Do you want to fuck the future?

Полицейский участок напоминал сейчас гудящий улей, всюду сновали федеральные агенты, дёргали по любому поводу офицеров и детективов, отжимали столы, кабинеты и даже очередь у кофе-машины. Барри, как всё это увидел, сильно постарался не выделяться, просто прошмыгнуть к своему рабочему месту, хотя с чего ФБР им вообще интересоваться? Именно Барри Алленом, а не сами понимаете кем. Но хрен бы там, Барри и пяти шагов по направлению к лаборатории сделать не успел, как один из ретивых агентов подхватил его под локоть и начал требовать всякие образцы. Образцы воды, оставшиеся после льда Капитана Холода, причём и те что от пушки, и те что от мета-способностей. Образцы золота от пушки Лизы. Образцы обугленных вещей от молний Мардона. Образцы разбитого стекла от звуковых атак Хартли... Спасибо, что хоть образца дыма после исчезновений Шоны не попросили, блин. – Почему улики в таком состоянии? Их просто в шкаф закидывали? И не все закидывали, раз их так мало? – продолжал осаждать Барри агент, явно недовольный целым столом, заваленным теперь папками, контейнерами, пробирками и коробками. Да куда ему ещё больше? – Да куда больше? И так ясно, кто всё совершает, вон в интернете целая прорва доказательств, – обиделся за свою работу Барри. – Вот и видно, почему эти грабители у вас всё ещё на свободе. Хотя что ещё ожидать от местной полиции? – агентик фыркнул уж очень пренебрежительно, Барри чуть не задохнулся от возмущения. Вот если конкретно этого щегла пришибут (чуть-чуть, не до смерти, а до пары недель в больничке) Негодяи во время погони, Барри только обрадуется. Можно даже украдкой сфоткать засранца и отправить фотку Лену с пояснением! Что им ожидать от местной полиции, блин! Сами бы попробовали Негодяев изловить! А, вот они и пробуют, быстрее бы посмотреть, как их в лужу посадят! Сначала почти все эти агентства после взрыва ускорителя частиц сделали вид, что Централ-Сити больше не в их юрисдикции от слова совсем, мол, сами давайте как-нибудь со своими мета-преступниками разбирайтесь, мы не при делах; а теперь нате вам, вы никто, работать не умеете, сами во всём виноваты. – Я ещё чем-нибудь помочь могу? – спросил Барри насколько это возможно ровным голосом, хотя, возможно, если агентик слушать умел, то понял бы, что его мысленно уже в мясорубку засунули. – Нет, можете идти, Аллен, – отмахнулся тот. Послал, значит, его из его же лаборатории! Хм, а можно добавить Лену баллов говнистости за то, что приходится иметь дело с этими придурками? Следом за агентом Барри словил и Джо. Ну отлично, ещё головомойка. И при стольких свидетелях не сбежишь куда подальше со скоростью внебрачного сына Дорожного Бегуна, той белки из Лесной Братвы и Соника, плотно сидящего на коктейле из амфетаминов и ЛСД, так что придётся в очередной раз выслушивать про все свои жизненные ошибки, начиная, продолжая и даже заканчивая Леонардом Снартом. – Ну? – обречённо выдохнул Барри, после того как они оба огляделись и убедились, что они в этом небольшом закутке полностью наедине, и их не подслушают. – Ты знаешь, что я хочу сказать, – Джо сурово надвинулся и попытался аж нависнуть сверху. Вот вроде отец (пусть и приёмный), добра ему желает, а опускается до таких дешёвых манипуляций. – Ага, знаю. Именно поэтому не вижу смысла в разговоре, раз мы оба заранее в курсе всех возможных реплик, – Барри сложил руки на груди и опёрся спиной о стену. – Это должно прекратиться. Разве ты не видишь, как далеко всё зашло? Ты в полиции работаешь, чёрт тебя подери! И занимаешься при этом укрывательством преступника в открытом федеральном расследовании! – Джо явно хотел кричать, но в целях сохранения тайны личности ему приходилось чуть ли не шептать. На уровне экспрессии, это, правда, никак не отразилось. – Эй, во-первых, Барри Аллен, работающий в полиции, вообще никакого отношения ни к какому