Пинал чужую задницу, теперь спасай свою

      — Джим, пойдём! — позвал Сириус.       В последний раз взглянув в зеркало и поправив галстук цветов своего факультета, Поттер схватил с кровати рюкзак и вышел за друзьями.       В гостиной никого не было, большинство уже сидело в кабинете, дожидаясь урока. У мародеров первым по расписанию было зельеварение, поэтому все четверо поспешили в подземелья, где и находился класс Слизнорта.       — Здравствуйте, можно войти? — приоткрыл дверь Лунатик и, получив кивок зашёл в кабинет, подзывая за собой друзей. Заняв обычные места, а точнее Джеймс с Сириусом последнюю, а Ремус и Питер предпоследнюю парты, они принялись варить заданное зелье.       Урок был совмещен с когтевраном, поэтому началась, можно сказать, борьба, кто скажет первее. Гораций Слизнорт как учитель был вполне хороший, понятно объяснял материал, ценил каждого ученика. Щедро раздавал баллы за каждый правильный ответ, создавая жуткую конкуренцию среди факультетов на своём уроке.       Блэк и Поттер особо не старались, понимая, что всё равно ничего не получиться. Да и вообще, профессор постоянно сравнивал успехи Сириуса с его братом, что сильно раздражало Бродягу.       Несмотря на всю скучность и незаинтересованность в уроке, он пролетел довольно быстро. Выйдя из класса, мародеры пошли в Большой зал на обед.       — Чем сегодня займемся? — спросил Питер, усаживаясь за гриффиндорский стол.       — Ммм… Сказать честно, — произнес Джеймс опускаясь рядом, — без понятия.       — Сириус? Рем? Идеи есть?       — Идеи есть всегда и как минимум три четвертых из них сумасшедшие или глупые. Остальная часть невозможна к выполнению или слишком скучная. — ответил Бродяга.       — Предлагаю подумать над первым апреля. Помните, супер розыгрыш, о котором узнают даже в министерстве? — взбодрился Поттер, вспоминая разговоры на той неделе.       — Какой апрель, Джим? Еще только февраль… — заметил Люпин, беря со стола яблоко.       — Это должен быть грандиозный из грандиознейших розыгрышей за все время существования Хогвартса! А значит начинать готовиться надо уже сейчас! Или у вас есть идеи получше чем нам заняться после уроков?       — В принципе можно пойти в выручай-комнату. Там всегда появляются интересные идеи, забыл? — сказал Блэк, откусывая приличный кусок от сэндвича.       — Это как запасной вариант если за три урока ничего не придумаем… Ладно, едим и на трансфигурацию. А то МакГонагалл заживо меня сожрет если я не приду пятый раз подряд на ее предмет… — Сохатый нервно посмотрел на преподавателя, которая спокойно общалась с Флитвиком.       Поттеру не сильно нравилась трансфигурация как предмет. Он считал бесполезным превращать один предмет в другой. Да даже если это и надо было бы в жизни, почему бы не посвятить этому лишний параграф на уроках заклинаний? Ведь каждый школьный предмет имеет свои способы практики, к примеру зельеварение учит варить и использовать зелья, УзМС рассказывает о существующих животных и их привычках, опасности. А трансфигурация всего лишь подраздел использования заклинаний, как часто выражался Джим.       После двух часов нахождения в классе с МакГонагалл, мародеры собирались уходить, когда за спиной послышался взволнованный голос профессора:       — Поттер! Задержитесь пожалуйста на пару минут. Ваши друзья могут подождать вас в коридоре.       Желания оставаться наедине с деканом своего факультета не хотелось. Тем более такой тон не говорил ни о чем хорошем. Либо что-то случилось, либо она о чем-то узнала.       — Мистер Поттер, через месяц матч по квидичу, я надеюсь команда готова? — спросила профессор когда все ученики покинули класс.       — Профессор, мы делаем все возможное… Тренировки по три часа два раза в неделю по новой тактике обещают более эффективный результат, чем на прошлом матче. К стати, с кем мы будем бороться в первом этапе?       — Слизерин, мистер Поттер. И я вас уверяю, в этом году они будут играть жестче, чем в прошлом.       — Ммм… У них есть кто-нибудь новый в команде? — задумчиво спросил Джеймс. Как капитан команды он понимал, что декан не может беспокоиться просто так. Если она начинает сомневаться в подготовке, значит на то есть причины.       — Нет, состав команды тот же. Но я следила за ними. И хочу признать, играют они действительно лучше.       — Я вас понял, профессор. Постараюсь улучшить физическую готовность игроков. — Джим двинулся к двери, все еще думая.       — Мистер Поттер! — парень замер в дверном проеме. — удачи…       — Ну что она тебе сказала? — поинтересовался Сириус, как только Сохатый присоединился к друзьям.       — На счет квидича… Первый матч со слизерином…       — Ууу… Да не переживай ты так! Мы всех победим, как всегда!       — Не сомневаюсь…       Все оставшееся время на уроках, Поттер думал о словах декана. Лишь голос Петтигрю уже в комнате заставил его перестать думать о новой схеме подготовки.       — Ну так, что мы сегодня делаем?       — Пошли в выручай-комнату, как и планировали.       — Но перед этим зайдем в библиотеку, — произнес Джеймс, вызвав три недоуменных взгляда. Чтобы такой хулиган как Сохатый предлагал пойти в книжный зал? Что ж, неожиданно. — У меня есть кое-какая идея на счет розыгрыша, но нужен рецепт зелья.       Все четверо вышли из гостиной гриффиндора, попутно обсуждая задумку Джима. Как оказалось, зелье которое он планировал приготовить ужасно сложное. Однако, в этом и был плюс наличия в их команде Ремуса, который прекрасно разбирался во всем, в том числе и в приготовлении этого зелья.       Зайдя в библиотеку, и взяв оттуда нужную книгу «Всевозможные зелья», мародеры двинулись в комнату на седьмом этаже.       Сделав всё нужное, чтобы помещение открылось, они прошли внутрь. Как только они вошли, началось движение в середине зала и, через пару секунд перед ними уже стоял огромный диван, два пуфика и небольшой журнальный столик, куда Поттер поспешил разместить книгу.       — Ммм… Вот! Нашёл! — произнес Джим, когда пролистнул около десяти страниц сборника. Сириус, сидевший на другом конце дивана, подпрыгнул от неожиданного вскрика парня, а через секунду уже увлечённо читал открытый текст, с самым серьезным выражением лица. Ремус внимательно изучил весь рецепт. По его эмоциям было понятно, что зелье либо слишком сложное, либо настолько простое, что они зря потратили время на библиотеку. Питер, занявший пуфик предпочёл остаться на месте и дождаться комментариев друзей, ведь он всё равно бы ничего не понял в этих научных терминах.       — Джим, понадобится довольно много ингридиентов… Правда, плюс в том, что их все легко найти… — немного погодя сказал Люпин, смотря прямо в глаза Сохатому.       — Мы же можем просто стащить всё из кабинета Слизнорта. Во время обеда он уходит на двадцать минут, а то и больше! — ответил Блэк. Для него не в новинку было вскрывать склад с всевозможными составными в зелья.       — Нет, Сириус, я сомневаюсь, что там мы найдём допустим вода из озера с русалками или же смола березы. Это слишком просто, поэтому профессор Слизнорт не учит нас зельям где нужны такие элементарные ингридиенты.       — Ладно, тогда, как ты сказал воду из озера с русалками и смолу берёзы можно достать не отходя далеко от школы. Есть что-нибудь еще из таких элементов?       — Нет, это всё.       — Тогда мы с Бродягой пойдем на улицу, а вы с Питером пока что найдите всё остальное.       — Ладно. — впервые подал голос Петтигрю, на что парни кивнули и вышли из комнаты.       До поля для квидича парни дошли в молчании. Сириус думал либо о брате, который так не к стати сидел на трибунах и что-то читал, либо о Марлин, с которой на выходных он пойдет на свидание в Хогсмит. Поттер же всё еще обдумывал слова МакГонагалл. Ему самому уже надоели мысли о квидиче, но ничего не поделаешь, это же декан.       Вскоре их пути разошлись, Блэк направился к Запретному лесу, где по краю росло очень много берез, а Джеймс свернул на тропинку к Чёрному озеру. Пройдя еще около ста метров, он наткнулся на что-то высокое и тёмное. Только это что-то заставило Сохатого поднять голову и отпустить мысли о квидиче.       — Снегг? — он изогнул одну бровь, смотря на слизеринца, державшего в руке книгу, спокойно смотрящего на него.       — Ну что ж, судьба это или нет, придется ответить здесь и сейчас.       Джим быстро развернулся и пошагал в обратную сторону к замку, когда его схватили за локоть и развернули.       — Стоять! На этот раз не уйдёшь от ответа, Поттер. — гриффиндорец тяжело вздохнул, но расслабился, понимая, что уйти не получится.       — И так. Ты сказал на Астрономической башне что чувствуешь себя спокойнее, когда я рядом. Это правда?       — Нет. — Сохатый сглотнул. Смотря прямо в глаза Северусу, ему становилось не по себе. — Я был очень рад что Лили пошла со мной на бал и наговорил много неправды.       — Не смей мне лгать! — крикнул Снегг, прижимая Джеймса к дереву, которое так удачно оказалось рядом. По телу Поттера побежали мурашки, то ли от страха, то ли от непривычной близости слизеринца.       — Я устал от вранья! От твоего вранья в частности! — орал Северус, сканируя чёрными зрачками испуганный взгляд напротив.       — Мне всё равно! Ты мне никто и я не должен отчитываться перед тобой за каждое слово! — ответил Джим и с силой оттолкнул его от себя. Не смотря в сторону злого слизеринца, он пошёл в сторону озера.       Разъяренный Снегг, переполняемый эмоциями, пошёл за ним. Когда он обогнал Поттера, остановился прямо перед ним и, со всей силы ударил кулаком по лицу. Гриффиндорец отлетел на пару метров, оказавшись на земле. Немного очнувшись, он потрогал нос, из которого во всю текла кровь. Взглядом полным злости, стрельнул в Северуса и подскочил.       С огнями, не предвещающими ничего хорошего, Джеймс накинулся на Снегга. Первый удар пришёлся в живот, второй в глаз. Побитый, но не желающий отступать, Северус схватил парня за волосы и оттянул, заставляя последнего впиться ногтями в руку, держащую голову. Очки давно слетели, оказавшись где-то недалеко, однако, мародеру хватало того ужасного зрения, чтобы понимать куда бить и откуда уворачиваться. Поттер зашипел не хуже разъяренной кошки, когда слизеринец, продолжая сжимать его пряди, резко дернул рукой, заставляя прогнуть шею и ударил наотмашь в скулу. Удар получился смазанным: Джим яростно задергался, пытаясь вырваться из, на удивление, крепкой хватки юноши. Гнев, клокочущий в нем, разгонял кровь: адреналин ворвался в затуманенное сознание и ничего не осознающий гриффиндорец невнятно воскликнув - металлическая жидкость разлилась в горле, тонкой струей вытекая с уголка рта - накинулся на оппонента, опрокидывая Северуса на каменистую тропу. Джеймс до сих пор вгрызался короткими ногтями в неприкрытую руку парня, который, несмотря на невыгодное положение, стоически удерживал разбушевавшегося сокурсника, терпя боль от редких ударов: Поттер совсем растерял разум, ударяя туда, до куда