История Первая: "Disposable Spring"
1 сентября 2020 г., 08:06
Затухлый старый лес — деревья покосились в нем И фигура на скале, предстать древнейшим птицам, как орел, Волочила взгляд свой беспристрастный вдоль тех земель, что навек укрыты были от людей; Но тут раздался гром и молния на небосводе!; Раздался шум — треск веток омрачил бескрайний лес. Мужчина, спотыкаясь и крича — бежал все прочь, Все глубже в лес запретных далей, Что вскоре погубят и его. Ломая ветки, обдирая плоть он все бежал! Бежал все дальше от людей, что словно Цербер сорванный с цепи, оскалив зубы и рыча, проклятия дарили! Бежал он в темноте и лишь лампы красный свет мерцал на шее как огонь
Лучи солнца, пробивающиеся сквозь щель импровизированной занавески, ласкали ее спящие лицо. Ворчась и едва проснувшись она лишь укрылась с головой одеялом, стараясь как можно дальше оттянуть свое пробуждение, венчавшееся неумолимо восходящим на небосводе солнцем. Теплота и нежность постели окутывал ее, поглощая целиком и полностью, она была готова отдать душу дьяволу, лишь бы проваляться так ещё хотя бы пять минут, но игривый детский голос, что становился все ближе, топот маленьких ножек, что все быстрее и ближе стремились к ней, стремительно рушил ее надежду и идиллию. "Вставай!" - прокричал приглушённо слышимый из-под одеяла игривый голосок, но она продолжала притворяться, что все ещё спит, а быть может и сама в это верила. "Вставай! Вставай!" - прокричал голосок расталкивая ее лежащие в постели вялое тело. "Ну же! Я знаю, что ты не спишь!" - попытки пробудить ее становились все назойливей и назойливей и она уже не могла делать вид, что не замечает их. Стянув со своей головы одеяло лучи солнца, что пробивались сквозь занавеску и едва заметные щели в стене, ослепил ее и когда она наконец открыла глаза, то смогла увидеть только локон волос, что уже практически скрылся за поворотом от ее двери, который принадлежал той, кто так рьяно пыталась ее пробудить… Первым, что она сделала встав с кровати — принялась растягивать свои суставы, что оттекли за время неудобного сна и изрядно похрустывали. Нацепив свою любимую майку и шорты она подошла к зеркалу, что давно уже треснуло и висело на стене ее комнаты. Короткие каштановые волосы были сбиты в небольшие клочки, а заспанное лицо, украшенное небольшими мешками под глазами, явно выражало небольшое недовольство. У нее ушло несколько минут, чтобы привести себя в порядок и она уже была готова спуститься вниз как голос, что недавно будил ее, раздался вновь. "Бонни! Давай быстрее! А то мама тебя уже хочет убить!" - все так же озорливо кричала она… Скрип лестниц раздался по всему дому, способный разбудить даже мертвеца, но только ни ее. Она не слышала как спускалась ее мать или отец, никогда не обращала на это внимание. Только голос ее сестры и топот ее маленьких ножек всегда мог ее разбудить, как только той стоило приблизиться к ее спящему телу… … Вся семья была в сборе. Отец, что практически всегда был одет в свою клетчатую рубашку и потёртые джинсы, сидел во главе стола и мило перешучивался с матерью, что как всегда утром стояла у камина и доваривала суп. Они были уже не молоды, лица их постепенно старели, кожа обвисала, а морщины занимали все больше место, но им все ровно как то удавалось сохранять некую молодость внутри себя, что так явно бросалась в глаза при виде них. Люси, тот маленький озорливой демоненок, что каждое утро распинывал ее, как обычно маячила вокруг отца, донимая его своими детскими несерьёзным вопросами, периодически подергивая за рукав рубашки. И только Хлоя, средняя из сестер, рыжеватые волосы которой были аккуратно собраны в один длинный хвост, тихо помогала матери готовиться к трапезе, нарезая салат из мутафруктов и зелени. "Боже мой, Бонни. Ты только встала? Иди бегом умывайся и садись за стол" проговорил отец своим немного хриплым от возраста и курения голосом, но сохраняющий снисходительную вежливость в нем. Выйдя из дома она увидела цветущие поля кукурузы и мутафруктов, что они тщательно выращивали здесь не покладая руку, освещаемые мартовским солнцем, что медленно ползло вверх. -Эй Бонни! - послышался