биохимическая любовь

***

«нелюбовь»

Быстрее! Лишь бы успеть!       Вещи летели в сумку, девушка не смотрела, что бросала. Руки дрожали, покрывались холодным потом, путались в движениях. «Документы! Главное не забыть документы!» — подбежав к другому шкафу, девушка судорожно перебирала все содержимое, ища нужные бумажки. Страх опоздать, не успеть сжигал изнутри. — Мама, мам, — маленькая девочка, с пшеничными волосами, заплетенными в два колоска, одетая в красно-белое платье, спотыкаясь, подбежала к девушке. — Не сейчас, солнце, потерпи, мы скоро поедем. — схватив нужную папку, Т/И засунула ее в самый надежный карман сумки.       Этот день часто снился Т/И. Она планировала его с рождением дочери. Нужно убираться, спасаться от этого тирана.       Т/И навсегда запомнила день, когда Голубин впервые поднял на неё руку. Девушка просто задержалась у лучшей подруги…С того момента Глеб почувствовал своё величие во всей красе, и то, что он обещал больше не делать, повторялось с новой силой. Голубина плакала, молила мужа прекратить это насилие. Радостные, счастливые дни противоречили реальности. Он не был таким.       Глеб любил, дарил самые красивые цветы, дорогие подарки, водил в лучшие рестораны, но что-то пошло по наклонный. Кто-то подменил любящего мужа на абьюзера. Когда у пары родилось маленькое счастье, Т/И молилась, надеясь, что это радостное событие потрясёт мужа, и снова все станет на свои места. Но она ошиблась.       Глеб бил больше, сильнее, был грубее, безжалостней.       Девушка устала плакать, устала быть одинокой, беззащитной волчицей. Никто не знал о происходящем. Возможно, слуги слышали крики Голубиной, но никогда бы не посмели кому-то рассказать о ужасах семейства Голубиных. — Маша, ты готова? — сдерживая слезы на глазах, девушка пыталась успокоиться. «Нужно просто аккуратно отнести вещи» — все так легко, но в то же время нереально сложно. — Мама, а ты же купишь мне попкорн? — наивно девочка думала, что едет с мамой смотреть новый мультик, когда у Т/И были планы побыстрее сесть на самолёт и улететь в Штаты, где ее будет ждать двоюродный брат. — Куплю, быстрее, Маш. — спешка. Глеб должен приехать только поздно вечером, а может и ночью, но у девушки ощущение, что блондин как назло приедет намного раньше, что случалось крайне редко. Почти никогда.       Машина стояла во дворе особняка, и вроде бы нужно просто положить вещи в багажник, но охранник, находившийся в этот момент на улице, мог испортить весь план. Схватив малышку за руку, Т/И направилась к своей цели. Главное все сделать быстро и не вызывая подозрений. Идя по коридором, девушка не наткнулась на слуг. Пришлось их по максимум напрячь.       «Фух» — выходя на улицу, девушка отпустила девочку, которая сразу побежала к белому Мерседесу. — Т/И Т/О, а вы куда-то направляетесь? — крупно вздрогнув, Голубина развернулась, смотря на охранника позади. — Да, с Машей в кинотеатр. — мужчина перевёл взгляд на сумку, но ничего не сказал. Кивнув головой, охранник пошёл по своим делам. Тяжко выдохнув, Т/И схватилась за сердце. Такими темпами она начнёт пить таблетки. — Малышка, быстрее садись на заднем сиденье, — девочка послушалась мать. Т/И быстро пристегнула девочку, стараясь не выдавать своё переживание, но пальцы предательски дрожали. Сев за водительское сиденье, девушка спокойно выехала из двора, специально не давя на газ. Сейчас нужно сделать вид, что она реально едет развлекать дочку. Как только машина завернула за угол, Голубина набрала скорость. Посмотрев в зеркало заднего вида, девушка убедилась, что за ней никто не следит, все таки она повернула не на тот поворот, ведущий к торговому центру. Ее путь лежал в аэропорт. Включив зарубежную музыку, девушка старалась унять сердце. Оно стучало так, будто хотело выпрыгнуть из груди, разбиваясь. Вот только оно уже было разбито, а после склеено по кусочкам. Голубину приносило удовольствие ломать свою жену, заставляя ее чувствовать боль во всей красе.       