Неисчезаемая

— Опять сбегаешь с урока шитья? Арья Старк вздрогнула, не заметив, как позади нее появилась женщина. Она круто развернулась, буквально подпрыгнув, но это был не порыв испуга, а скорее желание не поворачиваться к кому-то спиной. Воинственно нахмуренная девочка тут же расслабленно повела плечами, когда признала в подошедшей свою мать. — Мама, — облегченно произнесла она. Женщина мягко, широко улыбнулась ей, что сделало и так красивое лицо еще более прекрасным. Амара Старк, в девичестве Блэкторн — мать Арьи, Брана и Рикона Старка — была женщиной необыкновенной красоты. Роскошные волосы цвета воронова крыла, закрученные в крутые локоны, каскадом ниспадающие на плечи, стройная фигура, горящие черные глаза. — Побеги не свойственны юным девочкам благородного происхождения, — заметила Амара, однако в ее глазах продолжали плясать озорные огоньки, находящие отражения в глазах собственной дочери. Руки женщины были сцеплены особой манерой немного ниже груди, пальцы одной руки сжимали пальцы второй, спина ее была гордо выпрямлена, а взгляд — светлый и ясный, как солнце в зимний день. Не было похоже, что мама злилась, и Арья позволила себе капризно насупиться. — Бран, Робб и Джон упражняются в стрельбе, — сообщила она. — А я должна сидеть и вышивать? Это несправедливо. Даже Рикон там. Амара понимающе вздохнула. В отличие от Сансы, которая увлекалась занятиями, подобающими благородным девицам, Арья не проявляла интереса к танцам, пению и шитью, а отдавала предпочтение владению мечом, охоте и приключениям, и частенько доводила своих наставниц и веселила маму. — Понимаю, — сказала леди Старк. — Однако, пока ты должна заниматься этим. Возможно, не так интересно, но ты должна это уметь. — Потому что я — девчонка? — с гонором ответила Арья, гордо задрав подбородок. Амара опустилась на корточки рядом с дочерью, не растеряв при этом ни крупицу свойственной ей грацией. — Не девчонка, а девочка, — заметила Амара, поправляя поднятый ворот платья девочки. — И ты же хочешь когда-нибудь выйти замуж, нарожать кучи детишек и радовать мужа по вечерам танцами и пением? Младшая из дочерей Старк весьма похоже изобразила рвотный позыв, заставив маму рассмеяться. Амара ласково расцеловала дочь в щеки, из-за чего Арья щурила то один, то другой глаз. — Возвращайся на занятие, — сказала Амара, выпрямляясь. Арья недовольно закатила глаза, но было ясно, что с женщиной спорить она не станет, потому что иногда при Амаре можно было покапризничать, а иногда стоило слушаться сразу и беспрекословно. Нарочито громко топая ногами, Арья пошла обратно. Амара усмехнулась, и сама направилась на улицу. Она двигалась легко, быстро, даже не путаясь в своем длинном черном платье. Амара всегда предпочитала темные цвета в одежде, и лишь летом она появлялась в красных или синих платьях. Сейчас же, когда медленно, но верно наступали холода, женщина была облачена в черное платье, с темно-синим поясом на талии. Поправив на плечах тяжелый черный теплый плащ, Амара вышла во двор, практически сразу ощутив, как морозный воздух обжег лицо. Она слегка прищурилась, привыкая к свету, но быстро нашла глазами всех четверых сыновей дома Старк. Два ее старших пасынка — Джон Сноу и Робб Старк — стояли рядом с Брандоном, ее старшим сыном. Рикон, самый младший среди наследников Эддарда Старка, сидел на игрушечном коне, болтая ногами в воздухе, и с любопытством глядя на братьев. Заметив ее, Джон приветственно кивнул, а потом наклонился и что-то сказал Брану. Мальчик сначала посмотрел куда-то вверх, потом — в сторону матери. Амара ободряюще улыбнулась. Джон был одного возраста с Роббом, хотя сходства в них обнаруживалось немного, и если Джон был худощав, темноволос и быстр, то Робб мускулист, темноволос, крепок и надежен. Бран натянул тетиву лука. Леди Старк видела, как подрагивали руки мальчика, но тот целился с завидным упорством. Когда Бран наконец-то выпустил стрелу, та сильно перелетела мишень, скрывшись в густой листве, вызвав смех у Робба и Джона, и смущение у Брана. Рикон, сжимая в руках короткий игрушечный деревянный меч, тоже захихикал. — А кто из вас был метким стрелком в десять лет? — осадил отец сыновей откуда-то