голос где-то на периферии зрения. Она уже знала кому он принадлежит. Соседский парнишка Стиви, что был подстать по возрасту ее младшей сестре Люси, уже бежал в ее сторону, болтая в руках два деревянных ведра, что периодически постукивали друг о друга. - Снова проспала все на свете — улыбчиво спросил он — Как это на тебя похоже, ну что ж. Ты за водой? Пошли вместе! Она была старшей из всех детей в их поселении и он постоянно вертелся вокруг нее. Родители подшучивали "Смотри - жених растет!" от чего все соседи заливались смехом, но ей никогда не нравились эти шутки, Стиви же никогда их не понимала, предпочитая наивно улыбаться и поддакивать. Он был практически везде с ней, помогал по огороду, вместе с ней ходил в лес за хворостом, а если его помощь была не нужна — то просто ошивался где-то не по далеку и только ещё более навязчивая Люси могла оттянуть его от нее, практически на весь день забирая его играть вместе. Хоть ее и бесили эти шуточки и такая навязчивость, но в то же время ей нравилось то каким милым и обходительным он был и потому сама периодически звала его с собой в прогулки. Он давно заметил, что каждое утро она ходит за водой до колодца, и практически все утро прятался в тени деревьев от палящего солнца выжидая ее. Их прогулки чаще всего состояли из его бесконечных вопросов и рассказов о всем, что он видел. От новой тропинке найденной в лесу, до какого-то диковинного зверя, что он иногда видел в дали на склонах холмов… Набрав воду она помогла донести ему его ведро, ведь несмотря на его прыть оно было тяжеловато для такого юнца, а ей было и несложно помочь и проводить его до дома… ..." Давай быстрее! Я кушать хочу!" прокричала Люси, пока она заполняла бочку для воды и немного открыв кран, что бы не тратить слишком много, наконец смогла полностью привести себя в порядок, окончательно проснувшись от потоков прохладной воды по ее лицу. Завтрак проходил в свойственной им манере — все разговаривали и шутили, обменивались мыслями и переживаниями, и стоило им только доесть отец сразу же раздавал им указания на день. К их счастью сегодня было воскресенье и весь день был для них свободен. Всю неделю они практически с утра до ночи занимались хозяйством и только по воскресеньям могли позволить себе отдохнуть. Не став дожидаться когда все встанут Люси быстро сорвалась со стола и побежала к дому Отисонов, вознадеясь забрать Стива на весь день; Отец же, вместе с матерью, предпочитали эти дни проводить вместе, сидя где-то у дерева, набрав кувшин прохладной воды и до конца дня просто наслаждаясь компанией друг друга. Хлоя же и Бонни предпочитали проводить эти дни вместе, слоняясь где-то недалеко от дома или забравшись на крышу принимались играть на гитаре, дополняя и без того вторичную картину их жизни... - Хлоя - шёпотом обратилась Бонни — хочешь покажу тебе сегодня свой секрет? - едва слышно проговорила она, стараясь, что бы отец или мать не услышали их - Если это очередное улей пчел, то я тебя прибью - с фальшивой улыбкой ответила Хлоя, вспоминая их "последний секрет", после которого они добрую неделю провалились в постелях, страдая от укусов пчел, что они потревожили Весна все больше обретала силу, все вокруг цвело и пахло, что было для них непривычно. Идя непротоптанной дорожкой в лесу они не могли перестать любоваться листвой, что постепенно распускались на деревьях, не могли перестать слушать пение птиц, летающих над их головами высоко в небе, что были такими разными, но все как одна причудливо красивыми. Они шли уже около получаса, они никогда ещё так далеко не уходили от деревни и Хлоя изрядно начинала волноваться, но Бонни постоянно успокаивала ее, утверждая, что уже близко. Дерево за деревом они продвигались все глубже в чащу леса, стараясь не упасть в первый же овраг и вот наконец они вышли туда, куда столь долго стремились - Смотри! - воскликнула Хлоя — Это цветы! Неужели это цветы? Я их только на картинках видела! Ее радости не было предела - "Настоящие! Живые! Пахнущие!" восклицала она, спеша плюхнуться в них прямо лицом. Бонни нашла их пару дней назад, забредя в поисках чего-то интересного и