Встречи "У Шестого"

КАКАШИ       Дела принимали совсем уж опасный оборот. Он понял это, когда после разлуки вместо того, чтобы просто пожать руку Сакуры, Какаши поцеловал её (а может даже намного раньше). Пусть это и был целомудренный поцелуй в лоб, который он не раз дарил ей, но в этот раз всё было по-другому. В этот раз она не плакала, не была разбита, не нуждалась в поддержке. На этот раз она просто улыбнулась ему и протянула ладонь, а у него вдруг сладко заныло сердце и на мгновение прервалось дыхание. Шестой так давно её не видел! И он поддался желанию коснуться её.       А потом осознал свою ошибку и как дурак извинялся, боясь, что куноичи не поймёт, развернётся и уйдёт прочь. К его большому облегчению, Сакура осталась, хоть и казалась смущённой. Остаток вечера Какаши просидел как на иголках, украдкой наблюдая за ней.       — Сакура, ты меня слушаешь? — мягко спросил Какаши, когда понял, что девушка вот уже пару минут рассеянно разглядывает раскинувшуюся под ними деревню. А лицо её было встревоженным и грустным.       Розововолосая откликнулась не сразу, поэтому он аккуратно дотронулся до её руки.       — Сакура?       Девушка вздрогнула и подняла на него испуганный взгляд. Какаши с трудом удалось сохранить спокойное выражение лица. Всё же ему не стоило её целовать!       — Ты в порядке?       — Да… — хрипло произнесла она и попыталась улыбнуться.       — Точно? Ты пропустила мимо ушей мою гениальную идею! Между прочим, я рисковал жизнью, когда проворачивал эту авантюру! Узнай Цунаде-сама, с чего вдруг я такой щедрый, что сам предложил сделать ремонт в больничном архиве, на который она хоть и намекала, но не так чтобы сильно, я бы встретился с её кулаком. А твой бывший сенсей уже не в том возрасте и не в той форме, чтобы безболезненно переносить ярость Пятой.       Он усмехнулся, стараясь, чтобы его голос звучал весело, хотя на самом деле ему было не до смеха.       — Мой старенький бывший сенсей просто набивает себе цену! — в этот раз улыбка у Сакуры получилась искренней. — Но отхватить-то да, отхватил бы, если бы Цунаде-шишо прознала. Так значит, все больничные архивы теперь хранятся в Резиденции Хокаге с твоего любезного разрешения?       — Угу, — Какаши почувствовал, что настроение бывшей ученицы стало заметно лучше. Это успокаивало. — И даже не охраняется как-то особо. Поэтому завтра он ждёт тебя в гости.       — Это… Это просто замечательно, — теперь Сакура вновь была с ним, не ушла в себя. — Спасибо!       Девушка повернулась к нему, слегка задев его плечом. Она хотела его обнять, как прежде. Какаши видел это. Но вдруг выражение её лица изменилось, она закусила губу и рывком поднялась. Его сердце упало, и он встал вслед за ней.       — Спасибо большое! Ты очень помог, — Сакура спрятала руки за спиной, будто опасаясь, что всё-таки сожмёт его в объятиях. От этого Какаши почему-то стало больно.       — Не за что, — сдержанно сказал Хатаке, а потом коротко добавил: — Возьмёшь допуск у Шикамару. Он будет предупреждён. Я отдал бы лично, но буду занят.       Лицо Сакуры вновь стало печальным. Какаши отвёл взгляд.       Не так он представлял себе их встречу. И виноват в этом был он сам.

***

      Гай открыл не сразу, что позволило Какаши пару минут терзаться сомнениями. Правильно ли он поступил, придя к другу с грузом своих проблем и несколькими бутылками саке, когда у Майто и своих хватало с лихвой? А проблемы, точнее, проблема Какаши носила весьма щекотливый характер. По сути своей Хатаке не был открытым человеком. Он не любил делиться своими невзгодами с другими и переживал всё в одиночестве. Но не на этот раз. На этот раз его ломало и выворачивало так сильно, что он не мог держать это в себе. Он должен был поделиться своими переживаниями хоть с кем-нибудь. Хоть как-нибудь.       — Какаши? — удивленно приподнял выдающиеся брови Зелёный зверь Конохи, открыв дверь. Он отъехал от двери, давая Копирующему ниндзя пространство для манёвра.       — Не рад видеть старого друга? — усмехнулся Шестой, входя в жилище Майто.       — Если бы старый друг соизволил приходить ко мне почаще, то его внезапное появление не вызывало бы столько удивления, — в тон Какаши ответил Гай, развернул коляску и поехал на кухню. Хатаке последовал за ним. — Что, наконец решил принять мой последний вызов?       Хокаге нахмурился, силясь вспомнить, на что в этот раз подбивал его Майто, у которого даже инвалидность не отбила желание продолжать соревноваться.       — Я имел в виду армреслинг, Какаши, — сжалился Майто, устраиваясь у кухонного стола. — Но я вижу, что ты пришёл со встречным предложением. Будем выяснять, кто кого перепьёт?       — Ну… — Какаши нервно почесал затылок. — Вообще-то я хотел поговорить…       — И принёс саке, — насторожился Гай, сразу же становясь серьёзным. — Что случилось?       — М-м-а-а-а-а-а, Гай, не пугайся так сильно! Конохе ничего не угрожает, — попытался перевести всё в шутку Хатаке, но замолк под пронзительным взглядом друга, вздохнул и полез за чашками для саке.       — Я… я встретил девушку, — начал Какаши, когда они прикончили по первой стопке. — И теперь она не выходит у меня из головы.       Хокаге поморщился: сказанное звучало слишком пафосно и одновременно слишком по-мальчишески. Ещё сильнее он скривился, когда увидел, что глаза друга загорелись восторгом.       — Ками, Какаши, кто эта прелестница, что смогла, наконец, разбудить в тебе силу юности?       — Ты её не знаешь, она — гражданская, — уклончиво ответил Какаши.       Под страхом смерти он бы не признался, кто действительно не выходит у него из головы. Даже лучшему другу.       — Ты не познакомишь нас? Или, стой, ты ей ничего не сказал, да? — догадался Зелёный Зверь.       — Что мне ей сказать? Она молода, талантлива, красива. У неё красивый смех, отличное чувство юмора и она восхитительна в гневе. У неё вся жизнь впереди. Зачем ей престарелый Хокаге, который и сам не знает, что чувствует?       — Ты несправедлив к себе, — спокойно отметил Гай. Понимание промелькнуло в его взгляде, направленном на Шестого. — И потом, может стоит признаться и узнать, что ОНА думает по этому поводу, а не трусливо придумывать отговорки? Потому что, судя по тому, что я услышал, ты влюблён.       Последнее слово упало на плечи Хатаке неподъёмной каменной глыбой. Он боялся признаться в этом даже самому себе.       Да, он был влюблён в свою бывшую ученицу, которая была младше него на целый десяток лет, и это вызывало у Какаши жгучее чувство стыда и ощущалось до крайности неправильным.       Он был влюблён в Харуно Сакуру, которая всю свою жизнь любила Учиха Саске.       И, наверное, это было самым печальным и пугающим во всей этой ситуации.