Лисьи причуды

Возвращение было сумбурным. Как и предполагал Юнхо, их действительно потеряли. Если бы не местные служители храма, убедившие учителей, что с ними всё в порядке, парни могли бы иметь большие проблемы. А так всё обошлось долгой нотацией о том, что нужно предупреждать взрослых и не уходить без предупреждения. Юнхо впервые ругали, и он чувствовал себя крайне неловко из-за этого. Его внезапная дружба с тремя главными нарушителями спокойствия вызвала шквал вопросов и непонимания со стороны других учеников, но он отмахнулся от объяснений. В конце концов, может ведь и он хоть раз побунтовать. Чонхо ведь прощают, и его простят. Родители точно не будут злиться, если он расскажет обо всём. В тот же день им предстояло возвращение в Корею. Минги, Ёсан и Сан провожали их лишь до автобуса. Обмен номерами и поток прощаний и обещаний слетал с уст восьмерых парней, а Уён даже заплакал, так ему не хотелось прощаться со своим беловолосым демоном. Они пообещали вернуться, а Юнхо дал отдельное обещание присматривать за Хонджуном. Сонхва хмуро промолчал. Вообще весь путь до Кореи он и слова не сказал в сторону Кима, а тот лишь кусал губу от досады. Он злился сам на себя, ведь понимал, что его слова ранили Пака. Но как-то исправлять эту ситуацию он не торопился. Впереди экзамены, к которым нужно готовиться, а также это отличная возможность подумать и разобраться в себе. Юнхо лишних вопросов не задавал, решая, что друг сам расскажет, когда посчитает нужным. Так и случилось. В один из особо загруженных дней они пошли к Юнхо после уроков, чтобы вместе готовиться к очередному тесту. Прошёл уже месяц со дня их возвращения на учёбу и всё это время Сонхва игнорировал его и даже не смотрел в его сторону. Это изменение в отношениях ребят заметил весь класс, ведь Пак снова сменил объект для своих издевательств и шуток. В тот вечер Ким много плакал: учёба давалась ему тяжелее, чем другим, да и эта неопределённость с Паком не давали ему покоя. Как ни странно, на помощь пришла бабушка Юнхо. Очаровательная миссис Чон отпаивала лиса травяным чаем и добродушно улыбалась, тихо причитая, что современное образование доводит до истерики даже многовекового демона. Это рассмешило парней и Ким, наконец, успокоился. — Неужели ты, правда, считаешь, что ваша любовь навязана клятвой, которую ты дал? — Спросила старушка. — Я не знаю, не уверен, — честно ответил Ким. — Мой дедушка рассказывал мне о демонах лисах, когда я была маленькой, — сказала она и парни удивлённо ахнули, — он даже показывал снимки и рисунки. Знаешь, я была так удивлена, когда Юни показал мне ваши фото — вы ведь совсем не меняетесь внешне, — она коротко рассмеялась, прикрывая рот ладонью. — Да, это так, — согласился Ким, коротко улыбаясь, — к слову, короли тоже очень похожи. — Да, я всегда говорила, что Юни — копия моего деда в молодости, — расхохоталась старушка, потрепав внука за щёку. — Бабушка, ну хватит меня так называть, — взмолился Юнхо — Мой дедушка тоже был королём. Но любви между ним и Минги не было. Минги даже не знал о нём. Ты заблуждаешься, если думаешь, что эта любовь магическая. Конечно, в ней есть своя магия, но никто не заставляет тебя или Сонхва любить, — она говорила эти слова мягко и осторожно. — Но я любил всегда, — грустно произнёс Ким, — и не всегда это заканчивалось хорошо. — Вы ведь пропустили несколько поколений, не так ли? — заметила миссис Чон. Ким кивнул, начиная понимать, о чём та говорит, — кроме тебя, никто из демонов даже не собирался искать королей. Если я правильно поняла это из рассказа Юни, другие демоны смогли почувствовать королей только когда вы приехали в храм. После перерождения вам приходится снова учиться контролировать лисов внутри вас, а ты слишком молод, не удивительно, что тебе так тяжело. Почему-то ты пытаешься отделить себя от демона, но ведь ты и есть демон. Демон, который однажды влюбился. Не противься этому, и тебе станет легче, — старушка улыбнулась, закончив свою речь. — Я… Наверное, Вы правы, — согласился Ким. Он сам задумывался об этом не раз, и услышанное открыло ему глаза. — Ба, да ты гуру в мире демонов, не так