знала, что она их оценит. Проживая всю свою жизнь на заснеженных просторах Рейнбоу Лейк они могли видеть их только на потускневших картинках и плакатах довоенного мира. Уже полгода как они, вместе с несколькими другими семьями, ушли из тех мест, пытаясь спастись от гнета Старших Братьев, что заведовали в том месте. Никто из обывателей не знал были ли они реальными людьми или только "лицом Ордината", но даже несмотря на это их цепкая и холодная металлическая рука тесно сжимала шеи каждого живущего там. Не было ни дня, когда люди могли бы спокойно заснуть, не опасаясь, что "Министерство" не увидит в них предателей или рецидивистов - и не отправит всю семью на каторжный труд в ещё более промерзлые дали, обрекая их всех на верную смерть. Даже их отец не мог сказать когда Братья появились в том месте, казалось, что они были всегда. Сколько он себя помнил он всегда жил под их пристальным надзором и даже смог свыкнуться с этим, но после рождения дочерей он сломался. Он не мог позволить его Лютикам, так он их называл, зачахнуть за серыми стенами их города, пусть и безопасного от внешних угроз, но наверное даже более опасного от внутренних. Вместе с несколькими семьями своих друзей и коллег они решили покинуть те навечно покрытые снегом и льдом земли — сбежать в поисках лучшей жизни. Им стоило немалых усилий перебраться через великий кратер, что появился после падения бомб, ещё больших усилий стоило преодолеть вечную мерзлоту и кишащие монстрами леса Северной Канады. Большинство из тех кто шел с ними никогда не смогут увидеть красоты этого края, умершие от холода и болезней, от монстров и незримой радиации они навечно останутся в тех лесах и промерзлых ледяных пустынях, что не смогли преодолеть, даже не похороненные, ведь никто из тех, что ушли не смогли продолбить твердый слой вечного льда покрытого снегом и все, что оставалось — оставить их просто лежать на земле… -Бонни! Ну иди же сюда! Чего такая хмурая? - оторвал ее от грустных воспоминания голос сестры — Смотри какие они причудливые! Вот эти - лёгким движением руки сорвала она один из цветков — вроде и есть Лютики! Отец же нас в честь них называет! Он однажды показывал мне картинку с ними, но я не верила, что они все ещё существуют! Смотри какие они странные — как звёздочки, только жёлтые, а как пахнут! - принявшись вдыхать аромат цветка она незаметно для себя перестарались от чего пыльца которого забилась ей прямо в нос, вызывая смех ее сестры, пока та откашливалась - А как тебе эти? - спросила Бонни постучав ее по спине — Смотри какой большой бутон, он еле держится на стебле! - подойдя ближе к цветку они пристально принялись его рассматривать, короткий толстый стебель был покрыт отростками, что напоминали листья деревьев, а бутон, что был неестественно большим по отношению к стеблю, только раскрывался под лучами восходящего солнца и стоило только тени упасть на него, как моментально он принимался закрываться. Его неестественный, словно этот цветок пришел к ним с другой неведомой планеты, цвет, что переливался на свету янтарно жёлтым цветом, полностью завладел их вниманием, но только стоило свету пропасть, как цветок становился абсолютно черным, как самая темная ночь. Вся поляна была покрыта самыми разными цветами, о названиях которых они даже подумать не могли. Были ли они плодами ещё довоенных цветов или как все в этом мире — мутировавшими их приемниками они не знали, но им этого и не нужно было. В отличие от большинства они могли позволить себе просто насладиться красотой этого места, просто лёжа под палящим солнцем, с головой зарытые в цветах. И только спустя, как им казалось, несколько часов они наконец смогли оторваться от меланхоличного наслаждение, что обуревало их. "Хлоя, закрой глаза" спокойным голосом сказала сестра, подойдя к ней и пряча, что-то в руках. Время тянулось как резина, медленно, почти застыв и только потуги теплого ветерка напоминали, что мир не замер в этом месте. Она чувствовала небольшое пощипывание и покалывание пока сестра, что-то делала с ее волосами, но ее это не волновало. Она уже отдалась с головой мечтам, в которых вокруг их дома растут