Хаос-Принц

Мне снится сон. Я сижу на гигантской ярко-зеленой черепахе, и мы дрейфуем в открытом море. На нас светит горячее яркое солнце, обжигая мои плечи и спину. Вокруг ничего, кроме поблескивающей морской воды. Не видно ни Большой земли, ни острова, ни корабля - только мы. Голубое небо безоблачно, ветер не волнует воду. Черепаха плывет и поет. Хит Бадди* «Эй, айда на юг…» Она уже действует мне на нервы. Я вздыхаю и нетерпеливо ерзаю на большом твердом панцире. - Ты не могла бы петь что-нибудь другое? – устало спрашиваю я. - Не-а, - ее ответ, и она продолжает горлопанить дальше. А у нее на самом деле далеко не прекрасный голос. - Куда мы хоть плывем-то? – прерываю ее, когда она в десятый раз собирается затянуть припев. - Дурацкий вопрос, в Австралию, конечно. - Конечно… - я вздыхаю. – И далеко еще? - Если будем продвигаться с такой же скоростью… гм, еще семьдесят два дня. - ЧТО? – Я в ужасе. - Ну мы можем поменяться, и ты повезешь меня, возможно, тогда приплывем быстрее, - издевается черепаха. Я ничего не отвечаю. Разочарованно вытираю пот с лица и пытаюсь не обращать внимания на неприятную сухость во рту. Тем временем черепаха решает завести новую песню. «Хэй, беби» Диджея Этци. Мне хочется сдохнуть. Веки опускаются сами собой, я в отчаянии. Футболка липнет к спине, волосы на шее мокрые от пота. Приходится прикрывать глаза рукой, чтобы не ослепнуть от яркого солнца. Вон там на горизонте что-то есть. Австралия? Не, не может быть. Корабль. Огромное белое круизное судно. - Черепаха, ты видишь? Посмотри-ка туда. Сзади корабль. – Я сильно взволнован. – Думаешь, мы сможем его догнать? - Конечно, вот сейчас включу задний привод и легко сделаю сто пятьдесят километров в час… - голос черепахи сочится сарказмом. Удрученно вздыхаю, но потом мое настроение немного поднимается: я замечаю, что корабль держит курс прямо на нас. - Эй, ээээй! – кричу я, размахивая руками. - Только предупреждаю, что не буду тебя спасать, если ты свалишься в воду, - недовольно ворчит черепаха. Но я ее толком не слушаю, мое внимание целиком и полностью приковано к сияющему волшебному кораблю, который неуклонно приближается. Мало-помалу я все лучше могу разглядеть корабль. Круглые иллюминаторы, леер, флаги и баннеры, развивающиеся в потоках воздуха, белые зонтики и яркие воздушные шарики. До нас доносится веселая музыка, слышен смех, голоса и оклики. Похоже, на этом прекрасном лайнере проходит приятная вечеринка. С любопытством вытягиваю шею, пытаясь разглядеть людей, стоящих на палубе. И правда, когда корабль оказывается в сотне метров от нас, я вижу высокую светловолосую фигуру, облокотившуюся на поручни. Это Алекс. У меня перехватывает дыхание. Сердце громко стучит, и я не сразу обретаю голос. Потом кричу. Я кричу его имя, хочу привлечь к себе его внимание, хочу, чтобы он заметил меня и спас. Он смотрит в мою сторону. У него сдержанное выражение лица с легким оттенком сожаления. Позади него я замечаю остальных членов семьи. Близнецы указывают на меня пальцами и, похоже, спрашивают о чем-то папу и Беттину. Между тем я дико машу руками, снова и снова взывая о помощи. Семья отступает назад, исчезая в тени зонтиков. При этом у них весьма несчастный вид. Корабль идет дальше, мимо нас. Музыка становится тише, люди на палубе меньше. Почему они бросили меня? Они же меня видели. Почему не помогли? Почему я не могу быть вместе с ними? - Мда, пожалуй, тебя не сильно любят, – гадко улыбается черепаха. - А вот и нет, - слабо возражаю я. – Ну да, но, кажется, они не хотят, чтобы ты был рядом с ними, так? Вдруг в горле опять пересыхает. - Нет… - Они плывут в Австралию без тебя, оставляют тут со мной… - Я… совершенно точно на это есть причина. – К сожалению, мне сейчас ни одна не приходит на ум. - Правда? Гм, наверное, твои волосы? – черепаха опять смеется. - Ерунда. – Постепенно я начинаю сердиться. - Им стыдно за твою причёску, поэтому тебя не пригласили в их маленькую милую компанию и не взяли в плавание на кораблике через океан. Я больше ничего не говорю. Сердце сползло глубоко в желудок, лежит там тяжелым твердым камнем, давит и причиняет боль. Это так? Я по-прежнему не вхожу в их семью? Внезапно я ощущаю себя очень, очень одиноким. Один-одинехонек в этом огромном море, один-одинехонек на всем белом свете. Никого больше нет. Ни семьи, ни мамы, ни друзей, ни Кима, ни Алекса… Только придурковатая черепаха, и та терпеть меня не может. Она опять поет. «Постель в кукурузном поле» Юргена Древса*. Совсем не подходит к нашему случаю. Одинокий и ужасно печальный, я сижу на неудобном панцире черепахи и думаю об Алексе, о выражении его лица. Он уже собирался мне помочь, но почему-то не смог. Вероятно, опять из-за общества, которое помешало ему. Зло покусываю нижнюю губу и игнорирую фальшивое пение черепахи. Долбанное общество с их супер-долбанными зваными ужинами, дерьмовыми супердорогими шмотками, чертовыми мещанскими представлениями о морали и их вонючими противоестественными пластическими операциями. Я не хочу никаких акций, никакой икры и никакой виллы на Майорке. Я хочу родителей, которые любят меня таким, какой я есть, я хочу братьев и сестер, которые доверяют мне, я хочу… - У тебя звонит мобильный, - вдруг мычит черепаха. - Что? - Твой мобильный… Теперь и я слышу резкую трель. - Мы в открытом море, тут разве есть сеть? - Должна быть, раз эта штуковина трезвонит, так? Тупица! – черепаха трясет зеленой головой. – Ну давай, возьми трубку. Я лихорадочно ищу телефон, но никак не могу найти. - Возьми трубку. Возьми трубку, возьми трубку, - все время орет черепаха. Прерывисто дыша, открываю глаза. Быстро откидываю в сторону одеяло и встаю на ноги. У меня кружится голова, когда я, выпрыгнув из Норезунд, шлепаю к письменному столу. Мобильный телефон звонит не переставая. - Алло? – шепчу я заспанным голосом. - Тоби? Эй, доброе утро, я тебя разбудила? – это Тина. - Да… - Я растерянно тру глаза, не сразу понимая, где нахожусь. - Прости. Я думала, ты уже проснулся, - звучит действительно так, будто она сожалеет. Я смотрю на будильник, стоящий рядом с кроватью. - Да, вообще-то, я уже и должен был проснуться… теоретически. - Ну тогда я тебя спасла, и ты не проспал, - смеется она. - В первую очередь, ты меня спасла, и я не утоп, - бормочу я. - Что? - Да ничего, просто дурной сон… про черепаху с