Возможности и препятствия.

Сказать что эльф был потрясён, значит сказать нечего! Тот румянец, который был на его щеках, казалось, расползся на всё лицо, включая шею и уши. — Что?... Это одна из твоих проделок? — Вовсе нет. Я тоже сначала был удивлен... Ведь как можно влюбиться в столь юного эльфа?! Вот и я не знал... Локи мило усмехнулся и посмотрел на юношу. — Но мне хватило пары дней, чтобы полностью осознать свои чувства. Хотя в моем возрасте, и с моим прошлым это нормально. Леголаса, удивили слова мужчины. Ведь он несколько десятков лет, осознавал свои чувства к Тауриэль. А Локи... А сколько лет Локи? — Наверное это странный вопрос, но... Сколько тебе лет? Лафейсон улыбнулся чуть шире. — Ну... Сложно сказать. Честно говоря, никто в Средиземье не знает сколько мне на самом деле. Глаза эльфа округлились. — Даже Гендальф и Бильбо? — Даже Гендальф и Бильбо. Теперь в глазах лесного принца проскочил интерес. Он подсел немного ближе к мужчине и спросил. — Так... Сколько же тебе, на самом деле? — Мне, около тысячи трехсот сорока лет. Челюсть юноши вот вот могла встретить пол, но Лафейсон вовремя её закрыл. Леголас немного встряхнул головой и сказал. — Надо же! Ты гораздо старше меня! Я конечно думал что ты гораздо старше любого из людей и гномов, но... Чтобы настолько?! Ты точно не эльф?! Одинсон посмотрел на юношу и засмеялся. Ему всё больше и больше начинал нравится этот милый эльф. — Ха-ха! Нет... Ты же знаешь что нет... Ха-ха! Смех Асгардца был заразителен, и Леголас тоже, под его действием, начал смеяться. Наконец то, атмосфера, из напряжённой, стала расслабленной и уютной. Немного успокоившись, Локи и Леголас встали с лавочки, и пошли на улицу. А тем временем, Бильбо читал одну из книг, подаренных Торином. Он сидел в большом кресле возле камина и пил чай с мятой. Атмосфера была размеренной и расслабленной. Вдруг, дверь в комнату хоббита отворилась, и с тяжёлыми шагами, в неё зашёл дракон. Хоббит сразу ощутил его злость и раздражённость, поэтому решил смолчать. Сев в соседнее кресло, Смауг уставился на огонь, приводя мысли в порядок. Его снова звали на белый совет. Бильбо не знал об этом, но Смауг туда ходил чтобы выпросить разрешение от старейшины на "переезд" в Шир. Ящер понимал, что полурослику не нравилось жить в столь огромном и чужом для него дворце. Эребор был чудесным и великим, но мужчина чувствовал, что его хоббиту здесь не уютно. Но он не жалуется ибо заключил договор, и должен его исполнять. Это ещё больше бесило дракона, ведь он не хотел делать своего полурослика несчастным. Хоть сейчас Бильбо и не был грустным, но иногда, когда они прогуливались по смотровой площадке, можно было заметить как Бильбо смотрит в даль. И в такие моменты его накрывала сильная тоска, от которой, внутри змея всё сжималось. Больше терпеть и игнорировать это было нельзя! — " Чёртов Саруман! Если бы можно было покинуть эту гору без его разрешения... Я бы покинул её с Бильбо немедленно!" Он тяжело вздохнул. Вдруг, его локоть легонько толкнули. Мужчина посмотрел на хоббита и невольно улыбнулся. Перед ним, стоял, укутаный в плед, немного растрёпанный, и с чашкой в руках полурослик. До дракона дошёл этот дивный запах липы и лимона. Он аккуратно взял кружку, и поблагодарил Бильбо. — Снова проблемы в белом совете? Полурослик сел на ковёр, возле кресла дракона, облакотившись на его угол. Мужчина отпил немного чая, и окончательно успокоившись, решил рассказать всё как есть. — Я уже который раз получаю отказ, от этого плешивого старика... — От Гендальфа? — Что? Нет. Олорин ещё сносный. И кстати был на моей стороне... Ящер сполз с кресла, и придвинув поближе хоббита, отпил ещё немного чая. — Я имел ввиду Сарумана. Я уже которую неделю не могу получить разрешение. Хоббит навострил ушки. — Разрешение? На что именно? Смауг мягко улыбнулся отвечая. — Разрешение, чтобы покинуть одинокую гору, и уйти в Шир с тобой. Глаза Бэггинса округлились и он подскочил, не веря своим ушам. — Уйти в Шир?! Но тебе же тогда придется покинуть свои сокровища. Дракон странно улыбнулся. И в миг подскочив, поднял полурослика на руки, и сел в кресло. — Да. Я лишусь большей части своих сокровищ, но зато, рядом со