть к тебе предложение! – говорит хитрецким голосом, а у меня все сильнее кружится голова от усталости. - Засунь своё предложение себе в задницу! - Ох, как грубо! А я хотел предложить тебе стать моей женой, обвенчаться под статуей Геддо, и чтоб ты, в качестве подарка отдала мне свой шаманский глас. Видишь ли, я могу взять его у тебя, только если ты станешь моей женой сказав это прямо, мол уважаемый Тоби, я согласна стать твоей женой и всё такое, и тогда, ты удостоилась бы великой чести, отдать свой голос во имя спасения мира! - тебе не мой глас подарить надо, а губозакаточную машинку, спаситель вонючий - Не хочу тратить время на уговоры строптивой девчонки, но к сожалению, пока мы не обручены, я не смогу изъять глас. - ещё раз говорю, губу закатай! - ну что ж, раз добровольно ты не хочешь, придётся взять силой. Не беспокойся, детка, я сделаю всё по высшему разряду! Чёрт! Не смотри на его глаз,Кунави! Складываю печать, в моей руке мерцает слабый огонёк чидори. Чакры сильно мало, всю перелила Итачи. На один удар. Только на один удар… Нельзя промахнуться! Нельзя смотреть в глаз! Я соскребаю остатки сил от пола и разбежавшись, целюсь точно ему в грудь. Ещё чуть-чуть, и я достану его! Заношу руку иииии…… прохожу-сквозь-него Твою мать. Он резко хватает меня за запястье, дергает на себя, смотрит мне в глаза И всё вокруг тает, топя меня в густом гендзюцу. ******** Сутки назад   - Кунави, детка, я дома! – Какаши возвращается с огромным букетом громко хлопая дверью. – почему у тебя утром горит свет, милая? – он осматривает комнату, но не видит девушку. – Кунави, ты в ванной? Он аккуратно заглядывает туда, но и там её нет. - что за черт? Какаши кидает взгляд на стол и видит гребень с блестящими красными камешками, украшающими лотос. Его одолевает плохое предчувствие, он сводит скулы и обращает внимание на пол, где валяется сорванный с шеи любимой тотем. - Твою мать! Какаши округляет глаза, хватает тотем и летит к главным воротам. - Изума, Кунави-сан покидала деревню? - Не знаю, не в мою смену точно. - Да, она уходила вчера глубоко вечером. – Котетцу подходит и встает напротив Какаши. Копирующий, заподозрив ужасное, впадает в ярость и хватает Котетцу за грудки - Куда, мать твою, она пошла!? – он яростно заглядывает сторожу в глаза, выпуская искры. - Не знаю, Какаши-сан, она сказала что ей нужно поговорить с драконами, а в Конохе их вызывать негде. – парень растерянно и немного виновато моргает, глядя на свирепого Какаши. - она была одна? Ты ничего странного не заметил? – еще больше закипая рычит копирующий, и Котетцу начинает жалеть, что вообще когда-то появился на свет. -Одна… - заикаясь отвечает он, - но она была одета в длинную черную мантию в пол, с капюшоном. - и ты её не остановил? - Какаши-сенсей, что случилось? – к ним подходит Шикамару, явно удивленный происходящим - Кунави пропала! – он смотрит на Шикамару диким взглядом, в котором в безмерных пропорциях смешались гнев, ярость, злость и страх. Его одолевает ненависть к сложившимся обстоятельствам, и ужасный страх за то, что он снова теряет любимую девушку. Сейчас Кунави может быть в большой опасности, и если он потеряет её, его жизнь закончится. Моментально оборвется. - Как пропала? И Хината тоже! – с недоверием восклицает Шикамару. - что? И Хината? - Какаши-сенсей, Какаши-сенсей! – навзрыд кричит приближающийся к ним силуэт. В нем они узнают совсем ослабевшую Хинату, которая вот-вот рухнет на землю, потеряв оставшиеся силы. Какаши и Шикамару вмиг оказываются рядом, когда она уже начинает падать, запнувшись казалось бы на ровном месте. - Какаши-сенсей, они забрали её! Они забрали Кунави! – Хината судорожно начинает рыдать, закрывая лицо грязными ладонями  – они забрали её в