сотни таких цветов и она, как любящая мать ухаживает за ними, из дня в день наблюдая удивлённые, даже восторженные, взгляды стариков и детей, что никогда в жизни не видели ничего подобного… - Посмотри — нежно прошептала Бонни протягивая сестре осколок зеркала, что она всю дорогу прятала в кармане и пред Хлоей предстала молодая, наполненная радостью голубоглазая девчушка, веснушки на лице которой как огонь окрапляли ее щеки, а волосы на свету были похожи на язычки пламени, что они по ночам видели у костра играя на гитаре. Но главным был венок, что неумело, но с аккуратностью вплетен в ее волосы. В нем были почти все цветы, что были на этой поляне и увидев его на себе она не смогла сдержать эмоции и повалив сестру — обняла ее, сжимая как цепкий, но любящий удав, повторяя из раза в раз "Спасибо". Ленивое солнце уже было в самом зените, Хлоя, решив порадовать родных, собирала букеты, Бонни же стремглав пропала в лесу, перед уходом произнеся "Это место прекрасно, но я хотела показать тебе другой секрет. Подожди тут, я скоро вернусь". Минуты сменялись одна за другой и лишь по тени цветущих деревьев Хлоя могла понимать как долго ее сестры уже не было. Собирая букеты она целиком и полностью отдалась этому делу, не замечая долгого отсутствия сестры, но закончив она не могла не начать волноваться. Руки ее стали заметно дрожать, а ко лбу подступил пот — ожидание сводило ее с ума. "А вдруг та упала и сломала ногу? А вдруг какой-то зверь напал на нее?!". В голову лезли воспоминания о их "великом походе", что и привел их в эти края, она вспомнила Жана, одного из друзей отца, что так же однажды ушел в лес за едой и не вернулся. Только спустя несколько часов они нашли его обглоданное тело, вспоротое брюхо которого было целиком и полностью выедено и только жалкие остатки кожи, что как тряпки свисали с практически уже лысого черепа, позволяли узнать в этом теле Его. Она не могла больше ждать и бросив все, уронив с себя венок, побежала по поляне в сторону леса, куда ушла ее сестра и непроглядные чащи которого скрывали от ее взора все, что могло поджидать ее там… Но стоило ей приблизиться к нему, как из-за леса показалась фигура, что была ей столько знакома. Споткнувшись она упала на землю, ободрав колени в ответ на это услышав "Ты чего глупышка? Я же сказала, что скоро вернусь" произнесла фигура выходя из леса и неся в руках нечто, что она не могла рассмотретьСмотри
! Громкий визг оглушил Бонни. Хлоя сама не знала было ли это от страха или удивления, но то, что она видела ещё больше будоражило и тревожило ее, чем недавно найденная поляна. На руках ее сестры, слабо приоткрывая свои глаза, скреблись пара тройка маленьких лысых "крыс". "Нет, это не крысы" - подумала Хлоя - "они больше похожи на каких то кротов мутантов". Они были ещё совсем детенышами с неокрепшими лапками у которых не было ни единого клочка шерсти, если не считать парочку усиков. Их розовая кожа матовым блеском отдавалась на солнце, а едва слышное хрипение их причудливых носиков приводило в исступление. Она не могла понять радоваться или бояться, но ее сестра явно их не боялась - Я нашла незадолго после этой поляны, несколько дней назад. - начала Бонни с некоей грустью в глазах, опущенных к самой земле — видимо их маму убил какой-то огромный зверь… Я нашла ее тушку в лесу — она была полностью истерзана. Я хотела бежать при виде ее, но какое-то едва различимое шипение и скрибение земли отвлекло меня. Они были неподалеку в небольшой норке, видимо зверь, что убил их мать не смог найти их. Они были бледные как маленькие призраки! Тощие, слабые, оголодавшие! Я не могла их бросить! Каждый день я тайком ночью выбиралась сюда подкармливать их… - она замолчала и слезы с ее щек начали падать на землю. Один из маленьких крысенков увидев это, обнюхав ее лицо, начал тереться о него, словно бы успокаивая, от чего Бонни начала тихо хихикать и радоваться, словно это были не какие-то маленькие мутанты, а домашние щенки, которых когда-то они видели у Мистера и Миссис Янг, живя ещё в Рейнбов Лейк - Думаю отец разрешит их оставить… - с материнской улыбкой сказала Хлоя, принявшись гладить одного из крысенков…Несколько дней спустя
