Владычица Черной Страны

За столиком в небольшом, но довольно шумном кафе, чьи широкие окна открывали вид прямо на приторно блестящую в жарких майских лучах гладь спокойной городской реки, сидели две подружки, оживленно обсуждая всякие девчачьи мелочи. — Ты только представь, какой этот Джереми оказавается скотина! Обещал забрать меня с консерватории, выхожу на улицу, а там ливень! Стою, жду, а этого козла все нет и нет! — И не говори! — собеседница глубоко вздохнула, покрутив в изящной ручке бокал с шампанским. Вот и настала долгожданная взрослая жизнь! Романтика, вечеринки… алкогольчик! Что только может быть лучше? Теперь Сьюзен стала полноценным членом светского общества. У нее была работа, друзья, парень… И всякие детские глупости, которыми ее донимали братья с сестрой, остались в далеком прошлом. И почему они тоже никак не могут повзрослеть? Целыми днями твердят о какой-то Нарнии! — А у тебя вижу все хорошо, — буркнула безымянная подружка, обиженно надув пухлые губы, щедро намазанные красной помадой. — Ты меня даже не слушаешь! — ее внимание привлекла женщина лет тридцати в легком платье с цветочным узором. — Только погляди, что она на себя напялила! Люди, чувствую, совсем чувство стиля потеряли! И куда только катится наша страна? — Если бы напялила на себя цветочный горшок, было бы лучше! — Сьюзен пустилась в бессмысленное обсуждение своенравной моды. — Эх, а мне ведь через пару дней сессию сдавать! — ахнула подружка, посмотрев на наручные часы. Она ухватилась за шляпу, которую так и норовил унести залетевший в помещение ветер. Представительница рода Певенси встала, сердечно обняв незадачливую студентку: она-то все уже давно закрыла. Помахав свободной рукой на прощание, блондика побежала вдоль набережной. Сьюзен осталась допивать напиток. Прямо у воды резвились ребятишки, кто-то мочил явно не самые дешевые брюки, кто-то гонял наглых уток, а кто-то пытался поймать уносимую неумолимым течением выскользнувшую из рук игрушку. А ведь она тоже когда-то была такой… Но что было, то прошло! Девушку всегда привлекала взрослая жизнь, а детские увлечения казались ей невероятной глупостью. И как можно верить, что в каком-то старом шкафу находится проход в другой мир? А ее родственники верили… Домой она пошла только под самый вечер. Полгода назад она съехала от родителей, поселившись в маленькой, пока еще малообустроенной квартире: зато там были ванна и газ, да еще и до консерватории недалеко. Единственное, что солнце практически не попадало в окна, но и это не беда! Всегда ведь можно включить лампочку. Расточительно, зато уютно. Настроение в этот день было на удивление приподнятым. Весна знала свое дело, даже в запыленном и суетливом городе. Но чем ближе девушка подходила к своему дому, тем тревожнее становилось у нее на душе: может съела что-то не то? А у порога ее уже ждал высокий человек с мрачной физиономией и стопкой бумаг в руках. Как только студентка подошла к двери, он произнес холодным, стальным голосом: — Сьюзен Певенси? — Д-да, это я… — девушка сглотнула ком в горле, ведь что-то подсказывало, что этот разговор не приведет ни к чему хорошему. — У меня скорбные новости, — все так же безэмоционально произнес мужчина. — Ваши родители, а так же двое братьев и сестра… Леди уже чувствовала, как мороз сковывает ее конечности. — Погибли при крушении поезда. Ни кто не уцелел, но все пять тел были обнаружены и доставленны в морг. Последние слова ударом обрушились на несчастную девушку. От внезапно появившегося страха и тревоги она чуть не упала в обморок. — Вы уверены, что это они? — где-то в глубине сознания все еще теплился лучик надежды. — Это не точно, поэтому вы и нужны нам. Дальше все было как в тумане. Мрачные стены больницы, изувеченные тела пусть и далеких, но дорогих людей, похороны и мысли… Мысли были обо все и не о чем. Это были страшные картины, которые девушке даже раньше не снились в страшных снах. Смятение, шок и безысходность. Ей столько всего хотелось сделать, спросить… и в тоже время она была без понятия, что именно. Питер, Эдмунд и Люси никогда ее не понимали, а она не понимала их. Но это не значило, что она желала им смерти, как и своим родителям. Да, она больше не нуждалась в них, но они не заслужили такой участи! Но скорбь вскоре развеялась, образовав за собой лишь гнятущую пустоту. Девушка не стала видеть мир по-другому, но и ходить на бесконечные вечеринки не было желания. Может, совесть не позволяла? Рано было ссориться с друзьями… Они ждали ее… Так или иначе, надо было продолжать жить дальше. Но почему-то не хотелось. Все стало медленно, постепенно идти своим чередом. Снова вечеринки, новый учебный год, работа и опять вечеринки… Взрослая жизнь. Так она дошла до свадьбы. А потом и до развода. Ссоры, интриги, алкоголь… вот она — взрослая жизнь во всей своей красе. Серые бесконечные будни, что ничто не скрашивало, кроме теперь уже печальных, а потому запретных воспоминаний. Воспоминаний о той счастливой, беззаботной поре, когда они еще несмышлеными детьми лазали по «волшебным» шкафам, будто внутри там находятся не пыльные шубы, а прекрасный зимний лес, заколдованный злобной колдуньей, где они оказались великими королями из пророчества, спасшими Нарнию от столетней тирании и после правившими долгие годы в Кер-Паравелле… Бред… Но он оказался куда приятней суровой действительности. Все чаще