преступнику не имеет, с Леонардом Снартом, как всем известно, встречается Флэш, а его, знаешь, ли сложно поймать для допроса, чтобы он мог соврать федеральному агенту. Плюс для полноценного укрывательства надо помогать скрываться, например, предоставляя убежище, а это я живу у Лена, а не наоборот. – Всё шутишь? Это уже выходит из-под контроля! – А что ты мне делать предлагаешь? Соглашение не нарушено, ни одной жертвы, банк был вообще обнесён так, что никто и не заметил до тех постов. И даже если отбросить тайну моей личности, даже если представить, что Лен моё имя не назовёт, если я его драгоценных Негодяев пересажаю, начиная с его сестры или его самого, то ты хоть представляешь, сколько жертв будет, если начнутся реальные битвы? Я по одному их еле ловил, а они теперь действуют вместе, они организованы. И я же тебе рассказывал, что пока я не изменил прошлое, один только Мардон чуть Централ-Сити с лица земли не стёр, после того, как успешно разнёс полицейский участок и положил капитана в кому? Хартли почти успешно меня прикончил, и я думаю, что он учёл предыдущие ошибки с возможностью перебить его сигнал со стороны. Это чёртово соглашение с Леном, которое перешло на всю его банду – лучшее, чего можно было желать от всей ситуации. Так что ты хочешь, чтобы я сделал? – Хотя бы перестал поддерживать грёбанного Снарта! – продолжал тихо, но агрессивно шипеть Джо. – Не беспокойся, я ему уже сказал, что он долбоёб. Особенно касательно его постов в инсте с дразнилками. Но на этом мои полномочия – всё. – А помешать ему не пробовал? – Каким образом? Если ограбление происходит в городе – мешаю в меру своих сил и нежелания никому навредить, а тут он уехал через полстраны, сообщив, собственно, только, что уезжает. Не следить же я за ним буду как придурошный сталкер. – А может и стоит следить. – Это так не работает, Джо, – уже в конец устало ответил Барри. – Мы не пользуемся отношениями ради вмешательства в дела друг друга, не спрашиваем даже о планах во избежание соблазна сделать это. Любые отношения работают на доверии, и я предпочту, чтобы Лен мог мне сказать, что уезжает, вместо того чтобы внезапно исчезать. Или чтобы мы оба могли расслабиться вдвоём, а не бояться сболтнуть лишнее слово, боясь, что этим воспользуются. – О каком доверии может идти речь, когда этот человек уже предавал тебя? – Лен нарушил данное мне слово лишь один! один единственный раз – с той перевозкой. И я, знаешь ли, благодарен ему за это. По нам всем Гаага плачет за то, что мы творили с теми мета-людьми и что собирались сотворить. Мы их похитили, незаконно держали в ужасных условиях, будто долбанутые маньяки, а потом и вовсе собрались вывезти их из страны, как каких-то животных. Ты не хуже меня знаешь, сколько законов мы нарушили. И это было не только преступлением, но и натуральным садизмом. И всё равно, пусть Лен и предал меня тогда, но и жизнь спас, если не помнишь. – Что-то тогда ты так не думал. – Да, тогда не думал. Понадобилось время, чтобы посмотреть на ситуацию шире, а не под влиянием эмоций. И голова в тот момент была занята Обратным Флэшем, как в плане его поимки, так и тем, что тот успел мне вложить в разум, играя в наставника. – Не думаю, что его мотивы были так чисты, и что он думал о положении тех мет, а не как бы сделать их себе должными, что в итоге и сделал. – Зато я, блин, о высшем благе думал, и что в итоге? Херня вышла в итоге, – можно было добавить, что Лен на те же грабли с Легендами и Миком наступил, но это был не его секрет, чтобы рассказывать. Тем более, что Джо увидит не правильную мораль истории, а вывернет как ещё одно доказательство его ненадёжности. – Да послушай же ты сам себя! Ты и он – это глупо, не выйдет ничего у вас, это же ясно как день! Что за блажь на тебя нашла? Мне порой кажется, что ты с ним только из упрямства, лишь бы со мной не согласиться. – Так же