New line

Звуков не было. Тихо как в вакууме. И темно. Только осязание улавливает свежий запах прохладного воздуха, который наполнен солёными нотками. Запах становится чётче, совсем ярко, такой сильный, а потом исчезает совсем. Ничего. И резко всё сразу. Снова солёный запах, тишину режет умиротворяющий звук волн, а перед глазами бескрайний горизонт песчаного пляжа. Хиггс испуганно озирается по сторонам. "Нет... Нет, нет, нет, нет..." Мысли скачут одна через другую, хаотично смешивая паническое отрицание с логическими вопросами. Он чувствует, как лёгкие словно что-то сжимает, не давая нормально дышать, вынуждая вдыхать и выдыхать быстро, коротко, царапая горло прохладой солёного воздуха. Глаза слезятся, руки дрожат, а всё тело становится как ватным, не желая подчиняться хозяину. Хочется кричать, но из горла не вырывается и звука. "Только не опять... Только не Берег..." Стоит только зажмуриться, изо всех сил стараясь отогнать от себя кошмар, как земля уходит из-под ног. Мокро, холодно, страшно. Резко открытые глаза щиплет морская вода, вокруг лишь тёмная синева. Он тонет, стремительно уходя под воду. Ни вздохнуть, ни закричать, ничего. Остаётся лишь беспомощно тянуться тяжёлыми руками вперёд, будто это может спасти, будто кто-то может его спасти. Крик отражается от стен комнаты, застревая в ночной тишине. Сэм просыпается одним рывком, не понимая, что за шум и что происходит, подрываясь с места на инстинктах. Рядом с ним Хиггс лихорадочно метался во сне, до побелевших костяшек сжимая руками одеяло, лицо было наполнено болью. Это зрелище моментально согнало всю сонливость с Сэма, который тут же стал трясти Хиггса за плечи, зовя по имени и стараясь вырвать из лап кошмаров. И это помогает. Хиггс резко открывает глаза, расфокусированным взглядом цепляясь за хмурое лицо Сэма, что склонился над ним. В уголках глаз затаились слёзы, настолько сон был ужасным, думает Сэм, облегчённо выдыхая и бездумно утягивая Хиггса в крепкие объятья, не давая и шанса на панику, а тот словно в бреду цепляется за Сэма так, будто он был единственной опорой. Хотя так оно и было в данный момент. Крепкие руки не разрывают объятий, сопровождая их лёгкими поглаживаниями по спине ровно до того момента, как приглушённые всхлипы в район сэмовой груди не прекратятся, а тяжёлое дыхание не притихнет, снова выравниваясь, как и безумный ритм загнанного в страхе сердца. Тогда Сэм совсем немного отодвигается, давая больше свободного пространства, бегло смотрит на спокойное лицо и только после позволяет и себе расслабиться, засыпая снова, не разрывая объятий.

***

Пробуждение происходит постепенно, мягким выныриванием из темноты пустых снов. Хиггс не спешит открывать глаза, давая мозгу окончательно пробудиться, просто наслаждаясь теплом и приятными ощущениями... Чужого тела? Сонливость стремительно покидает голову мужчины и он раскрывает глаза, пытаясь понять, что происходит и не сон ли это. Но Сэм, который прижимал его во сне к себе был вполне себе реален. Дыхание перехватило от вида его умиротворённого лица, что было так смущающе близко. Страшно было даже пальцем шевельнуть, думая, что любое движение может разбудить его и нарушить блаженный момент. Было так странно и одновременно хорошо, что Хиггс готов был хоть часами так лежать и всматриваться в лицо напротив, запоминая каждую деталь, но так продолжалось, к его сожалению, не очень уж и долго, с минут десять, пока Сэм не заворочался, тоже выбираясь из оков сна. Это немного спугнуло Хиггса, вынуждая тут же смущённо отвести взгляд и смотреть куда угодно, только не на Сэма, при этом попыток выбраться из объятий не было, да даже мысли не было. — Доброе утро, — тихим хриплым ото сна голосом поприветствовал Сэм, открывая глаза, моргнув пару раз и заметив сразу, что его гость уже совершенно точно не спал и отчего-то нервничал. — Доброе... — вторил ему Хиггс на выдохе, не зная что делать и куда деваться, но желая