Травник

20

- Нужно спешиться. Дальше ехать опасно. Дороги не видно, да и кони уставшие. - Травник пытался вразумить своих спутников, ища взглядом место для привала. Хоть лес и был густым, все же от такого дождя под кроной его деревьев полностью было не скрыться. Двое крестьян ехали впереди, подгоняя лошадей, что есть мочи, в неизвестном направлении. За ними ехал третий крестьянин, держа еще и поводья лошади пропавшей женщины. Травник уже слез с лошади, и поглаживая животное по боку, осматривался по сторонам. - Ааааа! - громкий крик прорвался сквозь шум дождя. Ему вторило дикое ржание лошади. Травник, осторожно двинулся к своим спутникам, ведя за собой лошадь. Оказалось лошадь одного из его спутников подвернула ногу и упала. Всадник свалился вниз и сильно ударился о ствол дерева. Мужчины привязали лошадей. Лекарь осмотрел страдальца. Хоть он и ругался на свою лошадь и потирал места ушибов, вцелом он почти ничего не повредил. Затем настал черед лошади. Животное пыталось подняться на передние ноги, стоя на задних но падало. Все эти попытки сопровождались фырканьем и жалобным ржанием. Правая передняя нога лошади была сломана. "Должно быть ты испытываешь сильную боль", - поглаживая лошадь, травник разместил поврежденную конечность правильно и туго перемотал плотной тканью. Люди вокруг молча смотрели на него и на лошадь. - Присмотрите место для ночлега, - сказал травник. - И где его найти?! Такой дождь, все мокрое, - позабыв о страхе разговаривать с лекарем, только что валявшийся на земле мужчина осмелел. Двое других же, не зная, что делать, осматривались по сторонам. - Заночуем здесь. - Но тут мокро и от дождя не спрятаться! Травник больше не слушал. Все его внимание было обращено на лошадь. Лекарственных трав, которые он взял с собой было не много. Но среди них было хорошее обезболивающее. Растерев необходимые травы в ладони, лекарь позволил животному слизать их с руки. "Скоро станет легче. Потерпи," - он расседлал лошадь и гладил ее по мокрой спине. Его спутники тщетно пробовали развести костер, чтобы согреться. Все уже промокли до нитки, и их начинала бить мелкая дрожь. Видя состояние крестьян, травник думал, как им помочь. Дело шло к ночи. Дождь только усиливался, и под ногами скапливалась вода. Продрогшие крестьяне доели остатки еды, и расположившись в корнях огромной ели, прижавшись друг к другу, уснули. Травник же стоял, оперевшись спиной о дерево. Его одежды промокли и отяжелели, по красивому лицу и темным волосам стекала вода. "Надо укрыть людей и раненое животное," - так поразмыслив, Лань вооружился золотым серпом и начал срезать ветки с широкими листьями. Нарезав достаточно, он отряхнул их от воды и накрыл сперва лошадь, а затем и людей. Раненое животное начало постанывать в середине ночи. У лошади был жар. Нужных лекарств не было. Травник положил голову лошади себе на колени и склонился над ней, частично закрывая морду животного от дождя. Хоть и в мочи Ланя было исцелить животное, но это не был "крайний" случай. Его сердце разрывалось от невозможности помочь. Утро следующего дня. Дождь шел всю ночь и к утру только усилился. Мужчины, измотанные этой ночью и продрогшие до костей, двигались, словно варенные овощи. Даже травника пробивала иногда дрожь, гармония его внутренних сил была нарушена. Дороги не было. Лес тонул в воде. Скользкая глина, земля, песок, травы, поваленные ночным ветром деревья - все смешалось. Но оставаться на месте и пережидать дождь было нельзя. Ветер усиливался, буря не стихала. Найдя примерный путь по лесным приметам, и ведя за повод раненую лошадь, которая сильно хромала, травник двигался через лес. Лошадь совсем не могла стать на переднюю ногу, и травник вел животное так, чтобы "заменить" собой недостающую опору. Люди двигались медленно. Иногда кто-то из крестьян молился вслух, чтобы дождь прекратился. За день они прошли всего несколько миль. Ночь снова застала путников в лесу. Костер развести не удалось. Но дождь, казалось, стал чуть теплее. Ожидаемо, крестьяне уже немного приболели. Но без тепла, еды и крова, травник не мог им ничем помочь. Ягоды, на которые он рассчитывал, облетели под натиском дождя и брызгами блестели иногда на земле. Устроившись на ночлег, как и в прошлую ночь, крестьяне уснули. Травник же вновь не спал, держа на коленях голову лошади, и присматривая за своими спутниками. Жар у лошади, снизившийся днем, ночью вновь усилился. "Плохо дело. Дождь не прекращается. Как долго мы все продержимся? Эти трое уже приболели, еще и раненая лошадь. Смотря правде в глаза, моих собственных сил тоже не хватит, если к утру дождь не прекратится," - размышляя о насущных проблемах, Лань не почувствовал, как уснул.

