Где выход?

Утро порадовало девушку головной болью. А вот нечего столько думать перед сном! Выпив большую кружку чая и собравшись, Ника нехотя поплелась по знакомому, как её собственные пять пальцев, пути. Светало ещё рано, и всё было сносным. Ходить можно было без тёплой куртки, в удобной обуви. Это давало и положительные, и отрицательные эмоции. В целом, Ника была рада, что ещё всё хорошо и приятно. Но это ненадолго, что заставляло девушку грустить. Ведь пройдёт ещё каких-то несколько недель, и темнота станет постоянным утренним спутником. Вставать в темноту Николь не любила вовсе, хоть и к прогулкам такого рода относилась хорошо. Только вот ей нравились прогулки, не ведущие в школу. В учебном заведении Николь не стала заворачивать в гардероб: пока ещё можно было ходить без сменки. А пиджак она мало того, что не взяла — в гардеробе его и не оставляла никогда вовсе. Она его очень любила. Тот был уже стареньким, давно вышел из моды, но это был пиджак её матери. А это делало его прекрасным, несмотря ни на что. Поэтому Ника берегла его, всегда стараясь держать на виду. Девушка стала на их с Линой место и принялась ждать подругу. Ей нужно было рассказать план и послушать идеи по его осуществлению. Обычно Лина продумывала мелочи. На Нике лежала основная идея, какие-то её аспекты. Не из-за того, что Николь не могла придумать этого всего сама. Это было обычное распределение нагрузки. Раньше, когда девушки только начинали дружить, привыкнуть к парной работе было сложно. Николь всегда делала всё сама, положиться было не на кого. Только мама могла ей помочь, но она вечно пропадала на работе. А сейчас, спустя два года учёбы вместе, девушки отработали эту схему, как им казалось, до идеала, и поэтому Нике было так важно рассказать обо всём подруге как можно раньше. Чтобы у них было больше времени подумать над мелочами и загвоздками, которые могут стать неожиданностью в час икс. Шли минуты, но Лины не было. Вот уже скоро первый урок, а она ещё не пришла. Николь хотела позвонить, но вовремя одумалась. Ведь вчера именно из-за того, что Лине было плохо, они прекратили общение. Видимо, она заболела. Значит, рассчитывать на помощь подруги было бессмысленно. Девушка вспомнила ночные мысли, она думала, что без подруги не справится. Ведь и вправду, всё внимание будет уделено одной ей, оговорка и любая пауза будут стоить вдвое больше. А это не есть хорошо, так как Ника не может быть уверена в своих силах с учителем. В другие моменты она была бы уверена в себе на все сто, но симпатия, да ещё к тому же такая сильная, была ей вновинку. Из мыслей девушку вывел звонок, и она пошла на урок русского.

