Связанные судьбой

      Эррор в спешке ощупывал поверхность земли в поисках очков - без них он почти ничего не видел. По мере того, как долго он не мог найти их, его паника нарастала. Внезапно малыш услышал глухой звук неуверенных шагов. Он поднял в голову и, посмотрев в сторону звука, увидел приближающийся к нему детский силуэт. Когда тот подошёл достаточно близко, Эррор увидел измазанную в чернилах черепушку. Скелет весело сказал, улыбаясь:       - Привет, я Инки. Ты что-то потерял?       Эррор недоверчиво посмотрел на Инка, и буркнул: "очки". Монстр напротив сразу изменился в лице и огляделся по сторонам, выискивая взглядом потерянную Эррором вещь. В глазницах скелета зрачки поменяли форму и цвет, а сам он снова улыбнулся и пропал из поля зрения ребёнка, но быстро вернулся, протянув ему очки. Эррор схватил их и поторопился надеть. Его мир снова приобрёл очертания - расплывчатые пятна превратились в дома, дороги, растения, проходивших мимо людей и монстров. Всё это время Инк стоял рядом со скелетом. Когда последний обратил на него внимание, Чернильница спросил:       - Как тебя зовут? - всё это время улыбка не сходила с лица Инка. Тогда тихо и неуверенно чернокостный ответил:       - Я... Эррор, - выражение лица ребёнка стало печальным.       - Что же, будем друзьями, Эррор! - Инк говорил искренне, действительно желая с ним подружиться. В безнадёжно одиноком мире Эррора наконец появился лучик света. Думая об этом, он ощутил, как его улыбка из печальной превратилась в счастливую.       С тех пор Инк каждый день приходил к Эррру, и они стали друзьями. И всё же, спустя некоторое время Инк стал отдаляться от Эррора, заводя новых друзей и проводя с ними всё больше времени. А чернокостный, единственным другом которого всё ещё оставалась эта Чернильница, снова чувствовал себя одиноким, брошенным, никому ненужным. Эти чувства давили на Эррора, и он поставил Инка перед выбором: либо он, либо его новые бестолковые друзья. Уверенный в том, что Инк ни за что его не оставит, скелет был потрясён, когда ему предпочли тех, с кем только познакомились. После этого брошенный единственным другом ребёнок возненавидел Инка, всех его друзей, весь мир. Считая, что всё это какая-то ошибка, Эррор стоял и смотрел вслед уходящему другу. Руки сжались, кости громко хрустнули и... Глюча успокоился. Теперь его мысли были переполнены обрывками фраз минувших лет: "Да никто не станет дружить с таким заикой, как ты!.. Он тебя бросит... Ты такой жалкий...". "Ох, как же они были правы", - подумал Эррор, грустно усмехнувшись.       Прошло немало времени с тех пор, но несмотря на то, что скелет отказался от их с Инком дружбы, жизнь постоянно сводила их: сначала они учились в одной школе; после, когда Эррор переехал в другой город со своей семьёй, он расслабился в надежде на то, что больше не увидит этого предателя. Каково же было удивление глючного, когда, возвращаясь со школы, около своего дома он увидел Инка и его дядю, таскающих большие коробки с вещами. Так было каждый раз, когда Эррор думал о том, что Инк и его занудская рожа уже в прошлом. В конце концов смиривишись, Эррор просто решил стараться делать так, чтобы жизнь под одним небом с ним, Эррором, казалась Инку невыносимой. Но этого не происходило. Сколько бы он не "подсирал" ему, тот всегда оставался в приподнятом настроении.