ясно, как то, что мой отец якобы убил мою мать? Такая же блажь твердить тебе, что он не виновен и раз за разом слышать, что я глупый мальчик, сам даже не верящий в свои слова, но твердящий их из упрямства? – Это другое! Мне жаль, что я не прислушался к тебе тогда, но, знаешь, до всех этих дел из-за взрыва Ускорителя, сложно было поверить в живую молнию, носящую жёлтый костюм. А Снарт твой не отрицает своих преступлений. – А аргументы те же самые, прямо чувство дежа-вю охватывает. Только сейчас я уже не маленький мальчик, которого можно отчитать и запереть в комнате. Поезд ушёл, всё. Хватит. Я – взрослый человек, я хренов супергерой с, мать его, суперспособностями, я могу за себя постоять, я могу сам решить кого, блядь, любить! – еле слышно шипеть во имя конспирации, а не кричать во весь голос было всё сложнее. – Любить? – Джо поперхнулся. – Ты серьёзно? Любить? Его?! Я ещё могу понять, если тебе в голову страсть ударила или что там у вас со всеми этими играми в героя и злодея, но ты всерьёз говоришь о любви к такому, как он?! И ты правда веришь, что это может быть взаимно?! – Ну да, ведь человеческие чувства имеют лишь законопослушные граждане, а все, кто хоть раз преступил закон, – так то не люди совсем, а натуральные демоны из Ада, нацепившие человечью кожу, заживо содрав ту с какого-то невинного ребёнка. Или не демоны, а инопланетяне-роботы-захватчики, также содравшие кожу? Никак запомнить не могу, надо будет перечитать методичку «правильного копа», а то такие азы из головы вылетают! – Ты не мог бы перестать паясничать и хотя бы попытаться серьёзно поговорить? – В первые раз десять я пытался, Джо. Но каждый раз ты не желал меня услышать, сравнивал с маленьким неразумным ребёнком и всячески отрицал мои чувства. Тут или учишься с юмором относиться, или охрипнешь от постоянных попыток перекричать стену. – Да как ты понять не можешь?!. – А ты меня? И знаешь, Лен – единственный близкий человек в моей жизни, кто не давит на меня, не пытается подмять под себя, влезть в голову и изменить, исправить. И, знаешь, Джо, я всегда буду любить тебя и Айрис, вы всегда будете моей семьёй, но, бля, иногда с вами просто дышать невозможно! Постоянно думаешь, как бы не обидеть, как бы не сказать что не то, как бы быть привычным и правильным милым Барри, тьфу! Надоело! А ещё Стрела с нравоучениями, Циско, который, вообще-то, тоже со Снартом встречается, тоже преступником и дальше по списку, разве что волосы подлиннее, но и он умудряется нос воротить. Достали уже! – Мы все за тебя переживаем, вот и всё. Любим тебя, поэтому и не можем остаться в стороне. – Любовь без уважения – просто херня на палочке. Так что научитесь уважать меня и мои решения, а потом говорите о любви. А теперь давай вернёмся к работе и будем делать вид, что не хотим утопить в кислоте всех этих агентов-засранцев за то, что они, собственно, такие засранцы, окей? Когда они вернулись из закутка, в участке было уже чуть тише. Агенты кучковались группками вокруг компьютеров. Барри заглянул через плечо одного из агентов и тихо прыснул. Все эти крутые фбровцы с умным видом изучали посты Негодяев в инстаграме, смотрели записи стримов Хартли, с не менее умным видом что-то выписывали себе. О, ещё и инсту Флэша просматривали. По поводу своего аккаунта Барри не волновался, он никогда не выкладывал фотографии с кем-то из Негодяев или из убежищ Лена без разрешения, так что его снимки не могли ни к кому привести. Ну и Лен помог ему полностью отключить джипиэс в телефоне, дабы даже случайно не привязать к постам геометки. И хорошо, что он оставил этот самый телефон Флэша у Лена, ну так, на всякий случай, мало ли. Пока в городе федералы, лучше быть поаккуратнее. – Что смешного? – холодно спросила одна из агентов. – Да просто наблюдаю за работой профессионалов, – улыбнулся Барри. – Будут ещё тут штатные полицейские криминалисты