***

Три урока пролетели быстро. Николь успела собраться с мыслями и решить, как поведёт диалог. Вот она уже подходит к кабинету. Сначала нужно понаблюдать за Даниилом Алексеевичем, удостовериться без него, а потом просто подойти и спросить. Где-то внутри совесть девушки посмеялась от слова "просто". Ника на несколько секунд задумалась, нужно ли ей это. Но решив, что это будет самым правильным решением из возможных, ученица зашла в кабинет и начала готовиться к предстоящему разговору. На уроке учитель вёл себя как обычно. Нике, наверное, казалось, что он смотрел на неё. А даже если и смотрел — она ведь сидела на первой парте — как на неё можно было не смотреть? Николь наблюдала за ним и всё больше убеждалась, что на том видео в Инстаграме был он, а не похожий на него парень. Да, разговору быть, и это точно. Конечно, в основном, Ника хотела поговорить с ним, как-то расположить к себе. Чтобы она не была серой ученицей, имени которой он даже потом и не вспомнит. На большее девушка не рассчитывала. Урок пролетел слишком быстро, звонок напомнил о грядущем разговоре. Ника направилась к двери одной из последних и, поняв, что Даниил Алексеевич не имеет каких-либо планов на перемену, решилась начать. — Даниил Алексеевич, я бы хотела с Вами обсудить один вопрос, — робость в голосе была ненапускная. Ника начала сжимать и разжимать кулаки, странно перебирать пальцы. Она волновалась по-настоящему, об этом говорило тело. — Да, Николь, это по поводу темы? — видимо, учитель заподозрил что-то неладное и немного напрягся. Девушка заметила, что имя её он запомнил и так. Может, тогда отступить? Нет, так не пойдёт. И, если уж она была честна с собой, то как объяснить, что он помнит, как её зовут? Ника медленно подошла к столу, смотря на переносицу Даниила Алексеевича. В глаза смотреть ему она не могла. Стыд? Напряжение? Смущение? — Нет. Моя подруга, Лина, нашла кое-что Интернете. История долгая, а я не хочу ходить вокруг да около. Просто... — Николь запнулась, набрав воздуха в лёгкие, и всё же решилась задать тот самый вопрос. — Вы, случаем, не Данила Поперечный? Учитель напрягся, в воздухе как-будто начала ощущаться неловкость. Она противно оседала на поверхности, стояла комом в горле. Пальцами учитель начал настукивать какой-то ритм о столешницу. Думая над чем-то, он явно решал для себя сложную задачу, а после долгой паузы сказал: — У меня уже спрашивали это другие ученики. И я врал им, что нет. Каких только совпадений не бывает, оправдывался я. Но тебе я врать не хочу. Я и вправду Данила Поперечный, — волнения в голосе было настолько много, что другие интонации и эмоции просто перекрывались, меркли и тонули. Единственное, что Ника оценила, это то, как тихо он говорил. Честно. Поперечный подошёл к девушке, и их разница в росте стала заметна ещё больше. Они стояли друг напротив друга. Николь посмотрела на него, теперь уже в глаза, и задала вопрос, который теперь крутился на языке. — Почему Вы сказали это мне? Почему не соврали, как остальным? — голос был спокоен. Самое страшное уже позади. Сейчас девушкой двигали только интерес и любопытство. — Остальные не получали мой личный номер, остальные не знают о моей семье. Я почему-то тебе доверяю. Только вот почему, сам понять не могу, — говорил это Даниил Алексеевич тихо и спокойно. Видимо, он тоже уже совладал с собой и своими эмоциями. — А ты смотрела что-то из моих видео? — Нет. Только названия читала, превью смотрела. А почему Вам интересно? — Николь не понимала ход его мыслей, что для неё было непривычно. Обычно она не спрашивала ничего: логическая цепочка людей, с которыми она общалась, была на поверхности. Уловить же связь мыслей Поперечного девушка не могла. — Не думаю, что тебе понравилось бы моё творчество в целом. Да и по тем видео очень легко создать обо мне ложное впечатление. На самом деле я не озабоченный извращенец, — голос Даниила Алексеевича был непринуждённым. Волнение пропало, сейчас всех интересовали только подробности. — Но если ты не смотрела, то как поняла, что это я? — В Твиттере фотка с мостовой. Я там очень люблю гулять, поэтому место сразу узнала. Вид там прекрасный и вправду, стоит сказать, — общение уже стало комфортным, Николь не строила из себя отличницу, а просто была собой. — Да, мне он сразу приглянулся. Но знал же, что не стоит её твитить. Вот чёрт! Меня раскусили из-за одной фотографии! Надо же! — он искренне улыбнулся. Николь вздрогнула, но ответила той же улыбкой. — Но ты не болтай нигде. Тут в школе, не думаю, что мои шутки оценят. — Я и не думала. Даниил Алексеевич, я пойду, наверное. Урок вот-вот начнётся. Спасибо Вам за честность. До свидания, — Ника уже собралась уходить, представляя, как физрук будет зол, если она опоздает, но Поперечный её окликнул. Подойдя к ней ещё ближе, он взял её за запястье. — Подожди секунду. Знаешь, давай на "ты". Школа, конечно, не терпит такого, но если где-то придётся. Я не такой уж и уважаемый, чтоб со мной на "Вы". Ну ладно, беги, — учитель опять улыбнулся и неуклюже развернулся к доске. Николь вышла, переваривая информацию, но, услышав звонок, побежала к спортзалу, не желая получить выговор. Девушке повезло со справкой, которая разрешала сидеть на скамейке, то есть, не переодевшись в спортивную форму. Это было на руку: можно было спокойно обдумать всё. И не нужно тратить уйму времени, толпясь в гардеробе. Поперечный же вытирал доску, собираясь посидеть за проверкой тетрадей десятого класса. Он немножко боялся неправильной реакции девушки, но всё равно считал, что поступил правильно. Она понравилась ему. И хоть отношения такого рода везде строго порекались, Даня решил ходить по грани, осознавая итог двух возможных исходов. Но вот только с собой ничего не поделаешь, подумал про себя комик и начал заниматься рутиной учителя.