ужасными музыкальными предпочтениями… - Мне лучше не спрашивать, так? – потешается она. - Да, лучше не спрашивать, - признаюсь я. – Скажи-ка, почему ты звонишь мне с утра пораньше? Что-то случилось? - Ну а что мне остается делать, раз тебя почти не застать. Я уже три дня пытаюсь тебе дозвониться - безрезультатно! – Я ясно слышу упрек в ее голосе. – Ты, похоже, занят сильнее, чем Ангела Меркель и Дитер Болен вместе взятые. Я смеюсь. - Да-да, мы как раз все трое пользуемся огромным спросом. Но потом во мне просыпается совесть, и я продолжаю с раскаянием: - Прости, Тина, последние дни выдались какими-то нервными. - Вчера вечером я звонила тебе пару раз, все время занято, - говорит она. - Гм, да, я разговаривал с Кимом, - я покаянно вздыхаю. - Весь вечер? - Да. - Отлично! – чувствую, она улыбается. Да, так оно и было. Я позвонил ему, чтобы рассказать о неудачной попытке своего каминг-аута. Он посоветовал просто забить на это. Не особо полезный совет, но от разговора мне стало лучше, а его приветливый голос и милые подтрунивания согрели сердце и придали немного уверенности. Потом мы болтали о фильмах, музыке и Гамбурге. Когда три часа спустя мы попрощались, я никак не мог перестать улыбаться. - Мы действительно классно поговорили, - рассказываю я Тине. - Ким хороший слушатель, да? – звучит мечтательный голос подруги. - Гм… да. – Это сейчас была заминка? Не буду пока думать об этом. - Мы договорились встретиться сегодня днем. Я ужасно рад. – И это действительно так. Не могу дождаться, когда увижу его, обниму и поцелую. Так приятно, когда он смотрит на меня, когда взглядами и прикосновениями показывает, что хочет меня, что я нравлюсь ему. От мыслей о том, как он бережно держит в больших тёплых руках моё лицо, легонько приподнимая, в животе начинают как сумасшедшие порхать бабочки. - Я переспал с ним. – Будто сами собой внезапно слетают с языка эти слова. Тина от неожиданности начинает хватать воздух. - Ты переспал с Кимом? – взволнованно спрашивает она. - Да. - Когда? - В пятницу ночью. Мы встретились с парой друзей в клубе, потом поехали к нему и там… - я улыбаюсь. - О мой бог, - пищит она от восторга. – И как? И КАК? Всю или только половину правды? Я сглатываю. - Это было прекрасно. – Полуправда. - Я так и знала, да, я знала. Вы оба отлично подходите друг другу. Просто идеальная пара. – Тина вне себя от радости. - Да… - Я покусываю нижнюю губу. - А ему тоже понравилось? – спрашивает она. - Не знаю… могу только догадываться. Я его не спрашивал, - немного неуверенно мямлю я. - Конечно, ему понравилось, - убежденно говорит она. – Если подумать, ты ему всегда нравился. Помнишь, когда Оле Дауер столкнул тебя с пятиметровой вышки в бассейн и ты расплакался, Ким прилично так его отделал. - Тина, мне было семь, а Киму одиннадцать, поэтому, пожалуй, вряд ли стоит говорить о сексуальной привлекательности в таком возрасте? - Но ты уже тогда ему нравился. – Она не дает сбить себя с толку. - Гм… - я вздыхаю. – Ты не думаешь… что я, возможно, слишком поторопился? Я имею в виду, что все произошло слишком быстро, нет? Тина секунду молчит, потом слышу, как она громко выдыхает. - Тоби, но это же логично. Ты растерян. Мне кажется, в последнее время ситуация была слишком напряженной. Чужое окружение, новая семья, первая влюбленность, первый секс, этот парень… от такого кто угодно обалдеет. - Его зовут Алекс… и это больше, чем влюбленность! – ОН - больше, чем «влюблённость». - Поскольку я его терпеть не могу, он у меня зовется «парень», и понятно, что твои чувства к нему очень сильны, ты вообще эмоциональный человек, но это не сравнимо с тем, что у тебя с Кимом: между вами царит доверие, есть основа, будущее… - она говорит очень серьезно. - Да, есть будущее… - шепчу я. У нас с Кимом есть будущее! А с Алексом – нет… - То, что было с «парнем» - это эмоциональный хаос, то что с Кимом – это реальные, настоящие, серьезные отношения. И не забывай, он не кто-нибудь, он – Ким, твой Ким… Мой Ким… - Да… - я сглатываю. – Ты права. - Конечно, права, впрочем, как всегда, – Тина весело смеется. – Так, не буду больше тебя задерживать, тебе наверняка пора собираться в школу. Желаю хорошо повеселиться с твоей зайкой, и передавай ему от меня привет. - Да, передам. Позвоню тебе завтра вечером, и у нас будет больше времени, чтобы поболтать. Она отвечает, что ждёт с нетерпением. Я сбрасываю вызов. Зевая, плетусь в ванную, голос Тины стоит в ушах, слова вертятся в голове. … между вами царит доверие, есть основа, будущее… … настоящие серьезные отношения… … твой Ким… Встаю у умывальника, откручиваю кран, наклоняюсь и сую голову под ледяную струю воды. Я с трудом перевожу дыхание, встряхиваюсь и тянусь за свежим полотенцем. Вот теперь я проснулся. Бросаю быстрый взгляд в зеркало. Крупные капли струятся по лицу, катятся по щекам, подбородку. Тина права. Я подхожу Киму. У нас настоящие отношения. … то, что было с «тем парнем» - это лишь эмоциональный хаос… - ТОБИ? – внизу лестницы стоит Марта и громко зовет меня. - ДА! – тяжело вздохнув, отвечаю я, перескакивая через две ступеньки. Прижав к себе куртку, сумку и ботинки я мчусь по лестнице. - Осторожно, шею свернешь! – озабоченно предостерегает Марта, когда я, запыхавшись, останавливаюсь перед нею. – И почему ты хоть раз не можешь не опаздывать, гм? – она с укором качает головой и впихивает в мои и так занятые руки коробку с бутербродами. – Твой завтрак… и поспеши, Алекс уже у машины. Он сказал, что ждет еще две минуты, а потом уедет без тебя… Я лишь киваю, Марта открывает передо мной дверь, и я бегу на улицу. Алекс сидит в машине. Он читает книгу и раздраженно поднимает взгляд, когда я открываю дверцу и бросаю свои пожитки на соседнее сидение. - Ненавижу непунктуальность, - грубо заявляет он. - И тебе прекрасного доброго утра, мой ангел! – со злым лицом сладким голосом говорю я. - Плохое настроение? - До этого момента не было… - Я сажусь на сиденье, кидаю сумку под ноги и не спеша начинаю натягивать куртку. - Не стесняйся, езжай, а то опоздаем, - раздраженно ворчу я, пытаясь попасть в левый рукав. - Думаешь, ты сам справишься? – спрашивает он с усмешкой, глядя на мои вихляния. - Заткнись! – шиплю я, продолжая бороться с рукавом. - Знаю, это глупый вопрос и, наверное, ты его часто слышишь, но у тебя наверняка есть веские причины, чтобы не носить