учить нас работать. Весь город стал рассадником преступности, палец о палец не ударили, всё время полагаясь на этого вашего Флэша. А что теперь? Он сам якшается с этой бандой отморозков! Барри прикусил язык, чтобы не высказаться в защиту Флэша, стоило помнить об аккуратности. Ну не поймут же эти приезжие про то, что Негодяи – не худшая беда Централ-Сити, что настоящая война с ними принесла бы слишком много сопутствующих жертв, что Флэш не «якшается»... ну, точнее, иногда общается с ними, встречается с их лидером, но отношение к их деятельности от этого не зависит! Но да, лучше не привлекать к себе внимания. Да и не поймут представители правоохранительных органов таких выкладок, уж тем более, не кто-то со стороны, не кто-то, кто не наблюдал весь этот хаос, начавшийся после взрыва Ускорителя Частиц. В общем, весь день агенты суетились в отделении, крутили видео с Негодяями, рассматривали их фотографии, читали комментарии, продолжали отжимать запасы кофе, но, в целом, было спокойно. Наверное, Негодяи решили затаиться на время. И хорошо. Правда, когда Барри вернулся к Лену, того дома не было. Это тоже ни о чём не говорило: тот мог быть со своей сестрой или же с бандой, им же нужно было скоординироваться, выработать план, подчистить хвосты. На смску с вопросом где он, Лен, даже ответил. Но ничего конкретного не сообщил, просто сказал не ждать его и ложиться спать. Барри пожал плечами, отложил телефон и начал готовиться ко сну. Мог бы и вернуться домой к Джо, но Лен, вроде, не был против, чтобы Барри оставался у него, жил практически, а идти к Джо, когда его накрутило ФБР? Нет, спасибо. Проснулся Барри от телефонного звонка и чуть смазанного, но вполне ясного «Барри, блядь!» куда-то ему в ухо. – Тихо ты, – шикнул на него Барри, как только разлепил глаза и увидел, какой контакт высветился на экране. И почему из участка ему звонят в шесть утра? Прикрыв глаза, Барри ответил на звонок, пытаясь сконцентрироваться на том, что ему сообщают. Что-то там про необходимость обработать улики, что-то про Негодяев... Сухо подтвердив, что скоро будет, Барри повесил трубку и обернулся на Лена, уткнувшемуся ему куда-то в плечо. – Лен, ты что натворил? – Да так, небольшая шутка, – пробормотал тот, сильнее заворачиваясь в одеяло. Барри вздохнул, выбрался из тёплого плена кровати и принялся собираться на работу. В участке шум стоял ещё больший, чем в первый день засилья федеральных агентов. Доски заполняли фотографии, звонили телефоны, кофе поглощался галлонами. – И что случилось? – спросил Барри, когда к нему подошёл Джо. – Твой драгоценный Снарт, – лишь едва снижая голос прошипел тот. – Он со своей бандой ночью ограбили половину банкоматов Централ-Сити, а когда все дежурные выехали на вызовы, то вломились сюда! – И что сделали? – Вот это! – Джо ткнул пальцем на одну из досок, где в пакетиках для улик висели фотографии Негодяев. Распечатанные, ламинированные и с автографами. – Оставили на каждом столе! Барри фыркнул, осмотрел «трофеи» ещё раз, опять фыркнул. – Тебе смешно? – А тебе нет? Забавно же! И потом, на ебэе эти фотки дофига стоят, можно считать даже подарком. – Это улики, их никто продавать не собирается. – Какая жалость. – А ещё вон, – Джо кивнул на стену, где баллончиком было написано «Добро пожаловать в НАШ город, федералы». – Ещё и здороваются, как вежливо. Смотри, какой мой парень джентльмен. – Барри! Это же кошмар! – Всё ещё ни одной жертвы, – пожал плечами тот и поправил волосы. – Зачем тебе фитнес-браслет? – внезапно спросил Джо, наверняка заметив тот, когда Барри поднял руку. – А? Забыл снять. Лен подарил. – Но зачем он тебе? Вряд ли он способен анализировать перемещение с твоей скоростью. – Я его как будильник использую. Мне-то почти каждый день на работу утром надо, а у Лена не столь нормированный график. Будильник на телефоне мешает ему досыпать, а браслет