Аттракция

Солнце сочится сквозь приоткрытые жалюзи, напоминая о том, что пора возвращаться в реальность. Не то, чтобы во снах было лучше, но всё же выдуманные монстры намного приятнее Джихана или самой крутой тройки школьных бандитов. А ещё намного приятнее историка. За что? Почему он не может преподавать в другой школе или хотя бы на другой планете? Неужели так сложно? Что будет, если не пойти? Прогулы, двойки, вылет со школы. Что будет, если пойти? Издевательства, оценки, зависящие от настроения историка, вылет мозга. Выбор очевиден. — Свали, щенок, — толкает Тэхёна Намджун, будто без этого действия невозможно было пролезть в широкую дверь. Что этому придурку понадобилось в чужом классе? Скучно стало? Ах, да, тут же его любимый друг Гук-и, который срочно должен был что-то вернуть. Прекрасно. Всё нормально. Просто надо сесть на своё место, достать тетради, ручку и спокойно дождаться учителя. Ох уж эти мечты... Спокойно не получается. Ким Намджун решает уделить немного своего драгоценного времени, собственной персоной нависая над партой, чтобы докопаться. Что на этот раз? — Меченый, я случайно дома тетрадь забыл. Не одолжишь свою? — интересуется старший, лукаво ухмыляясь. — Мозг тоже дома забыл? — невинно улыбается Тэхён. — Какой смелый, — восхищается, наклоняясь ниже. — Чон, ты его плохо воспитал! — упрекает подошедшего школьника он, оборачиваясь. — Почему плохо? Смелый же, — задирает подбородок брюнет. Он выглядит превосходно, почему-то думает Тэхён. Одет просто, джинсы в обтяжку, свободная рубашка тёмно-зелёного цвета, призвана успокаивать в моменты агрессии, но всё его лицу подходит настолько, что образ кажется идеальным. — А не должен, — скидывая все тетради со стола, смеётся Намджун. — Не должен, блять, показывать свой убогий характер! — ударяя кулаком по поверхности, кричит он. — Щенок! — парень поднимает с пола Тэхёнов портфель, вытряхивая всё содержимое перед его носом. Решение пришло само собой — замереть, будто не живой. Только дышать. Спокойно дышать. Размеренно. Вдох-выдох. — Чего застыл? С тобой разговаривают, — хладнокровно бросает Гук. — Мальчишка испугался, — противно улыбается Джун, показывая свои ямочки на щеках. Могло бы быть мило. — Посмотрим, — он роется в вещах, откидывая ненужные, замечает блокнот. — Наш щенок что, ведёт личный дневник? — сердце Кима в этот момент в пятках. Упало. Как можно было настолько облажаться, прихватив с собой в школу эту вещь? Надо выхватить из рук и убежать, срочно. Пошевелиться никак не получается. Чимина, как на зло, где-то носит, помог бы. Что делать? — Интересно, — Намджун открывает блокнот, и Чонгук замирает тоже. Время оправдаться. Хотя бы перед самим собой. Человек Тэхён творческий и всё такое, стихи пишет, рисует. В стихах чёрт голову сломает, пока поймёт смысл, но вот в творениях простым карандашом ничего замысловатого нет. Киму нравится многое рисовать, но в основном это происходит неосознанно. Возникающие в голове картинки, до жути знакомые, так и просят себя нарисовать. А ещё Чонгук. Да. Портреты самого Чон Чонгука. Анфас, профиль. До мелочей. Но каждый портрет всё равно отличается. Атмосферой, посылом. Да всем! Честно, нет ответа на вопрос почему именно этот человек, почему именно тот, кто из года в год, хоть и не жестоко, но подшучивал, или просто наблюдал, ничего не предпринимая. Нет ответа. Пальцы сами выводили линии, безошибочно, будто помнили каждый миллиметр тела, будто касались, ощущали его. Хоть бы сейчас эти пальцы не сломал мальчик из портретов, который выбивает из рук Намджуна скетчбук слишком резко, как только понял, что он является вдохновением. Понадобилась секунда. — Ты адекватный, Чонгук?! Я же даже не взглянул! — возмущается Намджун, складывая руки на груди. — Тебе пять лет, чтобы картинки рассматривать? Вали на урок! — поднял голос младший. Приказ. — Ладно… — теряется Джун, будто котёнок, которого отругали. — А ты, — указывает он на еле живого Кима, — получишь по заслугам! — и, сделав несколько широких шагов, скрывается за дверью. Будто отключили от этого мира. Серьёзно. Пока Тэхён пытался загипнотизировать пустоту перед глазами, пришёл Чимин, собрал его вещи, сложил, что-то спрашивал, потом пришёл учитель, что-то говорил, объявил о начале парного проекта, называет имена… — Чон Чонгук и Ким Тэхён, — оглашает очередную пару. Что? — Что? — вслух произносят оба парня одновременно. — Что? — непонимающе повторяет