10 сантиметров между нами

***

─ Ну всё, Никит, давай начнём уже, ─ метушливо подметил мужчина, в спешке садясь на диван. ─ Да иду я, иду, ─ голос Никиты звучал немного раздражённым, вероятно от того, что это была не первая попытка отснять начало. Раздался негромкий звук камеры, который означал начало записи. — Аве, с Вами Юлий Онешко. — И Кузьма Гридин. — Сегодня мы собрались, чтобы попробовать- — Нет, секунду подожди пожалуйста, это всё-таки у нас легендарное возвращение. — Легендарное, да. — Целый, я не знаю, месяц или два даже, у нас не было совместных роликов на твоём канале. И я вернулся, можете писать в комментах, аплодируйте, радуйтесь этому. — На самом деле Кузьма зазнался и эти два месяца он меня игнорировал. — Так ты же реактор, а я теперь всё, не реактор. — Ты звезда. — Да, я теперь звезда, я теперь директор. — Директор… Сейчас директор вместе со мной будет кушать всю еду из ВкусВилл. Парни поздоровались с аудиторией и создали отчасти торжественную атмосферу первого за долгое время совместного ролика.       Юлик неспеша доставал оставшиеся продукты из огромных пакетов, которые было плохо видно в кадре, краем уха слушая своего друга. Суть он улавливал, но далеко не всё оставалось в памяти. Как говорится: «В одно ухо залетело, в другое вылетело». ─ Ты просто проигнорировал, что я говорю, да? Ему просто поебать, абсолютно, ─ возмущённо пробурчал Гридин. ─ Нет, я пытаюсь вспомнить. Я не помню, как мы ели… Я помню, как мы ели консервы все. Вот это было смешно, ─ Никита явно не был доволен ответом и, сыграв на камеру, демонстративно сложил руки на груди. ─ Каша перловая. Любишь кашку перловую? Кашку перловую, будешь? ─ Онешко изо всех сил пытался разрядить обстановку, но Кузьма продолжал гнуть свою линию. Тогда ему не осталось ничего, кроме как задействовать тактильный контакт. Проще говоря, старший попытался ущипнуть раздражённого мужчину. ─ Вот он щипает! У тебя как у, как, к-как у гадюки! Он не понимает! Он не понимает, что каждый его щипок это как укус змеи, гадюки ядовитой! ─ Никита! ─ Ядовитые!!! ─ после этих фраз Гридин немного успокоился, но, всё же, фыркнул что-то еле слышное себе под нос. Атмосфера немного накалилась, но это прошло довольно быстро. Они пробовали продукт за продуктом оставляя комментарии и оценки. ─ Я хочу попробовать обычный квас, надеюсь, что он будет сладкий. Нефильтрованный, неосветлённый, ─ озвучил Онешко и открыл бутылку. Аромат напитка не был каким-то особенным или сверх-приятным, но это именно то, что нужно в жару. ─ А квас это жидкий хлеб или нет? ─ то ли в шутку, то ли всерьёз выдал Никита. ─ Ну, тип того, это хлеб с водой и с дрожжами, ─ ответил Юлий, параллельно разливая квас по стаканам. Они немного пообщались со зрителями, вернее, с камерой, обращаясь к зрителям, и продолжили обсуждать напиток, дав ему оценку.       Съёмка активно продолжалась. Закрытых продуктов становилось всё меньше. Очередь плавно подошла к чурчхелле. На самом деле, всё было бы не так странно, если бы Юлику не взбрело в голову сделать хайповое фото для превью. Парни распаковали конфету, если её можно так назвать, и приступили к поеданию, но не просто, а как в "Леди и Бродяга". Неожиданно для обоих сторон время будто замедлилось и каждая секунда длилась вечность. Медленно обхватив губами лакомство, они перебирали ртами и с каждым укусом становились ближе друг к другу. Их глаза не были открыты, наверное, для того, чтобы было не так неловко. Сердца бешено бились. "─ Я такой идиот… Не обязательно устраивать весь этот цирк, ─ пронеслось в мыслях старшего." Сейчас между ними было около десяти сантиметров. Десять сантиметров, которые разделяли две личности. Десять сантиметров, которые мучили обоих, но ни один не хотел этого признавать. Десять сантиметров немного липкого и сладкого лакомства сейчас играли такую большую роль. Это всего лишь пища, но сейчас её, наверное, можно было сравнить с Китайской стеной. Эти 10 сантиметров перевернули сознание и мир больше никогда не станет прежним. Гридин больше никогда не станет значить меньше, чем сейчас. Он нужен Онешко. Чертовски нужен. Не смотря на то, что время замедлилось для Юлика и Никиты, в реальности оно летело так же быстро. Ничто не вечно, особенно чурчхелла.       