Второй шанс

      – Не волнуйся, я просто переутомился, мне нужно отдохнуть. – я попытался успокоить волнение своей рабыни.       Дыхание уже нормализовалось, но тело по прежнему было будто свинцовым. Я лежал глядя в потолок и размышлял: "интересно, что теперь? Этот инцидент лишит вождя всего авторитета и ее изгонят из племени заодно с нами?"…"да, эта баба была точно покруче товарища мичмана", "А что сделают с нами, по их закону я выиграл поединок, значит теперь я свободен. Хотя я же не убил ее, это могут не засчитать", так я лежал и размышлял несколько часов, пока наконец не почувствовал, что могу подняться. Я вышел на улицу и осмотрелся, во всей деревне царил какой то ажиотаж, девушки бегали туда сюда, повсюду о чем то оживленно спорили, стоило мне показаться как прибежала шаманка и попросила меня прийти к вождю, "хм, попросила, не приказала, даже самцом не обозвала".       Как только я вошел в главный шатер, оттуда поспешно удалились полдюжины женщин. Вождь восседала в полном церимониальном облачении на своем троне, шаманка встала по правую руку от нее и вождь заговорила:       – Хозяин, я хочу выразить тебе свою благодарность, за то что честно победив в поединке ты не только не лишил меня жизни, но и даровал силу, и теперь...       Она хотела сказать еще что то, но я прервал ее:       – Если хочешь благодарить делай это правильно.       Она задумалась, пытаясь понять что я имею ввиду.       – На колени. - подсказал я.       Она послушно слезла с трона и опустилась на колени. Я поманил ее пальцем и она на четвереньках поползла ко мне, смиренно склонив голову и подметая волосами пол, передо мной она остановилась и снова встала на колени.       – Теперь говори. – разрешил я.       – Хозяин, мы хотим, что бы возглавил племя.       – Я? Я же "САМЕЦ" – передразнил я.       - Прости нас, хозяин - она так виновато и искренне раскаиваясь посмотрела на меня, что меня это тронуло.       – Что-ж, – я наотмашь ударил ее ладонью по правой щеке, – это за то, что пыталась меня убить, – то же действие по левой, – а это за презрительное отношение. – она не отворачивалась от ударов и даже глаза не закрывала. – так что, все племя этого желает?       – Да, мы собрали совет матерей родов племени я настояла на том, что это необходимо.       – А ты? – обратился к шаманке, которая по прежнему стояла возле трона.       – В последние месяцы наше племя терпело много поражений, если нас возглавит полубог, это спасет племя. - с некоторым неудовольствие констатировала она.       Я указал ей на место на полу возле вождя, и она без возражений опустилась на колени, на четвереньках пересекла шатер заняла свое место. Ох почему то эта баба бесила меня даже больше остальных и я от души влепил пощечину и ей, она не будучи воительницей от такого упала на пол, но быстро вернулась в изначальное положение. "похоже не смотря на позорное поражение, авторитет вождя остался непререкаем"       – Вы все станете моими рабынями.       – Да, хозяин – дружно ответили обе женщины.       Создав еще один ошейник я замкнул его на шее шаманки. "Хоть она и ненавидит меня по прежнему, похоже желание спасти племя и слово вождя для нее превыше всего"       – Я согласен стать вашим хозяином, но вождем останешься ты, – сказал я, – подготовьте в всё необходимое и соберите всех на закате.       "Славные все таки девочки эти амазонки".       Я вернулся в шатер Ланы и попросил принести что нибудь поесть, она ушла и вернулась минут через 15 с полной корзиной ягод, копченой рыбы и вяленого мяса. Я набросился на все это, поглощая пищу как не в себя, ягоды конечно успели уже надоесть, два дня одними ими и питался, а вот рыба и мясо были действительно хороши, наевшись до отвала меня начало клонить в сон.       – Лана разбуди меня перед церемонией. – в ответ она согласно кивнула.       Немного подумав я добавил.       – Хотя нет, скажи своей матери и шаманке что бы разбудили меня.       – Хорошо, хозяин, – заметив в ее голосе нотку сожаления я усмехнулся. ...       