задать один-единственный вопрос, который так остро бился в голове все эти бесконечные и при этом такие короткие десять минут спокойного блаженства. — Ты обнимал меня во сне? То есть... И продолжаешь… Сэм молчаливо задумался, припоминая ночной случай и тихо вздохнул, медленно, будто совсем нехотя, но всё же выпустил Хиггса из рук, потягиваясь и принимая положение сидя. Вид у него был задумчивый, отвечать не особо спешил. Хиггс последовал примеру, тоже заставил поднять себя и сесть, заглядывая в лицо Сэма, ища там ответы и волнуясь всё ли в порядке. А ещё потерянный контакт больно кольнул сердце едким разочарованием и тягучей печалью. Ему хотелось бы подольше побыть в приятном захвате чужих рук. — Да. Прости, если тебе это было неудобно. Ты не помнишь почему это случилось? — Сэм не был уверен, что хотел сейчас с самого пробуждения обсуждать этот вопрос, но раз уж разговор зашёл о том, то стоило уже разобраться с этим на месте. Вопросы в голове Хиггса стало только больше и он в удивлении уставился на Сэма, не зная даже что сказать, и с чего начать. Всего было слишком много за один раз. Хотя, казалось бы, его нынешнее положение - это один огромный вопрос. — Ты шутишь? С чего это мне должно быть неудобно? То есть, мне приятно даже, но не в этом суть! Что насчёт тебя и твоей проблемы, разве прикосновения не должны доставлять тебе неприятности? — удивление было в каждом вопросе, и это было искреннее непонимание. — Я первым задал вопрос, — Сэм нахмурился, не думая, что готов сейчас делиться всем на тему его проблемы, которая постепенно переставала быть таковой. — Откровенность за откровенность. Так что давай сначала о тебе. — Ладно. Звучит достаточно честно. Нет, не припоминаю, но если напомнишь, может быть вспомню. — Ты разбудил меня посреди ночи, напугав до смерти своим криком. Я тебя успокоил и ты уснул нормально в таком положении. Так что, полагаю, мой способ рабочий и это помогло от... Чего бы то ни было. Такое было слышать неожиданно. Хиггс продолжал молча пялиться на Сэма, пытаясь обработать информацию и припомнить хоть что-то. Ни своего крика, ни пробуждения он не помнил совсем, а уж тем более того, что Сэм был вынужден его успокаивать, жертвуя собственным комфортом. Он углубился в расплывчатые воспоминания ночи и попытался найти причину. Мысли лоскутами витали в разуме, нехотя, но всё же складываясь в нужный ответ, который заставил Хиггса вздрогнуть и помрачнеть за секунду. — Это всё сон. Я… Это был Берег. Всё было таким реальным, словно я опять вернулся туда. И ещё я тонул. По ощущениям не меньше пары часов уж точно. Было страшно… — последние слова звучали тихо, дрожащим голосом, вызывая волну новых неприятных воспоминаний. От этого разговора даже у Сэма мурашки пробежали по позвоночнику. Он прекрасно мог представить этот кошмар. Ему хотелось что-то сделать и как-то помочь справиться Хиггсу с этими ужасными тяжёлыми эмоциями, но поддержка других не была его сильной стороной, как и в целом открытая эмоциональность, потому он просто решил разрядить эту натянутую обстановку, осторожно положив руку на чужое плечо, поглаживая пальцами. — Не думаю, что ты вернёшься туда снова. А с кошмарами, кажется, я в некоторой степени могу помогать, — сказать вслух “ты можешь ночевать со мной” было бы слишком, но и эти простые слова вызывали неловкость у Сэма, потому он поспешил убрать руку с плеча и поднялся на ноги. — Ладно… Сейчас я в свою комнату, а потом, думаю, нам стоило бы позавтракать. Как будешь готов сам - приходи на кухню. Не дав и слова сказать, Сэм поспешил покинуть комнату, пока чувство неловкости не стало ещё больше. В первую секунду Хиггс просто смотрел на закрывшуюся дверь с удивлением и непониманием, но отойдя от первичных эмоций, коротко качнул головой усмехнувшись. Такой “обычный” Сэм ему нравился. А ещё он почему-то ничего даже не делая, по сути, смог успокоить Хиггса, вызывая в нём только приятные теплые эмоции.

