Таня Гроттер и потерянный артефакт

      Глеб проснулся незадолго до рассвета и сидел, смотря в небо, виднеющееся за плотным пологом листвы дубов. Таня мирно посапывала на его плече, что было очень приятно. Скоро её придётся будить, приятное — приятным, а чтобы она из-за него завалила зачёт не хочется. Глеб зевнул. Как бы хорошо ни было, но плечо у него жутко затекло. А ведь и не сдвинешь, чтобы не разбудить раньше времени. Руками Таня сжимала край пледа, и выглядела очень безобидно. Сейчас никто бы не додумался назвать её Грозной Русской Гротти.       Некромаг непроизвольно ушёл в воспоминания, не переставая поглаживать спящую Таню свободной рукой.       Незадолго до Тибидохса, Глеб залетал в Магфорд к девчонкам, как оказалось, через пару дней после визита Тани. Они тогда разговорились, впрочем, просто потому что давно не виделись. Они хоть и были дороги друг другу, но предпочитали это не показывать, по крайней мере Глеб и Лена, а Жанна была самой младшей из тройки некромагов и сильнее привязалась к ним.

***

      Только Бейбарсов выпрыгнул из ступы, коснувшись аккуратно подстриженной лужайки английской школы, как сзади раздался радостный вскрик.       — Геб! — Жанна с разбегу бросилась на шею некромагу, чуть не повалив того на землю, но Глеб всё-таки устоял на ногах, невольно вспомнив Зализину. Жанна так и повисла у него на шее, радостно улыбаясь. Она не скрывала эмоции от своих сестры и брата по дару. — Мы даи тея!       — Спокойнее, Жанн, — Бейбарсов растянул губы в лёгкой усмешке. По-настоящему он улыбался очень редко. — Выровняй дыхание и говори.       — Ты ведь испугался, правда? — Аббатикова хитро улыбнулась, последовав указаниям Глеба, успокоив дыхание, делая шумные вдохи и выдохи. Жанна отпустила брата и отошла на пару шагов, довольно улыбаясь.       — Очень сильно, — усмехнулся Глеб, обнимая подошедшую Лену. — И всё же, откуда вы появились? Я не видел вас, когда летел.       — За Жанной сейчас ухаживает какой-то новый игрок невидимок, так что достать мантии-невидимки было не трудно, — спокойно пояснила Лена.       — Вообще-то, я хотела это сказать, — недовольно фыркнула Жанна. Лена небрежно повела плечом, в то время как у Глеба на лице блуждала очень неадекватная улыбка. Он еле сдерживал смех, а Жанна, посмотрев на него, снова фыркнула. — Не смейся. Мы, кстати, и тебе мантию достали.       — Что ж, пойдём вовнутрь, — сказала Лена и, не дожидаясь согласия остальных зашагала к школе.

