P l u v i o p h i l e

Ёнджун просыпается от сильнейшего звука будильника в 10:00, доносящегося из спальной комнаты. В груди будто ломаются ребра, при попытке встать с места; спина болит так, будто блондина били и не раз, и не два – позировать будет сложновато. – Огонек? – Ён еле встаёт на ноги, подзывая к себе щенка, а тот игриво смотрит и терзает какой-то фикус маленькими зубками. Джун, приближаясь к холодильнику, обнаруживает там вчерашнюю кашу с говядиной для пса и пару бутылок элитного виски – подарок президента одного из журналов, в котором он снимается. В животе воют киты, журча всеми фибрами, а в холодильнике еда только для щенка. Но тут он вспоминает, что какой-то парень со стаффа на фотосессии неделю назад, отдал целую коробку с раменом. Только вот куда он поставил его? Перелопатив пол квартиры, блондин устал так, будто картошку в поле полол, но рамен он нашел – под столом в комнате рядом с огромным гудящим блоком от компьютера. Спина побаливает с каждым шагом, ноги дрожат от столкновения с холодной поверхностью, да так, что нужно идти на носочках до тёплой плиты. – Ты будешь кушать? – Ёнджун, конечно, знает, что щенок будет кушать, но для приличия спросить-то надо. Огонек только трётся около обнаженных ног, согревая тёплой шерстью. Закидывая рамен в кастрюлю, Джун замечает имя. «Чхве Субин» – его истинный, его соулмейт, его заочная любовь на века. Возможно, что он не красивый? Бедный? Богатый? Самый лучший? Какой он? Ёнджун не знает. Он может только думать о нем, представлять силуэт в чертогах разума, который размывается при нагревании извилин. Субин студент? Работает? Любит кого-то другого? Ловит краш на какого-нибудь Чон Чонгука из легендарной группы? Ёнджун не знает, но он знает одно – он добьётся расположения, полюбит сам, разузнает каждую секунду жизни его соулмейта и не отпустит… Ни на секунду. Через минут 10 рамен готов, желудок включает режим «кит» на полную мощность и, чуя аромат еды, начинает побаливать в районе печени. Щенок рядом довольный уплетает кашу с говядиной, марая милую мордочку. Чхве улыбается как не в себя, он бы с великим удовольствием забрал щенка себе, но частые разъезды в другие города и нежелание заводить близких друзей останавливают, будто автомобиль на красный цвет светофора. Собираясь на свой фотосет, Джун вновь застывает на образе Чхве Субина в голове, представляя его парнем ниже на пару сантиметров, с веснушками и вьющимися коричневыми, цвета древесины, волосами. Почему всплыл именно такой образ? А никто никогда не узнает. Возможно Ёну просто хочется ТАКОГО соулмейта, но, в любом случае, он готов к чему угодно. Оставив Огонька дома один на один с недоеденным ранним утром фикусом, блондин запирает квартиру, направляясь в привычную студию, на 6 этаже одного из самых красивых зданий Сеула. На улице пахнет прошедшим дождём и щекотящим все нутро свежим воздухом. Он врывается в ноздри, постепенно охлаждая их, после бежит по грудной клетке, разливаясь там теплом, а в конце поселяется в голове, отрезвляя мысли. Думать не хочется совсем, особенно под одну из наилюбиймеших песен Бруно Марса. Выставленные лампы освещают только фотографа, его ассистента, камеру с поблескивающими полосками и гринскрин, на котором сниматься и придется. Там потом прифотошопят все, что нужно, а возможно даже и то, что не нужно… в любом случае – это проблема не модели. Модель одевают в рубашку с V-образным вырезом из шёлковой ткани, высокие ботинки с яркими жёлтыми шнурками, которые туго давят на ноги и в обтягивающие брюки, давящие на святое место любого парня, но нужно терпеть… – Ёнджун, ногу немного вправо и голову в сторону лампы с жёлтым оттенком! – парирует фотограф, падая на колени. Так, по его мнению, фотографии получаются лучше. Джун послушно поворачивает голову, выставляя ногу вправо и старается сделать взгляд загадочным, но в тоже время безразличным. Ассистент стоит молча, только слегка поправляя тон кожи Ёна в перерывах. Через часа 2 фотосессия наконец-то окончена, сменено 5 луков, а нервы вымотаны у блондина как никогда. Этот чертов фотограф, которого он видел впервые в жизни, вечно направлял, говорил, приказывал. Черт, так бесит… Но, в любом случае, неделю еще можно отдыхать. Джун направляется в ближайший магазинчик, дабы набрать хоть каких-то продуктов и взять тортик – о нем очень просила мама. А ее желания – закон. Домой парень пришел только к 14:45, с порога на него запрыгнул пес, весь в земле и зеленых листочках. Неуклюжий щеночек. --- Субин, после пар в университете совсем нехотя и слабым шагом плетётся на работу. Предстоит очень сложный разговор с директором магазина, да и как вообще жить с осознанием того, что ты потерял родное существо в этом мире. Голова раскалывается, с носа текут сопли, глаза на мокром месте – заболел, да похоже еще и сильно. Благо Тэхен утром дал выпить чаю и пару таблеток, вместе со спреем против простуды – на сегодня этого наборчика хватит. Вход в клинику оповещается звоном колокольчиков, сильно раздрающим в столь сложный час. Директора на месте нет, только девушка-сменщица стоит за прилавком, весело болтая по телефону. Взгляд Субина притягивает имя – Чхве Ёнджун. Имя знакомое, но Бин вряд ли вспомнит где его видел или слышал, по крайней мере, не сегодня. – Субин, да ты рано! – восклицает девушка, вешая трубку. Су только улыбается уголками губ, нехотя надевая на тело голубой фартук. – Где Огонек? – Похоже он вчера убежал… я не знаю как это произошло, просто… просто… – слезы, подступающие к глазам прерывает звон колокольчиков со стороны входа. В клинику входит блондин с выразительными пухлыми губами и интересной мимикой. На его руках чистый щенок, грызущий кость. – Огонек! – Субин срывается с места, буквально вырывая животное из рук незнакомца. Тот ошарашено смотрит, странно вытягивая руки. Девушка за прилавком исчезает где-то в кабинетах, похоже, поняла, что мятный не подготовит пса к операции и пошла сама. – Я вчера его нашел, когда прогуливался. Если бы знал, что он Ваш, сразу принес, но я не заметил на нем кулон и… – тело сжимается в объятиях, а рот непроизвольно затыкается. Ёнджун в шоках, но ему хорошо, тепло и, черт возьми, приятно…