Игра для Двоих

***

«Черт, черт, черт» Эми словно испарилась, как призрак в утреннем тумане. Может это была иллюзия или шалость зрения? Да нет, Том тоже её видел… верно? Твои ноги резко затормозили на перекрестке коридора, где столпилось больше всего студентов. Во рту чувствовался медный привкус с нотками страха, пока ты жадно глотала ртом воздух, судорожным взглядом бегая по головам людей. — Эми! — глаза засекли силуэт девушки, стремящуюся в сторону выхода. Ты следом начала проталкиваться за ней, получая заслуженные недовольные взгляды студентов и оттоптанные ноги. Погоня за зверем продолжалась. Ты проскальзывала между высокими силуэтами, видя за их плечами блеск каштановых волос. Рывок, твои руки схватили девушку за плечи, вцепляясь мертвой хваткой, как кошка в пойманную синицу. — Эми… — на кряхтящем выходе выдохнула ты, разворачивая шатенку к себе лицом. Только это была не Эми. На твоё лицо тут же упала тень потерянности, пока в голове крутились гайки, а руки все продолжали лежать на плечах незнакомки на чьем лице можно было прочесть испуг, потерянность с тенью недовольства. — Эм? — неловко протянула она с вопросительной интонацией и легким дискомфортом, кидая взгляд на твои руки на ее плечах. — Извините, вы не Эми, — неловко вымолвила ты, опуская руки, пытаясь понять, как действовать дальше или что следовало бы сказать в свое оправдание. — Не Эми, это точно, — кивнула ядовито шатенка с нотами ироничного сарказма, все также испуганно косясь на запыхавшуюся тебя. — Прошу прощения, я вас спутала с подругой, — ты неловко кивнула, растянув губы в тонкую линию, косясь смущенно куда то в пол. Единственный текст мелькающий у тебя в голове сейчас светился ядреным, красным цветом, уведомляя о тревоге, что след Эми ты потеряла, еще и опозорила себя перед человеком. — Ничего, бывает… ну, эм, я пойду..? — она кивнула в сторону двери, медленно пятясь назад, пялясь на тебя как на сбежавшего пациента из психбольницы. — Да, да, абсолютно, извини еще раз, — ты также медленно пятилась назад, надеясь поскорее покинуть неудобную ситуацию. Вы обе обменялись некими кивками и разошлись, как в море корабли, покидая напряженное поле с радиацией из неловкости. — Твою мать… — ты выдохнула, чувствуя себя маленькой рыбешкой в морских пучинах отчаяния, стыда и страха. Паника окатила с ног до головы, дергая за тонкие нити твоей нервной системы, отдавай гулом сирены в висках. «А это, пожалуй, моя остановочка» Рассудок низко покланился, намереваясь удалиться галантной походкой в яркий закат безумия и растерянности, оставляя тебя один на один с тревожным сердцебиением и холодными конечностями. Каменные лица студентов продолжали мелькать в твоем поле зрения, как призраки, растворяясь в глубинах холодных, серых коридоров, где стоял гул из разговоров и эхо шагов. И ни один из этих голосов не походил на Эми, даже отдаленно. «Стоять» Из последних сил ты цеплялась за рабочие клетки твоего раскившего мозга. Отчаяние все держало тебя в своих ежовых рукавицах, сжимая пронзающими ядовитыми иглами паники. Ноги прилипли к каменному полу, пока дедукция Шерлока потихоньку загружалась в твоей головушке. «Будь я Эми, куда бы я делась?» Глаза бегали по голым, белым стенам здания, будто пытались рентгеном увидеть сквозь них. Ты походила на испуганное животное, что пыталось сбежать от лесного пожара, обжигающего твои пятки. Уровень стресса бил за край, затмивая фокусирование на окружение. «Нет, не так… что бы я сделала, если была Эми?» И в голове