***

      — Помнишь, как Жанна в самом начале переживала потерю своего Мишки? — Лена задала вопрос Глебу, а он в свою очередь попытался вспомнить, что за Мишка.       Жанна была младшим ребёнком в землянке на Алтае, и ей было труднее всех. Когда они ещё не могли переговариваться между собой, то замечали, что засыпая, Аббатикова, будучи маленькой девочкой, обязательно держала что-нибудь в руках. Иногда старуха разрешала кому-нибудь из старших остаться с ней на ночь, но это случалось очень редко, ведь в той землянке каждый должен был быть самостоятельным, вне зависимости от возраста. Потом выяснилось, что у Жанны был плюшевый медвежонок, без которого она не могла уснуть, думая будто он её защитит, и возраст это оправдывал.       Если уж на то пошло, у каждого в той землянке были какие-то привязанности, с которыми из разлучили. Это в некоторой степени их закалило. Тех, кто не смог справиться с разлукой, а такие, к сожалению были, хоть и немного, уже нет в живых. Кто-то скучал по родителям, кто-то не мог без солнечного света, привязанности у всех были разные, как примитивные, так и очень странные, но нужно было обойтись без них. При старухе нельзя было показывать свою слабость, ни в коем случае нельзя.       Глеб кивнул, показывая, что прекрасно помнит.       — Так вот, она недавно слетала домой, повидаться с родными. Не знаю как всё прошло, но она забрала своего медвежонка. Сейчас он лежит в её комнате.       — А ты говорил, что я о нём забуду, — довольно сказала Жанна. Ей и вправду нравился её Мишка, хотя такое было весьма странным для взрослой девушки, но ей было всё равно. Но если бы кто-то сейчас посмеялся, то она бы не задумываясь испепелила бы беднягу. Затем Жанна вспомнила, что ещё можно бы рассказать Глебу, а то живёт непонятно где, ничего не знает. — А Лена встретила «любовь детства».       Глеб удивлённо посмотрел на Свёколт. Для него, конечно, не секрет, что на Алтае Лена очень скучала по своему другу, но то что это была любовь и не подозревал. Лена была старшей из бывших там девочек, потому казалось не имела никаких привязанностей, но она очень скучала по своему другу, даже хотела вернуться, в большей степени из-за него. Она раньше не была такой заучкой, но потом её как-то затянули книги, новые знания, магический мир. Изначально девушка старалась выжить, чтобы вернуться, но потом напрочь забыла о своём друге, целиком и полностью отдавшись новым знаниям, стараясь быть лучшей у ведьмы, не от какого-нибудь желания всесилия, она никогда его не хотела, а просто хотела всё знать. Логики в её поведении Глеб до сих пор не мог понять.       — Я случайно его увидела, хотя как не увидеть, если он живёт по соседству с моими родителями. Он сейчас довольно успешен, но несчастлив. Мне даже от чего-то кажется, что у него нет эйдоса. Он изменился, но я надеюсь, что с ним всё будет хорошо, — Лена сказала это спокойно, хотя она действительно переживала за него, пусть их дружба и осталась в прошлом.       Жанна так долго не могла навестить близких только от того, что они переехали, и она не могла их найти, в чём ей помог академик. Лена же просто боялась показаться своим родителям.       Некромагиня действительно боялась, хоть некоторым кажется, что она чёрствая, но на самом деле это не так. Просто она не кричит на каждом углу о своих чувствах. Да если бы и кричала, то её давно бы попытались запереть в психушку. Боялась Лена потому, что её родители тоже маги, и её пугало то, какой может быть их реакция, когда они узнаю, что их дочь некромагиня. Но как оказалось боялась зря. Родителям было глубоко всё равно, кто их ребенок в магическом мире, главное, что с ней всё в порядке…       — Ты ведь тоже недавно был в лопухоидном мире, может тоже что-нибудь расскажешь? — спросила Лена после недолгого молчания.       — Был, но ничего интересного не случилось, — ответил Глеб.       Жанна немного обиженно фыркнула, затем снова увлекшись рассказом.       Глеб летал в лопухоидный мир, но просто так. Если затронуть тему семьи, как это сделали сёстры по дару, то его родителей не было в живых, он это знал, но всё равно решил полететь. Сейчас самые близкие люди для некромага — Жанна, Лена и, естественно, одна рыжеволосая драконболистка, которая втягивает его в истории. У Глеба была пара идей на тему «как влюбить в себя Гроттер», но прежде чем идти на это, он хотел слетать в Тибидохс.       — Представляешь, Глеб? — весело воскликнула Жанна выгоняя его из раздумий. Он кивнул, не зная, что должен представлять. Аббатикова продолжила рассказывать, а Бейбарсов всё же решил послушать.