Проехав уже больше половины пути, Т/И даже улыбнулась дочке. Дело осталось за малым. Сесть в самолёт, а там уже спокойная жизнь. Да без роскоши, которая так въелась в рутину. Придётся делить комнату вместе с дочкой и племянницей, но Голубина была готова на все. После она сменит своё имя и фамилию, наконец-то избавляясь от частички мужа. Только Маша будет единственной ниточкой, соединяющей их между собой. Хотя, Т/И и здесь поработает: будет в будущем уверять, что отец девочки умер ещё, когда она была маленькой. И девушка не соврёт. Для неё Глеб умер. Она не знает человека, с которым живет. Это не ее Глеб.       Внезапно по бокам возникли две одинаковые чёрные машины. У Голубиной сердце прихватило. «Блять! Блять! Блять! Только не это!». Сзади раздался продолжительный гудок. Посмотрев в зеркало, девушка была готова умереть от страха прямо на месте. Суровое, но не выражающие никаких эмоций лицо Голубина смотрело прям на неё. Он дал по газам, подпирая бампер ее автомобиля. — Т/И Т/О, остановитесь! — прокричал один из телохранителей Голубина. Т/И хотела дать по газам, как такая же чёрная машина перестроилась спереди. Теперь она была зажата со всех сторон. Это конец…Он раскусил ее. Поймал.       Из глаз полились слёзы. Забывая о том, что на задних сиденьях находилась дочка, Т/И заорала во весь голос. Беспомощность душила. Услышав раздирающий и пугающий крик, маленькая Маша заплакала. — Прости, дочь, я не смогла нас спасти. Господи, прости, малышка. — медленно девушка снизила ход, пока автомобиль не остановился. Т/И положила голову на руль, задыхаясь в слезах. Где она сделала ошибку? Раздался хлопок двери. Он шёл сюда. — Не трогай меня! — закричала девушка, как только распахнулась дверца с ее стороны. Голубин не сказал ни слова, больно хватая жену за локоть, буквально вытаскивая ее из машины. — Папа! Пап! — Глеб посмотрел на дочку, видя ее слёзы, он сильнее сжал руку, заставляя Т/И вскрикнуть от боли. А это только начало. — Артур, — холодным тоном позвал он своего телохранителя. — Проследи, чтобы эта шваль села в машину. Если она сбежит, я убью тебя. — мужчина кивнул, более аккуратно беря девушку под руку. Все же, ему было жаль Голубину. — Зря вы это, Т/И Т/О, очень зря. Своим побегом вы очень рассердили Глеба Геннадьевича, — от его слов девушка разрыдалась ещё больше. — Папочка! — поняв дочку на руки, парень стёр соленые дрожки с щек. — Куда вы с мамой собирались ехать? — более спокойно задал вопрос Глеб. — В кинотеатр, смотреть мультик. — шмыгнув, ответила девочка. — Артур, — как только мужчина подошёл к ним, обратился Глеб. — Свози ее в кинотеатр на любой сеанс мультфильмов, после отвези ее к моему отцу. Я сам скажу, когда ей можно будет ехать домой. — без никаких претензий мужчина кивнул, беря девочку за руку. Как же ему жаль бедную Т/И.       Словно в боевике Глеб медленно сел в машину. Голубина сжалась, боясь сделать даже вдох. — Где Маша? — найдя в себе силы, спросила девушка. — Там, где она должна была быть по твоим словам, пиздаболка. Оглянись и скажи мне…это место похоже на кинотеатр? — его тон пробивал до дрожи. — Н-нет. — Нет? Так почему же ты здесь? — Т/И молчала. — Сказать нечего? А я знаю, что через 2 километра будет аэропорт. Сбежать хотела, сука. — Глеб, я тебе все объя… — резкая пощечина перебила ее. Схватившись за горящую щеку, девушка зашипела. — Хорошо, как только мы приедем домой, ты мне расскажешь все, абсолютно все. А сейчас береги свой голос, орать ты будешь сильно…