обувь? – он разглядывает мои носки. - По религиозным причинам, о которых не хочу говорить, - холодно заявляю я и с облегчением вздыхаю, наконец одержав победу в борьбе со своей строптивой курткой. Только дурацкую молнию заклинило, и она не хочет застегиваться. - Пристегнись, - напоминает Алекс и заводит мотор. Я накидываю ремень безопасности и потом надеваю ботинки. - Ненавижу нервотрепку с утра пораньше, - вздыхаю я и без сил откидываюсь на сиденье. - Тогда вставай пораньше. - Не могу, а уж тем более, когда снятся такие странные вещи. - Сейчас я должен тебя спросить, что же такого странного тебе приснилось? – усмехается он. - Да. - И что же такого странного тебе приснилось? – спрашивает он, по-прежнему усмехаясь. - Мне снился сон про тебя… и про черепаху, - рассказываю я, открывая бутербродницу. - Извращенец! – хохочет он. - Мы плыли в Австралию. Вся семья и ты плыли на шикарном корабле через океан, а я сидел на спине черепахи. - Такое называется каютами второго класса. - Мне не было смешно, - возмущенно говорю я, откусывая бутерброд с колбасой. – Вы не хотели мне помочь… вы не хотели взять меня с собой, не разрешили присутствовать на вашей изысканной вечеринке… - Там была вечеринка? - Да, с зонтиками в коктейлях и икрой. - Фууу! – он морщится. Я продолжаю жевать бутерброд, потом поворачиваю голову и смотрю на него. - Как думаешь, что означает мой сон? - То, что ты хочешь завести домашнее животное, а больше всего черепаху, - шутя предполагает Алекс. - Ха-ха! - Я показываю ему язык. Алекс останавливается на красный свет светофора и поворачивается ко мне. - Бэмби, если мама считает, что тебе пора к парикмахеру, а папа все еще весьма сдержан с тобой, это вовсе не означает, что они тебя стесняются, не считают членом семьи или вообще хотят от тебя избавиться! – Он серьезен. - А когда они узнают, что я гей? – тихо спрашиваю я. Светофор переключается на зеленый, и Алекс нажимает на газ. Он ничего не говорит. - Ты тоже считаешь мою причёску ужасной? – бормочу я через некоторое время, пытаясь пальцами пригладить длинные прядки. Я не решаюсь поднять глаза. Покраснев, пристально смотрю в окно. - Ты настоящее пугало, Бэмби, - говорит он, и его голос при этом звучит так тепло, что маленькие темные волоски на руках встают дыбом и горит лицо. Жил бы я в комиксе, то наверняка у меня в этот момент из ушей повалил бы пар. - Правда? – не в силах сдержать усмешку, бормочу я. - Гм, просто кошмарное, - нежно говорит он. От его слов внутри все переворачивается от волнения, я жую бутерброд и наслаждаюсь нашим приятным молчанием. Я как раз проглатываю последний кусок, когда Алекс сворачивает на школьную стоянку. Ему не приходится долго искать свободное место. Вообще-то, он каждое утро ставит машину на одно и то же место, и никто не отваживается припарковаться на нем. Мда, это же Алекс… Я опять проклинаю свою куртку, молния которой так и не хочет застегиваться. Похоже, сломалась. Тупая штуковина, если она продолжит меня нервировать, то отправится прямой дорогой в секонд-хенд, подобного я не потерплю. - Ты идешь? – Алекс закидывает сумку на правое плечо и с вопросом смотрит на меня. Я стою рядом с машиной, дергая чертову молнию. - Сейчас, - шиплю я сквозь зубы. - Ох, Бэмби, разве мама тебе не показывала, как надо одеваться? – усмехаясь, он возвращается ко мне. Отодвигает мои руки в сторону, берется за непослушную застежку и долго возится с ней. У меня краснеют уши… и щеки… и уверен, что сейчас у меня и ноги красные как помидор. Он стоит вплотную ко мне, опустив взгляд на свои руки, теребящие застежку куртки на уровне моего бедра. Я разглядываю его пальцы, которые все время случайно касаются моего ремня, футболки, живота… Уфф… Неее, что-то я разнервничался… надо скорее посмотреть куда-нибудь в другое место… С колотящимся сердцем поднимаю голову и сразу же жалею: его лицо, мягкие светлые волосы и хорошо знакомый теплый запах стали опасно ближе… Я с трудом сглатываю. Он не мог бы поторопиться, а? Если нас кто-нибудь увидит… У Алекса больше проворности и терпения, чем у меня. Ему удается вставить заевший замок молнии, и он одним вжиком застегивает мою куртку. - Готово, - говорит он с довольной улыбкой. - Классно, спасибо… эм, а ты не мог бы заняться и моими шнурками? – я пытаюсь шутить, но мой голос звучит неестественно высоко и тонко, будто я получил футбольным мячом между ног… Он по-прежнему улыбается, и я неуверенно откашливаюсь. - Эй, надеюсь, вы не проделаете это в обратном направлении, иначе будет слишком долго. Мы поворачиваемся и замечаем усмехающихся Лену и Тома, которые стоят неподалёку и бросают на нас насмешливые взгляды. - А? – смущенно спрашиваю я. - Ну, если уж ему приходиться тебя одевать, то ему ведь можно тебя и раздевать, да? - зубоскалит Том, и Лена смеется. - Очень смешно, - бормочу я, покраснев. Алекс даже бровью не ведет. Он ловко выхватывает из сумки учебник по математике и весьма неделикатно хлопает им Тома по затылку. - Ау… ты рехнулся? - Том трет больное место. - Ха-ха, поделом тебе, - ехидно смеюсь я. - Это, вообще-то, было слишком, Алекс… - ворчит Том и позволяет Лене ласково погладить его по спине. - Считай это запоздалой местью за все твои глупые высказывания, на которые я просто смотрел сквозь пальцы. – Алекс убирает книгу в сумку и медленно идет в сторону школы. - Глупые высказывания? – Том делает большие глаза и смотрит на нас невинным щенячьим взглядом. – Мои? Мы с Леной хохочем. Быстрым шагом Том догоняет Алекса и все время пытается поставить ему подножку. Оба по-дружески возятся и пихаются. - Как маленькие дети, - язвительно кричит Лена. Том показывает ей язык. Я разглядываю спину Алекса, его лицо, когда он смотрит на Тома, его улыбку… - Вы поговорили друг с другом еще раз? – понизив голос, спрашивает Лена и придерживает меня немного за локоть, чтобы увеличить расстояние между нами и ребятами. - Что? – я рассеянно смотрю на нее. - Ты с Алексом. Вы поговорили еще раз? - Эм, нет. О чем? – Мы останавливаемся. - Я тоже не знаю… - она пожимает плечами. – Как вы теперь будете общаться… - Мы же не можем все время враждовать, да? – серьезно говорю я. - Да, конечно, но сразу заметно, что между вами есть что-то большее, – она многозначительно улыбается. - Лена, это не «большее». Мы живем в одном доме, одной семье, ходим в один класс, я имею в