21

Травнику снилось яркое сияние, которое иногда мучило его по ночам. Затем сияние исчезло. Появились картины его свадебной церемонии. "Позволь повязать твои волосы этой лентой в знак моего уважения к тебе", - эти слова сами всплыли в подсознании. Травник очнулся от сна под шум дождя посреди мокрого леса. Рассвет еще не наступил. Мужчина бережно стряхнул воду с волос, и между пальцев оказалась тоненькая лента с маленькими бусинами на конце. Это была та самая лента. Поначалу травник хотел ее снять сразу после церемонии, но не решился. Затем он просто использовал ее вместо обычных лент, чтобы стянуть волосы. Сейчас же, теребя в руке эту ленту, он вспомнил о маге. "Он в порядке? В последнее время он неважно выглядел. Вроде, как и всегда, но живя вместе, замечаешь, когда что-то не так. Наверное, он беспокоится. Мы ведь уже три дня не виделись... Хочу съесть лепешки, которые он готовит. Они такие пышные. И чай. Травяной с ароматом вишни. Ох, я так наивен..." Дожди редко шли несколько дней к ряду. Но это был именно такой редкий случай. Лило. Вода затуманивала глаза, кожа у людей и у лошадей немного поморщилась. Крестьяне после этой ночи не могли идти дальше. У всех троих болела голова и поднялся жар. Люди были голодны. Усталость и влага забирали последние силы. Лошади фыркали и отряхивались от воды, но она точно так же быстро оседала на их влажных шкурах. Все утро травник нарезал ветки с широкими листьями своим серпом. Один из крестьян ему помогал, стаскивая все ветки к дереву, которое очень высоко подняло корни. Землю у этого дерева размыло и образовался небольшой проем, где могло уместиться несколько человек. Нарезав множество веток, травник принялся строить укрытие у дерева. Построив что-то более-менее хорошее, по его мнению, он начал разводить костер. Но даже так, огонь не удавалось развести. Крестьяне забрались в построенный шалаш. Там же, стараниями травника, оказалась и раненая лошадь. Время шло. "Люди не протянут больше пары дней. Что же делать? Я точно не уверен, как далеко мы сейчас от деревни. Но с дороги мы точно свернули. Если даже кто-то будет искать нас под этим ливнем, то это бесполезно. Нужно еще раз попытаться развести костер," - Травник размышлял про себя. Он пытался трезво оценить ситуацию, и найти выход. Все упиралось в дождь. Лес, обычно гостеприимный и щедрый на свои дары, сейчас превратился в опасную ловушку. Крестьяне уснули, одолеваемые тревогами. Врачеватель же не прекращал попыток развести костер, иногда выходя из укрытия и отряхивая ветки, которыми укрыл животных. Снимая ветки с лошади пропавшей женщины, он заметил, что седло немного съехало, и показалась бамбуковая трубка, плотно запечатанная воском. Таким способом перевозили и хранили ценные рукописи. Пошарив рукой под седлом, травник больше ничего не обнаружил. Трубку же он забрал, прикрепив ее в складках верхней одежды на поясе. "Если крестьян исцелить сейчас, нарушая вековые законы целительства, то мы сможем пройти еще пару миль. Но затем... Только-только болезнь отступит, и придет вновь. Без надежного укрытия, тепла, еды... Ах, природа! Не жестоко ли это?" - по лицу стекала вода. Многослойные одежды обвисли и насквозь промокли, не позволяя согреться. Впав в раздумья, травник осматривал местность, надеясь определить, как далеко еще идти до деревни. Все это время он неосознанно играл с лентой в волосах, теребя нефритовые бусины на ее конце. Он не мог видеть, но эти самые бусины начали источать свет. Мягкий зеленый свет. Поначалу совсем неяркий. Но чем дольше мужчина потирал бусины пальцами, тем ярче они светились. И уже через несколько минут горели ярким нефритовым пламенем. Этот необычный свет не обжигал травника и не доставлял дискомфорта. Врачеватель, поглощенный своими мыслями, его даже не заметил. Бродя вокруг приболевших людей и иногда стряхивая ветки укрытия от дождя, Лань не спешил возвращаться к людям. В данный момент он был бессилен. А крестьянам все время становилось хуже. Самый молодой из них так продрог, что руки и ноги уже посинели. "Я надеюсь на чудо. Может, я и смешон, но сердце разрывается видеть, как эти люди страдают".