обмен на меня! - КТО?! – орет Какаши предполагая самое худшее -Акацуки…. - СУКА! – копирующий со всей дури бьет кулаком в дерево и оно моментально грохается на землю. – мы доставим тебя в госпиталь и ты расскажешь как всё было. Я немедленно отправляюсь за ней. - Я с вами. – уверенно говорит Шикамару, и пепельноволосый ниндзя кивает ему. Когда Хинату расположили в госпитале, её быстро окружили все, кто только мог. Цунаде, отец, Неджи, Наруто, Сакура, Шикамару, Шино, Киба и все прочие. Сакура дала ей чай на травах по рецепту Кунави, и девушка начала рассказ. - Я возвращалась с родника, что рядом с Конохой, когда меня схватили двое. Они были много сильнее меня и я не смогла им противостоять. Меня оглушили и связали, а когда я пришла в себя, одного не было рядом. Второй акацуки, его зовут Хидан, кажется, караулил меня. Ужасный тип, он постоянно глупо шутит и грязно ругается. Позже второй привел Кунави. Она пришла чтоб спасти меня. Она была нужна им живой, чтоб кого-то вылечить. Но Хидан говорил о том, что они заберут ее глас в придачу. Хината снова плачет. - Она рискнула собой, отдалась в руки Акацуки, чтоб спасти меня! У Какаши сжимаются кулаки, а сердце переполняет дикая злость. Так зол, кажется, он ещё не был никогда. Они, сволочи, которые отравляют мирное существование, забрали единственный свет, который необходим ему. Девушку, жизнь без которой не имеет смысла. Он на мгновение представил, что чувствовала Кунави, как она смотрела на похитителей, как переживала за Хинату. Как она переживала за самого Какаши. И какого вообще чёрта он послушал её и не доверился своим предчувствиям!? Ведь он же знал, ЗНАЛ что что-то случится! И повелся на ее уговоры! Дурак! Какаши чувствует себя виноватым за то, что позволил случиться этому. Ведь она даже не сопротивлялась уходя, зная, что от её решения зависит жизнь Хинаты, и беспрекословно ушла с врагом. Ради спасения товарища… ох, его хрупкая смелая девочка! На плечо Какаши ложится женская рука - Хватит думать, собирайся – Цунаде ободряюще говорит ему – иди и верни её обратно в Коноху! - Я пойду с тобой. -  заявил Хиаши, - она спасла мою дочь, я обязан ей жизнью! - и я пойду – Неджи выступил вперед – она дорога мне и спасла мою сестру. - И я отправляюсь за драконьей мамочкой, добтебайо! - Мы отыщем её, Какаши сенсей! – твёрдо сказала Сакура, тоже, как черт злая на Акацуки. - И я с вами иду спасать Кунави-сан!  - откликнулся Сай. - Команда ИноШикаЧо готовы выдвигаться! - Этого достаточно, - заявила Цунаде. – Идем, я снаряжу вас.   Когда рации были розданы, а все, кто отправляются на поиски Кунави, собрались у ворот, Какаши призвал собак и они быстро взяли след. Разработав стратегию, шиноби выдвинулись спасать лучшего друга, спасительницу дочери и любимую девушку. Какаши хмурясь сжимает в руке тотем Кунави. Если с ней что-то случится, он никогда этого не простит; ни себе, ни Хинате, ни кому бы то не было ещё. Ему страшно представить, что происходит сейчас с его отважной девочкой. С кем она сейчас? Борется? Или послушно лечит этих подонков, ожидая лучшего момента чтоб сбежать? Но если вдруг у нее отняли глас и ее уже нет…. «НЕТ! Не смей так думать! - командует сам себе Какаши. – Я успею к ней!» - Какаши-сенсей, не сомневайтесь в ней, я верю что она жива. Я верю, что мы успеем.  – Шикамару пытается спрятать свои эмоции и уверовать в благополучие Кунави. Но он так же зол и обеспокоен. Эта девушка для него как сестра. До нее никто так чутко не понимал его. Кунави всегда рядом, когда ему нужно выговориться, и он, в ответ, старается быть рядом с ней, когда это нужно. Эта странная роднящая связь первое время озадачивала его, но потом он просто принял это. И если он многим готов был пожертвовать в этой жизни и просто забить на всё, то ей, таким близким человеком, он жертвовать не готов. Он не хочет признать себе насколько велик страх за нее, чтоб не сбивать боевой настрой. Но только лишь вспомнив её слова «Не переживай, Шикамару, даже если когда-то я не буду рядом с тобой физически, я всегда буду носить тебя в сердце. И в любой непонятной ситуации я буду думать о том, как бы поступил ты,и всё будет хорошо.» его кулаки сжимаются и одолевает гребанный страх. Страх, что больше он этих слов может не услышать. Сакура мысленно уже попереубивала всех и каждого. Кунави её первая близкая подруга,  которая своими действиями заставила верить в существование этой дружбы. Она поддерживает и всегда, вместо непрошенных советов, слушает и обнимает. Одни ее объятия могут вывести Сакуру из депрессии. Кунави всегда знает, что сказать. Она никогда не отвернется, услышит и поймёт. И Сакура, смахнув непрошенную слезу, твёрдо решила сделать всё, лишь бы вернуть Кунави обратно и обязательно живую.   Неджи сжал кулаки. Он активировал бьякуган  и непрерывно сканирует местность. Его до трясучки бесит эта ситуация. Ведь вчера он чувствовал чужую чакру, и ничего не обнаружив, отпустил Кунави в дом. Отпустил Кунави в лапы Акацуки. Она подруга Хины, поэтому безоговорочно отправилась с ними, чтоб спасти её. Маленькая храбрая девушка. Как же так получилось, что он, просканировав ее дом, ничего не обнаружил? Техника? И вот теперь он боится опоздать. Опоздать исправить свою ошибку. Простит ли она его? Хотя конечно простит, она разве умеет злиться? Чувство, что её сердце просто не имеет негативных настроек. Он сжимает кулаки ещё крепче, зная, что это его долг, спасти любимую девушку. Зная что она не будет с ним. Но он любит её не смотря на это. Любит вопреки всему.   - Какаши-семпай! – раздался позади мужской голос. Обернувшись, Какаши увидел нагоняющего их Ируку. Он мысленно закатил глаза и устремил взгляд вперед. Через пару мгновений Ирука догнал его. - Что ты здесь делаешь? – спрашивает его копирующий, понимая, что Ирука сейчас может стать последней каплей. - Иду спасать девушку, которую люблю. Стиснув зубы, Какаши просто кивнул ему. Меньше всего он сейчас должен растрачивать силы на пустую злость. Неджи сочувствующе бросил взгляд на этих двоих. Он не один такой.   Какаши знает, что и Неджи и Ирука влюблены в его девочку. В ЕГО девочку. Он знает, что всё равно никому её не отдаст. Он знает, что она любит его. Столько лет до и отныне. Он вспоминает, как Кунави будит его по утрам, садясь на него сверху, и запуская свои пальчики в его волосы, до предела возбуждает и сносит крышу. Вспоминает, как ловко она ныряет в его рубашки, и занимаясь своей шаманской магией, танцует в ритм музыке. Ох, как Какаши любит смотреть на то, как она танцует. Во время их тренировок, он обожает касаться её. Она так искусно владеет дзютцу, так искусно владеет всеми приёмами, которым он её научил. Но он ни разу не смог сдержаться, и не прижать её к себе. Он так восхищается ей, и знает, как сильно он нужен ей тоже. Какаши так бережно хранит на ближайшей к сердцу полке тот факт, что она так много лет верна только ему. Ему одному. И ничто не сможет отнять у него эту любовь. Она такая разная, но одинаково искренняя. Смешная и серьёзная, нежная но всегда вовремя выпускающая коготочки, чтоб больно оцарапать всех, кто ранит её или близких. И она вся принадлежит Какаши. И ни один другой мужчина, кроме него, не знает, какой она бывает. И он вернёт её. Обязательно вернёт.   - Долго же вы плутали по сбитым мною следам. Куда вы собрались? – раздался ехидный голос откуда-то сверху, и перед спасательной командой появились двое. - бежите спасать девчонку? Да только вот хер вам!  - смеётся второй.   