Аттракция

Два автобуса уже ждут ребят возле школы. Тэхён бежит изо всех сил, чтобы не опоздать, а Чимин рядом искрится хорошим настроением, несмотря на то, что Луиза заставила их набрать кучу еды. Из-за этого парни и опаздывают. Не зря же она стояла возле плиты всё утро, между прочим. — Эй, сюда! — машет Хосок, замечая запыхавшихся друзей. — В одном автобусе поедем. — Привет! — здороваются в один голос, радостно заходя внутрь. Тэхён решил, что он будет веселиться. Никто и ничто не сможет этому помешать. Кого интересует душевное состояние? Можно притвориться, что всё хорошо, ради окружающих, ради Чимина и Хосока. На себя уже всё равно. Ким размещается возле окна, заткнув уши наушниками, чтобы наслаждаться любимыми песнями без посторонних звуков. Музыка имеет суперспособность спасать. Сейчас это ему нужно. Да всегда нужно, если откровенно. Пейзажи за окном пролетают, будто куда-то спеша, а Тэхёну хотелось бы быть где-то там, за окном. Там красиво. Деревья завораживают своим величием, а реки так и манят к себе, чтобы научить плавать. Или тонуть. Как пойдёт. Дорога заняла немало времени, но это того стоило. Перед учениками — горы, покрытые снегом, а где-то дальше, если верить их сопровождающим, горячие источники. Домики, в которых они будут жить, кажутся уютными. Возле них уже разжигают костры, расставляя стулья вокруг, будет тихий вечер, чтобы отдохнуть, привыкнуть к новой обстановке. Киму всегда хотелось чего-то такого, спокойного, жарить зефир, петь песни под гитару, которую притащил с собой не один подросток в это место, возможно, даже танцевать. Но это не для него. Не здесь. Поэтому он ищет свою комнатку и разбирает вещи. Его не волнует шум за окном, ему и так неплохо. Чимин беспрепятственно принял тот факт, что друг устал и хочет побыть один. Пусть будет так. Чонгук рассматривает языки пламени и думает о том, что чего-то не хватает. Он берёт гитару, которую ему подсовывает Шуга, и играет. Некоторые подпевают, а некоторые качаются в темп мелодии, обнимаясь. Каждый здесь счастлив, что может видеть такое: сам Чон Чонгук перебирает пальцами струны, даря наслаждение их ушам. Он благодарно принимает из рук Югема зефир, чувствуя невероятный вкус вперемешку с запахом костра. Чонгук играет, но не для них. Он пробежался глазами по всем, но не увидел того, с кем неосознанно хочется разделить эти ощущения. Непонятно почему, зачем и с какой целью, но Чонгук бы хотел, чтобы он слышал это. А Тэхён слышит, чувствует приятное тепло, разливающееся по всему телу, утыкается носом в подушку, пытаясь спрятать горькие слёзы. Такой вот он сентиментальный. Уснуть самое правильное решение, чтобы завтра попытаться быть счастливым.