что-то щелкнуло, пуская заряженную волна тока вдоль всего тела, включая функционированние конечностей. Ноги сдвинулись с места, неся тебя беглым шагом в сторону самого мрачного, самого меланхольно-депрессивного места, где можно было услышать и сарказм, и темную иронию, и самый мудрый совет незнакомца, где пахло дымом сигарет и сладким запахом мужских и женских духов — студенческая курилка. Шум в коридорах стих, а люди в твоем поле зрения стали все реже и реже мелькать, рассасываясь по своим кабинетам, как тараканы по углам. Выскочив через заднюю дверь универа, ты стремительным шагом приближалась к цели. В нос ударил густой запах сигарет, вынуждая сморщиться в отвращении, пока легкие пытались вытолкнуть нарушителя покоя. По ушам ударил громкий, знакомый смех, одновременно радуя и разочаровывая, ведь каковы шансы, что Эми будет находиться в веселой компании после увиденного. — И я ему короче говорю: если это самый большой размер, то давай я тебе покажу сво-! — Ребят, вы не видели Эми?! — ты ворвалась под навес, как ураган в ясный день, перебивая рассказ Эрика прямо на середине. Недоумевающие и вопросительные взгляды тут же приковались в тебе, пока дым тлеющих сигареты в руках заполнял небольшое пространство, пуская по воздуху догорающий пепел. Ты оглядела всех присутствующих — как знакомые, так и не знакомые тебе лица, все были маленько озадачены твоим резким появлением. — Тебе тоже привет, что ли? — смешливо фыркнул Эрик, делая короткую затяжку. — Выглядишь хреново, — хмыкнул Джон, скользнув взглядом по твоему внешнему виду: щеки приобрели пунцовый оттенок, волосы слегка рстрепались на прохладном и сыром ветру, а твоя отдышка оставляла желать лучшего. — Спасибо, Джон, и без тебя знаю, — ты уперлась рукой о сырой, давно прогнивший столб, украшенный вырезками из надписей и парой выженных отметен. — Так никто не видел Эми? — промочив сухое горло собственной слюной, ты повторила вопрос с надеждой вглядываясь в черты лиц друзей. Незнакомцы подле переглянулись взглядами и флегматично пожали плечами, завязывая между собой тихий разговор, надеясь уйти от допроса. — Не-а, — мотнул головой Эрик. — Хотя странно, она всегда приходит сюда после первой пары, — пожал плечами тот, оглядевшись по сторонам. — Блять, — не выдержала ты, чувствуя как остатки самоконтроля тлели на прохладном ветру, как угли после праздничного костра. — Вы что, опять посрались? — вскинул бровь Джонни, смахивая пепел с толстовки. — Можно и так сказать, — ты устало плюхнулась на лавочку подле Эрика, искусно перебирая полу-докуренную сигарету из мужских рук, обжимая ту между сухих губ. Гонка еще даже не началась, но по ощущениям уже закончилась. Где бы Эми не была — она была уже далеко, и вряд ли это «далеко» было вашей комнатой. Ты выпустила облачко дыма под интригованные взгляды окружающих. Взор упал булыжником в землю и намертво к нему прилип, пока ты тонула в потоке тревожных мыслей, забывая дышать и всплывать наверх в рассудку, который мог бы тебя спасти. Но порой утопленник, хочет быть утопленником, и твой камень из нервного комка тащил тебя прямо на дно самобичевания. — Ты же не куришь, — внезапно опомнился парень подле тебя, намереваясь отобрать у тебя сигарету, но ты просто отодвинула руку, даже не кинув коротенький взгляд на приятеля. — Сегодня можно, — выдохнула ты очередное облачко дыма, ввиде тонкой, исчезающей спирали. — Ага, блять, щас, — язвительным сарказмом отчеканил Эрик, все-таки выхватывая у тебя сверток из рук. — Куришь ты, а