***

      Глеб криво усмехнулся. И как он мог до этого додуматься? Хорошо, что ещё передумал. Сарданапал предложил ему пойти в магаспирантуру, а Бейбарсов, недолго думая, согласился. Он снова посмотрел на Таню. Если бы он тогда осуществил свою задумку, то шансов бы у него точно не было.       В какой-то момент веки драконболистки дрогнули, пальцы сжали край пледа. Бейбарсов сначала подумал, что ей приснился сон, но потом стало видно, что это скорее кошмар. Глеб попытался придумать что же делать, конечно его не раз мучали кошмары, но сейчас что-то снилось Тане, а некромаг не понимал, как ему действовать. Конечно, были заклинания, но, как известно, магия имеет последствия. Глеб выбрал наиболее приятный вариант. Не переставая поглаживать драконболистку, он снова и снова чувствовал как плечо отдаётся ноющей болью, но чуть наклонившись вперёд шептал какую-то успокаивающую бредятину, это должно было помочь. Сначала он испытывал чувство, напоминающее неловкость, и ему казалось, что он выглядит очень глупо, но вскоре перестал обращать на это внимание.       Похоже помогло, Таня приоткрыла ещё затуманенные сном глаза и посмотрела на Глеба. Как это бывает, разум ещё не до конца прояснился и она, вместо того чтобы вскочить и сыпать искрами просто обняла его и переложила голову ему на грудь чуть повыше сердца.       Глеб криво улыбнулся. Ему было очень приятно, но плечо, которое он так и не смог подвинуть, так как этой рукой придерживал Таню, снова отдалось болью. Он всё же решил сосредоточиться на приятном. Бейбарсов умел подавлять физическую боль, хоть сейчас очень надеялся, что Гроттер не станет вертеться. Таня вновь успокоилась, хотя скоро должна была проснуться. Глеб ухмыльнулся, не переставая её поглаживать, представив пробуждение драконболистки. Она будет весьма недовольна.