вибрирует и будит только меня, – Барри опять пожал плечами, а потом снял фитнес-трекер и положил тот в карман, нехорошо, если тот намотает шаги, да ещё и противоречащие законам физики для нормальных людей. – То есть Снарт ещё и контролирует тебя. – О боже, Джо, – Барри застонал. – Это просто браслет с будильником, чтобы нам было обоим комфортно, вот и всё. Будешь демонизировать всё, что он делает? – Или это способ за тобой следить. – Гениальный план, учитывая, что я его вообще в первый раз из дома вынес, забыл снять после сна, как обычно. Ну знаешь, выдернули меня ни свет ни заря, все дела, – Барри неопределённо помахал рукой, уже свободной от трекера. – И теперь если там есть жучок, то он слышит всё, что происходит в участке. – Есть способы куда проще и надёжнее. Ну знаешь, учитывая вот это, – Барри кивнул в сторону надписи на стене и «подаренных» фотографий. – Аллен, что прохлаждаешься? Тут целая прорва работы для тебя! – окрикнул его через холл капитан Сингх. Ага, снимать отпечатки со всего этого, каталогизировать улики, когда и так все знают, кто сюда вломился. Камеры, правда, были временно выведены из строя, так что момента проникновения на плёнках не было. И как только с уликами было более-менее покончено, у всех агентов разом послышались звуковые уведомления. И как только те достали свои телефоны, то шум возрос на порядок. А ещё с пары сторон послышались сдавленные матерки. Барри вытащил свой мобильник, но ничего не пришло, потом подумал и открыл инстаграм. Ага, вот оно. Одновременные посты от Негодяев с селфи на фоне взломанных банкоматов. И везде одна подпись: «Добро пожаловать в НАШ город, федералы», как и на стене участка. Барри закатил глаза, вздохнул и засунул телефон в карман брюк. Он тут надолго. Надо бы перекусить и взять побольше кофе, тот, что в участке уже весь был выпит агентами ФБР. Да, нужен кофе и нужно поесть. И так уже скрывал от фбровцев свой бешенный метаболизм батончиками производства Циско, но как тот ни пытался сделать их приятными, батончики оставались лишь более-менее съедобными. Но ладно, хотя бы впихнул в них тонны килокалорий, позволяя жить на них, не поглощая по пять стандартных порций еды каждые несколько часов. На сами места преступлений Барри не вызывали, но притащили кучу новых улик и сиди, мол, описывай, систематизируй, заноси в электронный каталог. О, и у каждого ограбленного банкомата были найдены шутливые записки. «Что-то здесь продуло» – там где грабил Погодный Волшебник, «И пуф – они испарились» от Пик-А-Бу, «У кого-то золотые руки» от Золотого Глайдера, «Шелест новеньких купюр как музыка» от Крысолова и «Одолжил на мороженое» от Капитана Холода. Ну что за придурки? Лен их всех любовью к каламбурам заразил? Естественно, что Барри вернулся домой (читай, к Лену) уже к трём ночи. Тот не спал, улыбался, тут же дёрнул к себе, облапал всего. Поиздевался над ФБР и возбудился, блин. Его парень – отморозок, вот точно. – Теперь я говорю «нет», отвали, – буркнул Барри, скидывая с себя шаловливые руки и потопал в сторону душа. – Ну, Скарлет, ты чего? – Меня заебали и без твоего участия. – Да ладно тебе. – На хуй иди. – Да как бы пытаюсь. – Не на мой, Лен. – А на чей? – Лен иронично поднял бровь. – Это разрешение гулять налево? – На абстрактный. Абстрактный такой хуй. И учти, если меня каждый день будут вызывать в шесть утра, а отпускать только к трём ночи, я тебя самолично сдам федералам и бантик ещё повяжу. – А как же наше соглашение? – Пытки людей – это нарушение соглашения. А теперь я в душ и спать. И, во-первых, не смей ко мне лезть, а, во-вторых, даже не думай что-то ночью устроить, хочу поспать хотя бы до семи утра, чтобы меня не дёргали разбирать ваши сувениры. – Сложно к тебе не лезть, когда ты весь такой сексуально-колючий, Ска-а-арлет. – Иди дрочи на ёжиков, – огрызнулся Барри и захлопнул за собой дверь ванной комнаты.