виду, что мы на самом деле должны попытаться как-то поладить и договориться. - Гм, разумеется… но… Я прерываю ее, прежде чем она успевает закончить предложение и зайдет дальше. - Как думаешь, Дахер уже проверил наши контрольные? Я реально очкую: моя работа просто ужасна. Не обращая внимания на мою болтовню, Лена хватает меня за рукав куртки. - Тоби, подожди, пожалуйста. Разве ты не хочешь еще раз поговорить с Алексом? - она серьезно смотрит на меня. - А я должен? Чтобы в третий, четвертый раз получить отказ? Чтобы в сотый раз мне сказали, что он не хочет меня? – почему-то я начинаю дрожать… - Ерунда, он же хочет тебя… он любит тебя… - Лена… - вздыхаю я. - Ну послушай, не надо иметь диплом психолога, чтобы понять его взгляды. - Жаль, что у тебя нет диплома психолога, потому что мне скоро такой потребуется, если я и дальше буду думать обо всем этом дерьме. Собственно говоря, я боюсь, что в ближайшее время чокнусь. – Я чуть-чуть повышаю голос и смотрю Лене в глаза. Она смотрит в ответ. - Ладно, и ты считаешь, что лучшее лечение – пойти развлечься с первым попавшимся парнем? - Во-первых, Ким не первый попавшийся; во-вторых, мы не просто развлекаемся друг с другом, а у нас настоящие отношения, и в-третьих… - У вас настоящие отношения? – Лена усмехается. – Через неделю знакомства? После двух свиданий? – она важно кивает головой. Я сердито фыркаю и ерошу руками волосы. Почему каждый - он или она - считает, что может судить о моей личной жизни? Черт побери, это только мое дело, так? - Да, у нас с Кимом отношения… и был секс, - наконец рассерженно фыркаю я. - Вы… вы переспали? – она смотрит на меня огромными глазами. - Да. - Алекс уже знает об этом? - Конечно, это было первое, что я сделал после оргазма. Позвонил ему и все рассказал: поза, размер, продолжительность… - Тоби, идиот, ты все портишь. – Лена складывает руки на груди и выглядит разочарованно. - Я все порчу? – затаив дыхание, переспрашиваю я. - Да. Не знаю, что на это возразить. Засопев, трясу головой. Лена по-прежнему строго смотрит на меня. - Вы созданы друг для друга, - тихо говорит она. Не могу сдержать безрадостную улыбку. Меньше двух часов назад я уже слышал это предложение, только Тина считала, что я создан для Кима. Не могли бы они уже определиться? - Вы с Алексом как Гарри и Салли*, - смеется она. - Потому что мы тоже постоянно едим в дешевых забегаловках и симулируем оргазмы? - Очень смешно. Нет, потому что весь фильм они постоянно встречаются, и зрители уверены, что, сколько бы это ни продолжалось, в конце они будут вместе и счастливы! - Аминь! - Можешь смеяться, но так всегда бывает в историях о настоящей и большой любви. Есть только Единственный, а все остальные лишь маленькие препятствия или пустое времяпрепровождение! – с воодушевлением в глазах она смотрит на меня. - Прямо как у Белоснежки. Она тоже трахалась всего с семью гномами, потому что принц слишком долго искал ее в темном лесу, - я иронично вздергиваю бровь. Лена не дает сбить себя с мысли. - Я знаю, что ты веришь в сказки, что ты веришь в настоящую и единственную любовь. Алекс - твой Ретт Батлер, твой Мистер Дарси*, твой… - Гм, мистер Дарси очень даже подходит, я имею в виду такой же холодный, бесчувственный британский характер… - …он твой мистер Биг*, - она восторженно улыбается. - Мда, но не все зависит от размера… - я недружелюбно складываю руки на груди. - Да, это действительно как у Кэрри и мистера Биг. Она, то есть ты, хочешь его, по-настоящему, со всеми потрохами и с будущим. Но Биг, он же Алекс, боится, или комплексует, или еще черт знает что… неважно, что происходит, но она не может его забыть, постоянно встречает его, и ни один из новых партнеров с ним не сравнится. Он остается чем-то особенным, он остается Единственным. И в конце ее мечта сбывается, и она выходит за него замуж… - Лена ударяет рука об руку, будто вынося решение о нашем будущем. - Лена, я живу не в Нью-Йорке, я не дама, которой хорошо за тридцать, я не читаю Космополитен и не ношу Манола-бла-бла… - Манола Бланик*! – возмущенно шипит она. - В любом случае, не сравнивай меня, пожалуйста, с героями затянутого американского сериала. – Рассердившись, я собираюсь уйти. - Но… - она заступает мне дорогу. - Лена, оставь меня в покое. Моя жизнь – не мыльная опера, иначе я бы давно известил об этом сценариста. И у нас с Алексом не будет хэппи-энда. Я выбрал Кима, реальное будущее, и ты должна это признать. Возможно, тебе стоит завести себе свою собственную личную жизнь и заняться ею. Она пристально смотрит на меня. Я был слишком жестоким… подлым… очень подлым… - Лена… Она поворачивается и быстро бежит в школу. Выражение ее глаз… Я сглатываю. Черт, черт, черт! Ты идиот, Тоби! Проклиная себя, пытаюсь догнать Лену, но слишком поздно, она уже исчезает в здании. Только сейчас я замечаю, как тихо во дворе и вестибюле. Проклятие, занятия уже начались. Первым уроком у меня математика. Дахер. Я мчусь. Коридоры пусты, когда я проношусь по школе и совсем запыхавшись останавливаюсь перед классом. Лена тоже пошла прямо на урок? Нет, тогда бы я ее догнал… Я стучусь в дверь и вхожу. Внутри класса царит привычная мертвая тишина, как всегда на уроках Дахера. Все головы поворачиваются в мою сторону и застывают на моей тяжело дышащей фигуре. Я смущенно опускаю взгляд. - Господин Ульманн, – слух режет неприветливый голос Дахера. - Мне… мне жаль… простите, что я опоздал, - тихо говорю охрипшим голосом. - Ничего, я же понимаю, что у вас просто были более важные дела, чем математика, да? Это совершенно понятно по вашей контрольной. – Он выуживает листок в клетку из пачки и приподнимает повыше, чтобы все видели. Тот весь исчиркан красным. Так много ошибок… Опустив голову, протискиваюсь мимо Дахера и собираюсь сесть на свое место. - Еще минутку, господин Ульманн. Вообще-то, я собирался раздать проверенные контрольные только в конце урока, но раз уж вы здесь… - он передает мне мою работу. – Чтобы больше не беспокоить вас, когда вы будете мечтательно смотреть в окно. Не проронив ни слова, я быстро прохожу к своему месту. Лены, конечно, нет. Вздыхая, опускаюсь нас стул и сползаю по грудь под стол. Больше всего мне хотелось бы совсем исчезнуть. Представляю, как это выглядело со стороны. Дахер теперь раздает контрольные всем остальным, не жалея при этом злых комментариев. - Вообще-то, я