22

Лань спал, оперевшись о ствол дерева. Даже не спал, а пребывал в минутном забытье, ведь уснуть он себе не позволял. Ему показалось, что стена воды, которая падала с неба вот уже несколько дней, наконец-то иссякла. "Хвала небесам!" - пробормотав похвалу небу, травник открыл глаза. Над ним стоял маг. Чародей свел руки за спиной и опустил взгляд. Он не смотрел на травника, позволяя ему встать и немного отряхнуть влагу. - Ты?! - Травник на столько удивился, что его вечно холодный и неприступный образ на миг разрушился, открывая взору другие эмоции и чувства. - Пойдем. Нужно разбудить остальных. Скажи, они смогут идти сами? - маг лишь мельком взглянул на супруга. Его взгляд скользнул по лицу, мокрым одеждам и волосам. Нефритовые бусины уже почти не светились. Он успел поклониться, как подобает при встрече с уважаемым человеком. - Ты искал нас?.. Но как?.. - внешне совладав с эмоциями, травник все еще пребывал в шоке. Лишь окончательно вернув себе самообладание, молодой лекарь поклонился в знак приветствия, но его муж жестом показал, что это лишнее. - Крестьян трое. Боюсь, они все в плохом состоянии. Есть еще пять лошадей, одна из которых сломала ногу, - как можно точнее сообщил травник. Его голос немного подрагивал, сказывалась усталость. - Хорошо. Я знаю, как отсюда выбраться. Доверься мне. Легко улыбнувшись, маг повернулся к лошадям, отвязывая их и освобождая от лиственных укрытий. Лекарь же направился будить людей. Его сердце грела мимолетная улыбка супруга. Он видел ее всего второй раз, - о, небо! как же он хотел видеть ее чаще! Когда еле стоящие на ногах крестьяне приблизились к лошадям, маг остановил их. - Я помогу, - и действительно, неожиданно для всех чаровник поднял каждого из троих крестьян по очереди и посадил на спину лошади. Затем он вытащил из рукава плотную полоску ткани. Этой полоской он привязал людей к лошадям. Те не возражали, ведь в седле сами удержаться бы не смогли. "И как он думает везти их через этот лес под таким дождем?" - врачеватель стоял рядом с раненой лошадью и заметил, что сам маг прибыл без лошади. "Как? Может, он был неподалеку..." Маг снял с плеч свою черную накидку и положил ее на землю в нужном направлении. Подняв руки к небу и негромко прочитав несколько заклинаний, он из воздуха получил... водяной шар. Затем этот шар был брошен на накидку. В мгновенье через лес открылась дорога: ровная, без кочек и деревьев, даже травы на ней пригнулись к земле. Связав лошадей вместе, маг повел их по этой дороге. Травник, вел раненую лошадь, как и прежде, заменяя ей недостающую опору. - Лань. Закрой глаза, - маг не оборачивался назад, но слышал, что травник направился вслед за ним. - Зачем? - Доверься мне. Закрыв глаза, травник продолжал идти вперед. Не сделав и десяти шагов, он врезался во что-то. Думая, что это было дерево, он сделал шаг назад. Чтобы больше не врезаться ни во что, он протянул правую руку вперед и наткнулся на что-то. Проведя рукой в обе стороны, он четко ощутил очертания спины человека. Залившись краской, травник отпрянул еще на шаг назад, и извинился. - Все в порядке. Можешь открыть глаза, - это был ответ мага. Именно в его спину только что врезался лекарь. - ... Открыв глаза, травник не поверил в увиденное. Это была его деревня, двор его дома. Он дважды открывал и закрывал глаза, но картинка так и не изменилась. Дождь все еще шел. Приболевшие люди слезали с лошадей. Маг проводил их в дом. Травник, вспомнив о своих обязанностях лекаря, сразу бросился разводить огонек и ставить травяной отвар, который придаст людям сил. Поискав среди одежды для больных более-менее подходящие по размеру одеяния, он дал их крестьянам, чтобы те переоделись. Сам же вышел во двор к лошадям. Животные, продрогшие от дождя, мелко дрожали. Каждой лошади он дал съесть травяную пилюлю, которая действовала только на животных. Это лекарство было эффективно при множестве болезней, но в данном случае оно их предотвращало. Затем, травник вернулся в дом. Маг хлопотал у огонька, заваривая клейкую рисовую кашу, которую обычно могли есть больные. Вначале попробовав горький отвар, крестьяне поморщились, но не стали возражать методам лечения уважаемого лекаря, и выпили все. Поев рисовой каши, они почувствовали себя уже намного лучше, и засобирались по домам. С собой каждый получил пожелания, что следует принимать в пищу в ближайшие дни, и пакетик с травяным порошком. Этот порошок был хорошим средством при переохлаждениях, простуде и прочих болезнях. Только когда все уже благополучно добрались в свои дома, не без помощи Ланя и Лина, травник обратил внимание, что она нем все еще мокрые одежды, вода с которых ручейками струилась на пол. Маг, будто предвосхищая желания супруга, принес большую бочку, поставил ее посреди комнаты и наливал в нее подогретую воду. - Тебе стоит согреться. Вода уже готова, - чаровник кивнул на бочку. Зная о застенчивости Ланя, он искал предлог, чтобы выйти из дома. - У меня есть одно дело. Это займет не больше часа. - Хорошо. Спасибо, - лекарь понял, что никакого дела не было. И, вспомнив о дожде, остановил супруга: - Это дело не может подождать? До сих пор льет, как из ведра. - Ммм, ладно. Я побуду в спальне, можешь спокойно искупаться, - выйдя в соседнюю комнату, он скрылся за бамбуковой занавеской. Нагретая вода так и манила к себе. Травник добавил в воду некоторые травы. Аромат хвои наполнил весь дом. Раздевшись до нижней рубашки, мужчина легко скользнул в воду.