Сакура признала в нем парня из описания Хинаты, который обладает магией словесного поноса. - Где Кунави? – Какаши одолевает буйство - Да небось уже кувыркается вовсю с Итачи Учихой. Видел бы ты как заботливо она ухаживает за ним, так что если ещё не кувыркается, то скоро он точно досконально изучит её трусики. - Ах ты ж сука! – Какаши стиснул зубы, он может вынести что угодно, он сильный, но когда трогают святое для него, его Кунави, он мгновенно выходит из себя. Наруто тут же делает технику клонирования, но Акацуки только уклоняются, но не нападают. После непродолжительного боя, Сакура пришла к выводу, что эти двое просто тянут время. - Какаши – сенсей, они время тянут! – крикнула она копирующему, но он уже и так все понял. - Иди, Какаши, мы их задержим. – поручился Хиаши, и вместе с Неджи, Саем и Наруто они остались держать оборону, пока остальные ринулись вперед. Преодолев рынок, они заходят в лес, где их снова настигает Кисаме. - Я не позволю вам забрать девчонку. - Кто спрашивал твоё вонючее мнение – рычит Какаши. Кисаме звенит самехадой, а Какаши зарядил мощной чакрой свой чидори, мощное, пылающее ненавистью чидори. И вдруг Кисаме изменился в лице, и по нему расползлась улыбка. - Ты знаешь, Какаши, хорошая у тебя девка, беспроблемная. Острая на язык, надёжная. Без вопросов пошла спасать ту девчонку с бьякуганом. Даже мне жаль, что её настигнет плохой конец.   Что-то происходит. Кисаме исчезает в дымке дзютцу. - Какаши-сенсей, скорее! – кричит Шикамару и они продолжают путь. Через какое-то время их нагоняют остальные, Хидан тоже исчез. Не прошло и пары часов, когда они наконец вышли к камню, которым завален вход пещеры. - Вход запечатан – констатирует факт Шикамару - Бьякуган! – Неджи и Хиаши активировали технику и оглядели вход. - Ничего не видно, печать не позволяет увидеть всё, что впещере. - Помните,  - задумалась Сакура, - когда мы спасали Гаару, вокруг были печати - И я их уже снял. – раздался позади голос Кадзекаге. Все удивленно вытаращились. Гаара, Канкуро и Темари стояли позади с уже оторванными печатями. Осталось снять всего одну. - Бьякуган! – снова выкрикнул Неджи  и увидел её сбоку, на этом самом огромном валуне. Не прошло и мгновения, как Какаши расправился с ней и камень сдвинулся с места, сдвигаясь в сторону. Перед ними открылась ужасающая картина. Под отвратительной статуей, в широком кресле, сидит мужчина в оранжевой спиралевидной маске. А рядом с ним, положив руку на спинку кресла, стоит невысокая девушка, одетая в длинное подвенечное платье и лицо её укрыто фатой. - Кунави… - одними губами прошептал Какаши и только хотел ринуться к ней, как мужчина в маске заговорил - Ну что же, вы всей толпой хотите кинуться на меня? – он неприятно засмеялся, подпирая лицо рукой, - боюсь-боюсь. Как же ты, копирующий ниндзя, смог  завладеть такой упрямой девчонкой, обладающей таким желанным мне гласом шамана? – Мадара встаёт и подходит к девушке со спины, откидывая фату. Кровь Какаши холодеет от вида её бледной кожи и безжизненных стеклянных глаз. И от того, что это чудовище касается её. Мадара проводит ладонью по лицу Кунави, разворачивая его к себе. Перед отрядом снова появляются Кисаме и Хидан, завязывается битва, но Какаши плевать на всё, он стремительно вырывается вперед, и оказывается в десятке метров от Мадары. - Как ты заставил её любить тебя? Она ведь даже под воздействием гендзюцу не даёт мне согласия на брак– театральный вздох Мадары выдает его  отчаяние. Он хитро глядя в глаза Какаши берет девушку за талию, прижимая к себе – У тебя не выйдет ранить меня не ранив её. - Отпусти её Мадара! – Какаши уже продумал всевозможные варианты действия и готов вступить в бой, чтоб с его Кунави ничего не случилось. В