-... Люси! Домой! Живо! - прокричала мать наблюдая как двое увлечённых детей носятся с одним из крысенышей, что пару дней назад привели ее дочки. Оставлять их была не лучшей идей, как она считала. Они так и наровились, что-то погрызть или ободрать и излюбленной их жертвой становился обеденный столик, что она с мужем некогда так усердно собирали. Они ей не нравились. Лысые, вечно сопящие, мешающие спать и вечно смотрящие словно в самую душу своими маленькими, черными как ночь глазами. Но дети были счастливы, а муж не против, так что и она решила не возражать и мало по мало мирилась, привыкала к новым "членам семьи"… -... А потом я увидел как этот монстр с холма охотился на медведя! Помнишь рычание позавчера? Это была их схватка! - с энтузиазмом рассказывал Стиви очередную, как считала Люси, небылицу, чтобы напугать ее - Ты все врешь! Этого не может быть, дурак! Все время пугаешь меня — недовольно возразила маленькая девчушка, но услышав крик мамы сменив свое недовольство на тоску — Эх. Мама зовёт… - Ага… - с такой же тоской ответил мальчик — видимо тебе пора… Тогда до завтра? - До завтра. - ответила девчонка и взяв на руки Кларенса, одного из их новых домашних питомцев ушла домой, наблюдая за склоном далёкого холма, что едва виднелся из-под верхушек деревьев, гадая могли ли там жить тот ужасный монстр, о котором в последнее время все чаще рассказывал Стиви с таким упорством, словно действительно видя его с высоты крыши их дома… "Зоя! Зоя иди сюда ты поганка!" - крик сестер, что гонялись за одной из их питомцев уже становился традицией. Каждый вечер она куда-то пряталась и не выходила, пока все не сядут за стол, принимаясь грызть стены и пол, что сильно нервировало отца, ведь ему меньше всего хотелось заделывать дыры, что появлялись от этих грызунов. "Вон она! Лови!…" - какофония криков, топота и шипения продлилась ещё какое-то время, пока наконец все сорванцы не были собраны и не отправились спать в свою постель, что по сути была большой металлической коробкой, собранной из всего того металла, что они смогли отыскать и напросить у соседей, утепленной одеялом. Хоть их зверята и были сорванцами, но попав в свой домик, забившись в теплое одеяло, напрочь забывали о своем нраве и принимались тихо мирно заниматься своими делами, пока наконец не засыпали, как и все остальные в доме. Семейный ужин был самым обычным. Очередная похлёбка и салат из мутафруктов — их рацион после ухода из Рейнбов Лейк сильно изменился. Теперь им приходилось питаться только тем, что они могли вырастить на огороде или найти в лесу. Они уже стали забывать даже вкус мяса, ведь никто не осмеливался выходить в лес на охоту, да и кому было идти? В деревни всего из пары тройки домов, собранных из подручных средств и срубленных деревьев, жили от силы человек двадцать, которые в подавляющем большинстве были уже стариками или близкими к этому людьми, а остальное население — пара тройка детей, старшей из которых была Бонни. Даже те редкие караваны, что приходили в Рейнбоу Лейк, становились призрачным воспоминанием, ведь никто кроме них не заходил так далеко на Юг, считая, что там кроме промерзлых пустошей больше ничего нет… Скорее всего они ушли на несколько тысяч километров от своего прошлого дома, ведь тут они могли возделывать землю без особых проблем, что в любом случае их удивляло. Даже самые старые жители их поселения никогда в жизни не видели живых деревьев, пока не пришли сюда… Они хотели найти хоть какое-то последние, путь караванщиков или хоть кого-то вокруг, но пока, что их поиски не увенчались успехом. Никаких признаков человеческой жизни не было на десятки и сотни километров вокруг них и это их удручала. Хотя, как признавался Отец, в этом были и свои плюсы — Братьям будет сложнее их найти. Безумный стук в дверь разбудил всех в доме. Словно это был десяток людей некто ломился в их дверь, судорожно вбиваясь в нее своими руками и крича. Крича так натужно и громко, что наверное уже вся деревня стояла на ушах и отец, достав самопальное ружье стал медленно подходить к двери. "Оставайтесь в своих комнатах!" пригрозил