Do you want to fuck the future?

– И к чему такая секретность, Мик? – спросил Лен, присаживаясь рядом за стойку бара. В любом другом случае на просьбу встретиться в неизвестном особо месте в одиночку и срочно Лен десять раз подумал бы, прежде чем соглашаться, но это же Мик. Они, конечно, могли сраться, ужасно сраться, но Мик бы в спину не ударил никогда. Были бы претензии, так бы и объявил, прямо морду бы начистил (или попытался начистить), а не заманил куда-нибудь под ложным предлогом. – Ждём, – объявил Мик, прикладываясь к пиву. – Чего? – Меня, видимо, – раздался весьма знакомый голос рядом. Лен обернулся. Ну да. Палмер, чтоб его. – Мик, какого хуя? Я, кажется, ясно свою позицию обозначал. – Подожди, нам надо поговорить, у нас есть важная информация. – Информация, которая обязательно заставит меня вернуться в вашу развесёлую компашку? – Что с ней делать, решать тебе. Но я обязан тебе жизнью, так что хочу передать то, что услышал, – заявил Палмер. – Ближе к теме, стиляга, – рыкнул Мик. – В общем, я случайно подслушал разговор, из которого стало ясно, почему Бюро так хочет тебя заполучить. Ты же в курсе, как сложно поменять что-то во времени? Мы же столько всего творили в разных эпохах, но почти никогда ничего не менялось, даже если мы становились причиной чьей-то смерти. Время всегда находило способ всё вернуть как было или хотя бы приблизительно. А если не вернуть, то наказать за вмешательство. По-настоящему влиять могли только Повелители Времени с помощью Ока. Мы думали, что они просто не давали никому вмешиваться, но на деле время справлялось само, а они, наоборот, могли ему противостоять без последствий. – И к чему вся эта лекция о природе времени? Бюро обиделось, что я разнёс ту машину, а не преподнёс её им на блюдечке? – Когда я был у Повелителей, – вступил Мик, – те долго, но безуспешно пытались встроить хотя бы часть механизма Ока в своих людей. Никто из живых не смог справиться с такой силой, которая сжигала их изнутри. Буквально. – Но, – вновь взял слово Палмер, – учитывая, как твои действия даже без умысла меняют будущее без последствия для самого тебя, Бюро подозревает, что в момент взрыва силы Ока как-то проникли в твоё тело и подчиняются тебе. Они одновременно хотят эту силу себе в подчинение и боятся тебя, так как с каждым днём будущее относительно твоего настоящего становится всё более туманным и изменчивым. То, что ещё совсем недавно было незыблемым, сейчас неподконтрольно. Они опасаются, что сами перестанут существовать, если ты каким-то образом предотвратишь их появление. – То есть или присоединись, или умри? – резюмировал Лен. – Что делать, решать тебе. Опять же, я тебе обязан, поэтому решил рассказать, что знаю. Пока Бюро не решается прямо угрожать тебе, пытаются уговорить через нас. Наверное, боятся, что ты сможешь обратить свою силу подчинять время против них, даже не осознавая этого, если однозначно посчитаешь их врагами. – Палмер, ты же понимаешь, что если всё что ты сказал, – правда, то никто не даст мне вернуться в вашу команду? – Это почему? – Ты же умный мальчик, так подумай. Я каждым своим действием меняю будущее, просто живя своей жизнью в своей же эпохе. А теперь представь, что будет, если я буду скакать из века в век, когда у времени больше нет сдерживающих механизмов против меня? По-твоему, особенно зная меня хоть немного, твои дорогие бюрошники позволят мне просто сделать шаг в прошлое? Как только я окажусь в их власти, они в лучшем случае попробуют промыть мозги, как Повелители Мику, но опыт показал, что это крайне рисковое занятие. Так что меня или убьют, мол, да не доставайся же ты никому, или запрут в самом дальнем уголке времени и пространства и бросят все силы, чтобы сломать и сделать живым воплощением бездушной машины для управления историей. Обойдусь без такого счастья, но спасибо за предупреждение. Барри сразу понял, что что-то не так, начал расспрашивать. По выработанной годами и даже десятилетиями привычке Лен хотел огрызнуться и промолчать, остаться со своими проблемами наедине, но остановил сам себя. Этот пацан не как его предыдущие подельники, не ударит в спину, если решит, что Лен «размяк». Так что он рассказал. Как есть. Всё. – Ну, это многое объясняет, – только и сказал Барри, спокойно развалившись у него на коленях. И когда только перелечь успел, паршивец? А собственные-то пальцы когда в волосах пацана оказались? Нет, размяк определённо. Как хорошо, что никого из его Негодяев рядом нет, его бы даже Лиза засмеяла. Хотя Лиза засмеивает его постоянно вне зависимости от всего. – И что же тебе это объясняет? – Да всё, наверное. И Мик говорил про то, что прежних «носителей» сила сжигала изнутри? Тогда понятно, как она не сожгла тебя, и почему ограничители тебя убивают. Интересно совпали «компоненты» взрыва: криопушка твоя и Око... Интересно они уравновесились. И временем помыкаешь, и льдом шарашишь. Круто же! – И куча недовольных межвременных фриков, желающих разобрать меня на органы вдобавок. – Иначе было бы совсем скучно, не находишь? Я тогда сообщу Циско, что закругляемся с работой над ограничителями. Лучше в подобную систему не влезать так грубо. И думаю, что пытаться влиять на вторую твою силу тоже не стоит. Кто знает, что произойдёт со всем временем или с тобой, если внезапно отключить твоё влияние или твою защиту даже на минуту. – И тебя совсем не волнует, что я так влияю на время? – Ну... знаешь, мне даже как-то спокойнее от того, что будущее теперь именно будущее, оно туманно, оно ещё не наступило. А теперь мы пусть и не знаем, что нас ждёт, но хотя бы все решения – наши. – И не боишься, что такая сила в руках у столь... неблагоприятного элемента? – Будто с этим можно что-то поделать. Это же не пушка, которую отобрать можно. – Можно сдать меня бюрошникам во благо всего мира. – А кто сказал, что они – благо? – Тебя только это останавливает? – Ой, заткнись, – Барри шлёпнул его раскрытой ладонью по груди и вновь расслабленно улёгся к нему на колени. Ох уж этот пацан. – И, наверное, тогда надо просто переключить внимание на то, как бы усилить твой контроль? – Уж кто бы говорил. – Лен... – Барри фыркнул. – Вот посмотри мне сейчас в глаза и скажи, что тебе не нравится, как мои способности выходят из под контроля в постели. Давай, скажи это. Хотя всё равно не поверю, ты любишь заливать. – Заткнись, Скарлет, – теперь это говорить была уже очередь Лена. – Вот-вот. – И что за идея? – Позже сообщу, тебе понравится, уверен.