мной будет самое ценное и любимое сокровище. Щёки полурослика покрылись румянцем. Он понимал что он очень дорог Смаугу. Но никак не мог разобраться в собственных чувствах. И подколы со стороны друга, ему не помогали. Хоть последнюю неделю, сердце хоббита йокало почти каждый раз, когда Смауг трепал его по голове, обнимал или просто сидел рядом. Но Бильбо не привык к такому. Он хоббит. А у хоббитов есть свои нормы ухаживания. Хотя, полурослик очень привык к подобному себе обращению... Ладно! Кого Бэггинс пытается обмануть?! Ему нравится Смауг! Нравятся его губы! Его голос! Его черные как смоль волосы... Его еле заметные, красноватые чешуйки на щеках. Его острые, больше чем у любого эльфа уши... Клыки, которых хоббит по началу побаивался... И... Его глаза. Ярче любого золота... Краше любой драгоценности... Карее обрамление вокруг зрачка, и желтизна ближе к краю радужки... — Как подсолнух... Дракон непонятно уставился на хоббита. Тот сам не сразу понял, что сказал это вслух. Но потом, его щёчки покрылись румянцем. — Могу ли я узнать, что именно ты сравнил с подсолнухом? Бильбо закрыл глаза рукой и немного посмеявшись со своей глупости, сказал. — Я имел ввиду твои глаза. Дракон удивился. Но проступивший на щеках румянец, говорил о том, что змею такое сравнение понравилось. — А почему именно подсолнух? — Ну... Потому что по краям твоих зрачков идёт карий цвет, а ближе к краю радужки, тёплый жёлтый. Твои глаза такие же яркие и красивые, как этот цветок. Румянец мужчины, стал ещё сильнее. Бильбо не смог удержаться, и потрепал немного волосы Смауга. Дракон же, обнял своего полурослика ещё крепче и уткнулся в его шею, постепенно расслабляясь и засыпая. А тем временем, на смотровую площадку, вышла эльфийка с гномом. Они были явно счастливы в обществе друг друга, держась за руки. Вдруг, Кили остановил Тауриэль и свернул за ближайшую колонну. — Что случилось? Удивилась девушка. Гном же немного коварно усмехнулся и указал пальцем на парочку, стоящую возле балкона. Тауриэль вмиг узнала в них Леголаса и Локи. Они о чем то говорили, попутно смеясь и хлопая друг друга по плечу. — Я уже долгое время не видела, Леголаса таким... Счастливым. — Скажи спасибо этому черноволосому магу Локи. Если бы не он, то твой друг скорее всего бы уже покинул Эребор. Эльфийка мило улыбнулась и поцеловав Кили в макушку, повела обратно вглубь дворца. — Оставим их одних, и не будем мешать. У них скорее всего, всё больше чем просто общение. — Ты права. В прочем как и всегда. Тауриэль немного покраснела и взяв гнома, за руку наконец покинула площадку. — Нет! Ты серьёзно? Удивился юноша, всё также смеясь. — Да. Честно говоря я в свои восемь лет, не видел в этом ничего такого. Скажем так... Это была месть, за то что Тор использовал за день до этого, тот дурацкий приём "На помощь!". Леголас немного успокоился но улыбка оставалась такой же широкой. — Но ты пырнул своего брата ножом! И как тебе только не влетело от отца? Лафейсон улыбнулся и сказал. — Меня матушка тогда защитила. Мол, я маленький ещё и не понимаю, что это плохо... Мы с ней потом пол дня Тора успокаивали. В итоге, я позволил ему кататься на мне как на лошади. Спина болела сильно. Но радостный смех брата, того стоил. Вот бы услышать его вновь... Улыбка мужчины стала немного грустной, и он посмотрел на закат. — Я ведь не представляю как он там... Мы с ним лишились матери... Он ещё и отца потерял... А теперь и меня не стало в том мире... Юноша положил свою руку на плечо Одинсона, в качестве поддержки. Вдруг, краем глаза, он увидел Гендальфа. И в его голову залезла одна безумная идея. Что есть мочи, он крикнул. — Гендальф!!! Иди сюда, пожалуйста!!! Локи удивлённо уставился на эльфа. — За чем тебе Гендальф? На лице юноши проскачила озарная улыбка. — Скоро узнаешь. * *. *. * — А разве это возможно? Локи не мог никак поверить магу. Тот кивнул и ответил. — Да. И ты знаешь это. Смауг же тебе должен был рассказать о суде над Мелькором, разве нет? Тут пазл в голове мужчины наконец то сложился. Точно! Дракон же ему рассказывал об этом. Но... — Но разве тогда был не веский повод? Я не думаю что Эру Илуватор позволит использовать дверь миров, для чего то столь