сверху. Голос его не звучал громко, но Эддард Старк каким-то удивительным образом владел своим голосом, что мог отдавать приказы и разговаривать с детьми практически не меняя громкости, а звучать при этом совершенно по-разному. — Тренируйся, Бран, — густым басом произнес Эддард. — Продолжай. Амара подняла голову, но не увидела мужа, поскольку стояла почти под самым балконом. Она хотела было подняться, но тут Бран снова натянул стрелу, и женщина решила подождать выстрела. Прошло несколько секунд, и стрела вонзилась прямо в цель, но выпустил ее не Брандон. Развернувшись, мальчишки-Старки увидели Арью, которая с улыбкой сделала легкий поклон. Бран, не долго думая, бросился к сестре, а та — к матери. Робб и Джон рассмеялись, а дети внезапно начали кружить вокруг Амары. — Эй! — воскликнула она, смеясь, стараясь усмотреть за сыном и дочерью. — Аккуратнее с миледи! — громко крикнул Робб. Выждав лазейку, Арья бросилась наутек, а Бран за ней. У Брана не получалось стрелять из лука, драться на мечах так же хорошо, как у Арьи, и он больше предпочитал лазать по высоким стенам. Амара кинула взгляд за убегающими детям. Джон, подхватив Рикона, поспешил вместе с Роббом за братом и сестрой. Амара, не переставая улыбаться, наконец-то поднялась к супругу, слегка приподняв подол платья. Нед, как и она, с улыбкой наблюдал за детьми, скрывающимся за домом. — Арья ведет себя как мальчишка, — заметил он, не смотря на женщину. В его голосе не было осуждения, лишь теплый укор. — Того и гляди, будет переодеваться парнем и сбегать на сражения или в дозоры. — Можно подумать сейчас она так не делает, — заметила Амара, становясь рядом, и касаясь тонкими пальцами холодного дерева. — Разве что сейчас она пытается в платье всем доказать, что ничуть ни хуже братьев. У мужчины были длинные каштановые волосы. В стриженной бороде мелькали седые пряди, он выглядел старше своих тридцати девяти лет. Нед усмехнулся, и посмотрел на жену. Первая супруга Эддарда Старка — Кейтилин Старк, урожденная Талли — умерла при последних родах, произведя на свет девочку по имени Санса, младшую сестру старшего сына Эддарда — Робба. Сансе было около пяти месяцев, когда Роберт Баратеон — с которым Нед с восьми лет воспитывался вместе во владении Джона Аррена — привел в Винтерфелл женщину по имени Амара Блэкторн, дочь знатного, но погибшего воина Регулуса Блэкторна. Привел, сказав, что дочери Старка нужен хоть какой-то пример женщины в доме, и женская рука детям не помешает. Эддард не стал возражать Роберту — до этого он видел леди Блэкторн несколько раз при дворе, она была подругой Баратеона, следующая за ним, как тень, и говорили о ней мало, но исключительно хорошее. Ее отец Регулус жил далеко, с дочерью виделся редко, и фактически Амара воспитывалась родителями Роберта. Она была умна, красива, образованна, говорила мало и отрывисто по началу, зато довольно быстро расположила к себе всех жителей замка. Она очень быстро взяла под свою власть те отрасли дома, которые Нед не контролировал в силу того, что был мужчиной. Близкая подруга Роберта пришлась по душе детям-Старкам, и даже старший наследник Робб Старк, и незаконнорождённый Джон Сноу приняли Амару как наставницу, и женщину, которой пришлось заменять им мать, пусть и на совсем беззаконных правах. Через три года Эддард Старк и Амара Блэкторн сочетались законным браком. В этом браке — почти сразу — она родила ему еще троих детей: маленькую прелестную малышку Арью, среднего и младшего сына — Брана и Рикона. — Лорд Старк, — окликнул мужчину один из воинов. Мужчина с супругой обернулся. Седобородый мужчина, чья борода была забавным образом заплетена в косички, кивнул Амаре. — Миледи. Прискакал стражник с гор. Они поймали дезертира из Ночного дозора. Улыбка медленно сползла с лица Эддарда, а его жена озабоченно нахмурилась. Ночным дозором называлась военная организация, целью которой является охрана Стены — гигантского укрепления, являющегося северной границей Семи Королевств. Изначально, Ночной дозор был создан для защиты королевства от белых ходоков, но их никто не видел тысячи лет, и даже сейчас ходоков многие считали мифическими или давно вымершими существами. Ночной