***

      Таня ещё не совсем проснулась, а как бы дремала. Была на той стадии пробуждения, когда ещё не осознаёшь, что творится вокруг, а в голову лезут очень глупые мысли, о которых не вспомнишь утром. Так она пролежала некоторое время, пока к ней не начали доходить мысли по типу «чего-то здесь явно не так»… Но это и неудивительно, такие мысли, как правило, постоянно запаздывают, а если нет — вы счастливчик.       Таня открыла глаза, искренне удивляясь пейзажу: «Разве я не в своей комнате заснула? Неужели инопланетяне всё-таки существуют?». До неё сразу дошло, что это глупости. А позже полностью очнувшись всё вспомнила.       Таня рывком села, случайно стукнув некромага локтем в бок.       — Гроттер, — Бейбарсов недовольно посмотрел на неё, хотя вид разъярённой драконболистки порядком его позабавил.       Девушки, их не понять. Глеб наконец потянулся, с наслаждением разминая плечо. Он насмешливо фыркнул, поймав её удивлённый взгляд и, еле сдерживая смех, протянул, — Таня, ты мне руку отлежала, в бок двинула, сейчас-то за что? Нет чтоб просто поблагодарить, я ради тебя рукой пожертвовал…       — Пожертвовал он, — недовольно фыркнула Таня, слегка смутившись, как это с ней часто бывает, непонятно от чего, но виду не подала, вновь хмуро воззрившись на Бейбарсова, который в свою очередь уже поднялся. Таня посмотрела в небо, отметив, что вот-вот восход.       — Сколько времени? — спросила Таня, благополучно забыв выражение «который час?». Как-то она даже разговорилась с Ягуном, на тему правильности речи. Он тогда яростно жестикулировал, искренне возмущаясь положенным нормам.       Зачем люди придумывают эти правила? Будто им делать нечего… Неужели нельзя было просто сказать «пишите — как говорите, а говорите — как удобно», но они всё усложняют, выдвигают свои мнения, оспаривают установившийся порядок, в общем — делать людям нечего! — возмущался Ягун. Таня тогда посмеялась с того, каким серьёзным было его лицо, во время произношения речи, хотя таким оно было наверняка потому, что его отвлекли от столь важного занятия как «разбор пылесоса…»       — Где-то полвосьмого, — предположил Глеб, посмотрев на небо, у него же нет встроенных часов. Он увидел, как Таня зябко поёжилась, и ухмыльнулся. — Пледик подать?       Таня фыркнула, но всё же закуталась в любезно поданный ей плед. С утра было прохладно.       Драконболистка огляделась вокруг, грустно вздохнув, вспоминая прошлый вечер. Это было волшебно, прямо как во сне, лёгком и радостном. Обычно такие сны быстро забываются, но если удалось его сохранить, то после с трепетом стараешься вспомнить каждую деталь, ничего не упуская. Это было словно в сказке, но она растворилась с первыми лучами солнца, с еле заметной дымкой над землёй. Гроттер вздохнула, подумав, что надо бы запомнить дорогу и как-нибудь вернуться сюда. Она перевела взгляд на Глеба. Надо бы и его как-нибудь отблагодарить. Она нерешительно переминалась с ноги на ногу, стоя на месте. Его благодарить было непросто, наверное привычка, но ведь хотелось. Он тоже на неё смотрел, Таня не понимала, что за чувства он испытывал, а, безуспешно вглядываясь в его непроницаемые чёрные глаза, максимум что почувствовала — это как её снова затягивает чёрная бездна. Конечно, со временем она научилась противостоять этому, но увлекаться не стоило.       — Нужно уже возвращаться, у нас сегодня зачёт, если ты не забыл, — пробормотала Таня, решив поблагодарить некромага как-нибудь позже. Он вроде никуда не денется.       Бейбарсов кивнул, ненадолго задержав на ней взгляд, и пошёл в лес по только ему известному пути к Тибидохсу.       Таня шла оглядываясь вокруг, всерьёз рассчитывая сюда вернуться. Она отметила насколько всё изменилось. Всё вокруг утратило серебряный отблеск, который так завораживал вчера. Неужели луна может так всё поменять?       Таня вновь поёжилась от холода. Лето уже через месяц, но до сих пор зябко. В магическом мире каникулы начинались раньше, что безусловно радовало. Гроттер поразилась, что сам некромаг не замёрз.       — Тебе не холодно? — поинтересовалась Таня, разглядывая спину идущего впереди некромага.       — Нет, — Бейбарсов обернулся, насмешливо прибавив. — Благодарю за заботу.       — Ты считаешь это заботой? — Таня зевнула. В другое время она бы ответила какой-нибудь колкостью, но после сна мыслила заторможено, а холод даже и не думал её отрезвлять.       — Почему бы и нет? — вопросом на вопрос ответил некромаг.       Таня снова перевела взгляд на окружающую среду, разглядывая деревья. Выглядели они довольно мрачно, хотя уже покрылись зелёной листвой. Видимо зашли они достаточно глубоко. Драконболистка шла рассматривая всё вокруг, не веря, что этот лес так волшебно выглядел ночью. Таня так увлеклась этим, что случайно споткнулась, зацепившись ногой за корягу, чуть не уткнувшись носом в спину идущего впереди некромага. Не то чтобы она могла упасть, годы драконбольных тренировок помогли удержать равновесие, но естественно Бейбарсов не мог упустить такого случая словив её в так называемые объятия.       — Бейбарсов! — Таня подняла голову, увидев его глаза, в которых плясали чёртики. Только слепой бы не увидел, что некромаг всеми силами сдерживает смех.       — Да? — вполне спокойно выдавил он, однако не выпуская из кольца рук.       — Убери от меня верхние конечности, я и сама бы справилась! — возмутилась Таня, поняв, что держал он её как раз за талию.       — Знаешь, была пара вариантов развития событий: либо ты врежешься мне в спину, либо упадёшь, но я, как видишь, не дал случится ни первому ни второму, — Бейбарсов усмехнулся. Конечно он видел, что Таня не упадёт, но разве мог упустить такой момент? Руки он всё же убрал. «А что ты хотела, Гроттер? Неужто тебе и впрямь так неприятны мои прикосновения?».       — По твоей логике я должна поблагодарить… — протянула Таня, подозрительно прищурившись.       — Зная твою чёрствость, не настаиваю, — насмешливо наклонил голову некромаг.       Таня недовольно фыркнула и отошла от парня. Он снова насмешливо ухмыльнулся, направляясь к замку. Таня держалась достаточно близко, но не настолько, как хотелось бы Глебу. Хоть она и заснула у него на плече, в обычное время Гроттер максимум могла спокойно с ним разговаривать, но это было чудовищно мало. Бейбарсов хотел иметь возможность прикасаться к ней чаще, чтобы она не старалась скорее отстраниться, а чтобы и сама подходила к нему. В разуме Глеба снова стали строиться планы, но он поспешно отогнал их, помня, что случилось в прошлый раз. Некромаг молча шагал к замку, то и дело бросая взгляды на драконболистку, которая уже шагала сбоку от него. Нужно будет её почаще куда-нибудь водить, он хотел снова увидеть блеск её глаз, она тогда выглядела невероятно. В этот момент Глеб понял, что ни за что не позволит никому обидеть её… Вчера Таня смотрела на него открыто, без предубеждения, настороженности или Лигул пойми чего, а просто совершенно открыто, будто ничего не было до этого момента, будто была счастлива…