руке его разжигается жгучее чидори, Шикамару запускает тени, чтоб схватить Мадару – но безуспешно. Тот ловко отскакивает и не попадается. Какаши не сводит глаз со своей возлюбленной. Счет идет на минуты. Вся его душа разбивается от многочисленных факторов:  от того, что она пошла с ними, от того, что она в таком состоянии, от того, что она в этом дурацком свадебном платье, от того что это чудовище касается её, от того, что Какаши чувствует, что у него нет права на ошибку, и если вдруг он ошибется, то никогда себя за это не простит. - Ты любишь её? – провокации со стороны Мадары тоже глупый шаг, но если подумать, то и он разочарован, ведь Кунави со всех сил старается сопротивляться, и кто знает, что сейчас происходит с ней в этом ужасном мире гендзюцу, что ей самой приходится испытать. Но ей есть во имя чего бороться. Во имя шаманов, во имя всех, кого она  любит, во имя Какаши. И она держится, не давая и шанса сказать нежеланного да,  в реальном мире. - Если любишь её, - не отстает Мадара, - тогда пусть она скажет мне да, я быстренько заберу её глас и ты сможешь устроить ей достойные похороны - Какаши-сенсей, сейчас! – выкрикивает Шикамару, Какаши дождавшись этого момента делает молниеносный прыжок и оказывается за спиной Мадары. Заносит чидори над его спиной, и вот-вот он ударит по нему, как вдруг его рука проходит сквозь самого Мадару , ещё чуть-чуть и он заденет Кунави, не успев остановиться. - СУСАНОО! – вдруг появляется огромный демон, выдирающий Кунави из лап опасности. Все происходит мгновенно, Итачи мог не успеть к ней. - Ах ты ж сука! – Кидает ему Мадара, спокойно но с плохо скрываемым отвращением. – с тобой всегда было сложно. Что ж, этот бой будем считать разминкой, но соглашусь, что эта девчонка может понавтыкать мне палок в колёса,  потому что пока сама не ведает, какой силой владеет. Это не последняя наша встреча, Кунави Морино,  и  с тобой, разумеется тоже, Какаши Хатаке. Кисаме, Хидан – кидает он своим напарникам, -уходим, у меня на этих людей другие планы. И они исчезают. Все. И пещера тоже, будто здесь её и не было никогда. Вокруг остается только уже знакомый лес. Никто даже не стал задумываться о том, что произошло и куда исчезли Акацки  с их логовом, их волновало только одно.  Какаши с ужасом ринулся к Кунави, в лицо которой пристально вглядывался Итачи, сидя на траве, и все еще держа её под голову рукой. Какаши не обращая на него внимания, перенял её голову к себе, и разместив девушку на своих коленях, заглянул в её пустые, блеклые глаза. - Милая… - шепчет Какаши и грудь его снова наполняется невыносимой болью. Он снова чуть не потерял её. - Она под воздействием сильного гендзюцу. – тихо сообщает Итачи. Но Какаши его не слушает, ему и так это ведомо. Он аккуратно привязывает ей на шею тотем, который при соприкосновении с её кожей начинает тихо светиться и девушка теряет сознание.   Сакура сканирует её тело. - Кунави в очень глубоком сне. Это еще не кома, но всё же состояние тяжелое. Чакра сильно истощена и от воздействия гендзюцу ситуация усугубилась. - Это всё из-за того, что она лечила меня. Отчасти это моя вина в том, что она здесь. Но Какаши уже никого и ничего не видит вокруг себя. Он видит только свою девочку, гладит её по волосам, вглядываясь в каждый сантиметр её лица. - Я никогда больше не отпущу тебя, никогда… - шепчет он, обращаясь к ней. И ему только и остается надеяться, что где-то там, в глубине её сна, она слышит его. - Спасибо тебе – вдруг обращается пепельноволосый к Итачи. – Ты спас её. И подняв на руки любимую, проклиная сложившиеся обстоятельства, все, даже Гаара, Канкуро и Темари, возвращаются в Коноху.   