пизды получу я потом от твоей мамаши, когда ты с раком сляжешь на койку, — хмыкнул парень и сам сделал глубокую затяжку. Кончик сигареты на мгновение вспыхнул ярким огоньком, но тут же погас, пока Эрик выпускал густое облако дыма. — Ты сам куришь эту парашу, — возмутилась ты, сводя брови к центру. — И не все заболевают раком, — с нотками укора и научного акцента, пролепетала ты. — С твоим везением, это будешь именно ты, — хмыкнул брюнет, вальяжно откинувшись на прохладные, влажные доски скамьи. Внимание посторонних людей к твоей поникшей персоне, постепенно развеялось, заполняя пустоту тихими разговорами, оставляя тебя вариться в собственном соку из мыслей. — Я в тильте, — ты спрятала голову в руки, все перематывая тот момент, когда в аудиторию вошла Эми. Картинка впечаталась в сетчатку твоего глаза, как пленочный фильм и теперь раз за разом проигрывал те же кадры. — Да мы видим, — усмехнулся с тенью сарказма Джонни, получая в ответ заслуженный пресный взгляд с искрами молний, метящихся в него. — Ну извини, пытаюсь просто развеять обстановку. Ты как четырнадцатилетка, которую спалили родаки за сексом! Расклеилась тут! — однако «приободряющие» слова Джонни не пробудили в тебе и доли веселья. Ситуация была грустной, устрашающе грустной, типа как Стивен Кинг и «История Игрушек» вместе. Думать даже страшно. — Так, а че случилось то? — толкнула тебя в плечо Эрик, туша бычок о мокрый асфальт. — Парня не поделили, что ли? — усмехнулся Эрик. — Нет, твою маму, а что? — хмуро прыснула ты, поднимая глаза на парня. Эрик будто надавил на рану своими словами, когда приплел сюда слово «парень» и «поделить». Делить тут только можно твою последнюю клетку мозга, ибо её тоже почти размазало о стенку. — Ууу, жестко, — отозвался тихий голос Джона, который сдерживал смешок. — Извини, Эрик, я просто нервная, — опомнилась ты, качая головой. — Может у вас есть идеи, куда она могла деться? — ты с неким отчаянием и блеском надежды взглянула на парней, но те лишь задумчиво глядели в пустоту. — Я видела её возле кампуса, — неожиданно раздался знакомый женский голос и щелканье зажигалки. Твой взгляд метнулся по левую сторону от Эрика, встречаясь с запотевшими очками Анны. — Где именно? — без раздумья, спросила ты. — Около восточного крыла, выглядела она пугающе, — плавным тоном рассказывала Анна, стуча по кончику сигареты, смахивая первых пепел. — И в чем разница? Она всегда так выглядит, — фыркнул Эрик, косясь исподтишка на Анну. -Она что нибудь сказала? — ты буквально поедала белобрысую взглядом, трепыхаясь в сетях ожидания. — Только то, что пошла «снимать стресс», — пожала плечами Освальд. — В ее состояние, мне страшно представить, как она будет это делать, — вдохнула едкий дым Анна. — Может потом в новостях узнаем, — усмехнулась та на выдохе, пожав плечами. — Я тя умоляю, — прыснул скептичным смешком Эрик, явно не разделяя точку зрения подруги. — Да трахаться она пошла! — чуть громче нужного озвучил мысли Эрик, растягиваясь в самодовольной ухмылке, еще более нагло растекаясь по скамье, сдвигая тебя на край. Посышался кашель за спиной Джонни. Видимо один из студентов подавился дымом, после неожиданного заявления Эрика. — Знаешь, не все из нас такие испорченные, как ты, — фыркнула Анна, переминая с ноги на ногу, призренно зыркая в сторону Эрика. Пока твои приятели возле тебя все ходили друг под друга колкими фразами, все пытаясь выставить один другого дураком, ты динамично перебирала всевозможные варианты, куда могла деться