Милый гном, который вылюбит вас.

Переезд это всегда сложно. Тут даже ребенок поймёт почему. Во-первых, всё сложить. Это уже сложно — не сложишь так, как надо, а потом фиг поймёшь где, что, когда и как. Во-вторых, всё это каким-то образом перевести. Даже если вещей и немного, все равно этот пункт остается не лёгким. В-третьих… Но тут Дазай сам устал перечислять минусы переезда. Какой прок от этого? Отдохнуть он все равно не отдохнёт, зато сворует сам же у себя как минимум час драгоценного времени. Опять-таки спасибо Оде, а то кто бы еще выслушивал Осамовские ворчания и бурчания, помогая растаскивать небольшое количество мебели по такому же небольшому пространству единственной комнаты, если не считать гостиную. Кто бы еще стаскивал зевающего Дазая с дивана в гостиной и заставлял идти в комнату и смотреть, куда же они сейчас потащат кровать. В конце концов вся мебель была расставлена, и домик не казался более таким уж нежилым и грустным. Хорошо, что там был сделан евроремонт, а то поклейки обоев хозяин бы точно не выдержал. Осаму особенно нравился пол — линолеум серибристо-кремового цвета, что было удивительно, ибо Дазай предпочитает больше темные тона — вон, даже сейчас весь в черном, аки смерть выглядит, шутит Ода. Обои тоже были приятные на ощупь, иначе картину под названием «Дазай снова прилепился к стене» вы не наблюдали бы. Дело в том, что они были на ощупь мягонькие и отчего-то вкусно пахли чем-то таким, чему парень не нашел названия за два дня. Несмотря на то, что больше обиталище Дазая не было голым, тот все равно был недоволен и считал своим долгом «прилепить куда-нибудь что-нибудь этакое, чтобы не было так мрачно». В роли «этакого» выступали его же рисунки, не всегда, впрочем, симметричные, но довольно сносные, и мишура. Да, Осаму додумался где-то найти не зимой красную елочную мишуру и обвесить ею пол дома. Хотя учитывая темный цвет обоев, сей элемент декора смотрелся очень даже ничего.

***

После еще нескольких дней отпуска Дазая, что он специально взял для переезда и в течении которых Ода наведывался к нему так часто, что создавалось впечатление, будто он уже поселился здесь, наконец все было закончено. И только тогда Дазай обнаружил, что у него совершенно нет никакой еды и что за это время он умудрился похудеть на два килограмма, собственно, из-за отсутствия этой самой еды (бутербродики, сделанные Анго, не в счёт, конечно же). Поэтому он предпринял первую попытку вылазки в город. Благо, магазин был не так уж и далеко, в отличие от соседей, чей дом был расположен так, что желанное Осаму спокойствие было обеспечено, однако, как заметил уже не раз Сакуноске, в случае «мало ли что может с тобой случиться», тебе никто не сможет помочь, так как до тебя ехать далеко, а за такое время снова-таки «мало ли что с тобой может случиться». Дазай не принял этому значения, словно уже знал, что он здесь не один, продолжая быть уверенным в том, что живет он теперь в просто идеальном месте. Вообще, сейчас самое время для лирического отступления. Вы уже знаете, что приятель Осаму Федя по выходным пишет всякие разные книги, потому что по основным дням недели работает…учителем литературы и русского языка. Ода работает в одной с Анго и Дазаем агентстве. Получилось, что так или иначе, но подавляющее большинство всех знакомых, приятелей, друзей Осаму сотрудничают с организацией, где он работает. Анго там числится на должности главного бухгалтера, Ода занимается разработкой новых пиар-идей, как не странно его представлять в такой роли, но он действительно хорошо в этом разбирается, Федя тащит туда небольшие рассказики, которые успевает клепать так быстро, что диву даешься, при этом сохраняя сюжет, смысл и удовольствие от процесса. А, вы ведь еще не знаете, что это за агентство. Это одно из самых больших в их городе издательств. Там же работает его еще один приятель Эдгар, самозабвенно пишущий восхитительные детективы, там же издающийся, притом числящийся редактором. Он же и редактирует работы еще одного писателя. Тот пишет перебоями, но в месяц от него точно можно дожидаться хотя бы сборника рассказов по его книге, чье продолжение и выходит неравномерно, ибо автор просто ленивая задница. Имя этой заднице Коллин Минземонин, и вы ни за что не догадаетесь, что это и есть Дазай, потому никто не догадается, как он выдумал этот псевдоним. Конечно, такое выдумать сложно. И никто, кроме Феди не мог прийти к нему в два ночи в гости, явно не трезвым, но и не пьяным (то, что употребляет Достоевский только алкоголь или чай, Осаму знал точно), — снова, видимо, с Ванюшей чаем набухались, ей богу, Дазаю давно интересно, что это за чай такой, — и начать «петь» какую-то песню на английском. Потом они с Дазаем её так заслушали, что выучили. И потом же оказалось, что только Федя может искаверкать английский настолько, что «Коллин Минземонин» будет вообще-то означать «звонишь мне утром». Это «Call me in the morning» Дазай потом еще и не раз ему припоминал. Но что-то лирическое отступление стало совсем большим, вернемся же к отпуску Дазая, ведь у него осталось еще целых четыре дня. А именно вернемся к тому, что он наконец-то вернулся домой. Надо же было весь день проторчать в городе, таскаясь по магазинам… Ладно, хоть еды не забыл купить. Ужин выдался таким поздним, что желудок Дазая можно только пожалеть и поставить ему заранее памятник на забронированного месте на кладбище. Конечно, когда нужно сожрать бутерброд с любимой икрой мойвы, добавить к этому котлету с рисом, расплавленный на сковороде сыр, а в конце концов еще и чуть ли не пол коробки конфет? Ночь идеальное время для этого, ага-да. Неудивительно, что снова тебе померещатся всякие рыжие кусты, смахивающие на чьи-то головы, точнее, на одну голову.