***

      Светает. В полупустую комнату (кровать, письменный стол, тумба – ничего лишнего) робко заглянул лучик солнца, пытаясь разбудить спящего скелета. Эррор приоткрыл один глаз и, раздражённо вздохнув, потянулся. У него был сон. Ему приснились некоторые моменты из его детства. Эррор усмехнулся: «Снова». Эти воспоминания всё чаще всплывали в его сознании, заставляя ощущать себя счастливым. «Какой вздор». Он нарочито медленно встал с кровати - ещё рано и у него было время на подобные глупости, - надел тапочки и с невыносимым шарканьем вышел из комнаты. В коридоре только тиканье часов нарушало гнетущую тишину, но громко хлопнула дверь, и Эррор зашаркал к кухне. Сегодня дома никого не было – вся семья скелета уехала на некоторое время, вновь оставив того одного. Придя на кухню, он не спеша заварил кофе, ворча себе под нос. Расслабившись и немного взбодрившись, скелет посмотрел в окно и… увидел ненавистную и до боли знакомую ему фигуру. Но только он подумал, что этот день снова испорчен одним только присутствием Инка, остатки кофе вылились на шорты глючного, а художник повернулся в его сторону и, увидев, что Эрррр смотрит на него, помахал ему рукой и улыбнулся.       - Да он, блять, издевается! – взревел он. Разгневанный, Эррор вышел из кухни, громко топая, и отправился в ванную. Утро его не задалось.       Каждый день скелета был похож на предыдущий – пропитан слепой ненавистью к художнику, от чего, казалось, и весь мир был настроен против него. Эррор уже и не помнил, почему так зол на Инка, но менять ничего не собирался. А зачем? Размышляя об этом, он подошёл к зданию школы. Её ворота были приветливо распахнуты для всех учащихся. Сейчас через них воодушевленно проходили школьники, болтая о чем-то друг с другом. Кто-то удивлённо охал, кто-то обречённо вздыхал, а кто-то бурно обсуждал события прошедших или предстоящих дней. Смотря на всё это, Эррору хотелось блевать – всё слишком хорошо, так не должно быть. С этими мыслями он вошёл на территорию школы и сразу увидел Найтмера и Даста, горячо обсуждающих что-то. Немного постояв на месте, он подошёл к ним. Даст первый заметил его и окликнул, когда тот только сделал первый шаг:       - Эй, Эррор! Скажи ему, что… Ох, ты снова не в настроении, приятель, - на этих словах Найтмер, стоявший рядом, усмехнулся.       - Я же говорил, - произнёс он, когда Эррор подошёл к ним. – Мы сегодня собирались посидеть у меня. Ты с нами?       - Нет, - ответил глючный. Вообще он редко проводил с ними время и лишь тогда, когда было совсем скучно. На это Кошмар лишь хмыкнул:       - Снова вспоминаешь этого улыбчивого идиота? - Эррор проигнорировал вопрос Найтмера и вошёл в школу. Непонятный гомон, слившийся из детских голосов, скрипа обуви и хлопанья дверей, снова заставил его напрячься. Дойдя до своего кабинета, он настежь открыл дверь и прошёл к своей парте. По пути он «нечаянно» зацепил вещи Инка, и они полетели вниз: пенал с кисточками и карандашами, пара альбомов и скетчбуков, тетради – всё это с громким звуком стукнулось о пол. Когда Эррор сел за парту, он подпёр щеку рукой, наблюдая за тем, как Инк подбирает свои вещи.       - Зачем ты это постоянно делаешь? – возмущённо спросил художник.       - А разве не очевидно, радужный идиот? – вопросом на вопрос ответил Эррор. Ох, какое же удовольствие ему доставляло видеть, как быстро меняются зрачки в глазницах художника – со звёздочек на восклицательные знаки, с них на вопросительные и т.д. Но это не продолжалось долго – Инк обиженно отворачивался, как только видел расцветающую на лице Эррора усмешку. Так случилось и в этот раз. Скоро прозвенел звонок, и начался урок. На протяжении всех 45-и минут, Эррор либо скучающе смотрел то в окно, то на доску, либо с презрением на затылок Дрима, сидящего перед ним. После перемена, снова урок, и всё повторялось. Как же Эррора бесили улыбки Инка и его друзей, вечно болтающих в сторонке и иногда поглядывающих то в его, то в Даста с Найтмером сторону. Но уроки закончились, и Эррор , подумал о том, что было бы неплохо сменить маршрут и пойти домой другим путём. Так он и сделал. Глючный не торопясь шёл по пустым улочкам, поглядывая то вправо, то влево, но, окончательно расслабившись, услышал знакомый голос из подворотни, мимо которой он только что прошёл.