незначительного... Гендальф послушал тераду Лафейсона, после чего стукнул посохом о стеклянный шар и молвил. — Вот мы и узнаем. Будет ли этот повод веским, или нет. Сейчас мы сможем посмотреть, и возможно даже заговорить через эту сферу с твоим братом. Глаза мужчины расширились от удивления. — Что?... Прошу... Скажи что это не шутка... Если это правда... Ха-ха х... Брат... Из глаз Асгардца полились слезы. Он прикрыл рот рукой, и попытался успокоиться. Неужели он действительно сможет, вновь увидеть Тора?! Возможно это лучший день в его жизни. На миг проскачила мысль об ироничности происходящего... Но он тут же её отбросил, становясь напротив сферы. — Что я должен делать? — Вытяни руку над шаром, и представь своего брата. Попробуй ощутить его присутствие. Если всё пройдёт удачно, то мы сможем увидеть твоего брата в сфере. — Хорошо... Хух... Ну, приступим! Глубоко вздохнув, мужчина поднёс руку к шару и представил брата. На это ушло какое то время... Но вдруг послышался приглушённый голос... Голос Тора! Локи посмотрел на сферу и увидел... Немного располневшего брата. Он был облачён в латы, с огромной секирой и... Мьёльнером на перевес. Лафейсон сразу же посмотрел на свой молот. Он был точно таким же. — Ничего не понимаю... У брата молот и... У меня тоже молот. А ещё там похоже наступает битва... Маг посмотрел на молот Лафейсона и на молот Тора. — Этот молот был выкован одним из Валар. Скорее всего они сделали для тебя такой же молот как и для брата. Локи кивнул словам Гендальфа, но взгляд не отвёл. Ему не нравилось происходящее. — Что-то не так... И мне это не нра... Вдруг, Тор кинулся на врага. Этим самым врагом оказался Танос. Локи нервно взглатнул и прикоснулся к шее. Но сомнения быстро улетучились, и он побежал к той самой двери. Эльф и маг, ринулись следом. — Это веский повод! Тор может погибнуть! Гендальф, остудил немного пыл мужчины и сказал. — Ты не можешь идти туда один. Их слишком много... И велик риск повторной смерти... Локи вздрогнул. Уж что что... А действительно умирать, да ещё и второй раз подряд, ему не хотелось. ...Но там его брат! И он сражается почти в одиночку! — Я не могу ждать! Я должен идти! Маг вдруг усмехнулся. — Да... Но лучше всё таки с товарищами. Он посмотрел на противоположный конец зала. Титан, повалил Асгардца и накинулся всем весом на секиру. Тор пытаясь удержать оружие, из последних сил молвил. — Тебе никогда не стать правителем! Танос же нервно усмехнулся и вновь попытался накинуться всем весом на оружие. — Это мы ещё посмо.... Внезапно, откуда то из далека, в Таноса прилетел Мьёльнер и сбил с ног, откидывая на десять метров. Давая возможность Асгардцу встать на ноги. Молот вновь пролетел мимо мужчины, но уже в обратном направлении. — Ну ты и раскабанел, братец! Ха-ха! И обзавелся новым глазом, да? Сколько же прошло времени? Тор не мог поверить своим глазам. Он подошёл ближе к этой фигуре, и удостоверевшись в реальности происходящего, обнял со слезами на глазах, родного ему Локи. Тот тоже не содержался и крепко обнял брата. — Я так скучал по тебе, Локи... Ты даже представить не можешь... Прошу, скажи мне что это правда ты. Лафейсон отстранился и улыбнулся. — Это правда я. И я живой... А! И ещё кое что... Тор недоуменно посмотрел на брата. — Что? — Я пришёл не один... А с друзьями. — Друз... Друзьями? И вдруг, как по сигналу, поле оглушил рёв дракона. * * * * Битва закончилась победой землян. Но оставалось ещё, кое-что. — Это дракон?! Настоящий?! А... А это... Это... Подросток никак не мог унять своё волнение. Он и так был в шоке от происходящей битвы. Так ещё и в её разгаре внезапно появился брат Тора! эльф Леголас! Гендальф! Дракон! И Хоббит!....