ли, — пошутил Юнхо и они с бабушкой рассмеялись. — Думаю, пора мне начать писать книги для новорождённых демонят, — отсмеявшись, сказала миссис Чон. — Спасибо вам, — улыбаясь, поблагодарил Хонджун. — Да не за что, внучек. В конце концов, вы слишком много времени прожили среди людей, а я людей хорошо знаю. Затем бабушка предложила чай с пирогом, а после напомнила про тесты, к которым ребята должны готовиться. В итоге Ким остался у них на ночь, и вместо того, чтобы спать, друзья тихо разговаривали на разные темы. Сонхва тоже было не просто. Экзамены его волновали мало, но вот слова Кима набатом бились в голове. Он прекрасно понял, о чём говорит лис, но он надеялся, что тот всё-таки попытается принять Пака. Друзья лишь сочувственно качали головами. Объяснение происходящего они получили только от Юнхо. Сонхва не спешил делиться переживаниями, но друзья на то и нужны, чтобы просто молча поддержать. В один из дней они привычно собрались у Пака, чтобы выпить, да обсудить будущее. — Я в любом случае хочу свалить от предков, — сказал Чон, делая очередной глоток вишнёвого пива. Он попробовал этот напиток случайно, когда купил не то, и выбора не было. Но, на удивление, этот как казалось, женский вариант пива пришёлся ему по душе. — Давно пора. Они ведь тебе житья не дают, — согласился Чхве. Уён в ответ активно закивал головой. — Тем более, если они узнают, что я встречаюсь с парнем, они сами выгонят меня, — продолжил рассуждать парень, — или отправят в какой-нибудь монастырь и прощай моя мечта о сцене и славе, — вздохнул парень. — Ну, так сам езжай в монастырь. А точнее, в храм, — предложил Чонхо, подливая виски в колу. — Точно. Перееду к Сану. Ничего же страшного, если моя мечта осуществится в Японии, так? — Уён заулыбался, когда речь пошла о беловолосом лисе, — почему бы нам всем не поехать туда? — предложил он. — Хорошая мысль. Мои родители одобрят, если я найду там хороший универ, да и по Ёсану скучаю, — согласился Чонхо, — Сонхва, а ты как? — А мне-то ехать не к кому, — безэмоционально отозвался парень со стороны, заваленной одеждой кровати. Он хотел навести порядок в шкафу, но внезапные гости нарушили его планы. Состояние было подавленное, и он даже отказался от алкоголя. — Потерпи. Уверен, Хонджун скоро разберется в своих чувствах. Тем более экзамены в самом разгаре, — попытался ободрить его Уён. — Он считает, что его любовь это лишь способ удержать его рядом со мной, — поделился Пак, а затем поднялся, чтобы осушить таки стакан неразбавленного виски. Он морщится и ложится обратно. — Кажется, он, и правда в конец запутался, — качает головой Чхве, — может тебе стоит ещё раз поговорить с ним? Но уже спокойно, просто по полочкам всё разложить, м? — Предложил он. Конечно из него такой себе гуру в отношениях, но золотое правило о разговорах всегда срабатывает. — Может и стоит. Вот только он избегает меня, как обычно, — всё так же монотонно говорит Сонхва. — Ну и что! Раньше тебя это не останавливало! — Возмутился Уён. Хандра друга наводила тоску на всех, кто его окружает, а всегда жизнерадостный Чон этого не выносил. — Намекаешь, что мне снова надо дёргать его за косички? * — Пак переворачивается на бок, откидывая какую-то вещь в сторону и ложится, оперевшись щекой на согнутую в локте руку. — Я тебе прямо говорю, что пора начать это делать! — Кричит Чон. Сонхва мычит, задумавшись, и закатывает глаза к потолку, — а если он пошлёт меня? — засомневался он. — Опять же, раньше тебя это не останавливало, — повторил за другом Чонхо, — а если он так сделает, то ты всегда можешь прижать его приказом и расставить все точки над И. — Вы предлагаете применять насилие? — Удивился Пак, но, наконец, улыбнулся. — Ты изменился, — заметил Уён, — как в дорамах, где главный бунтарь влюбляется в тихую старосту, — Чон хихикает от собственной шутки и заваливается на пол, опрокидывая стакан на себя, — чёрт! — Так тебе и надо, — смеётся Чонхо. — Уж, слава богу, что я влюбился не в старосту! — В сердцах восклицает Пак, вспоминая Юнхо, а затем смеётся тоже. В эту ночь двое, наконец, пришли к решению. Впереди их ждёт ещё одна тяжёлая неделя.