***

Раннее пробуждение, на удивление, придало много сил. Тэхён, даже не успев толком привести себя в нормальный вид, тихо прокрадывается на кухню, прикрывая со спины глаза Чимину, который пытается сделать бутерброд. Выглядит вкусно. — Самые нежные руки на свете, — размышляет Пак. — Это точно мой инопланетный Тэ! — выкрикивает он, разворачиваясь, чтобы захватить смеющегося шутника в кольцо из рук. — Эй, отпусти, — вырывается пленник. — Накорми своего Тэ, — жалобно дует он губки. — С удовольствием, — улыбается повар Пак, заталкивая кусок сыра другу в рот. — Жуй! — взрываются смехом оба, не замечая того, как на них смотрят все остальные. — У меня нет слов, — с притворным ужасом шепчет Намджун, присаживаясь возле Чонгука, который пьёт сок. — Ты это слышал? Слышал? — не может угомониться. — Что? — Его инопланетный Тэ, — хохочет Джун. — Чимин, — говорит он уже громко, чтобы слышали все, — а у твоего пришельца сегодня неплохое настроение… Как думаешь, я уже придумал как его испортить? — Намджун, — улыбается Тэ, садясь напротив, — ты чертовски прав! Попробуй вот этот салат, — указывает пальцем. — Я помогал его готовить в надежде, что ты отравишься и умрёшь, — в ответ на него смотрят десять пар удивлённых глаз, поражаясь такой смелости, и никто не замечает, как Чон Чонгук накладывает себе побольше, медленно наслаждаясь каждым кусочком. Нужно много сил, сегодня предстоит покорять горы, чтоб увидеть озеро на вершине одной из них, которое, как говорят, завораживает своей красотой. Положив в портфель самые необходимые вещи и накинув на себя то, что потеплее, ведь обещают мороз, Тэхён мчится на точку сбора. Предупредили, что идти часа четыре, и с одной стороны это кажется максимально тяжёлой миссией, а с другой — хорошей возможностью насладиться природой, вдыхая свежий воздух, что пытается очистить лёгкие и мысли от всего дурного. Идти наедине Тэхёну хотелось больше всего, чтобы избавить Чимина и Хосока от своего присутствия, из-за которого те тоже иногда подвергаются нападкам, но они так не считают, поэтому частенько пытаются друга развлечь, не отходя далеко. Ким никогда не был в горах и сейчас он правда счастлив, даже притворяться не нужно. Куда не посмотри — захватывает дух. Усталость как рукой снимает, когда из-за гор виднеется солнце, лучами лаская кожу, успешно вызывая улыбку. Одногодки чуть ли не на каждом шагу делают фотки, а Тэхён старается в них не попасть, потому что ничего хорошего из этого не выйдет. Всё очевидно. Рядом с меченым находиться отвратительно, а запечатлеть подобный момент на снимке кажется дикостью. Из-за этого Ким постоянно специально отстаёт, занимаясь своими делами. Водопад, который он помещает сейчас в объектив, невероятный, а его шум парень пытается запомнить надолго, если не навсегда, чтобы воспроизводить в памяти снова и снова. Пытаясь сделать лучшие кадры, он как можно сильнее переваливается через ограждение, которое заботливо поддерживает, спасая от полёта с обрыва. — Упадёшь же, — предупреждает знакомый хрипловатый голос, заставляя обернуться и замереть, а потом человек перед ним неожиданно нажимает на кнопку затвора, делая снимок. — Неплохой кадр, — кивает своему успеху Чонгук. — Ой, прости, — тушуется Тэхён, понимая, что мешает фотографировать. — За что? — выгибает бровь Чон, подходя ближе. — Твои серые волосы идеально вписываются в эту атмосферу, вот я и щёлкнул. Замри, — просит он, становясь совсем рядом и делая общее селфи, после чего сразу уходит, оставляя растерянного Тэхёна, смотря в одну точку, медленно моргать. И что это было? А Гук и сам не знает. Он проходил мимо и не смог оторвать глаз от мальчишки, который, высунув язык, искал подходящий ракурс, почти рискуя жизнью. Покрасневшие щёки и носик забавно смотрелись на фоне бледного лица и светлой широкой одежды, а родинка показалась такой милой, что ноги сами себя понесли к меченому. Красивое фото. Единственное фото вместе. — Ты пытался скинуть того изгоя в пропасть? — спрашивает Джихан. — Так жаль, что не получилось, — грустно вздыхает он. — Умолкни, До, — отмахивается брюнет, оставляя его позади. Нет слов. Впервые в жизни Ким видит что-то настолько… Сказочное? Глаза