Связанные судьбой

      Эррору снился сон - давно такого не было. Несмотря на это, он не был ужасным, скорее каким-то расплывчатым, непонятным и даже приятным. Тёплое чувство окутало его после пробуждения. Скелет боязно повёл плечами приняв сидячее положение, и открыв глаза, посмотрел в окно - пошёл первый снег. Внезапно он напомнил ему ещё кое-что, о чём он всегда хотел забыть, но не мог. Снег у Эррора всегда ассоциировался с чем-то неприятным сердцу, с одиночеством, с тем, что, по сути своей, преследовало его всю жизнь. День обещал быть ужасным - Эррор снова пролил кофе, когда сидел на кухне и завтракал. "Это стало происходить слишком часто" - устало подумал скелет.       Выйдя на улицу, Эррор почувствовал, как пара снежинок упала на скулы, и недовольно вздохнул. Где-то в 5 метрах от него, звякнули ключи и послышались приближающиеся торопливые шаги, после кто-то положил руку на плечо скелета.       - Привет, Глюча, - поприветствовал подошедший Инк.       Эррор подскочил на месте и быстро сбросил руку Инка, отпрыгнув от скелета на метр.       - Блядь! Ты совсем страх потерял?! - голос стал ещё более глючным, рука скелета слегка дрожала. - Не т-трогай меня! - Инк с обидой посмотрел на Эррора, форма и цвет его зрачков сменились на 2 красных восклицательных знака.       - Ты правда так сильно меня ненавидишь? Эррор... Мне так жаль! Я никогда не хотел оставлять тебя одного, просто!.. Просто...       - Просто кинул меня и всё, - сказал, как отрезал, Эррор. Когда скелет кинул взгляд на Инка, снова дёрнулся - из глазниц художника выкатилась слеза. Вторая. Третья. Эррор протянул было руку, чтобы смахнуть пальцем вновь выкатившуюся слезинку, но одёрнул себя. - Как ты можешь... быть настолько фальшивым? Решил сыграть на моих чувствах? - последнее Эррор сказал с лёгкой горечью в голосе. - Инк, я знаю, что ты не можешь чувствовать что-то неприятное, да даже просто грустное! Твои воспоминания из детства были прекрасными: окружён вниманием, болтающими с тобой монстрами, бросил друга, я уверен, ты гордился этим и рассказывал своим "друзьям". Я был абсолютно уверен в том, что как только у них появится возможность, они тебя бросят. Но какого хрена?! Ты всё ещё везде ошиваешься с ними! С этим вечно довольным Дримом и придурком с голубым шарфом, который ведёт себя как ребёнок! Ну что я тогда сделал не так? Я настолько ужасен? - Эррор возвышался над согнувшемся в позвоночнике Инком и продолжал говорить. Казалось, скелет молчал вечность и сейчас, сказав одно слово, уже не сможет остановиться.       - Прости, - Инк опустил голову. - Я, правда, поступил ужасно. И я тоже могу ощущать что-то негативное - подумай сам, ты совсем перестал со мной общаться, когда я тогда просто не пошёл с тобой, а после и совсем меня возненавидел. Говоришь, что Блу ведёт себя как ребёнок, но единственный ребёнок тут только ты! Как можно так долго хранить обиду? Ты просто... просто... у меня даже слов нет! - художник устало развёл руками. - Может, просто поговорим об этом?       - Я не собираюсь разговаривать с тобой более, радужный придурок, - с этими словами Эррор развернулся и ушёл. Инк остался стоять один около дома глючного, ёжась от лёгкого дуновения ветра. Первый снег. Раньше он ассоциировался у Инка с чем-то волшебным, приятным: часто с друзьями они выбегали и ловили первые снежинки - тогда это занятие казалось достаточно весёлым. Сейчас же, чем старше становился скелет, тем больше он его ненавидел. Теперь первый снег был для него напоминанием о брошенном, в то время, друге. Казалось бы, просто 3 слова, как они могут оставить такое глубокое впечатление и неприятный осадок на несуществующей душе? "Я тебя ненавижу". Всего 3 слова, сказанные в тот день, день, когда пошёл первый снег, навсегда изменили мышление Инка. На самом деле, скелет много раз пытался помириться с Эррором, да даже просто поговорить! Каждый раз это заканчивалось одним и тем же - обиженный скелет уходил и начинал избегать его, Инка. Иногда это заканчивалось переездом глючного. Инк просил родителей переехать туда, куда переехали родители чернокостного (и, соответственно, он сам), но ситуация повторялась. Думая об этом сейчас, Инк тяжело вздохнул: "Ну за что мне это наказание? Кажется, я целую вечность гоняюсь за ним".       - Вы поговорили? - Блу был взволнован: он прыгал на месте, в глазах горели звёзды, а руки прижаты к груди.       - Ага, - апатично отозвался Инк.       - Так вы так и не прояснили ситуацию? - спросил Дрим.       - Да какая разница? Я всё испортил ещё тогда, так что это только моя вина. Загладить я её не могу, поэтому остаётся оставить всё так, как есть, и пустить на самотёк, - редко Инк говорил что-то подобное. На памяти Дрима не была ни одного раза, когда бы художник так просто сдался. Всегда он старался так, как мог, и в итоге получал желаемое. Почему он не настроен так же сейчас? Мечта посмотрел на Блу и кивнул ему. "Придётся сделать то, о чём мы вчера говорили с Блу. Да, Инку это не понравится, но это всё для его же блага", - подумал он, кивнув. - Раз так, мы пойдём. Нам с Блу нужно подготовить класс к уроку - вчера никто не сделал уборку в нём. Догонишь нас?       - Ага... - сказал Инк вслед удаляющимся друзьям и пошёл, опустив голову. Вдруг кто-то толкнул его в бок, громко хлопнула дверь, щёлкнул замок, и стало темно.       - Я тебя ненавижу.