Герой при любом раскладе

— Мне нужен костюм, старик.        Тот только фыркнул, узнавая в статном юноше, того самого, что доставал его одежду. Жестом показав следовать за ним, старик вошел в другую комнату. Ренато помнил принципы работы мастера и спокойно последовал за ним. Сказав юноше встать в центр комнаты, старик начал снимать мерки. Когда мастер приступил к работе, Солнце смотрел на него. На его старое и морщинистое лицо, и казалось, что только глаза не затронуло движение времени, ведь в них до сих пор плескались и юношеский азарт, и желание творить, и жажда чего-то, только чего именно, он не мог понять. По сравнению с глазами, тело будто из последних сил пыталось сохранить хоть каплю сил, дабы творить и создавать. Показать и доказать, что мастерство его только возрастает. Только Ренато видел, как трясутся его руки, и как замедленно двигался по сравнению с тем, каким он был полтора года ранее.        Чтобы отвлечься от грустных мыслей, юное Солнце начал осматривать комнату. Ленивым взглядом он осматривал комнату, пока его взгляд не остановился на таблетках, лежащих на столе в крайнем левом углу. Может быть это добавки или что-то в этом роде, но он знал, что не прав. В его голове появились некоторые мысли, и пока он обдумывал их, мастер уже закончил снимать мерки. И когда тот собирался выйти, Ренато задал вопрос: — Ты принимаешь учеников?       Он честно ничего не ждал услышать. Знал, что у старика не было учеников, и с его то характером быстрее выучишь французские нецензурные слова, потому что на другое он и не реагирует. А так, взглянет на тебя и пожалеешь, что вообще родился. Ренато усмехнулся про себя. — А ты хочешь? — на удивление серьёзным тоном спросил тот. Ренато удивился его вопросу. Он то думал, что тот снова проигнорирует его вопрос об ученичестве. Может тогда ему это и было нужно, но сейчас… — Нет, — ответил честно, смотря в глаза портного.       Они долго смотрели друг на друга. Задавали про себя вопросы и сами находили ответы во взгляде другого. Искали, смотрели и возвращались. Время проходило, и вот старик первым выходит из подобия транса и, выходя из помещения, махнул рукой, говоря следовать за ним. А Ренато что? А Ренато пошел. Потому что стало вдруг интересно сие искусство шитья.        Старик начал его учить, попутно уча ещё и французскому. Солнце считал, что шитьё довольно полезный навык и не только в плане одежды. Да и портной долго и муторно вбивал, почти фигурально, что встречают по одежке. Он не ходил неопрятным, его ещё живой учитель учил: «Чтоб дела были в порядке, держи в порядке себя». И поэтому теперь ему нужно ещё заботится о ткани одежды, которую носит, подходит ли к ней обувь и разные аксессуары. Запонки, галстук, обязательно платок и зажигалка. Что странно, портной, Орфео, глупо как-то, что имя его узнал только спустя столько лет, учил его ходить. Так, будто «Я-Царь, смотрите на меня». Были у Ренато мысли, что Орфео, не простой человек, далеко не простой человек.        Убедился он тогда, когда тот решил показать, как делать нити. Ему тогда показалось, что он ослышался. Специального станка у них не было, и как делать-то? Зайдя за стариком в подвал, что был мастерской, стал следить за ним. Орфео сел и высвободил Пламя. Ренато напрягся, что понятно, он доселе не чувствовал от того Пламя, а тем более Пламя Солнце. Но внимательно следил за манипуляцией старика. Пламя, что было выпущено, начало сужаться, Ренато, по себе знавший последствия таких действий, высвободил свое и укрепил себя, но не вышел из подвала, смотрел. Пламя концентрировалась, обретя форму шара диаметром 2 см, через некоторое время он стал вращаться с такой силой, что начал деформироваться, приобретая продолговатую форму. На этом процесс не закончился. Сужался и сужался, пока не приобрёл вид тоненькой нитки длиной в полтора метра. Когда процесс, наконец, завершился, Солнце смотрел, как со старика пот течёт ручьём. Думая, что тот долго не протянет, подбежал к нему и стал вливать своё Пламя. Портной без возражений принял его и начал потихоньку приходить в норму. Протягивая к нему нить, стал рассказывать — Через такую нить можно спокойно пропускать большое количество Пламени, не боясь её разрушить. Ты и сам знаешь, что после каждого использования Пламени в экстренной ситуации, одежды на пользователе практически не остаётся, если ты не мастер, но таких немного. Преимущество такой ткани не только в том, что она не сгорает, но и не выпускает выбросы после каждой активации. Ты точно знаешь, что процентов 5% планируемой высвобожденной энергии уходит в воздух. Юнцы скажут: «5%? Ну и что?», — но только именно они и решат исход битвы. В добавок, такая ткань долго изнашивается, ещё и водонепроницаемая. — Не ткать, а восьмое чудо света, — хмыкнул Солнце, внимательно разглядывая нить. — Я могу предположить, что она способна «держать» Пламя Посмертной Воли в себе, но ничтожное количество, — разочарованно покачал головой Орфео. — Ты уже шил одежду из такой ткани? — поддерживая учителя рукой, проходя на выход, спросил Ренато. — Нет. Мне ещё недостаёт большого количества нитей для ткани такого размера, из которого можно сшить хоть простую футболку. С завтрашнего дня будешь делать нити. Я заметил, что у тебя Пламя нестабильно. Будто пытается стену пробить, вот и будешь его перерабатывать, — поставил перед фактом старик. — А… — не успел юноша задать вопрос, как его перебили — Сам.        Тут Ренато опешил. Он хотел спросить, как старик их делает, а теперь нужно самому догадываться. Почему не было взрыва, почему Пламя вообще обрело форму, хотя кое-какие мысли Ренато имел, но всё же. Ведь ткань бывает разной, собственно и нити, и процесс для каждой будет совсем разный. О Дева Мария! Это сколько же нужно узнать, сравнить, уровнять и вывести. И пока его мысли скакали от одного к другому, он задал ещё вопрос. — А кто… — и снова это произошло. — Эстранео, Джиглио Неро, несколько семей Альянса и конечно же Вонгола.        Солнце бы удивился, если бы эти Семьи не знали. Скорее всего сама ткань не была секретом, а вот её изготовка очень даже. И кажется, для неё подходит именно люди с Пламенем Солнца, а они целители. Кому в здравом уме придет мысль сделать из целителя ткача? Это просто кажется, что на данный момент мирно и спокойно, на самом же деле, все воюют против всех, и врачи им нужнее. Это только Королевская Семья может себе позволить такую одежду в свободное пользование. — Я должен знать что-то ещё? — усаживая на первый попавшийся стульчик старика, спросил Ренато — Нет. На сегодня достаточно.        И Ренато, не задав больше вопросов, вышел, думая о том, что сегодня его рано освободили, и почему бы ему не прогуляться? (И найти проблем на задницу, хи-хи-хи)