Пробуждение было таким же сладким как в прошлый раз, но в этот раз оно сопровождалось громкими хлюпающими звуками, и посмотрев на их источник я обнаружил как раз то чего ожидал. Великая воительница старательно обсасывала мой член, а мудрая знаток трав и чар сидела поджав ноги рядом, изо рта по подбородку у нее стекала густая слюна, свисая тонкой ниточкой, спустя минуту женщины поменялись. Делали свое дело они так же неумело как Лана в первый раз, видно было, что стараются, но понятия не имеют что делать. "Эх, так я никогда не кончу", приподнявшись на локтях я взял шаманку за голову и пару раз глубоко насадил, чем чуть не вызвал у женщины рвоту, а потом сообщив Рансалане, что она свободна, я притянул травницу к себе так, что бы она встала широко расставив колени прямо над моим членом, за тем взяв ее за талию я аккуратно посадил ее на него, от такого она несколько раз прерывисто вдохнула, насаживаясь под собственным весом до самой матки. Немного посидев так и поерзав на члене, привыкая к нему внутри себя она одарила меня своим проникающим в душу взглядом и начала медленно двигаться вверх и вниз. Я протянул к ней руки и снял овитый листвой лифчик, освобождая пару прекрасных грудей, своим размером идеально ложащихся в ладонь, чем я и воспользовался, уцепившись за них и начав грубо мять, такие упругие, с торчащими твердыми сосками, видимо возбудившись женщина начала наращивать темп, с ее губ стали срываться высокие вскрики и спустя 10 минут скачек с возрастающим темпом я почувствовал, что она готова кончить. "нет, не заслужила", подумал я, и дав ей сделать еще пару фрикций оттолкнул в сторону и поднялся нависая над сидящей на полу возмущенной таки обращением женщиной, и занеся свой агрегат над нею я начал надрачивать его, и под пристальный взгляд ее глубоких зеленых глаз я кончил, забрызгав ее лицо и волосы. Шаманка хотела было возмутиться, но я ей не дал:       – До церемонии не вытирай и не смывай.       И оставив ее в смешанных чувствах покинул помещение и направился к главному шатру. Небо уже розовело, а значит пора заняться делом.       В шатре собрались практически все воительницы племени, отсутствовала только шаманка, дети и старухи, которые очевидно еще или уже не считались воительницами, и наверное кто то остался на постах. Пройдя к центру помещения я подошел к вождю, и она указала мне на трон. Я осмотрел собравшихся, лица почти у всех недовольные, очевидно большинство из них тут просто подчиняется приказу предводительницы и сам факт моего нахождения в этом месте их нервирует, а уж когда я занял указанное мне место, многие и вовсе с трудом сдержали порыв уйти.       – Займите свои места, воительницы племени ягуара, – приказала вождь. И присутствующие построившись в шесть колонн встали передо мной. Первой в каждой из колонн стояла самая старшая, а за ней в порядке убывания, последними стояли самые юные воительницы, глубина колонн разнилась, в одной к примеру было всего две молодые девушки, в остальных от четырех до семи, "видимо это и есть рода, а спереди стоят их главы", Впереди строя чуть левее середины встала сама Рансалана. Через минуту в шатер вбежала перемазанная спермой шаманка, заняла место перед строем правее середины и заявила:       – Можем начинать! – с этими словами передние две женщины опустились на колени, вслед за ними начали опускаться остальные собравшиеся, кто то сразу, кто то с явной неохотой, наконец, когда тянувшие до последнего дама послушно повторили общее действие, передо мной открылась прекраснейшая картина, из тех, что может быть дано мужчине.       30 смуглых полуголых красавиц покорно стоят на коленях, готовые стать моими рабами.       – Сегодня, – начала шаманка, – великий день для нашего племени, могучий полубог явил нам свою силу, и готов поделиться ею со всеми нами в обмен лишь на нашу преданность и наши тела.       – Сегодня, – продолжила вождь, – наше племя обретает новую надежду и надежную опору, признавая его нашим хозяином, а себя его верными рабынями.       Закончив речь, вождь посмотрела на меня ожидая моих действий. А я находился в некотором разочаровании, "надежда, опора" не хочу я вменять себе в обязанности защиту какого то племени, впрочем ладно.       