Эми. Голова шла кругом, и было затрудительно провести линию из точки А в точку Б, словно кто-то использовал эту нить, как морской узел. Пропитанный дымом воздух ощущался, как яд на языке при каждом вдохе, а весь шум и разговоры остались за толстой стекловатой пеленой, размыто доносясь до твоих перепонок. — Знаешь, поцелуй мой сладкий, сочный зад, говнюк! — Анна облизала свой средний палец и выставила прямо перед лицом Эрика, который быро кинул взгляд на лицо девушки и перевел на ее палец, прежде чем широко захватить в укус весь ее дружелюбный жест. -Ай! Выплюнь, это тебе не член товарища! — кивнула раздраженно головой Анна в сторону Джона, все также непрерывая зрительного контакта с Эриком. — Точно! «Сладкий»! Анна, ты гений! — ты резко вскочила с места с энтузиазмом и новой надеждой. Твой взгляд буквально искрился, а плечи вздоргнули, когда ощущения льдышки с груди расстаяло, как о раскаленный камень. Ты потянулась за телефоном, судорожно стучая пальцами по дисплею девайса. — А? Ну да, я такая, — бесстрастно пожала плечом Анна, все также держа палец меж сжатой челюсти Эрика. — А мы? — с долей обиды глядел на тебя исподолбья Джонни, туша сигарету об один из «побитых жизнью» столбов. — Да, а мы? — не членораздельно пробубнил Эрик, косо глядя в твою сторону, не выпуская кусок своей добычи из рта. — Я знаю где Эми! — победоносно улыбалась ты под сконфуженные взгляды окружающих. Ты убрала телефон и помчалась прочь, махнув ребятам напоследок, пока те прозрачно глядели тебе в след. — Ей бы успокоительного, — опять не членораздельно высказался парень, не отрывая глаз от твоего растворяющего в тумане силуэта. — Согласна, — кивнула Анна словам друга и в миг их взгляды пересяклись. — Палец отдай! — раздраженным тоном скомандовала белобрысая. — Ни за что! — бубнил Эрик, насупив брови.

***

Минутами ранее, когда твой силуэт ускользнул из рук Тома, как самый дивный сон под звуки будильника, оставляя того в потерянном и подвешеном состояние, целое стихийное бедствие из эмоций и мыслей накрыло его с головой, втаптывая в отчаяние и желание выпить. Его рука слегка колола после удара о стол, но это была такая мелочь на фоне возможной катастрофы. «Как быть?» Мысль мелькала красными огнями, оповещая о потери контроля над ситуацией. Том делал глубокие глотки кислорода, ослабляя следом тугой галстук, испытвая удушение. Между его светлых бровей впала морщинка, пока мужчина мерил шагами комнату, обдумывая события и дальнейший план действий. Неужели он действительно заигрался? Потерял бдительность, расслабился, поддался эмоциям, затыкая рассудок розовыми соплями и тлеющими мечтами о любви? Черт. Реальность наконец дала обжигающую оплеуху, напоминая, что жизнь не роман со счастливым концом и уж точно не поездка в Дисней Лэнд. Он чересчур тобой увлекся. Ты его заинтриговала еще с первых встреч: твой наивный, живой взгляд, твоя нежная улыбка, пробуждающая бабочек в животе, твой голос — такой мелодичный, спокойный, что вводил в гипноз — все это так интриговало его. Том будто начал увлекающую партию в шахматы, заранее считая себя победителем. Ты заняла все пространство в его голове, делая из него вновь молодого, неопытного мальчишку. Том шагал все это время с закрытыми глазами по тонкой дорожке, по бокам которой была глубокая пропасть. И он, надеясь дойти до конца пути, наконец оступился. — Fucking hell… -выдохнул он, потирая переносицу, присаживаясь на край стола. Ты же была так юна, а Том. что Том? Он был взрослым, втянувшим