многого и не ожидал, но должен признать, некоторые все же удивили меня своей леностью. – Он резко хлопает работой Дирка прямо у него перед носом и важно шествует к Тому и Алексу. Им он ничего не говорит, только горестно морщится. Алекс не поднимает глаз. Лишь бросает быстрый взгляд на свою оценку, потом складывает листок и отталкивает в сторону. Том ворчит, как и остальные в классе. Дахер не вмешивается, видимо, не хочет мешать волнению. Вероятно, наслаждается злостью своих учеников. Я тоже только что посмотрел свою оценку и мне захотелось сразу же ее забыть. Настолько ужасен я, мне кажется, еще никогда не был. - Эй? – раздается шиканье справа. Я нерешительно смотрю на Алекса. - Так плохо? – серьезно спрашивает он. Я киваю и опять отворачиваюсь. - Что у него? – слышу слишком громкий шепот Тома. Алекс не отвечает. - Алекс? – Аня повернулась назад и пытается привлечь внимание своего друга. – Как? Он, вероятно, показывает ей количество баллов, я не смотрю в его сторону. Она улыбается. - Отлично, я тоже! – она тихо смеется. Тем временем Мэлли громко жалуется на отвратительную постановку вопроса в задании и просит объяснить подругу правильный способ решения. - Я этого никогда не пойму, - нетерпеливо ворчит она, потом бросает взгляд через плечо, на меня. - А где Лена-то, Тоби? - Э… она… короче, ей стало плохо, - неуверенно заикаюсь я и краснею… мне стыдно. - Ага. – Мэлли делает понимающее лицо. – Нервы? - Нет, не нервы, - раздраженно отвечаю я. - Сколько ты набрал баллов за контрольную? – интересуется теперь Аня. Прозвучало вежливо… и холодно… - Слишком мало… - бормочу, не глядя на нее. - Неужели? А почему… - Понятия не имею, наверное, я просто слишком тупой. Вероятно, это из-за моей кошмарной прически: под длинными волосами мозгу не хватает кислорода! – я поднимаю взгляд и уверенно смотрю ей в глаза. Она пристально смотрит в ответ. Ладно, теперь абсолютно точно у меня есть враг! - Так, а теперь опять прошу вашего внимания: урок продолжается. Правда, если вы считаете, что можете пренебречь математикой вообще и хорошими оценками по этому предмету в частности, то можете продолжать смотреть в окно! Дахер идет к доске, чтобы написать несколько номеров страниц, но не забывает перед этим бросить на меня быстрый взгляд. Я печально вздыхаю, без Лены по-соседству я чувствую себя голым и беззащитным. Лена… Где она? Плачет в женском туалете? Мне совсем плохо… я так сердит на себя… Почему я был таким подлым? Это же на меня совсем не похоже, так? И то, что она сказала… если уж быть честным, то еще недели три-четыре назад эти слова могли бы исходить и от меня. Настоящая любовь, сказочные принцы, большие чувства. Я верил в это. Верил? А сейчас? Больше никаких принцев, никаких идеальных поцелуев, никакой бесконечной любви, никакого настоящего счастья? Это печально! Это просто не может быть правдой! Я не хочу, чтобы так было, никогда! И для меня тоже существует большая любовь, когда-нибудь я ее найду или, возможно, я ее уже нашел, не знаю, да это и не важно, она есть, и только это имеет значение. Я беспокойно ерзаю на стуле. Меня так и подмывает вскочить, выбежать из класса и разыскать Лену. Я хочу ее обнять, извиниться и сказать, что она права, что я идиот и она мне нужна. Она мне нужна. Соседнее пустое место излучает лютый холод, холод, идущий по венам прямо к сердцу. Свободный стул обвиняет меня, давит на совесть и мучительно напоминает о той, которой мне сейчас ужасно не хватает. Я чувствую себя очень одиноко. До сих пор в этом классе ничто по-настоящему не выбивало меня из колеи. Ни Аня, ни одноклассники, ни Дахер или его гадкая система преподавания не могли мне навредить. Я был не один. Всегда была Лена, которая мне улыбалась, пожимала руку или просто думала о том же, о чём и я. Но теперь… «Я на самом деле ужасный друг, так и есть!» – горько думаю я и сглатываю огромный ком, стоящий в горле. - … Так, надеюсь, на этот раз я все растолковал. Ну хорошо, и не забывайте, пожалуйста, что я вам только что сказал. Ах да, господин Циглер, не могли бы вы после урока передать мои слова вашему Господину Брату? Боюсь, он ничего не понял, но мы же не хотим отрывать его от своих мечтаний, это было бы невежливо, не так ли? – язвительно усмехаясь, Дахер обращается к Алексу. Пойманный с поличным, я вздрагиваю. Я ничего не уловил, честно. Одноклассники бросают на меня незаметные взгляды. Некоторые, кажется, потешаются над моим смущением. Мне стыдно, и я не решаюсь посмотреть на Алекса. Ему давно приходится терпеть тупые комментарии Дахера, и только из-за меня… Не хочу, чтобы Алексу пришлось расплачиваться за то, что я опять веду себя как полный идиот. Мэлли что-то шепчет Ане на ухо. Аня с серьезным видом кивает и закатывает глаза. Они говорят обо мне? Ну отлично, теперь я становлюсь еще и параноиком… Мое сердце делает маленькое сальто, когда наконец раздается звонок и Дахер захлопывает учебник. Слава богу! Думаю, это был самый ужасный урок математики в моей жизни. Торопливо роюсь в сумке, разыскивая мобильный, вытаскиваю его и набираю номер Лены. Гудок… ещё один… ещё… она не снимает трубку… Вздохнув, отключаюсь и разглядываю телефон, будто он может мне что-то объяснить. - Где Лена? – Том садится на пустой стул рядом со мной. - Я… эм, ей стало плохо, и она пошла домой, - неуверенно лгу я. - Правда? Но вроде она чувствовала себя вполне хорошо. – Он не верит мне. - Гм… - Ты не должен позволять Дахеру так доставать тебя, - внезапно говорит Том. - А что я должен был сказать? Закрой вонючую пасть, старый пердун? – я морщусь. - Ну хотя бы так, - Том смеется и встает. - Пойдешь пить кофе? Я пока не решил и рассеянно оглядываюсь. Половина класса уже покинула помещение. Не хочу оставаться тут один… - Гм… да. - Я следую за ним. Мы молча идем по коридору. Очень шумно, как всегда на переменах. В первую очередь из-за громко гомонящей малышни, толкающейся и возбужденно скачущей по вестибюлю. - Привет, Тоби. Я оборачиваюсь и вижу Марию, Алину, Яну, Андрэ и еще пару учеников из десятого класса, стоящих рядом. - Привет, - я киваю Марии. Том тоже останавливается. На его лице возникает похабная усмешка. Он пристально смотрит на Андрэ. Малыш становится ярко-красным и застенчиво опускает взгляд в пол. Я тяну Тома за рукав. - Не смотри так, будто собираешься прямо здесь запрыгнуть на