Я поманил вождя пальцем, и когда она подползла к моим ногам создал в руке пачку ошейников сразу на всех присутствующих и приоткрыв ее рот вложил их ей в зубы и отправил самой заниматься этим.       Кстати как только я отдал ей ошейники ее собственный вдруг от чего то поменял свой цвет на синий, "что бы это могло значить, наверняка ведь не просто так".       Дошло до меня к концу церемонии, когда вождь одела в ошейники всех, включая двух присоединившихся в середине церемонии девушек, сменившихся с караула, а выдал я ей только на всех присутствовавших в начале, "значит я дал ей право распространять мою веру, и теперь она может самостоятельно обращать новых послушников, типа миссионер".       Церемония окончена и поднявшись дамы удалились, я же решив переселиться из тесного домика Ланы в больной главный шатер остался, не надо было заставлять вождя посвящать всех ползая на четвереньках, это конечно забавно но уж больно долго, шаманка еще и придумала для посвящения какие то клятвы, обеты, от всех этих церимониальных действий я порядком утомился, хотя все же от созерцания столь прекрасной картины стояк образовался каменный и с этим надо было что то решать. В шатер вошла Лана и увидев меня одарила своей прекрасной улыбкой, я по прежнему сидел в кресле, имеющем тут священное значение. Когда она подошла приобняв ее за бедра усадил к себе на колени, на церемонии она не присутствовала, так как она уже была моей ее оставили на охране входа, притянув ее за цепь к себе я впился в ее губы страстным поцелуем, от чего ее тело у меня в рука прямо обмякло, когда наши губы разъединились она ошалело посмотрела на меня, а потом крепко обняв поцеловала в ответ, я требовательно запустил свой язык ей в рот и приобняв за талию прижал к себе, став гладить ее бархатную кожу, Лана млела и неумело отвечая на поцелуй приглушенно постанывала.       Наконец спустя минуты нежности, показавшиеся нам часами я снял ее с себя и поставив перед собой стянул юбку, она не теряя времени отбросила в сторону лифчик. Я развернул ее к себе попой и притянул к члену, готовому уже взорваться от напряжения, она попыталась насадиться на него истекающей соками киской, но я остановил ее и приставил головку к другой дырочке...       – Хозяин – возбужденно и удивленно выдавила моя девочка.       Я не ответив, я взял немного ее соков, и смазав ими член, начал медленно опускать ее таз.       – Аааах... ай! – ей немного больно, но все равно нравится, она готова потерпеть боль ради меня.       Я опускал ее ниже, а она сквозь сжатые зубы издавала тихие болезненные стоны. Наконец погрузившись до конца я погладил ее по спине, успокаивая, и отпустил ее несчастную попку давая привыкнуть. Еще минутку он продолжала тихо стонать и всхлипывать, а потом начала осторожно подниматься и опускаться, сначала по чуть-чуть, но потом со все нарастающей амплитудой, вместе с этим и стоны ее становились громче, смешивая в себе боль и удовольствие.       Я тем временем запустив руку ей под живот стал пальчиками играться с клитором, нечаянно заставив девушку резко выгнуться дугой и случайно резко нанизать свою прямую кишку на член до основания, тут ее стон перешел в крик. Она содрогалась всем телом от недавнего оргазма внезапно обернувшегося резкой болью. Я встал и мы поменялись местами, она встала коленями на трон, оперевшись на спинку, а я встал позади, дав ей минутку отдохнуть я снова начал вторгаться в попку, но теперь настойчивее и грубее, и быстро наращивая темп и амплитуду фрикций, теряя контроль над собой я схватил ее за волосы и потянул на себя заставив ее изогнуться и сильнее насаживаться, спустя минуту я уже просто яростно долбил ее зад, а она перешла на непрерывный крик, я тоже издавая сквозь зубы нечто похожее на рык, свободной рукой хлестал ее по ягодицам, и тут мой член начал просто взрываться в ней, я при этом не прекратил в быстром темпе трахать ее вынимая почти до конца а потом резко входить на всю длину. Оргазм продолжался долго, и когда я наконец вышел из ее заднего сперма потекла оттуда обильным ручьем, девушка обвалилась на кресло, и повернувшись в полоборота устало посмотрела на меня, я улыбнулся ей и потрепав по голове побрел к спальному месту.