***

Проведя ещё какое-то время наедине со своими раздумьями, Хиггс наконец вышел из комнаты, тут же улавливая приглушённый шум, делая вывод, что если он на него пойдёт, то точно найдёт Сэма. Так и было. Тот ловко справлялся с простыми домашними обязанностями, не замечая Хиггса, который не без улыбки наблюдал за ним со стороны, не выдавая своего присутствия ещё какое-то время. — Из тебя прям отличная хозяюшка выходит, — с тихим смешком таки произнёс мужчина, заходя внутрь и садясь за стол. Сэм коротко дёрнулся, видимо, задумавшись до этого и не заметив сперва Хиггса, кинул на него короткий взгляд и молча продолжил заниматься незатейливым завтраком в виде самого обычного омлета, только не глядя отмахнулся неприличным жестом. — Не злись, я это по-доброму. Итак, помнится мне, что ты задолжал вроде как мне ответное откровение или уже успел забыть? Издав приглушённый недовольный звук, Сэм пожал плечами, но спорить не стал. Он упорно молчал, пока не поставил две тарелки на стол и сел напротив Хиггса. Что ж, так или иначе, ему придётся рассказать это, так что увиливать от ответа не выйдет. — Когда всё закончилось, произошло много изменений. Например, дожди стали нормальными, есть исключения, но очень редкие и конкретные, так что не особо страшно. И, конечно же, аллергия тоже исчезла. Потому теперь касания других причиняют мне дискомфорт исключительно ментальный. И то, с этим я тоже пытаюсь справиться. Точнее, намного спокойнее отношусь, но многое ещё слишком странно и не особо комфортно. — Ого. Это, думаю, здорово? — на лице Хиггса очень отчётливо читалось удивление от услышанного, но было ещё кое-что волнующее его. — Но ты буквально половину ночи проспал со мной. Обнимаясь. Или это входит в твои рамки комфорта? — Не знаю. Наверное, нет. Но ситуация требовала от меня сделать что-то и я сделал. Да и я не чувствовал ничего волнующего меня, как это бывает обычно. — О, так дело просто во мне? — Возможно, — спокойное пожатие плечами, будто они обсуждали погоду, а не достаточно важные вещи. — Это… Странно. Но я польщён, — Хиггс довольно ухмыльнулся, чувствуя опять то самое тепло, которое он уже ощущал этим утром чуть ранее. — Что ещё поменялось, пока я “отдыхал”? — Достаточно всего. Не думаю, что я хороший рассказчик. Но у тебя будет время изучить документацию. И, кстати, про твоё “отдыхал”. Про это мне хотелось бы узнать. Ты просто появился в буквальном смысле из ниоткуда. Что произошло и как ты смог выбраться? Хиггс вздохнул, растерянно пожимая плечами. Он и сам бы хотел знать как так вышло. Последние воспоминания были лишь о его бесконечных попытках найти конец Берега, возвращении на одну точку и последующем смирении с ситуацией. А потом… А потом он просто очнулся тут, и причём самое странное - у Сэма. И это-то из всех возможных людей. Хотя сейчас они даже не пытались поубивать друг друга и более того относились спокойно, без ругани и обвинений, которые получить было куда более ожидаемо. Это тоже вызывала ещё одну волну вопросов. И почему всё всегда должно быть настолько сложно между ними. — Понятия не имею. Я застрял после всего на той стороне и, разумеется, не мог её покинуть, в этом же был смысл? — невесёлая ухмылка тронула тонкие губы, но быстро растворилась, оставляя только тяжесть на дне светлых глаз. — Я остался там с очень простым выбором - умереть или продолжать жить в петле. Только вот смелости у меня не хватило замкнуть этот круг. Даже когда я сходил с ума, потеряв счёт времени и застряв в своей собственной голове. А потом просто произошло это. Я очнулся у тебя и всё. Будто меня просто что-то резко выдернуло с той стороны обратно в реальность. Может, так жизнь даёт мне ещё один шанс? Молчание повисло на долгое время. Хиггс просто опустил взгляд, изучая опустевшую тарелку, а Сэм хмурился, переводя взгляд то на него, то на пустоту рядом, перебирая размышления в голове. Этот мир и без того был жутко странным и вот ещё одна порция чёрт пойми чего. — Тогда советую его не упустить, — наконец отозвался Сэм, привлекая к себе внимание. Он спокойно встал из-за стола прибираясь. Одна часть Сэма была безмерно рада и чувствовала