тебя в свои извращенные игры, потому что он был эгоистом, нарциссом, жадным профессором, который не мог сдержать свое либидо в штанах при виде желанной игрушки. А теперь ваша дальнейшая судьба была в твоих хрупких руках. Что он мог? Назад время не вернуть и собственные действие не отменить, нажав большую красную кнопку с надписью «abort the mission». — Что же я наделал? — вздыхал он, вдыхая запах отчаяния, пока сердце сжималось до размера атомов, рассыпаясь, как песок. Совесть била виде озноба по всему телу, сжимая в ледяной хватке грудную клетку, не давая сделать глотка воздуха. До ушей Тома донесся глухой звук уведомления из-под сумки, лежащей на столе. Резвой хваткой Том схватил мобильник с приливом слепой надежды, что это было твое сообщение со словами «все хорошо» или «я разобралась». Но ветроломкая надежда разбилась о бетонную реальность, рассыпаясь на острые осколки с каплями пролитой крови. «Мне нужна твоя помощь, Том. Приезжай.» Написанное сообщение резало глаз, вынуждая напряженные черты лица Тома искривиться в гримасе разочарования, раздражения и отвращения, а тело напрячься еще больше, пока усталый вздох слетел с его тонких губ. Он больше не знал, куда себя деть: хотелось просто забыться, исчезнуть или провалитья прямиком в преисподню. Новая волна безнадежности окатила сознание Тома, топя его в волнах стыда, накрывая пеной из вины и наконец морозя его в чувстве беспомощности. Палец сам тянулся к кнопке «заблокировать абонента», ох как же влекла его эта идея, прямо как заветная награда после тяжелой, кропотливой работы. Мерзкое склизкое чувство резануло по сознанию, когда собственные пальцы отправили сообщение. Чертовы предатели. Но у него не было выбора, петля на его шее была слишком туга и давно срезала эпидермис. «Скоро буду» Ему было мерзко, что даже в таком сумбуре он был готов примчаться по первому зову этой скользкой дамы, как собака на команду хозяйна. Он еще раз устало вздохнул, убирая телефон, закидыва голову к потолку от бессилия. Веки устало закрылись, оставляя Тома на долю секунды в небытье, в полной пустате и темноте. Бущующий океан из непрерывных переживаний начал утихать, приобретая ровную гладь темной, густой воды. Том не стал спешить, бесстрастно хватая сумку в руки, мерным шагом ступая к выходу из этого котла, где он варился в собсвтенном соку. Тяжелая дверь аудитории апатично хлопнула, равнодушно провожая профессора с дождевой тучей над головой. По пустым коридором слышалось приглушенное эхо шагов, пока одинокие стены внушали лишь холод одиночества. Проблема за проблемой приследовали Тома, опадая за его спиной, как устрощающая тень, прилипшая к его подошве и пока не видно было им конца. Это походило на некое клеймо или проклятье, не разрушимый закон Мерфи. Капли нояборьского дождя с тяжелым весом падали на мужской силуэт, стекая тонкими дорожками по пушистым ресницам, острым скулам и напряженным плечам, моча хлопковую ткань белой рубашки. Но никакая серая погода не могла сравниться с выржением лица Тома и его темным взглядом, сжатыми в кулак ладонями и напряженным торсом. И если присмотреться, то можно было заметить пар исходящий от головы британца, которой решительной походкой шел в сторону своей машины, чьи фары приветливо встретили хозяйна, впуская в теплый сухой салон. — Болезни отчаянные излечивают и средства только отчаянные, — с тенью иронии и отголоском театральной апатии, убеждал себя вслух Том, выруливая на главную дорогу до пункта назначение под названием «Ад».