историк. — Вместе будете работать над проектом, пары выбирались на заседании и утверждены завучем. Ребята, — обращается он ко всем, — напоминаю, что те пары, которые не справятся — не будут допущены к государственным экзаменам. Думаю, вы знаете что будет после этого. В школе нет места для лентяев. Какого чёрта именно Чонгук? За что такое наказание? Он же и убить может, тем более, после того, как увидел свою мордашку в скетчбуке. Хорошо, что хоть до Намджуна не успело дойти. Он иногда тупит, зависает. В этот раз сыграло на руку. Что было бы, если бы понял? Конец. Конец всему. Но почему Чон так отреагировал? К нему бы не было претензий, он же не имеет к этому никакого отношения, только проникся бы уважением — ещё один поклонник в копилочку. Хотя… Кому нужен фанат с клеймом? На секунду вылетело из головы. Пора бы валить домой, сегодня нельзя никому попадаться на глаза. Ни в коем случае. — Эй, — слышно за спиной. — Стоять! — нет, пожалуйста, только не Чон Чонгук. Что сейчас будет? Куда ударит? Лицо? Живот? — Я не в восторге от того, что мы в одной команде, — начинает он, становясь напротив, — но этот проект надо сделать, я из-за тебя не собираюсь вылетать со школы. Тут даже отец не спасёт, — говорит так много слов впервые. Так красиво. Так знакомо. — К себе домой я тебя не поведу. Если мои родители увидят это, — указывает на родинку Кима, — то вынесут мне весь мозг из-за того, что мы одним воздухом дышим, — обидно, но правда. — Тогда можем работать у меня, — предлагает Тэхён, пытаясь не дрожать от страха. — У тебя там меченых больше нет? Заразиться боюсь, — кривится Гук, поддерживая свой имидж. — Нет, — расстроенно отвечает Тэ, заглядывая в глаза напротив. — Сейчас хочешь пойти? — Раньше начнём — раньше закончим, у нас всего неделя, — напоминает он. — Хорошо, — неуверенно соглашается Ким. — Идём. Что сейчас происходит? Что делать? Надо что-то говорить, пока они идут домой? Наверное, лучше помолчать. Определённо. Бабушка будет удивлена, когда увидит новое лицо. Надо понадеяться на то, что она разрулит ситуацию, она же обаятельная и дружелюбная. Всё будет в порядке. Не чувствуется совершенно никакого напряжения в воздухе, когда Чон разувается и заходит в гостиную, мимолётно осматриваясь. — Тэхён, это ты? — кричит из другой комнаты бабушка. — Д-да, — отвечает, пытаясь совладать с голосом. — Матерь божья, — замирает она в дверном проёме, когда видит гостя. — Какой красавчик, — хлопает в ладошки. — Ты чего его раньше не приводил, негодник? — смеётся ба, вызывая искреннюю улыбку у Гука. Этот подросток умеет так двигать мышцами на лице? Невероятно. — Меня зовут Луиза, — представляется, пожимая парню руку. — Чон Чонгук, — неуверенно звучит в ответ. — А вы… Мама? — вполне логичный вопрос. Женщина не выглядит старой, красивая, полна энергии, располагает к себе. Да и на Кима чем-то похожа. В школе говорят, что мать бросила меченого, вдруг ложь? Или вдруг вернулась? — Ни в коем случае, — хохочет Луиза. — Я его бабушка. И не выкай мне. Я ещё ого-го, — уверенно задирает подбородок, заставляя парней подхватить её хорошее настроение. — Чай? Кофе? Посплетничаем? — играя бровями, спрашивает. — Ба, мы пришли делать школьное задание, — пытается отделаться от неё Тэ. — Я впервые вижу это милое дитя, а ты хочешь его так быстро увести к себе? Ну уж нет, — Луиза берёт под руки обоих парней, волоча за собой на кухню. Увидев хозяина, Ёнтан веселеет на глазах и с разбегу прыгает на руки, пытаясь облизать ему всё лицо. Соскучился. Тэхён, как всегда, забывает обо всём, начиная сюсюкаться с любимцем, и не замечает на себе удивлённого взгляда Гука. — Не обращай внимания на этих двоих, давно не виделись. Целых пол дня, — хихикает она, провожая гостя за стол. — Я же не очень отвлеку вас? Я просто очень болтливая, заранее прошу прощения. — Я только рад, — улыбается ей Чон. — Отлично! Что хочешь выпить? — спрашивает Луиза, высматривая в шкафчиках что-нибудь интересное. — Чай? — Какой тебе по душе? — Не имеет значения, — честно говорит, совсем ничего не смысля в своих вкусах. — Сделаю тот, который больше всего любит Тэхён. Вдруг тебе тоже понравится, — тепло улыбаясь, начинает греметь посудой хозяйка. С неохотой выпустив из рук Ёнтана, не забыв чмокнуть в мордочку, Тэхён тоже садится за стол, помыв перед этим, конечно, руки. Боясь ляпнуть что-то лишнее, он коротко отвечает на вопросы бабушки, пока она не садится рядом, протягивая парням