23

Теплая вода для уставшего травника была верхом блаженства. Он, полусидя в бочке, опирался лопатками на ее края. Вначале разомлев от тепла, травник понемногу пришел в себя и взбодрился. И не только он. Некоторая часть его тела также подала признаки жизни. "Как давно я этим занимался? Мм, и маг ведь за занавеской! Он ведь тоже мужчина, наверняка тоже это делает..." Мужчина раздумывал, что же делать. Скользнув руками под рубашку, он легонько прикоснулся к себе. - Ммм ааах! - Неожиданно для себя, травник издал стон. Далее, сдерживая стоны, он начал ласкать себя внизу. Надеясь на скорую разрядку, он поглаживал головку большим пальцем руки. Но вставший орган упорно не желал изливаться. С каждой минутой терпеть становилось все труднее, и стоны все чаще срывались с губ. - Ахх! Мммм, амм... Вдруг вспомнив о чародее, который был совсем рядом, он устыдился своих действий и залился краской. Чтобы приглушить стоны, Лань свернул свои волосы в жгут и схватил их зубами. Это было не очень приятно. Вдруг на язык попало что-то круглое. Он принялся лизать и посасывать этот маленький предмет. Работая уже двумя руками, мужчина медленно приближался к разрядке. И уже через некоторое время он издал протяжный мучительный стон. В голове опустело. Совсем вымотавшись, травник не заметил, как уснул прямо в бочке, потеряв сознание. Когда все звуки стихли, послышался шорох бамбуковой занавески. Вошел маг. Он все прекрасно слышал, находясь в соседней комнате. Увидев супруга, который осунулся в воду и уснул, маг немедленно подошел к нему, убедиться, что тот жив и не наглотался воды. Травник лежал в бочке, его рубашка была развязана и открывала взору все тело. Волосы расплывались по поверхности воды. А во рту была красная лента. - Ах! - чаровник тихонько ахнул. Потянув за край ленты, он попытался достать ее изо рта лекаря. Это никак не удавалось. Плотно сжатые алые губы не отпускали кончик ленты и бусину. Коснувшись воды, которая уже остыла, маг подхватил травника за талию и под колени и вытащил из бочки. Перенеся его на кровать, он снял со спящего нижнюю рубашку. Затем бережно промокнул все тело от влаги и надел штаны с рубашкой на супруга. Уложив Ланя как подобает, маг уже собирался уйти, но красная лента не давала ему покоя. Лин наклонился над лекарем и большим пальцем правой руки провел по его нижней губе. Травник не просыпался. Затем чаровник прикоснулся своими губами к губам супруга и легко скользнул языком внутрь. Раньше плотно сжатые губы, сейчас охотно пропустили тепло внутрь. Горячий язык нежно исследовал небо, язык и нефритовую бусину. После короткого поцелуя, бусина оказалась во рту мага. Достав ее, маг увидел, как она светится ослепительно ярким зеленым цветом. Поцеловав напоследок красную ленту в волосах супруга, маг вышел.