***

      Таня повалилась на кровать. Казалось здесь она бывает чаще всего. В последнее время девушка так выматывалась, что просто физически была не способна ни на что большее чем упасть на кровать, моментально засыпая. Но сейчас Тарарах водил их в лес для практики, и Таня просто не позволила себе такую роскошь как сразу заснуть, даже не успев переодеться. Одежда была вся в грязи и ужасно воняла болотом. Драконболистка с трудом поднялась, решив что покрывало придётся стирать, но это уже потом, и направилась в ванную. Там она могла расслабиться, собраться с мыслями, просто отдохнуть. К тому же после горячей ванны человек быстрее засыпает, это факт. Через пару минут Таня уже сидела в душе, обняв руками коленки, думая о всяком, что лезло ей в голову.       Сегодня был зачёт по артефактам. Глеб рассказывал о каком-то из них, название которого она даже не запоминала, надеясь только на то, чтобы он не выпал ей. А о чём здесь говорить, если только название оного состояло из семнадцати букв, причём согласные нужно было растягивать, для того чтоб произнести правильно. Как Глеб потом рассказал Тане, этот артефакт из древних, а их он знает довольно хорошо. Ягуну выпал Нетленный Крик. Кто ему вообще название придумывал? Но в народе его наоборот называли «пустозвон». Довольно лёгкая тема, может Ягунова тактика с амулетами всё-таки подействовала? Тане выпал Меч Древнира, и она в который раз мысленно поблагодарила Мефа, за то что тот на спор подробно расписал его внешний вид и свойства, даже схему составил. Вот Лотковой попался Локон Афродиты, так что Бейбарсов вновь насмотрелся на краснеющую драконболистку. Таня подняла голову, подставляя лицо тёплым каплям. Неделя выдалась насыщенной. Но девушку не покидало ощущение, что что-то здесь не так. Например, с чего бы сюда прилетать Ирке с Матвеем? Первая магическим талантом не обладает, соответственно делать ей здесь нечего, а второй давным-давно отучился, если верить Мефу — около двухсот лет назад. Но ведь без причины их не пустил бы академик. Таня вновь положила голову на колени, прикрыв глаза и наслаждаясь покоем. Она так устала, что не хотелось ни о чём переживать. Просто сидеть, чувствуя как капли стекают по телу. Так спокойно.       Гроттер просидела в такой позе ещё какое-то время, пока не поняла, что вот-вот уснёт. Она еле выбралась из душа, схватив пижаму, и пошла в комнату. Мир подождёт, а сейчас жутко хотелось спать.       Таня забралась под одеяло, закутавшись чуть ли не с головой, и провалилась в сон.

***

      Каменный коридор. Темно. Очень темно. Нельзя останавливаться, ни в коем случае не останавливаться. Таня бежит вперёд по коридору, который кажется никогда не кончится. Вокруг мелькают сплошные каменные стены. Драконболистка не может обернуться и посмотреть что это, но слышит: кто-то бежит за ней, кто-то совсем недружелюбный, и этот кто-то неумолимо приближается. Одна ошибка и конец. Дыхание сбилось, из груди то и дело вырывались хрипы. В боку уже не колет, теперь такое ощущение, будто внутренности сжались, готовые вот-вот выпрыгнуть наружу. Сердце колотится как бешеное, будто пытаясь вырваться из грудной клетки. Горячее дыхание опаляет спину. Она бежит, выкинув все мысли из головы, подгоняемая страхом. Просто потому, что нельзя останавливаться, просто нельзя. Таня бежит из последних сил, уже не чувствуя ног, и это сказалось на ней. В какой-то момент Таня споткнулась о свою же ногу и мгновенно покатилась по каменным плитам. Таня хрипло выдохнула, стараясь сдержать крик. Жутко болела ушибленная рука. Она захотела накрыть голову руками и сказать: «Я в домике». Таня собрала все силы чтобы вскочить на ноги, хотя это было безнадёжно, и даже тело не хотело её слушаться, как что-то упало сверху…