него, - шепчу я. - Я так смотрю? – весело смеется Том. - О да. - Ну а что мне делать? Он слишком хорошенький. - Мария сказала, он дал тебе свой номер телефона. - Точно, - Том кивает. - И? - Что и? - Позвонишь ему? - Уже, - довольно заявляет он. - Правда? - Да, вчера. Мы проговорили час. Надо только дать ему время, потом он оттаивает и становится болтливым… - Том усмехается. - Встретишься с ним? – спрашиваю я. - А как же! - А потом? - Потом мы пойдем в кино, поедим на пару попкорна, потискаемся во время фильма, а потом я его оттрахаю в машине отца! - Том выглядит очень довольным. - ТОМ! – я в ужасе. - Ах, шерри, не строй из себя маленькую жеманную монашку, ты сам занимаешься этим со своим братом… - язвительно ухмыляясь, он смотрит на меня. - Тсс, ты с ума сошел так орать тут? Ты прекрасно знаешь, что мы не родственники, и если уж болтаешь всякую херню, то по крайней мере используй прошедшее время… вообще-то, это уже в прошлом. – Я сердито смотрю на него. - Честно? – в его голосе звучит разочарование. - Что значит «честно»? – растерянно спрашиваю я. – Алекс твой лучший друг, ты, вообще-то, должен быть в курсе. Том принимает многозначительный вид, молча пожимает плечами и ухмыляется. И что это значит? Что он хочет мне этим сказать? Что ему рассказал Алекс? Нервно покусываю нижнюю губу. Хочется расспросить Тома, но не думаю, что он даст мне честный ответ. Кроме того, уже и поздно, мы подошли к остальным. Компания в полном составе стоит вокруг высокого столика, разговаривает и спорит. Тема, похоже, все еще контрольная по математике. Дирк громко обсуждает количество баллов. Он утверждает, что почти все расчеты сделал правильно. - А он это просто не оценивал, козел! – возмущается он. Остальные толком не реагируют на его жалобы, похоже, уже знакомы с его штучками. Я достаю из кармана мобильный и снова набираю Лену. Опять гудок, и опять она не снимает трубку. Я пишу ей СМС. «Я был идиотом! Мне невероятно жаль. Прости, пожалуйста. Позвони мне. Я люблю тебя. Тоби». Вздыхая, опускаю телефон обратно в карман. Надеюсь, она позвонит. Кидаю семьдесят центов в кофейный автомат и нажимаю на кнопку, рядом с которой написано «кофе с молоком». Булькая и клокоча, в красный пластиковый стаканчик капает светло-коричневая бурда. Неохотно забираю его. Неуверенно бросаю взгляд в сторону компании. Встать к ним? Нерешительно иду к Тому. Он как раз разговаривает с Михой, Фридо и Дирком. Я держусь в сторонке, радуюсь, что со мной не заговаривают, и пью свой кофе. Алекс с Аней стоят рядом с Мэлли и Яном. Аня держит Алекса за руку и все время поглаживает большим пальцем по тыльной стороне его кисти. Знаю, что не имею права ревновать, но… но это очень тяжело. В животе клокочет неприятный жар… Быстро опускаю взгляд, но все равно слышу звонкий смех Ани. Потом чувствую вибрацию в штанах… вернее, в кармане… Живо вытаскиваю телефон и прижимаю трубку к уху. - Лена? – затаив дыхание, спрашиваю я. - К сожалению, нет. – Это Ким. - О, прости, - тараторю я. – Я жду звонка Лены. - Ага… - Он, похоже, рассчитывал на другое приветствие. - Но, конечно же, я тебе рад… нет, я невероятно тебе рад, - подбадриваю его я. Отхожу на некоторое расстояние от компании, чтобы спокойно поговорить с Кимом. - Я очень соскучился по тебе, - тихо бормочу я. И это действительно так. - Я тоже, мой сладкий, - нежно шепчет он. – Я звоню, чтобы спросить, не заехать ли мне за тобой в школу? - Гм… - я немного задумываюсь. – Да, почему бы и нет. - Хорошо. Где встретимся? - Лучше всего перед школой на парковке, - предлагаю я. - Отлично, так и сделаем. – Я практически слышу, как он улыбается. – Рад, что увидимся. - Я тоже, до встречи, - говорю я, пытаясь вложить в голос как можно больше любви и тепла. - Пока. - Пока. Вздохнув, кладу трубку. - Это была Лена? Испуганно оборачиваюсь. Вплотную ко мне стоит Алекс. - Обязательно постоянно так подкрадываться? – спрашиваю с громко бьющимся сердцем. – И нет, это была не Лена… - Где она? – Он буравит меня взглядом. Такое чувство, будто он заглядывает в меня, очень глубоко, почти в самую душу, и видит все… - Я… она пошла домой. Желудок заболел. - Эй, ты как-то сказал, что никогда не будешь мне врать… - Его голос звучит возмущенно. - Когда это я сказал? – издевательски спрашиваю я. - Тогда, на вечеринке у Тома… в его комнате… … комната Тома… кровать Тома… секс… Это было так прекрасно… Воспоминания… только для взрослых… учащенное сердцебиение… - Ты это запомнил? – спрашиваю, покраснев, и пытаюсь, чтобы прозвучало небрежно. И, конечно, это мне не удается. - Я всегда все помню, - спокойно говорит он. Понятия не имею, как воспринимать его последние слова. Что он имеет в виду? - Алекс, Тоби, пошли, сейчас начнется урок, - кричит Том, и мы идем следом за всеми. - Так что? – спрашивает Алекс. - Что что? - Ты так и не ответил на мой вопрос. - Почему же, просто ответ тебя не устроил, - я вымучено усмехаюсь. - Тогда скажи мне правду, и я буду доволен. Я вздыхаю. - Лена думает, что ты мистер Биг, а я сказал, что Мюнхен - это не Нью-Йорк, и потом мы поссорились. Алекс серьезно смотрит на меня. - Все понятно, - кивая, медленно говорит он. - Правда? – удивленно спрашиваю я. – Ты тоже так думаешь? - Абсолютно. Мюнхен не Нью-Йорк, тут я с тобой согласен. - Смеешься надо мной? – я не могу сдержать улыбку. - Я никогда не смеюсь над тобой, Бэмби, - тихо произносит Алекс. Смотрю на него и сразу же чувствую себя немного лучше. - Я сказал ей, чтобы она занималась своей собственной личной жизнью и оставила меня в покое… - бормочу я, опустив голову. – Это было очень подло, и мне безумно жаль. - Да, действительно гадко, - серьезно подтверждает он. – Но она тебя знает и понимает, что на самом деле ты так не думаешь. Она тебя простит. Он говорит уверенно, и мой оптимизм сразу же поднимает голову. - Сегодня днем ты опять работаешь, да? – тихо спрашивает он. - Да. - Отвезти тебя? – Он пристально смотрит вперед. Мое сердце радостно подпрыгивает и тут же тяжело и резко проваливается в пропасть. Я сглатываю. Ведь Ким заедет за мной. - В общем… - начинаю я, волнуясь. - Тоби! – окрик прерывает меня. Мы с Алексом останавливаемся и поворачиваемся. Позади, в конце коридора, стоит Бен. Черт! О нем-то я совсем забыл. В последнее время я был так занят Кимом, семьей, моим каминг-аутом, Леной, математикой и Алексом, что просто