Милый гном, который вылюбит вас.

Вот вы думаете, что он за эти дни решил выспаться, отдохнуть, да? А вот фигушки, как бы сказал вам сам Осаму. Нет, он, конечно, спал, причем один день просто провалялся в постели, изредка печатая хоть что-то к третьей книге, но бóльшее количество времени проводя во сне. После ночного дожора в тот же день, он на следующий встал на удивление рано и решил прибраться. Да, в доме, где недавно был переезд, перестановка и приборка, прибраться, именно так. Вечером приборка уступила место рисованию — надо же было протестировать все те детские краски, что он купил по акции, а ночь была временем прослушивания фанфиков и хитрого хихикания. После того, как он покраснел, кажется, гуще, чем сам поцелованный главный герой, Осаму понял, что пора закругляться, раз его поведение перешло в стадию поведения среднестатистической тринадцатилетней девочки. Чтобы перестать издавать такие звуки, словно проснувшиеся ехидное древнее зло, Осаму подошел к раскрытому окну. — Тьфу ты, сбил себе режим, мало мне моего поведения, так еще и макушки тут чьи-то мерещатся. Что это я, в самом деле? Еще бы подумал, что рыжий гном, живущий под моим окном… — слова «да я просто поэт, в рифму сказал» он сказать не успел. — Нахер иди, обзывается он еще. Сам ты гном. Тогда Дазай не понял, было ли это на самом деле или выдал это его извращенный фантазией мозг.

***

Да, мало ему было тогда одного видения рыжей макушки, она еще и разговаривает. Чудесно! Осаму надеялся, что если он уедет из дома на день проветрить мозги, так сказать, то все, что произошло можно будет списать на сон с открытыми глазами и забыть, живя спокойно и счастливо. Потому он, собственно, и поехал снова в город. Хотелось бы напроситься в гости к Оде, но Осаму до сих пор своего двадцати восьми летнего возраста не умел напрашиваться в гости. Несмотря на весьма теплую для ранней осени погоду, Дазаю показалось, что уже через час бесцельного прогуливания он продрог, к тому же начался небольшой дождик. Пока что он только накрапывал, оставляя на одежде такие небольшие капельки, что те даже вроде как высыхали, иначе из-за чего тогда его одежда еще не мокрая? Но дождь начал усиливаться, и Осаму решил зайти в какое-нибудь кафе, однако в самом ближайшем не было ничего интересного и вкусного, Зато был красивый большой тортик… Осаму посмотрел на тортик. Тортик посмотрел на Осаму. Осаму снова посмотрел на тортик. — Выбрали что-нибудь? — наконец прервала «гляделки» продавщица. — Эх… — Дазай еще раз вздохнул, ибо цена у тортика тоже была немаленькая. — У нас сегодня скидки. — хитро начала женщина, чувствуя, как колеблется потенциальный покупатель. — Вон тот, черненький, дайте, пожалуйста. — попросил покупатель. В бюджете из-за сия приобретения начала расползаться дырка. Небольшая, но дырка. Зато тортик был красивый, наверное, вкусный и тяжелый. Незаметно для самого себя Дазай решил плюнуть на все «видения» и поехать обратно, как раз автобус должен был подъехать минут через десять, а если на нем доехать до конечной, то потом нужно потопать по полю с какими-то темно-зелёными растениями около двадцати минут до дороги, которая проходит возле его дома. Так Осаму и поступил. Когда едешь в автобусе, то как-то скучно постоянно тупо смотреть в окно. Поэтому парень решил, что если ночью не слушать фанфик теперь, то можно послушать его сейчас, в автобусе. Дазаю решилось интересным пощекотать свои нервишки и преслушать ту главу, на которой он вчера остановился и когда его потом послал кто-то. Какое-то мазохистическое удовольствие — слушать о чьих-то отношениях, в тайне желать чего-то подобного и не иметь возможности на что-то подобное за не имением возлюбленного. Подумав об этом, Дазая хмыкнул. Что-то разоткровенничался он сам с собой. Автобус уже почти подъезжал к остановке, предпоследней перед конечной, когда начался тот самый момент, на котором Осаму снова начал краснеть. Странное чувство.