***

      Драконболистка вскрикнула и открыла глаза. Ничего не произошло. Она, не двигаясь, пролежала пару минут, пока к ней не начало возвращаться осознание реальности. Таня приподнялась на локтях, чувствуя неприятную пульсацию в правом. Когда она полностью отошла от кошмара ей тут же стало неловко, от глупости ситуации.       Хорошо этого никто не видел, иначе заголовки магзет и Лысегорских журналов уже бы вовсю вопили: «Татьяна Леопольдовна Гроттер устроила нешуточную бойню с одеялом, впоследствии проиграв». Сейчас Драконболистка сидела на полу, укрытая соскользнувшим с кровати одеялом. Наверняка ночью ей стало жарко, потому она каталась по кровати как ненормальная, от чего и упала, а разыгравшееся воображение подкинуло картинок. Локоть ужасно болел — полёт не обошёлся без травм.       — Хорошо хоть не головой… — вздохнув, Таня поднялась. Спать уже не хотелось.       Таня достала мазь, подарок от Ягуна и незаменимая вещь после драконбольных тренировок. Нанесла её на плечо. Взглянув на часы, девушка очень удивилась, было только четыре утра. Надо ей было вставать в такую рань! Она оглядела комнату, надеясь найти что-нибудь, что бы её заняло. Можно было снова лечь, но Таня чувствовала, что уже не заснёт. Она схватила висящую на стуле кофту и вышла из комнаты, попутно натягивая её.       Даже сейчас коридор не был пустым. Почти на каждом углу были полевики, лизуны, мороки и всякая младшая нежить, которая выходила чаще ночью. Зато Поклёпа можно не бояться, сейчас он должен быть у Милюли. Таня просто шла, не думая куда, то и дело сворачивая или заходя в тайные проходы, которые она открывала когда-то давно с Ванькой и Ягуном. Её снова кольнула грусть. Она определённо скучала по тем временам, когда они были детьми, единственной заботой которых было не наткнуться на завуча, который мог оказаться за любым поворотом. Таня заметила свет. Сбоку была бойница. Драконболистка выглянула наружу. Прохладно. Утренний Буян, что тут скажешь. Отсюда был виден лес. Таня постояла, вглядываясь в него. Издалека он казался обычным смешанным лесом, в то время как в глубине бродили волшебные существа, увидев которых, даже у магспирантки, иногда дух захватывало. Если бы лопухоиды берегли природу и животных, то такие были бы и в обычном мире. Некоторые живущие здесь животные, впрочем как и нежить, когда-то жили в том мире, но им пришлось уйти оттуда. Буквально на днях Тарарах летал в лопухоидный мир, чтобы забрать детёныша грифа. Как говорила Ягге, раньше магические существа для людей были чем-то обыденным. Если же сейчас кто-либо встретит в лесу того же единорога, то наверняка заберут в лабораторию, будут ставить опыты над бедным животным, в итоге заключив, что это потомок лошади и носорога. Таня задумалась об этом, придя к простому выводу — люди разучились верить в чудо. Сейчас из обычного мира вытесняемые людьми магические существа бегут в волшебные школы, такие как Тибидохс или тот же Магфорд, некоторые уходят в Эдем, светлые стражи принимают их. Может где-нибудь есть и другие драконы? Где-нибудь в горах, лесах, скальных пещерах, пустынях, там, куда люди ещё не добрались. Ведь мир действительно огромен, даже больше чем они думают. Некоторые места просто недоступны лопухоидам, такие как магические школы, канцелярия Мрака, которые расположены прямо у них под носом, но никто о них не подозревает. Как небесные острова, некоторые города-призраки и многое другое, о реальном существовании чего простой человек не догадывается.       Таня так увлеклась своими размышлениями, что очень удивилась, почувствовав колокольчик тревоги, ведь всё вокруг было так спокойно, что могло случиться? Гроттер обернулась, но ничего странного не увидела, даже послала обнаруживающее заклинание, но и оно не помогло. Таня недоумённо распахнула глаза, здесь что-то явно не так. Она не стала играть с судьбой, а потому решительно направилась обратно. Храбрость, по своему обыкновению, граничит с глупостью, а потому очень важно иметь здравый смысл. Как раз оставаться в пустом коридоре, где даже негде спрятаться, в случае чего, крайне глупо. Мало ли…