дотянуться руки и не только. Точным движением схватив парня за кисти, Снегг раскинул их в стороны и, резко потянув юношу на себя, крепко столкнулся с ним лбом. Голова моментально взорвалась яркой тянущей болью, на миг дезориентирую от внешнего мира: перед глазами темнота, уши пронзил противный гул. Слизеринец не увидел - почувствовал, как некогда изворачивающееся тело обмякло в его руках, немедленно оседая ему на грудь. "Похоже, он потерял сознание", - мысль ненадолго зацепилась в памяти, пока юноша тщетно пытался отдышаться. Легкие горели огнем, воздуха катастрофически не хватало, а не легкая ноша даже не пыталась сдвинуться, чтобы облегчить его метания. Северус, последний раз глубоко вздохнув, приоткрыл затекший глаз, тихо шипя. Он слезился, но даже сквозь мутную поволоку, ему удалось разглядеть каштановую макушку недавнего соперника. Снегг не видела лица, но предполагал, что оно такое же разноцветное, как и у него. "Чтоб тебя, Поттер, - прижимая к себе ослабевшего парня, он мимолетно отметил, что неплохо бы пройти к мадам Помфри, - и что на меня нашло?" Тело, постепенно расслаблялось, отзываясь неприятными ощущениями. Юный волшебник опустил веки, позволяя минутной слабости взять вверх, и так и остался там, на холодной земле. Хорошо, что в этой части сада никто не проходит.

***

      Очнулся Джеймс на очень неудобной больничной койке, чем-то напоминающей раскладушку. Серый высокий потолок, небольшая тумбочка, ширма где-то справа — не требовалось много ума, чтобы понять что это больничное крыло. Когда парень сел, то увидел что он чуть ли не единственный в палате. В углу, на последней койке лежал мелкий мальчуган с когтеврана, напротив находился знакомый Сохатого, пуффендуец, однажды прикрывший их шайку перед учителями. Ближе всего к двери сидел высокий парень с чёрными волосами и в чёрной мантии. Джим сразу догадался что это Северус, поэтому отвернулся в другую сторону, пока из двери не показалась мадам Помфри.       — Вот возьми, подержи минут десять с перерывами, — она протянула слизеринцу что-то похожее на лёд, завернутый в ткань. — Ой, мистер Поттер, вы очнулись! Как самочувствие?       Женщина подбежала к нему, и посмотрела в глаза.       — Все нормально… А как я тут оказался?       — Оу, тебя принёс Северус. Он сказал, что ты вроде упал в обморок или что-то подобное. — гриффиндорец кинул короткрй взгляд на Снегга, который смотрел на него одним глазом, ко второму прикладывая лёд. Сначала побил значит, а потом притащил в больничное крыло. Гений.       — Я себя нормально чувствую, я могу идти? — спросил Джеймс, немного погодя.       — Да конечно, но сначала мне надо вас осмотреть. Судя по всему вы с кем-то подрались, а значит могут быть сильные гематомы или даже травмы, которые так просто не увидеть.       — Да, как скажете. — ответил Сохатый, посмотрев на слизеринца взглядом «действительно, и с кем же я подрался?»       Он ловко стащил с себя футболку, оголяя торс. Мадам Помфри начала осмотр, рассматривая позвоночник, ребра, руки, живот. Джим следил за её взглядом, пытаясь понять насколько всё плохо, когда обратил внимание на Северуса. Тот неподвижно следил, уставившись в одну точку, а точнее куда то на открытое тело Поттера. Тот чуть ухмыльнулся, когда услышал голос:       — Всё нормально, можете идти. — он натянул обратно футболку и уже собирался выйти из помещения, когда мадам Помфри протянула ему флакончик.       — Возьми, выпей перед сном. Будет немного противно, но придется потерпеть.       Только сейчас мародер обратил внимание на жуткую боль в районе носа. Как несложно было догадаться, он был сломан.       — Спасибо, мадам Помфри.