***

После уроков Николь тут же написала подруге, с вопросом, может ли она говорить. Лина не ответила на сообщение, а просто набрала номер. — Привет, соскучилась? — прозвучал весёлый, но сиплый голос девушки. — Да, прямо не могу. Ты как там? — Ника решила начать сразу без лишних слов. — А как я могу быть? Температура. В поликлинике сказали, что грипп, — она не грустила. Лина говорила весело. — Я поговорила с ним, — всё, что смогла сказать Николь подруге. — Да, серьёзно? — Лина будто забыла и о болезни, и обо всём остальном. — Ну и что? — Ты была права. Это он, — и ученица пересказала диалог, произошедший недавно. — Хм... Что-то не совсем прозрачно, — Лина всерьёз задумалась над таким поведением учителя. — Зачем он попросил тебя об общении на "ты"? — Я не знаю. Но он так смотрел на меня! Конечно, во мне говорит симпатия, а не здравый разум. А может ли что-то быть? — последнее предложение Ника сказала тихо. Этот вопрос её интересовал, и она понимала, что ответ может быть только один, но девушка надеялась на чудо. — Не могу сказать точно. Но ситуация интересная. Хотя, больше меня интересует не он, а ты, — задумавшись ненадолго, Лина добавила. — Но, даже если бы между вами и было что-то возможно, то не при таких обстоятельствах. — Но, может, сердце победит разум? Может, моя весна скоро наступит? — надежды у Ники не оставалось. Где-то внутри она пыталась верить в возможность данного сюжета, но реальность была сурова и несправедлива. — Не думаю, Ник. Я не хочу питать тебя ложными надеждами. И, наверное, стоит сейчас тебя обжечь о маленький огонек, чем потом о разгоревшееся большое пламя, — Лина была полностью серьёзна. Её слова были логичны и суровы, что не нравилось Николь. — Ты права. Спасибо, — ответила девушка, но внутри думала иначе: крупица надежды ещё летала где-то в сознании, она не была уничтожена. — Не за что. Ну ладно, мне нужно идти. Пока, — сказала Лина сиплым голосом. — Пока. Поправляйся, — Ника сбросила звонок. Было грустно. Девушка медленно плелась домой, не зная, куда податься. Куда ей двигаться дальше? Как идти вперёд, отбросив весь балласт, думая только о целях, забыв о человечности? Николь не знала, что делать. Ей было непривычно чувствовать себя в тупике. И это давало ещё больше поводов забыть про эмоции и жить без них. А нужна ли человеку эмпатия? А симпатия? Хорошо ли чувствовать, любить? Девушка жила без эмоций долгое время. Она сама толком не понимала, как смогла их убрать. Объяснения Ника искала часто, только все были не тем. Жить без эмоций ей нравилось: ты не отвлекаешь себя от задач, ты продуктивен. Но а что если сейчас ей попробовать вернуть себе то, что она прятала долгое время? Получится ли у Николь это сделать? Девушка не знала ответ на вопрос, но начала упорно его искать.