Она закончилась, а значит, что губы друзей больше ничего не разделяло. Внутри всё вздрогнуло. Их рты были набиты фруктовой субстанцией, но Онешко не чувствовал отвращения. Наверное, он был бы рад, если бы это повторилось снова. Сейчас это трудно было назвать поцелуем, потому что их губы всего лишь соприкоснулись и несколько секунд не отстранялись. В этот короткий промежуточек времени всё будто обрело новые краски для старшего. Теперь он был уверен в том, в чём сомневался уже несколько лет. Но чувствовал ли Никита то же? Возможно, да. Скорее всего. Но он явно не собирался показывать этого. Сообразив, что они практически целуются на камеру Никита резко отстранился. Он не отталкивал Юлика и не кричал на него. Гридин просто откашлялся и повернулся к камере. — Никит, я не -… — Юлик, да я сам не знаю, что это было. Давай сейчас просто доснимем видео, словно ничего не было. Просто я считаю, что нам нужно это обдумать на свежие головы. — Да… Да, думаю, что ты прав, — Юлик нервно поправил свою футболку от волнения, и закрыл лицо руками. — Продолжим съёмку? — Угум. После небольшого перерыва они продолжили снимать ролик. Между парнями чувствовалось некое напряжение и это можно было заметить в самом ролике, если смотреть немного по-внимательнее. Под конец, когда уже было совсем плохо от съеденной еды, это было не так заметно. — На этом всё, ставьте лайки, подписывайтесь на мой канал, на канал Никиты, всем пока, ─ после этих слов, Онешко тяжко от всего съеденного, встал с дивана и неспеша выключил камеру. В студии повисло неловкое молчание. Атмосфера по прежнему была напряжённой, а между парнями так и чувствовалась неловкость. ─ Фух… Никогда не думал, что просто есть еду будет так утомительно, ─ парень глубоко вдохнул и поднял руки вверх, чтобы размять их. ─ Согласен… ─ Гридин выглядел озадаченным и слишком серьёзным. Он не стал шутить или что-то в этом роде, как это обычно происходило после съёмок. Никита молча собрал свои вещи и направился к выходу. ─ До встречи, ─ кинул младший хлопнув дверью. ─ До… в-встречи…─ окликнулся Юлик, но было уже поздно, ─ блять.       Мысль о случившемся была до невозможности навязчивой. Он изо всех сил старался не думать об этом. Правда, старался. Странное чувство прожигало внутренности из неизвестной точки. Было радостно, больно, тяжело и хорошо одновременно. Понятия смешались и казалось, что если сейчас же не взять себя в руки, то упадёшь в обморок. Это идиотское состояние дополняло усталость и переедание. Онешко было плохо. Нет, даже хуёво. Хотелось умереть, лишь бы не ощущать этого. ─ Мне даже не с кем поговорить об этом, ─ его слова внезапно прервали цокот часовых стрелок, которые было слышно лишь в полной тишине. ─ Я давно замечаю за собой это. Меня тянет к нему, как ни к кому ранее. Я думал, что путаю влюблённость с привязанностью, но сегодня… Сегодня я убедился в своих чувствах. ─ сейчас его голос дрожал и звучал очень тихо. Так не хватало того, кто поддержит и поможет советом; того, кто придаст решимости и разделит его переживания. Юлик был один на один с собой и своей головой, что сильно ранило иммунитет к новым проблемам.