***

«Будь там, будь там, будь там, пожалуйста будь там!» Глаза наполненные животным страхом с искрами надежды, инспектировали улицу по которой ты неслась со скоростью убегающей от потопа крысы. В нос ударил приторно сладкий запах сладкой выпечки с нотками кофе. Вдалеке показалась заветная стеклянная дверь с яркой, ядреной вывеской из неоновых огней. По ушам ударил звук колокольчика, когда нога переступила порог, оставляя после себя мокрый след обуви. Твой взгляд юрко пробежался по всем присутствующим уютного заведения, где слышался и смех, и тихая джазовая музыка на фоне с отголосками разговора людей, сидящих за полукругылим столами. Твой взор охватил все пространство и наконец поймал кусочек заветной шевелюры, сидящей на дальнем углу зала, глядящей куда то в сторону окна. Ты сделала глубокий вдох, ощущая легкую дрожь по телу и похоледвшие кончики пальцев. Неужели ты так переживала, или же ты просто продрогла под безжалостным английским ливнем? Неуверенной походкой ты двинулась к цели, скрипя мокрыми кроссами по полу, оставляя небольшие лужицы после себя, при этом ловя недовольный взгляд работников кафе, которым придется мыть полы. Чем ближе ты была к Эми, поглащенной шпионажем за прохожими снаружи, тем меньше ты чувствовала свою уверенность, что выветрилась еще на входе. Деваться некуда, надо было потыкать в хищника палкой и понадаеятся, что тебе не разорвут на куски. Ты сглотнула наростающий ком в горле, промачивая горло горькой слюной, туго сжав ладони в кулаки. Чем ближе ты была, тем больше подмечала деталей ввиде оберток и пустых тарелок из-под сладкого на столике Эми, жадно поглощающей кусочек тортика. — Эми… — сухо прозвучал твой голос, отрывая шатенку от ее увлекательного занятия. Ты встала как вкопанная под пустым взглядом Эми, застывшей с ложкой во рту. — Я присяду? — со склежем неуверенности спросила ты, кивая в сторону свободного места. Шатенка со серьезным видом положила ложку на блюдце, стеклянным взглядом гляда сквозь тебя, пробуждая новую волну мурашек. Молчание убивало, и даже звучащая песня Бенни Гудмана не успокаивала нервы. Коллинс молча кивнула, избегая зрительного контакта с твоей персоной, что и ранило и облегчало задачу. Сердце аритмично било по грудной клетке, намереваясь пробить дверь наружу из этого дурдома. Кровь прилила к голове, истошно пульсируя в висках. Что говорить? С чего начать? Казалось серая масса, которую называют мозгом, у тебя высохла и оставила после себя одинокое перекати-поле. — Я могу объяснить, — резко выдала ты, поворачиваясь телом в сторону отвернутой подруги. — О, не утруждайся, — отмахнулась шатенка, уплетая очередной кусочек выпечки. — Эми, пожалуйста, — жалобно взвыла ты, пока собственное тело пыталось преодолеть отталкивающий барьер из энергии Эми. — Выслу-! — Нет, — отрезал ледяной тон шатенки. — Пожалуйста… — более тихо и более жалобно взвыла ты, чуть ли не утыкаясь носом в плечо подруги, глядя на ту исподтишка. — Да не хочу я слышать про ваши потрахушки! — стукнула Эми кулаком по поверхности стола, возвышаясь над твоим силуэтом. Звякнула посуда, притягивая внимание людей в вашу сторону, чьи столики впали в тишину. Эми оглянулась на зрителей, стискивая челюсть, пытаясь утихомирить собственный пыл и отвести внимание посторонних личностей. Коллинс со скрежетом зубов, медленно усадила своё тело на мягкий диван, напрягаясь каждой клеткой своего кипящего и бурлящего тело. — У тебя есть время, пока я ем этот кусок, — на раздраженном выдохе вымолвила шатенка, плотно сжав несчастную ложку в руке. Ты сглотнула, наблюдая за движениями шатенки и как погнулся кончик кухонной утвери в руках подруги. — Хорошо, — согласилась ты, ощущая прилив надежды с воздушным слоем, прям как пена, радости. — В общем-! Но тебя перебил звон посуды под ударами серебрянной