напрочь позабыл о Бене… как и о Ману с Марком… Быстрым шагом он подходит к нам. - Привет, - нервно говорю я. Потом понимаю, что «привет» слишком панибратское приветствие и более подходит приятелям из гей-клуба, но не предназначено для учителя. - Здравствуйте, господин Баумманн, - быстро исправляюсь я. Алекс испытующе сверлит меня взглядом. Такое чувство, что он хочет прожечь мне дырку в щеке. - Здравствуй, - спокойно говорит Бен. – Могу я с тобой поговорить минутку, Тоби. - Да, конечно, - киваю я. - Алекс, идите в класс, мы сейчас подойдем. Алекс выглядит так, будто с большой неохотой выполняет это требование. Но потом коротко кивает и уходит. Мы с Беном остаемся одни. В коридоре находятся только несколько старшеклассников, но они стоят так далеко от нас, что мы без опаски можем поговорить друг с другом. - Тоби, я подумал, что, наверное, было бы хорошо до урока прояснить несколько моментов. Не хочу, чтобы между нами возникло недопонимание, ты знаешь, что я имею в виду, да? – озабоченно шепчет он. - Да. - По поводу… гм, Марка, - он вздыхает. - А что про Марка? - Вы друзья? – как-то вымученно спрашивает он. - Да, мы очень хорошие друзья. - Я уверенно смотрю ему в глаза. - Он что-то сказал… про меня? - Он выглядит взволнованно. - Подразумеваешь, рассказал ли он про твою интрижку с Ману. Да, я знаю. - Мне неудобно говорить с ним тут на эту тему. - Этого я и боялся, - вздыхает Бен. – Тоби, поверь мне, я вовсе не хотел вмешиваться… - Но ты знал, что они вместе. Ты познакомился с ними как с парой, - резко обрываю я его. - Да, так и сеть, - он опять вздыхает. Я смотрю под ноги. - Не надо передо мной оправдываться, - говорю я серьезно. – Меня все это не касается. - Но Марк твой друг, и я не хочу… не хочу, чтобы наши личные трения отразились на твоем мнении обо мне как об учителе. Понимаешь? - Ты боишься, что я стану ненавидеть тебя и, чтобы отомстить за Марка, разоблачу перед всей школой? – возмущенно спрашиваю я. - Нет… нет, я верю, ты не такой человек. Я только не хочу, чтобы у тебя сложилось неправильно мнение обо мне. – Он заглядывает мне в глаза. - Но почему ты… ты же знал, что он… почему? – смущенно заикаюсь я. Бен опять вздыхает. - Тоби, это было глупо… уж точно я не хотел разрушить их отношения. - Ты этого и не сделал, они по-прежнему вместе. - Да, я в курсе. – Он кивает, слабо улыбаясь. У меня еще много вопросов. Мне интересно, был ли он влюблен в Ману, были ли они близки, встречались ли еще и все такое. Но, конечно, я понимаю, что это очень личные вопросы и, вероятно, не получу на них ответов. - Не будем заставлять ждать твоих одноклассников. Если кто-то спросит, то скажи, что мы говорили о твоей контрольной по математике. – Он подмигивает мне. Я угрюмо морщусь. Бен усмехается, и мы вместе идем в класс. Вообще-то, было совсем не странно. Я имею в виду урок Бена. Понятно, что теперь я смотрю на мужчину у доски несколько другими глазами. Я знаю, куда он ходит, когда хочет развлечься; знаю, что Брэд ему нравится больше, чем Анжелина; знаю, как он выглядит в узких кожаных штанах; знаю, что он сбривает волосы на груди, и знаю, что у него был роман с неким Мануэлем Шмидтом и он сделал несчастным некоего Марка Ройтера. Марк. Тут же опять просыпается моя нечистая совесть. Я тут сижу, смеюсь над шуточкой, которой Бен только что развеселил весь класс, и чувствую себя просто ужасно. Я представляю, как Марк однажды будет весело рассказывать, что ходил по магазинам с Аней, и она, вообще-то, весьма милая девушка… Я бы взбесился… Знаю, что с большим натягом можно сравнить Аню и Алекса с Беном и Ману, ситуация весьма различается… но все же… Марк мой друг. А я считаю, что Бен просто супер… Так ведь не должно быть, правда? Но продолжающийся урок требует моего внимания, и к концу пары я уже почти забываю обо всех своих переживаниях. И, к своему стыду, должен признать, на время я совсем позабыл и про Лену. Но теперь, по дороге в класс искусств я опять очень скучаю по ней. Смотрю на свой телефон. Никто не пытался мне дозвониться. Пробую еще раз набрать ее номер. Когда я уже почти готов повесить трубку, потому что и после сорокового звонка никто не отвечает, я слышу щелчок. - Тоби? – Это не Лена. - Елена? – разочарованно спрашиваю я. - Лена сейчас не хочет с тобой разговаривать, - говорит Елена. Ее голос звучит прохладно. - Она у нас дома? – взволнованно спрашиваю я. - Да. - Можешь передать ей трубку? - Нет. - Елена, я знаю, что натворил глупостей… - Разумеется. - … но мне безумно жаль, правда. – Я вздыхаю. – Скажи ей это, пожалуйста. - Хорошо. - Ладно… - Печально жду, что она еще что-нибудь произнесет, но… - Пока. – Это все, что я слышу. Елена кладет трубку, прежде чем я успеваю сказать «пока». Гм, надеюсь, она передаст Лене, что я ужасно удручен. Я смогу это пережить: двух подруг, которые избегают меня, которые объединились против меня. Я должен срочно расправить плечи. Молча встаю рядом с одноклассниками, и мы вместе ждем Ясмин. Еще одна непроясненная ситуация. Сдержал ли папа свое слово и закончил ли этот роман? Господи, надеюсь, что так… - Привет, Тоби, – рядом со мной встает Мартин. - Привет. – У нас сегодня еще не было возможности поговорить друг с другом. - Что случилось с Леной? – Конечно, это его первый вопрос. - Я с ней поссорился, - покаянно сознаюсь я и делаю соответствующее лицо. – Я поступил действительно подло и по-настоящему ее обидел. Она сейчас у Елены. - Ох… - Похоже, Мартин не знает, что и ответить на мое признание. - Надеюсь, она скоро меня простит. - Да, надеюсь… иначе она пропустит много занятий. - Мартин не очень-то чуток. - Гм… да, точно, это было бы фатально… - Он не слышит иронии в моем голосе. Согласно кивает, и потом мы некоторое время молчим. Я разглядываю его высокую нескладную фигуру и скучное выражение лица… и что Елена в нем нашла? Гм, вообще-то, я мог бы использовать возможность и попытаться выведать, какого он мнения о нашей маленькой перуанке. - По крайней мере, Елена там, и она позаботится о Лене, - вскользь замечаю я. - Да. - Очень мило с ее стороны, что она за ней присмотрит. - Да. - Но вообще-то, это типично для Елены, она всегда такая внимательная и чуткая по отношению к ближнему. - Точно. - Не знаю ни одной девушки, на которую можно было бы так положиться. - Гм… Я разочарованно вздыхаю. Похоже, будет сложнее, чем