Вернувшись в деревню, Какаши окончательно накрыло. Он то мечется из стороны в сторону, то подолгу стоит, подпирая стену, пока Сакура восстанавливает состояние его возлюбленной, то целует ее в губы, робко, боясь ненароком сделать ей больно, то читает ей книгу, наблюдая за каждым шорохом её ресниц, в глубине души ожидая, что она вот-вот придет в себя. Но время шло. А Кунави всё еще тихо спала. - Какаши-сенсей, быть может вы пойдёте домой отдохнуть? Пошли пятые сутки… - Не говори ерунду, Сакура. Я никуда от неё не уйду. Она понимающе кивнула ему и вышла из палаты. Какое-то время мужчина постоял возле окна,  задернутого занавеской, но ему пришлось нарушить ход своих мыслей, потому что кто-то постучался в дверь. Он лишь кинул взгляд на то, как она открывается, и увидев, что входит Итачи, в больничной пижаеме, снова уставился в одну точку, находящуюся где-то в области лица Кунави. - Так и не пришла в себя? - Как видишь. – сейчас копирующий ниндзя не хочет разговаривать  ни с кем. Особенно с Итачи. Но его никто не спросил и поэтому, приличия ради, отвечать придётся. - Спасибо ещё раз, ты вовремя успел спасти её. - Я был ей обязан. Да это и не моя заслуга, сам бы я не справился, учитывая моё состояние. Вы вовремя подоспели. На мгновение наступает мертвая тишина. Такая мертвая, что даже пищалка от приборов не решается громко пиликать. - Ты любишь её? – любопытствует Итачи без грамма злого умысла. - Да. Парень слабо кивает. Рядом с Какаши он чувствует себя неловко, даже учитывая то, что по силе, он возможно даже и превосходит копирующего. Но тут разговор не о силе. Наоборот. О слабости. - Она тоже любит тебя. - Я знаю. - Ты достойный её человек. - Что у тебя к ней? – голос Какаши не выдает никаких эмоций. Но то, что ещё один мужчина влюблен в его Кунави, его даже не удивляет. И он знает, какой ответ получит сейчас от Итачи. - Ты знаешь, я сам не понимаю. С того момента как я увидел её, что-то внутри меня изменилось. Она не может изменить весь мир, но людей, их души, Кунави очень чутко видит. И меня как магнитом тянет. Впервые я увидел её год назад, тогда она очень забавно отшила меня – на губах Итачи мелькает тень улыбки – увидев в этот раз понял, что ничего не изменилось. Но я не претендую на неё. Можешь быть спокоен. Потому что так нежно, как о тебе, она не говорила ни о ком. Она обладает каким-то непонятным мне свойством, будто берет за руку и выводит заблудшую душу  из потёмок, вероятно, тебе знакомо это. Если я смогу остаться здесь, в Конохе,  то не злись, но я стану ей другом. – Итачи понимает, что Какаши  неприятна эта новость, но его намерение отблагодарить Кунави и помогать ей, если вдруг понадобится его помощь, слишком велико. - У тебя всё? - Да. Ты знаешь, гендзюцу Мадары сильное, но она ещё сильнее, она справится.   Итачи вышел. Какаши промолчал. Он и без сопливых это знает.   Прошло ещё несколько дней. Какаши начинает сходить с ума. Что если она ещё не скоро придёт в себя? А что если она его не вспомнит? А что, если она вообще ничего не вспомнит? Сакура не пускает к Кунави посетителей, пока она не пришла в себя. И Какаши грызёт себя за то, что он чуть не покалечил Кунави ещё больше своим чидори. А спас её Итачи. Он двое суток был с Кунави наедине, она лечила его, касаясь тела. О чем они говорили? Что она чувствовала рядом с Итачи? А что если он симпатичен ей? Сможет ли она бросить его ради Итачи? Господи… почему он думает об этом? Кунави не сможет или сможет так поступить с ним? Итачи слишком хорош собой и уверен в себе. Если он будет рядом с ней как друг, то вдруг Кунави влюбится в его заботу? Она не может так поступить! Она столько лет хранила верность ему одному… Он одернул себя. Не это сейчас важно. Важно то, чтоб его маленькая храбрая девочка пришла в себя. Чтобы с ней все было хорошо.