чай с корицей. Тэ никогда не мог объяснить свою тягу к этой пряности, будто родился уже с любовью к ней. Бывает же такое. — Обожаю корицу, — неожиданно произносит Чон, втягивая запах чая. — Наверное, она всем красавчикам нравится, — говорит Луиза, легонько щёлкая молчаливого Тэ по носу. — Вы хорошо общаетесь в школе? — она обхватывает свою чашку двумя руками в поисках тепла и изучает взглядом обоих парней. — … — Помнишь, я тебе рассказывал когда-то об однокласснике, который вырастил невероятной красоты кристалл и принёс его на урок химии? — дожидаясь утвердительного кивка, он продолжает. — Вот это он и есть, — Чонгук в этот момент будто другим человеком стал. Лицо — смесь эмоций. Удивление, растерянность, смущение. Никакого безразличия. — Господи, ты этот гений? — восторженно хлопает в ладошки Луиза. — Такой молодец, уже люблю тебя как родного, — тепло произносит она, ероша волосы младшему, щёки которого, кажется, впервые в жизни покраснели. — С-спасибо, — тише обычного благодарит Чон, неловко отводя взгляд. Мало того, что человек, с которым он в плохих отношениях, помнит такую деталь из прошлого. Мало того, человек, с которым он в плохих отношениях, об этом искренне и без лести сказал. Мало всего этого, так ещё его и нахваливают, будто Чонгук построил космический корабль. Непривычное чувство, непривычно — когда хвалят. — Твой друг такой скромник, — делает заключение бабушка. — Да, он такой, — соглашается Тэ. — Мы пойдём в комнату, окей? — поднимаясь со стула. — Окей, трудяги, — хихикает Луиза, смотря вслед уходящим мальчикам. За эти пять минут жизни удалось ощутить больше эмоций, чем за все девятнадцать лет. Дойти до комнаты вообще тяжёлая задача, ноги такими ватными стали, совсем непослушными. Тэхёну повезло, что утром, перед уходом, он решил убраться, было бы сейчас неловко. Хотя куда больше? Открывая дверь, он пропускает гостя вперёд, предлагая разместиться на полу. Комната достаточно большая, совсем обычная. Ничего не бросается в глаза. Наверное, тут специально такой мягкий ковёр, чтобы сидеть или лежать, занимаясь чем-нибудь. Ким принёс свой ноутбук и учебники, а так же остальные предметы, которые могут пригодиться, и сел возле Чона. Как-то близко. Отодвинуться? Или нормально? Может, так лишь кажется? — Твоя бабушка удивительная, — нарушает тишину Чонгук. — Согласен, — смущается Тэ. — Если она будет просить у тебя номер телефона, не удивляйся. Она очень общительная, любит поболтать. — В этом ты на неё похож, — шепчет Гук, рассматривая фотографии на столе. На снимках лишь Тэхён, Луиза, Чимин, Ёнтан, иногда Хосок. Никаких родителей. — Вы живёте вдвоём? — будто невзначай. — Угу, — кивает Ким, открывая задание для проекта. Рабочая атмосфера увлекает. На удивление, они быстро нашли общий язык. Разбили свою работу на этапы, договорились что именно будут делать и кто за что отвечает. Необычно. Чонгук не нападает, а Тэхён… Такой красивый. Умный. Старательный. Талантливый. — Покажи мне те рисунки, — неожиданно, даже для себя, просит Чон, поворачиваясь к побледневшему Киму. — Слышишь? — А, да, — мотает он головой, чтобы прийти в себя. Разве можно отказать этому парню? Да и смысл? Всё равно уже видел, пусть рассмотрит. Хуже не станет. — Держи, — скетчбук оказывается в руках ожившего портрета, который не спеша заглядывает внутрь. Тэхён ждал криков, матов, ударов по челюсти, чего угодно, но не: — Это невероятно… — шепчет Чонгук, внимательно рассматривая рисунки, медленно листая дальше. Он задерживается на том, где Тэхён включил максимум фантазии, дорисовал парню длинные волосы, повязку на лбу и странную одежду, будто из исторических сериалов. Он проводит пальцами по портрету, изучая. Так знакомо. Будто вовсе и не фантазия это, а реальность. Картинка немного размывается, оповещая о застывших слезах, которые умело получается скрыть. Наверное. Откуда эта влага взялась и почему?.. — Зачем ты рисуешь меня? — Я… — пытается собрать мысли вместе Тэхён. — Я не знаю… Когда беру в руки карандаш и хочу нарисовать, например, море — я рисую тебя. Замечаю это только тогда, когда делаю последние штрихи. Будто током прошибает. Прости меня… — искренне извиняется. Наверное, его рассказ звучит стрёмно. — Должен ли я забрать себе эту вещь? Или сначала надо попросить? — оборачивается к нему брюнет. — Если хочешь — забирай, — пожимает плечами Ким, ловя на себе благодарный взгляд. «Где-то я это уже слышал», — подумали оба.