я думал. Его односложные ответы прямо сводят меня с ума. - И к тому же она очаровательна. – Я смотрю на него. - Э? - Она очаровательная девушка, да? - Эм… понятия не имею, думаю… - без воодушевления бормочет Мартин. - Но ты же должен знать, считаешь ли ее симпатичной, - немного грубо наезжаю я. - Э, ну… да, она не страшная… - он смущен. Не страшная? Отлично, именно это и хочется услышать от предмета своих мечтаний… Я качаю головой и сдаюсь. Прости, Елена, но не думаю, что у тебя и этого болвана когда-нибудь будет что-то большее, чем совместные поигрушки в модельки… - Ну как, уже нашли деятеля искусств? В недоумении поднимаю глаза. Рядом стоит Ян и улыбается. - Что? – изрядно сконфуженный, спрашиваю я. - Нам же до следующей недели требуется найти автора-любителя, о котором надо рассказать на уроке, - поясняет Ян. - А это… да, точно… чёрт! – я недовольно морщусь. – Не, еще не нашел никого. Правда в том, что я даже не вспоминал об этом идиотском задании… Боже, просто в моей личной жизни слишком много проблем, пусть школа встает в очередь. Очень разумно, я знаю. - На нашей улице живет свободный художник, - довольно рассказывает Ян. – Так что мне было намного проще. - У моего папы тоже есть некоторые знакомые, - небрежно заявляет Мартин. Ну прекрасно, а я? - У тебя еще есть немного времени. – Ян, похоже, без труда угадывает мои мысли. - Да… - без восторга бормочу я. Ян, кажется, хочет еще что-то сказать, но не успевает, Мэлли громко зовет его. Усмехнувшись, он сматывается. - Послушная собачка, - насмешливо бормочу я. - Кто, я? – Мартин поднимает брови. - Нет, Ян, - раздраженно говорю я. - Почему? В этот момент мимо нас проплывает Ясмин, и я рад, что удается избежать объяснений. За Ясмин тянется невероятно длинный шлейф сладкого цветочного аромата. Я с отвращением морщусь. Беттина пахнет лучше, намного естественнее. Мы входим в мастерскую и рассаживаемся по местам. Я опять жалею об отсутствии Лены. Спаренный урок проходит весьма однообразно. Мы по-прежнему работаем маслом, и я с наслаждением возюкаю кистью по большому листу бумаги. Даже не замечаю, как быстро пролетает время. Когда звучит звонок, я выхожу из своеобразного транса. Сильно зевая, я сперва потягиваюсь, разглядываю свое творение, напоминающее затопленную стройплощадку, и собираю вещи. Подхватив сумку подмышку, ухожу из класса. Надо поторопиться, меня ждет Ким… меня встречает мой друг… ух ты, звучит здорово, да? «Я проведу перерыв с другом…», «Меня ждет друг…», «Мы с другом сейчас будем целоваться в его машине…» - Тоби? Алекс проталкивается через толпу учеников. Он смотрит на меня немного смущенно. - Почему ты так быстро свалил? – обиженно спрашивает он. - О… я не знал, что… - Я же сказал, что отвезу тебя на работу, - резко перерывает он меня. - Так… А вот это глупо. Очень глупо. Я смотрю в его серые глаза… угрызения совести, как толстый жирный омерзительный червяк, извиваются и крутятся в животе. Ситуация кошмарная, и мне так жаль… хотя и не должно бы… - Не надо меня отвозить, - тихо говорю я. – За мной заедет Ким, мы вместе проведем обеденный перерыв, и он подкинет меня до работы… Алекс смотрит на меня. - Ах так… так бы сразу и сказал… ну тогда… - он разворачивается. Он же не обиделся? На это у него нет права… или есть? - Пока, до вечера, - кричу ему вслед. Он лишь кивает. Пытаюсь воскресить в памяти его взгляд, его реакцию, выражение серых глаз… Что там было? Что в них промелькнуло? Печаль, гнев, ревность? Хотя, возможно, там вообще ничего не мелькало, никогда, и я все сам себе придумал. Принял желаемое за действительное… Принял желаемое за действительное? Нет, я не имею права хотеть, чтобы он ревновал, когда я направляюсь к своему парню. Вот опять это глупое противоречие… я и правда плохой человек. Ким уже ждет на парковке. Опирается плечом на машину и выглядит непозволительно хорошо. Он широко улыбается, когда видит, что я направляюсь к нему. Я замечаю, что проходящие мимо ученики — конечно же, в основном девушки — то и дело останавливаются и заинтересованно оборачиваются на Кима. Его не знают, и это разжигает интерес. Интерес к этому горячему красавчику! Вероятно, девушкам любопытно, кого же осчастливил этот парень своим приездом… Я радостно улыбаюсь ему. - Эй, привет! - И тебе привет, - он очаровательно улыбается. Мы быстро обнимаемся. Настоящий поцелуй оставим на потом. Но все же приятно опять быть так близко к нему. - Мы можем ехать? – спрашивает он. - Да. - А вон там не ваш Даймлер, что-то он кажется мне знакомым… - Ким указывает на машину. - Да, - быстро говорю я, мельком оглянувшись. – Мой брат… - объясняя, тихо добавляю я. Если подумать, то сейчас я мог бы сидеть в той машине… Это как отвратительная телевикторина. Кандидат должен выбрать… крутой Даймлер или маленький Гольф? … бесчувственный красавец или спортивный жизнерадостный симпатяшка… Хм, а можно звонок другу? Или помощь зала… А можно еще раз бросить кости? Хочу начать с начала! Торопливо забираюсь в машину Кима, пристегиваюсь и жду, пока он заведет мотор. В боковое зеркало вижу вдалеке всю компанию, весело идущую через парковку. Дирк, Ян, Мэлли, Аня, Том и Алекс. Внезапно мне хочется поскорее уехать отсюда. Я невероятно рад, когда Ким наконец отъезжает и мы медленно выруливаем со стоянки. Я наблюдаю за одноклассниками в зеркало. Дирк что-то громко рассказывает, сильно жестикулируя. Ян и Том смеясь слушают его. Вцепившись в руку Яна, Мэлли что-то шепчет Ане на ухо. Аня кивает и плавным движением откидывает длинные темные волосы с лица. А Алекс смотрит вслед машине Кима… * Бадди (Sebastian Erl) – немецкий музыкант. * Юрген Древс – немецкий поп-певец, музыкант, автор песен, ресторатор * Гарри и Салли - «Когда Гарри встретил Салли» — кинофильм, получивший премию Британской академии за лучший сценарий. Главные роли в этой романтической комедии исполняют Билли Кристал (Гарри) и Мэг Райан (Салли). * Мистер Фицуильям Дарси (англ. Mr Fitzwilliam Darcy) — вымышленный персонаж, один из главных героев романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение». Дарси представлен как холодный и достаточно проницательный человек. * мистер Биг* - герой «Секс в большом городе» * Маноло Бланик — испанский дизайнер обуви и основатель одноименной компании, известный во многих странах прежде всего по сериалу «Секс в большом городе»