смотрят на чисто-голубое озеро, глубокое, не осквернённое людьми. За ним присматривают, чтобы туристы даже пальчик не могли окунуть. Об ограничениях говорят предупреждающие таблички — только смотреть. На горе, что чуть выше этой, есть ещё одно похожее, увлечённые ученики с удовольствием соглашаются подняться выше. Они идут по тропинке, окружённой деревьями, а иногда приходится подниматься по небольшим ручейкам, дорогу которым преграждают огромные камни. Так опасно, так прекрасно. — Как жаль, что в этом озере нельзя купаться, — громко вздыхает Джихан. — Я бы попытался смыть это клеймо с твоего уродливого носа, — заходится он смехом, обращаясь к Тэхёну, который разглядывает всё вокруг, восторженно округлив глаза. — Слушай, может быть, это грязь просто? Умываешься дома вообще? — серьёзно спрашивает, хмурясь. — Наверное, ты прав, — грустно отвечает объект насмешки. — Воду просто отключили, как только я на свет родился, — очевидно. — Как смеешь огрызаться?! — замахиваясь на парня, шипит он, но сразу же теряет землю под ногами, понимая через пару секунд, что уже размахивает руками в почти ледяной воде. — Помогите! Помогите мне, чёрт возьми!!! — вопит, пытаясь выбраться, обращая на себя внимание пары охранников. Все вокруг смеются, наблюдая как трясётся Джихан и судорожно закутывается сильнее в протянутые полотенца. — Чон Чонгук, ты какого хрена меня толкнул?! — Случайно получилось, — пожимает плечами виновник этого действа. — Я просто мимо шёл и споткнулся, — вздыхает виновато. — Больной ублюдок! — бросает напоследок До, скрываясь в небольшом кафе рядом. Не случайно, а специально. Не мимо шёл, а целенаправленно. Не споткнулся, а спокойно и уверенно толкнул человека без лишних раздумий в воду, потому что тот пытался обидеть другого. Сердце сжалось почему-то, а в груди сильнее начало жечь желание помочь, смотря на то, как Ким тоже тянет руку туда же. Ему тоже больно. В груди. Какой-то инстинкт сработал или высшие силы так распорядились… С первого приступа ощущение пустоты не покидало, а становилось снова больно только тогда, когда… Когда было больно Тэхёну? Каждый раз, наблюдая за тем, как в его сторону летят обидные слова, он видел его улыбку, но боль резко охватывала дыхательные пути, заставляя немного сжаться. Обоих. Каждый раз, когда меченый мужественно принимал удары, боль в груди снова настигала. Обоих. Иногда ночами, в то время, как всеми ненавистный изгой лил слёзы, приходилось просыпаться в холодном поту, ссылаясь на кошмары. Они обязательно поймут, что чувствуют друг друга. Лишь бы не было слишком поздно. — Предлагаю выпить какао, — говорит Чимин, доставая термос. Ребята обедают на столиках возле кафе, наблюдая за природой. Над ними летают птицы, отчего-то немного агрессивные, они пристально наблюдают за едой, иногда подлетая и пытаясь ухватить кусочек. — И держи мой кулинарный шедевр, — с самого утра Тэхён мечтал о том, чтобы попробовать творение в виде сэндвича, и не зря, потому что он очень вкусный. Хорошо, что щёки растягиваются и можно за раз впихнуть побольше, главное не подавиться. Кстати, птицы действительно агрессивные и наглые! Одна из них украла оставшуюся часть хлеба, что Ким держал в руке, пока рассматривал безоблачное небо и вершины гор. — Эй! — обиженно вскрикивает он. — Воровка! — друзья взрываются смехом, наблюдая за улетевшей преступницей. Ничего больше не волнует в этот момент, всё хорошо. Путь назад оказался сложнее, хоть и нужно было просто спускаться вниз. Наверное, это из-за усталости и переизбытка эмоций, хотелось просто лечь и не двигаться. А ещё усилившийся холод заставлял сильнее кутаться в шарф и шмыгать носом. — Смотрите, олень переходит дорогу! — кричит кто-то спереди, взбудоражено прыгая вокруг остальных. — Вау! — Надо сделать фото! — Невероятно, — шепчет Тэ, наблюдая за этим. Кажется, за сегодня ему удалось увидеть больше, чем за всю жизнь. Выйдя из душа, тишину нарушают уведомления. Наверное, пишет Луиза. «Тэхён-а, как прошёл день?)» «Всё в порядке?» «По тебе Ёнтан скучает ~» «Ты где пропадаешь, засранец?» «Если не ответишь через минуту, то я приеду в ваши горы и откручу тебе ухо» «Бабушка ждёт, мелкий»