он семье. Увидев его взгляд Бонни вспомнила солдат Ордината, чей взгляд, подобно коршунам, озлобленный и дикий, приводил ее в исступление и приступы неконтролируемой паники и тут она вспомнила, что отец когдато был одним из них… Напряжение все нарастало. Подходя все ближе к двери, выжидая любого подвоха, что мог случиться, он все больше убеждался, что это не мог быть никто из их деревни. Мужской голос был не похож ни на один из тех, что жили тут, хоть и отдавался эхом в потёмках памяти… Встав сбоку от двери, пытаясь, что б его не заметили, он открыл дверь и с улицы, словно мешок с навозом, упала туша человека в изорванном сером комбинезоне, из рваных дыр которой виднелась уже запекшаяся кровь - Кто ты мать твою?! - спросил Отец, приставив дуло к самой голове и готовясь в случае малейшей опасности вынести мозги незваному гостю, но ответа не последовало, были слышны только мелкие всхлипы — Медленно вставай и давай без глупостей иначе мне потом придется весь день оттирать твои мозги с пола… Фигура медленно начала подниматься, иссохшее мужское тело, фигура которого была скрыта за комбинезоном, но все ровно прекрасно угадывавшаяся, хрустело всеми своими суставами, словно было готово развалиться от малейшего усилия. Тонкие как спички руки едва ли могли поднять вес его тела и не став ждать, держа в одной руке свое ружье, второй он схватил его за плечо и быстро поставил на ноги. Он ужаснулся, он знал этого человека и это был последний кого бы он хотел тут видеть. Призрак прошлой жизни настиг его и чувство бесконтрольной звериной паники и страха обуяло его. Глаза его заплыли красной пеленой и он был готов уже сорваться, но голос его жены, что вышла из комнаты смог его немного успокоить - Джакс?! Это ты ?! - мужчина никак не реагировал, все что он мог сделать это упасть на колени и закрывшись руками принялся бормотать нечто невнятное, перебиваясь плачем — Как ты тут оказался?! Ты же отказался идти с нами! - Айна, уходи от сюда! - словно рыча прокричал муж — Собирай детей и всех кого сможете и ухо… - очередная фигура, появившаяся в коридоре, не позволила ему закончить. Младшая из дочерей, Люси, с заспанными глазками, которые в ночи казались двумя блестящими алмазами, аккуратно показалась из-за спины матери, но заметив Джакса, воскликнув, понеслась прямо на него, сжимая его в объятиях, игнорируя все, что творилось вокруг - Джакс! Ты пришел! Я знала, что ты придешь! - хоть Джакс и был одним из "Присутствующих", одним из представителей "Министерства", которых Старшие Братья отбирали с самого детства, тренировали, генно-модифицировали, вырабатывали у них псионически способности, чтобы те были их глазами и ушами, выявляя "Отступников" и "Еретиков", зачастую ещё до того как люди становились таковыми… Как и другие Присутствующие он наблюдал за людьми Рейнбоу Лейк, обвинял и придавал Ординату, но в ту ночь, в ночь когда они сбежали из того "Ада", что был их домом, он словно бы не видел их или даже не хотел видеть. Только Отец знал, что он просто "закрыл глаза" на них в ту ночь, позволив им сбежать. Он хотел пойти с ними, но знал, что тогда их быстро нагонят и вот он стоял пред ними. Истощенный и измученный словно мумия, смердящий запахом даже более худшим, чем тот, что несётся от гниющих трупов. Сидел и рыдал, пока Отец пытался отцепить от него свою младшую дочь, которая по большей части и стала причиной его "Отступничества". - ПРОСТИТЕ! - заорал он посмотрев прямо в глаза отца, не смотря отталкивая от себя девчонку, что вцепилась объятиями в его шею — Простите! Я не хотел! Я не хотел приводить их сюда, но они узнали о той ночи! Они пытали меня! - крик отчаяния и истерики был слышен по всему дому и даже две сестры, что сидели за закрытой дверью их комнаты прекрасно слышали все, что он говорил — Они подсоединили меня к тем "машинам"! Ты же помнишь их?! - смотрел он прямо в глаза Отца с вопросом и едва читаемой злостью — Ты же сам стольких людей отправлял в них! Ты должен знать, что они делают! ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО ДЕЛАЮТ БРАТЬЯ С ТАКИМИ КАК Я! У меня не было другого выбора! Я молил о смерти, я не хотел их приводить, но они были непреклонны! Они вытащили "меня" из тела, переработали, РАЗДЕЛАЛИ и выпихнули обратно! - голос его стал тише и шёпотом он закончил — Они обещали подарить мне быструю смерть если… - не успев закончить ошейник на его шее издался ужасающим электрическим шипением, что чуть ли не лопало ушные перепонки тех кто по несчастливому случаю оказывался рядом, после чего ошмётки его головы разлетелись по всей комнате, пачкая стены и пол, оставаясь стекать с потолка, забрызгивая лица Отца и маленькой девочки, что заливалась истерическим визгом. Не успел взрыв головы отгреметь, не успев сообразить, что происходит, свист пуль заполнил все вокруг. Они пробивали стены, выбивали окна, ваза, что стояла у окна на тумбе с прекрасными желтыми цветами в форме звездочек, разлетелась в дребезги, разрывая плоть людей в которых попадали ее осколки, окропляя комнату багровыми красками. Крики и ужас наполнили деревню. Люди, которых насильно вытаскивали из домов и те, кто ещё не успел воочию застать нападавших, кричали и молили о пощаде. Кричали имена близких им людей, сыпали оскорбления и проклятья в сторону тех, кто так нежданно разрушил их тихую Лесную идиллию, тех кто звал себя Орденатом… - Что происходит?! - судорожно сжимая подушку спросила Хлоя - Сиди тут. Я посмотрю — ответила Бонни, взяв первое, что попалось под руки — старую видавшую лучшие дни биту, что лежала у шкафа Медленно, стараясь издавать как можно меньше шума она медленно спускалась по лестнице, стараясь оставаться в тени, что было гораздо сложнее чем обычно, ведь лунный свет, что сочился из разбитых окон, щелей от пуль в стенах, прекрасно освещал ее испуганное лицо. Не успев спуститься она почувствовала резкую и жуткую боль, что сбивала с ног и была похожа на жгуче пламя, что разгоралось внутри ее тела. Не сумев устоять на ногах она повалилась с лестницы прямиком в прихожую, где под какофонию боли и ужаса с улицы, она услышала стук тяжёлых сапогов, что как тиканье довоенных часов, которые она видела в лавке "Антиквариат Мр. Чаррингтона", оттопывал в определенном ритме и становился все ближе… Пелена на глазах становилась все гуще, она с трудом различала звуки, что только мгновение назад так отчётливо были слышны с улицы, все что было за пределом их дома словно бы растворялось в тягучей, густой гуще небытия и забвения. Мужчина в темно-синей форме медленно зашёл в здание с пистолетом на перевес. Взяв в руки один из лепестков, что чудом остался на тумбе он с интересом рассмотрел его, после чего с презрением выбросил куда-то за спину. - Ах Боннибель… - нежно, но властно проговорил он. Голос его был безэмоционально, даже пуст, словно с ней говорил не живой человек, а робот, что только подражал человеческой речи — Какая досадная ситуация… - не обращая на нее больше внимание он перевел свой взгляд на всех остальных в комнате, на людей которых только сейчас заметила Бонни — Люси, не нужно сидеть у этого бесполезного тела — сказал он в той же манере, приподнимая ее заплаканное, запачканной кровью лицо, пытаясь одним движением оттереть ее, но только размазал по лицу — Он мертв, он об этом мечтал и мы помогли ему, мы же всегда помогаем нашим людям… - и наконец он подошёл к отцу. Кровь из его тела уже небольшой лужицей расходилась по комнате, оставляя разводы на деревянном полу — Ах мистер Майерс! Я думал, что вы лучше скроетесь, честное слово - я даже разочарован, наверное и ваша жена тоже, но кажется мы этого не узнаем - в саркастичной вальяжной манере указал он на тело жены, что бездыханно валялось на полу — Вы же были лучшим нашим агентом, даже меня поднатаскивали... - на мгновение он задумался, но это мгновение, мгновение практически беспросветной тишины для Бонни, глаза которой уже практически были закрыты, тянулось словно вечность — Мне действительно жаль — это было последнее, что он сказал, пред тем как точным выстрелом вышибить все, что скрывалось в черепной коробке хозяина дома... Она хотела, чтобы это был сон! Ужасный кошмар который в мгновение ока прекратиться, но сколько бы она себя не щипала, сколько бы своей кожи этим не разрывала, кошмар не