безмерное облегчение от того, что тот человек, по которому он необъяснимо тосковал в полном порядке, жив и главное - рядом с ним, но другая же вопила о том, что это может быть безрассудно, глупо, опасно, что не стоит так просто доверять бывшему террористу, который чуть не разрушил весь их проклятый мир. — Почему ты это делал? — совсем тихий вопрос, мужчина даже не повернулся, не желая смотреть в лицо собеседника, но очень надеясь получить правдивый ответ. Хиггс молчал, задумчиво рассматривая чужую спину. Он знал ответ на этот вопрос. Успел подумать об этом и многом другом, было достаточно времени. Но не был уверен, а стоило ли так просто открывать всю душу, он не был склонен к полному доверию кому попало. Но Сэм не был тем самым “кто попало”. И ещё он мог во многом помочь. И причин не доверять и не говорить абсолютно не оставалось. — Сила. Власть. Разве это не то, чего хотят все? Она выбрала меня, пришла за мной, протянула руку, обещала то, что никто и никогда не мог мне предложить. Стал бы я отказываться? После всего, что происходило со мной с самого детства и до того момента, пока я не встретил её, это было пределом моих мечтаний. А потом просто произошло то, что и происходит с такими как я. Забрался так высоко, что не смог удержаться и упал. Я хотел быть сильным и получить то, чего не было ни у кого. Но больше всего я хотел быть кому-то нужным. И я был уверен, что нужен ей. Думаю, что ты в курсе, как сильно она умеет манипулировать и играть на людских чувствах и слабостях. О, Сэм, я верил ей. Как наивный ребёнок. Я так сильно был ослеплён, что до самого конца не хотел признавать эту простую мысль… Я был просто очередной пешкой в её руках, как и ты тоже. Нас хотели использовать и выкинуть как ненужный переживший себя хлам. Так всё и вышло. И что теперь. У меня нет ничего. Ни власти, ни даже капли силы, ничего и никого. И больше я никому не нужен. Контролировать голос до конца было невозможно, под финал исповеди он дрожал так сильно, что скрывать было невозможно. Но печали на лице Хиггса при этом почти не было, только глаза его выдавали очень сильно. — Мне нужен. Эти два слова заставили в один миг весь мир перевернуться. Глаза в неверии расширились от такого заявления и даже слов не осталось. И уже в третий раз теплота разливалась в груди Хиггса, распространяясь дальше по всему телу. И прежде чем тот смог бы что-то ответить, Сэм продолжил, развернувшись наконец лицом к собеседнику: — Я, кажется, целую вечность сходил с ума без тебя. Пытался не думать обо всём и запихнуть воспоминания куда подальше, но всё равно постоянно вспоминал. Это стало моим проклятьем. Потому я хоть в одном, что касается тебя уверен - ты мне нужен. Воспринимай эту информацию как угодно. Но вот тебе такой факт. И ещё я тоже готов дать тебе второй шанс, ты заслужил его не меньше других. Сэм говорил уверенно и не оставлял и места для возражений. У него тоже было время на подумать и он для себя лично решил, что не ненавидит Хиггса и готов прощать ему всё то, что они постараются оставить в прошлом. Окончательно он в этом убедился в этот момент, самолично услышав устраивающий его ответ. Причины он итак прекрасно знал, потому что читал личные записи Хиггса, но говорить об этом ему не собирался. Да и ему нужно было полное подтверждение этих мыслей. И маленькая проверка доверия, которое он начал с этого момента получать от Сэма. — Сэм… — выдохнул, всё ещё поражённый таким откровением, но абсолютно точно счастливый. — Спасибо. Ответом была лишь усталая полуулыбка. Кажется, они оба начинали понимать всё лучше и открываться всё больше. Это оказалось совсем нестрашно, как думалось и ощущалось очень даже хорошо, словно целая гора, не то что камень с души сошла. — У нас не было времени подумать обо всём после встречи. Так что… Если ты не против., — Сэм неопределённо махнул рукой в сторону, получая понимающий кивок и покинул комнату, оставляя Хиггса снова наедине с собой. Им и правда нужно было время на подумать обо всём. Как быть, что делать, что они чувствовали в отношении друг друга, потому они давали себе это время, пока не успокоится буря в душе каждого из них.