измученной девушке хотелось вернуться в ту пору, когда она не представляла что такое налоги, измены и долги. В последнем она увязла по уши: все-таки иногда стоит жертвовать уютным освещением лампочки, во благо своих карманов. Вечно взрослая Сьюзен оказалась слишком наивной. Хотелось просто сбежать от проблем, запив их очередным бокалом вина или порыдав в подушку. Ах, как же ей не хватало Питера, что пусть и был идиотом, но всегда помогал в трудную минуту… А такая минута наступила очень скоро. Из-за постоянных пропусков и попоек девушку довольно быстро вышвырнули с прошлой работы. «И что же стобой стало?!» — вздыхали окружающие, вспоминая блестящий ум и золотые руки незадавшейся работницы. С начала ее даже жалели, но человеческое терпение не вечно. После нескольких дней бесцельного оплакивания и сетования на неожиданно нелегкую судьбу, она все-таки сумела собраться и привести себя в порядок. И почему все так сложно? Даже во время войны у ее всегда окружали люди, готовые помочь… Нарыв в газете небольшую мастерскую по пошиву одежды, девушка отправилась в дорогу. Последние пару дней она практически ничего не ела, так что ее шатало из стороны в сторону, будто она всю прошлую ночь не отрывалась от бутылки, что в какой-то степени было правдой, ведь надо же чем-то заглушить горе и голод. Прохожие странно перешептывались, а мамочи, указывая пальцем на разбитую женщину, давали наставления своим детям. Так Сьюзен протопала почти три часа, ведь у нее не было денег, даже что бы оплатить трамвай. Спустя мучительные часы из-за угла показалось заветное здание, находившееся не в самом приличном переулке. В воздухе лениво кружили обрывки газет и листовок. Деревья, за которыми никто давно не ухаживал, разрослись по всей площади, загороживая тусклые солнечные лучи. Все здания вокруг были очень старыми: у кого-то провалилась крыша, у кого-то осыпалась штукатурка, обнажая уродливые, потревскавшиеся кирпичи. Взобравшись на побитый годами порог, женщина тихо постучала в тяжелую дверь, обитую кожей, что устела отойти в некоторых местах. Изнутри послышалось грубое: «Войдите!» Глубоко вздохнув девушка проскользнула в душное помешение с низким потолком. В самом темном углу стоял небольшой стол, за которым восседала грузная женщина, гордо сложившая руки на объемной груди. Ее глаза сурово покосились на гостью, а крошечные очки неприветливо мелькнули в полумраке. — Вы к нам по какому делу? — дама стала перебирать какие-то бумаги. — Миссис… — Мисс Певенси, — поправила вошедшая. — Сьюзен Певенси. — Значит вы еще не замужем. — Да, — кивнула девушка, всеми силами старавшаяся, что бы ее голос не дрожал. — Понятно. — Я хотела бы… работать у вас! — Интересно, — в голосе женщины послышался неприкрытый сарказм. Она могла в любой момент вышвырнуть гостью. — И что же вы умеете? — Я… — слова вылетели из головы. И почему раньше была такой уверенной, а сейчас и пары предложений связать не может?! — Я… — Понятно. Такие как вы нам не… — Подождите! — Сьюзан сжала руки в кулак. Не время быть тряпкой! Уж работу она сможет себе отбить! Девушка пустилась в длинный расказ где она училась, чем жила и на что способна. И чем дальше продолжалась эта эпопея, тем тверже и звонче становился ее поникший голос. Спина распрямилась, а в глазах впервые за долгое время загорелся боевой огонь. Казалось, даже взгляд работодательницы потеплел. — Хорошо, — вздохнула та, устало вздознув. — Я поняла вас. Но… вы нам не подходите. — Но почему? — эта фраза пусть и пошатнула безработную, но не сумела снова обрушить ее внутренний мир. Она будет бороться! — Просто посмотрите на себя! — лицо дамы искривила широкая беззубая улыбка. — Я видела таких, как вы. Заявляетесь сюда, а потом от вас не слуху не духу. Пьяница, разгильдяйка, позор! Понятно, почему у вас нет мужа. Свободны. Женщина махнула пухлой рукой в сорону выхода. — Я… я не такая, как они… — а вот такая пламенная речь смогла сильно подкосить самолюбие Сьюзен. — Только не заговаривайте мне зубы. Не первый год живу на свете. А теперь не марайте порог. Вон!!! Будто от слов хозяйки тяжелая дверь распохнулась и с наружи подул разъяренный ветер, унося легкую шляпу в темные глубини мрачного здания. — Вон!!! — еще раз крикнула тучная дама. А неумолимая стихия завывала все сильнее. Сьюзен стала терять связь с реальностью. Снова, когда она наконец сумела собрать кусочки своей воли, все стала рушится. Ей снова вспомнились беззаботные детские годы: пусть и бессмысленные, но веселые игры и… Нарния… Такая далекая и недоступная… нерельная и в тоже время близкая. И она становилась все дальше и дальше. Девушка давно потеряла свой шанс попасть туда, променяя истиное счастье на взрослую суету. Проход туда навсегда закрыт. Как закрыт и путь в детство. Но… неужели все потеряно? Неужели поздно все вернуть? К сожалению поздно. Но тогда… куда ее уносит?! Ветер загудел сильнее, обхватывая в свои грубые обьятия хрупкое, уставшее тело. Сквозь его вой слышались грозные крики: «Вон! ВОН!!!» Вихрь помчал ее вон. Далеко от ужасов столь ненавистной взрослой жизни. Но только куда? Ответ очевиден: там, где предстоит встретить оплату за глупость, за неверие в самых близких людей. Встретить то, что она так долго желала и что так быстро разлюбила. Но это будет совершенно другая жизнь. Вынесет ли она еще и ее? Или окончательно сломается? Выбор только за Сьюзен…