заканчивался. Это была реальность. Реальность в которой им не суждено было сбежать от Братьев. Люси помнила этого человека. Полковник Шиназаки — он часто бывал в их доме в старые времена, ей даже казалось, что они словно семья. Словно он был приемным сыном их Отца, отца, что валялся в своей крови и дерьме с простреленной головой прямо около нее, пока она смотрела на бездыханное, безголовое тело, что была прямо напротив нее. Она часто видела этот кошмар, чаще чем хотелось бы, но никогда и никому о нем не рассказывала. Как и Джекс она часто видела то, что потом непременно случалось, но пыталась об этом не думать, забыть и игнорировать, хоть и понимала, что из-за этого "дара" или "проклятья" отец и решил увести их прочь, пусть даже они бы умерли где-то в промерзлой тундре. Но все это было зря... - Так отряд! - начал свою тираду Полковник достав рацию — Все взрослое население и тех, кто будет проявлять чрезмерное сопротивление - в расход. Детей по возможности брать живыми! У Старших есть свои планы на их счёт. Выполнять! - так точно раздался подавленный помехами крик из рации, после чего он вновь подсел напротив девчонки, убрав пистолет в кобуру. - Люси. Ты же видела это во снах, не так ли? Почему ты не предупредила своего папочку? Почему Люси? Нельзя сбежать от того кем ты являешься. Тсссс — принялся он ее успокаивать — не плачь, не нужно себя щипать, скоро все это закончиться и вы снова будете дома. В нашем родном Рейнбоу Лейк… Стиви бежал, бежал так быстро как мог. Он слышал крики и свист пуль, видел как Ординат вытаскивает людей на улицы, расстреливает, сжигает дома. Он видел полковника, что зашёл в дом к их соседям, в дом где жили три сестры, что были ему не родной, но которыми он дорожил и любил. Он не мог стоять в стороне — его родителям было уже не помочь. Услышав крики мать закрыла дверь его комнаты с обратной стороны, после чего послышались крики и стук сапогов. Он понимал, что это был последний раз когда он ее видит… Выбравшись через окно в одной лишь "пижаме", обдуваемый холодным ночным ветром, он спрыгнул со второго этажа, чудом лишь не сломав себе ноги. Украдкой, полагаясь только на удачу он приближался все ближе к дому его соседей, как вдруг прямо из-за угла дома на него вышел солдат, лицо которого скрывала черная балаклава, но красные глаза которого, подобно монстру пылали первобытной яростью… Свет фонаря на дуле автомата ослепил его, заставил упасть, а крик "Стоять! Руки вверх" заставил "душу уйти в пятки". Это конец — подумал он, как вдруг огромная когтистая лапа насквозь пронзила грудь солдата, подняв его над землёй, словно он был плюшевой игрушкой. Огромная клыкастая пасть сжала свои челюсти и щелчок, словно сработавший капкан, отдался эхом в его голове, после чего уже обезглавленное тело упало к его ногам… Огромная туша высотой в два или три человеческих роста, с ног до головы покрытая хитином и чешуей, словно огромная ящерица, с лапами подстать всему его телу и светящимися в ночи пустыми белыми глазами уставилась прямиком на него. Он ждал пока та наброситься и на него, разорвет его в клочья как того солдата, кровь из которого уже омывала его ноги. Это был тот монстр с холма, которого он все чаще стал замечать, монстр о котором никто не верил. Словно демон из Довоенного Ада он стоял пред ним во всем своем ужасающем величии, но вместо того чтобы напасть он подвёл свой коготь к пасти, изображая знак "тихо" после чего, едва открывая пасть, истошно пытаясь собрать цельные звуки, горланистым рычащим голосом проговорил указывая на него пальцем - Хотеть жить — идти с моя друг — указывая пальцем в лес, в то место где за кромками деревьев и был тот Чудовищный Холм и откуда на него смотрели десятки таких же сверкающих в ночи глаз...
Примечания:
Данная работа является моим видением того как люди, что никогда в жизни не видели "зелени" могли среагировать на нее, но по большей части эта работа является вольным видением "людей бежавших от монстров". Что бы быть честным - я вдохновлялся такими произведениями как : 1984, Dishonored - Проклятый, в некоей степени Insomnia: The Ark и просто упаднечиским настроением и др.