«Ба, я был в душе, не паникуй ;)»

«У меня всё хорошо, лучший день в жизни»

«Правда»

Он бы рассказал как затрепетало сердце, когда Чон Чонгук решил с ним сфотографироваться, но Луиза не поймёт. Она не знает, что на самом деле её любимый гость и внучок за пределами дома не общаются никогда. Это ощущение Тэхён сбережёт только для себя. Внимание привлекают крики под окном, заставляя проверить обстановку. Ким отодвигает шторы, запуская в комнату ночную прохладу, и высовывается из окна, оглядываясь по сторонам, не ожидая наткнуться на Джихана, который болезненно хватает его за щёки, притягивая ближе. — Ты заставил меня ждать — нехорошо, — цедит он сквозь зубы, заглядывая в испуганные глаза. — Я подарок тебе принёс, чтобы дополнить зимнюю атмосферу в горах, — ухватившись за рукав футболки, До вытаскивает Тэхёна из окна, не заботясь о том, что тот упадёт на твёрдую и каменистую дорожку. Охваченный каким-то безумием, подросток поджигает несколько бенгальских огней, поднося к лицу лежащего парня. — Хочу оставить свои яркие воспоминания в твоём сознании! Достаточно ярко?! — кричит он, хватая за руки младшего, который хотел прикрыть ими глаза, полные слёз. — Красиво же, да?! — До прислоняет искрящиеся палочки к шее, оставляя ожоги, затем снова, не обращая внимания на болезненные крики вырывающегося тела. — Заткнись! — громкий звук пощёчины тычется болезненно в виски, вызывая новый поток слёз, что ощущается на дрожащих губах. — До Джихан! Долго тебя ждать?! — кричит женский голос, заставляя напавшего испуганно всё бросить, и, напоследок пнув ногой в живот, убежать. Опять эта невыносимая боль в груди, которая вырывает из сна. Что-то не так. Как под гипнозом, Чонгук выходит из своей комнаты, слышит какие-то крики на улице. Пытаясь быстрее добраться, он срывается на бег, ища источник звука. Его сейчас не заботит ничего вокруг, легко одетый для такой погоды и без обуви, он направляется туда, куда подталкивает всё нутро. Земля уходит из-под ног, когда он видит Тэхёна. Парень сидит, поджав ноги, под стенкой, и громко плачет, растирая глаза, из искусанной губы течёт кровь, напоминая о том, что этот человек тоже может испытывать боль. — Тэхён-а, — зовёт Чонгук, подбегая ближе, и тут же падает перед искалеченным одноклассником на колени. — Что с тобой? Эй, слышишь, что с тобой? — пытается достучаться он. — Пожалуйста, не надо, — хнычет, стараясь отодвинуться и слиться со стеной домика. — Не надо, не надо… — повторяет как в бреду, не открывая глаз, которые будто горят синим пламенем. — Я не трону тебя, — мягко говорит Чон. — Посмотри на меня, — стараясь звучать твёрдо, не растерянно. — Не могу, не могу, — бормочет Ким, мотая головой. — Простите, что я такой… Простите меня, простите… — снова срываясь на плач, шепчет он, пряча лицо в ладонях. Чонгук быстро набирает подрагивающими руками сообщение кураторам и отправляет местонахождение, надеясь, что всё обойдётся простым успокоительным, как максимум — оказанием первой помощи. — Эй, сейчас тебе помогут, посмотри на меня, — снова просит он, почти умоляя. — Пожалуйста, прошу. — Я… — начинает Тэхён, но сразу замолкает, когда открывает глаза. — Я… Не вижу… — еле слышно шепчет он, пытаясь найти глазами хоть что-нибудь. — Ч-что?.. — не понимает младший. — Не видишь? — в ответ лишь мотают головой, тихо всхлипывая из оставшихся сил, а затем отключаются перед тем, как упасть в чужие руки.