дозор стал в основном заниматься защитой Семи Королевств от одичалых, и многие забыли об истинном предназначении этого древнего ордена. — Пусть ребята седлают коней, — отдал приказ Старк. Амара уже было открыла рот, чтобы что-то спросить, но тут же захлопнула его, понимая, что ничего не изменит. Чтобы войти в состав Ночного дозора, нужно принести клятву. Новые члены Ночного дозора обещают посвятить всю свою жизнь службе и отказываются от брака, семьи и своих или других земель. Дезертирство считалось тягчайшим преступлением, которое каралось смертной казнью. — Закон есть закон, миледи, — заметил седобородый, видя, как потемнела лицом леди Старк. — Понимаю, — коротко откликнулась Амара. Ее черные глаза пересеклись с глазами мужа, и она слегка кивнула. Эддард кинул на нее быстрый, какой-то задумчивый взгляд, а потом повернулся к воину. — Скажи Брану, что он поедет с нами. Мужчина коротко кивнул сначала лорду, потом леди, и направился обратно. Амара раздраженно вздохнула и посмотрела на мишени, в которых недавно стрелял ее сын. Она сжала губы, и недовольно свела брови. — Неужели возражать не будешь? — спросил Нед, смотря на супругу. Амара недовольно глянула на него. — А даже если и буду, то что? — она обошла его и встала перед мужчиной, заглядывая в глаза снизу. — Ты мне скажешь, что он когда-нибудь вырастет, и ему придется это увидеть. — Ты слишком хорошо меня знаешь, Мара, — протянул Старк, костяшками пальцев очерчивая контур лица жены от виска до щеки. — Конечно, ведь я твоя жена, — заявила леди Старк, поправляя воротник плаща мужа и улыбаясь. Они вдвоем медленно направились в ту сторону, откуда пришел стражник. Амара взяла супруга под руку, сжимая пальцы на его локте. — Но ты поставил меня в ужасное положение, — с улыбкой заявила женщина. — Мне придется объяснять дочери, почему не взяли ее. Арья когда-нибудь загрызет тебя или меня, она же старше Брана. Нед понимающе усмехнулся, и аккуратно погладил пальцы женщины своими, грубыми и мозолистыми. — Объясни ей, что я берегу чувства своей дочери. Амара фыркнула. — О, тогда она точно загрызет тебя. Нед улыбнулся, но серые глаза лорда продолжали смотреть угрюмо, он казался непохожим на того мужчину, который вечерами возле огня негромко рассказывал о веке героев и детях леса. У Амары мелькнула мысль, что он снял с себя личину заботливого и любящего отца и надел маску, подобающую лорду Старку, владетелю Винтерфелла. Утро выдалось чистым и ясным, свежесть напоминала о близящемся конце лета. Амара молча смотрела на то, как собираются стражи Винтерфелла, чтобы поехать со своим господином. Около своего коня крутился Робб, давая какие-то советы Брану. Мальчик теребил застежки на своем плаще и кивал брату. Когда речь шла о Ночном Дозоре, о защите Стены, Старки собирались быстро и без лишних разговоров. Амара к этому привыкла, и почти уже не расстраивалась. Эддарда можно было, в прямом смысле слова, выдернуть из ее объятий, когда приходили подобные новости, и женщину это уже почти не трогало. Она была матерью троих детей, и не ей капризничать, как Арье. — Миледи, — раздался вежливый кашель со стороны. Амара перевела взгляд и посмотрела на пасынка. — Джон. Резкий порыв ветра подбросил волосы женщины, и она заправила их за ворот плаща. В ее глазах застыл немой вопрос, обращенный к Джону. Они могли иногда поговорить просто так, почти что ни о чем, но явно не сейчас, когда ему надо было уезжать с отцом и братьями на казнь дезертира. — Я хотел спросить, — шепотом начал он. — Не надо ли тебе чего-то еще. Амара перевела взгляд на Робба и Брана; вопрос Джона она прекрасно поняла. — Рябина красная. Мои кусты не принесли достаточного плодов в этом году, и хотя лето было долгим, запасы подходят к концу. Зима близко, — произнесла она. Сноу согласно кивнул. От слов этих, как всегда, по коже ее пробежала приятная дрожь. Слова Старков. В каждом благородном доме есть собственное речение: фамильные девизы, критерии, молитвы; одни хвастали честью и славой, другие обещали верность и правду, третьи присягали в вере и отваге. Все, кроме Старков. Зима близко, сулили они. И Амара чувствовала ледяной, пронзающий ветер, исходящий от этих слов.