ложки, когда Эми за один присест доела лакомый кусочек тортика, запихивая его в обе щеки, как хомяк, не оставляя после себя и крошки. Ты потеряно глядела на подругу, находясь в недоумении и под горой осколков из разбитой надежды. — Я доела, — бубнила сквозь набитый рот Эми. — Рассказ огонь, ты можешь идти, — без особо энтузиазма константировала Эми, кивая с сторону выхода, ни разу не кинув на тебя свой холодный взгляд. — Я начать не успела! — возмутилась ты. — Зато я успела уже закончить! — похожим тоном ответила подруга. И между вами вновь образовалась пропасть из душной тишины с отголосками дробящего по окну дождя и джазовой мелодии. Ты чувствовала как собственное тело закипает от злости и капает на мозги виде раздражение, помутнившего тебе разум. Ты сделала глубокий вдох, надеясь вытравить этот яд из головы, собирая остатки демократии и благоразумия в кучу. — Я не понимаю, на что именно ты злишься? — ты вздохнула, начиная уже кипеть из-за детского поведения подруги. — На то, что на моем месте не ты, или что я тебе ничего не рассказала? — поставил ты перед вопросом Эми, что хмуро глядела в сторону зала, перебирая пальцами по столу. От твоего вопроса глаза шатенки распахнулись по две копейки, возмущенно, с толикой отвращения, глядя на тебя. — О, да, я ведь мечтаю, чтобы меня трахал 40-летний мужик! — истерично фыркнула подруга, не скрывая сарказма в собственном тоне, пока проводила ладонью по уставшим чертам лица, где растянулась дурная ухмылка. — Ему 35… не 40… — тихо, надеясь не будить зверя, поправила ты Эми, сжимая губы в тонкую полосу. — О… — тихо отозвалась шатенка, переводя свой вопросительный взгляд на тебя. — Правда? — удвиленно спросила Эми со скользящими нотками задумчиовсти. — Ну тогда это меняет дело, — пожала флегматично плечами шатенка, мгновенно меняясь в лице на умиротверенное состояние. — …Правда? — тормознутый мозг не оставлял надежды на милосердие Эми, вынуждая тебя говорить оптимистично писклявым тоном. — Нет конечно! Сдурела?! Т/И, ты спишь с нашим проф-! — но ты буквально затолкала восклицания Эми ей обратно в рот, заклеев тот своими ладонями. — Не ори так! — шикнула ты, рефлекторно оглядываясь по сторонам, опасаясь встретить любопытные взгляды или знакомые лица людей. — Имею право на возмущение, — отдернула твои руки шатенка, высказываясь более тихим, но натянутым тоном, сдерживая своего зверя внутри себя. — Имеешь, не спорю, — вздохнула ты, опуская плечи и пряча глаза в пол. На душе все также лежал камень, тянущий тебя в пучину стыда и мук совести. — Но ты первая начала шутить насколько Том горяч и подталкивала меня в отношения с ним, разве нет? — попыталась напомнить ты ей про ее же извращенный юмор, таким образом надеясь оправдаться и перекинуть всю вину на Эми. — Во первых, это были лишь шутки! Я же не думала, что ты воспримешь их так буквально! — с широко распахнутыми глазами доказывала тебе обратное Эми. — И во вторых… Том? — переспросила подруга, явно не веря своим ушам. Она насупила брови и ты отчетливо могла видеть собрание морщинок возле носа, когда та скорчилась от легкого отвращения. — Господи, ты его уже и Томом называешь? — тон сменился на отчаянние, когда карие глаза с блеском апатии встретились с твоим лицом. Ты все теребила пальцы на коленях, словно пыталась распутать невидимый клубок. Глаза так и рыскали в поисках убежища от соколиного, косого взора подруги. Ты нервно сглотнула нарастающий ком в горле, прежде чем произнести хотя бы пару слов сухими, покусанными губами. — Мы… встречаемся… так что… да, — тихо кивнула ты своим словам. «Блять, Т/И, давай достань уже голову из задницы и говори нормально, она ведь твоя подруга, не сожрет же» Пыталась мыслено ты себя подбадрить, делая глубокий глоток теплого, пропитанного нотками выпечки, воздуха и подняла