Хоббит! Вот кого, кого, а хоббита, Питер никак не мог ожидать. — Так! А теперь, мне кто нибудь объяснит, что здесь забыли персонажи Толкина?! Внезапно крикнул Старк. Тор лишь скосил взгляд на брата. Тот в свою очередь на Гендальфа. Поняв всю безысходность, Олорин закатил глаза. — Эру помилуй... В общем, нам пришлось пойти с Локи, так как мы побоялись за его жизнь. Это, если коротко. А если долго.... —А на долго мы не задерживаемся. Дверь миров вот вот закроется, и нам следует поспешить.... Сказал дракон и обратившись в человека, подошёл к Бильбо. Вдруг, хоббит скосил взгляд, на подошедшего к Старку мужчине. На миг, он даже задержал дыхание. Сам мужчина, тоже был немного потрясён, но старался хранить спокойствие. Смауг не сводил с этого мужчины взгляд, и лишь сильнее щурился. Дошло до того, что когда Стрэндж посмотрел на Бэггинса, змей притянул полурослика к себе и едва слышно зарычал. — Олорин. Мы уходим. Сейчас же. После чего, дракон пошёл в сторону старца. — Да не ревнуй ты так. Я так думаю, что хоббит чародею ни к чему. Сказал Лафейсон. Вдруг его плеча коснулся эльф. Обернувшись, Локи увидел грустное лицо Леголаса. Тот немного прикусил губу, и стараясь сделать хоть немного спокойное лицо, спросил. — Так, ты... Так ты останешься?! Тут же твой брат. Локи посмотрел на Тора, и тот сразу всё понял. Подойдя к ним, бог грома сказал. — Я очень сильно скучал по брату. И очень рад что... Локи оказался цел, и обрёл наконец-то то, что так долго искал. Я не думаю что он захочет оставаться здесь, только лишь из за меня. Я люблю брата, и желаю ему самого лучшего. Поэтому выбор только за ним. Услышав эти слова, Локи даже немного прослезился. Он крепко обнял брата. — Спасибо Тор... Ты тоже очень мне дорог. Я рад что ты мой брат. Надеюсь что у тебя будет всё хорошо. * * * * Наконец, добравшись до Шира, хоббит и дракон, успешно вернули себе нору и вновь обжили её. — Проклятье! Лобелия Бэггинс всё таки украла мои серебряные ложечки! Смауг лишь фыркнул и продолжил читать книгу. — Это было фамильное серебро моей моей матери! Вот же ш... Только лишь бы набить карманы деньгами! Наконец закончив тираду, полурослик подошёл к закипевшему чайнику, и сделал себе чай с мятой и медом. Услышав запах сладости, змей незаметно приблизился к полурослику и... — Даже не думай. Если так хочешь мёд, то сделай себе чай... Дракон страдальчески вздохнул и уткнувшись лбом в шею Бильбо, начал "ныть". — Ну Бильбо... Прошу тебя... Я могу забрать у этой... Как её там... Лабелии, твои любимые ложки... Только дай мёда... Или я могу взять что-нибудь и по слаще. После чего, начал, еле касаясь губами, целовать шею краснеющего полурослика. — Ну Смауг... Ха-ха-ха.... Мне же щекотно! Успокоившись, дракон отпустил хоббита, и сделал наконец себе чай с медом и липой. Усевшись на диване возле камина, дракон и хоббит пили чай, мило общаясь. Наконец закончилось это ненастье. Можно и расслабиться. — Кстати, Бильбо... — Что, такое? Дракон отставил кружку в сторону. — То кольцо... Которое ты использовал ещё в Эреборе... Бильбо немного дернулся и залез ручкой в карман штанов. Нащупав кольцо, он достал его и протянул змею. — Да... Оно... Ты хоть знаешь, что это за кольцо? Полурослик естественно отрицательно покачал головой. — Это, кольцо всевластия... Кольцо единое... Кольцо Саурона. Бильбо вздрогнул. Он выпустил кольцо из рук. Его поймал дракон. — Нужно написать письмо Олорину. — И созвать белый совет? — Нет... Там Ку́румо... То есть Саруман. Он может стать помехой, в уничтожении кольца... Полурослик удивился и спросил. — Почему? Он же глава совета... — В том то и дело... Если Олорина я ещё кое-как могу вытерпеть, то Ку́румо я просто не верю... Он уже давно что-то замышляет... И кажется, это как то связано с кольцом. — И что тогда делать? Дракон вздохнул, и прикрыв глаза, задумался. А действительно. Что делать?! Ведь Смауг только снял с себя клеймо гнусного орудия Моргота... Да и своего хоббита нельзя больше подвергать опасности... Выход лишь один. — Нам остаётся только, передать письмо Олорину и друзьям. А дальше пусть сами разбираются. Я не собираюсь больше воевать. Бильбо оставалось лишь согласно кивнуть. Он и сам порядком устал от всех этих воин и битв. Теперь, единственное что он хочет, это проводить время со Смаугом в тихой и мирной обстановке. Тем более приближается зима, а у Бэггинса половина кладовки пуста. Встав с места, хоббит пошёл в спальню, и взяв шкатулку, пришел обратно к дракону, и взяв кольцо спрятал его в шкатулку, а её спрятал в комоде, возле камина. — Теперь осталось лишь написать письмо и дождаться Гендальфа... Сказал дракон и взяв полурослика на руки пошёл в спальню, ибо на дворе была ночь.