ночь в поле

Вот и свершилось, что свершилось, юноша был опорочен, да и Геральт отныне не чист, что же делать? Ведьмак, встав на утро, перевалил юношу через горб Плотвы, и отправился в город, нужно было отобедать и раздобыть карту. Хотелось забрать барда с собой и больше никогда не отпускать. Он отчетливо помнит тот день, когда оскорбил его и очень сильно задел. Лютик, из своей назойливости, не ушел - остался. А что было бы, если бы ушел? Ушел и не вернулся! Что бы он тогда делал? Где бы белый волк искал своего кроху? Так беловолосый понял, что никогда и нигде больше не оставит Лютика. Он видел, как дрожат худенькие ручонки, когда сам беловолосый идет на верную смерть, как глаза слезятся, когда тот штопает раны на массивной спине. Сердце не выдерживает, вот-вот разоврется. А после той ночи в поле хочется плакать. Любовь была истинной и крепкой. Они подтвердили ее друг перед другом. Лютик сонно приподнял голову. - М? Геральт? Мы куда? Тон белого волка был мягким, не раздраженным, будто пропитанным любовью до костей. - Я увезу тебя. Мы будем вместе. - Ч-что? - Лютик не верил своим ушам. Планы у ведьмака были более, чем серьезными, он хотел накопить денег, стать зельеваром и построить домик недалеко у озера, забрав с собой "бестолкового барда", как он выразился бы ранее, но не сейчас. Слишком велико чувство между ними.