глаза, встречаясь с еще более ошарашенным взглядом шатенки, побледневшей до уровня персонажей Тима Бертана. «Мать, да она тебя сожрет как этот тортик и крошки не оставит, лучше спрячь голову обратно» Напористо толкал тебя в гущу апатии разум, явно не разделяя твою точку зрения. — И… как давно? — Эми словно через силу выплюнула эти слова, отводя взгляд на пустое блюдце перед собой. — Если скажу, обещаещь не кричать и не психовать? — твой тон прозвучал с опаской, выжидая когда зверь вновь выскочит из твоей подруги. — Даю слово, — каждое слово было вбито в камень и ты мгновенно подметила как пальцы Эми сжали диванную обивку. Твое сердце подскачило до горло и рухнуло в пятки, пуская за собой волну из мурашек. — Около двух месяцев, — на выдохе произнесла ты, выжидая реакцию, уже готовясь звать на помощь если в дело вдруг пойдут столовые приборы. Эми молчала, будто нарочно расстягивая паузу с нарастающем напряжением, что можно было уже резать между вами ножом. На улице раздался гром, выливая литры холодной воды на шумные улицы Лондона, угрожающе стуча по всем крышам, окнам и зонтам отчаянных людей. Однако, такая погода была как никак в тему. Не хватало грозы и на фоне всей картины можно было представить Эми в роли Графа Дракулы. Шатенка еще мгновение помолчала, пережевывая твои слова, пробуя на вкус горечь правды с примесью сладкой обиды и острого негодования. Ее забитая мыслями голова еле заметно кивнула пару раз в такт, прежде чем сама девушка подала голос. — Официант! Принесите еще ваших два самых сладких тортика! — окликнула молодого парня Эми, подскчившего на месте от неожиданности. Ты отзеркалила его действия, но стоило мозгу загрузить слова подруги, как лицо приняло мрачное, чуть осуждающее выражение лица, а руки сомкнулись в железный замок на груди. — Что? Хоть какая то моральная компенсация должна же быть? — Эми уловила твой взгляд, однако чувствовать себя неловко она даже не намеревалась, ожидая свои два кусочка обезболивающего. — Все так плохо? — вздохнула ты, снимая маску скептичной хмурой леди. — Да он блять тебе в бати годится! — воскликнула девушка громким шепотом, широко распахнув глаза. — Кстати, теперь не удивлена почему у тебя все тесты с завышенными балами, — хмыкнула та, откинувшись на спинку дивана, уже глазами поедая те два кусочка, что ей нес ошарашенный официант. Парень явно побаивался Эми, ступая словно по тонкому льду вместо твердого ламината под его ногами. И правильно делал… — Это тут непричем! — ее слова были уколом в сердце. — Том не завышает мне оценку за… ты поняла, — как раз вовремя после твоей фразы, официант поставил лакомство вам на стол. — Приятного аппетита, — после короткой фразы, тот поспешил удалиться с места потенциального убийства. — Не насосала, значит? — расстроено качала головой подруга уже во всю уплетая тортик с малиновой начинкой. — Эх, хотя бы выгоду выносила, а то совсем как лох. Чисто мутки без бонусов. — вальяжно рассуждала вслух Эми, совершенно не стесняясь осуждая тебя колкими комментариями. — Эми! — возмущенно, с толикой озлобленности и обиды, воскликнула ты. — Да что?! Я по факту говорю! — энергично жестикулировала Эми, явно намереваясь защищаться. — Почему ты мне не рассказала? — её сухой и грубый тон сменился на поникший и еле слышимый, а взгляд смягчился, когда та подняла на тебя глаза. — Чтобы у тебя диабет не случился, — фыркнула ты, кивая в сторону очередного лакомово кусочка. — По больному, — с каменным видом, положила руку на сердце Эми. — Кто-то еще знает? — вскинула брови шатенка, отправляя крупный кусок выпечки себе в рот, буравя тебя взглядом исподлобья. — И даже не думай говорить «да», иначе я точно свихнусь и укакошу тебя этим куском торта! — добавила угрожающим тоном вслед Эми. — Нет, теперь только ты, — мотнула ты головой. — Ох, милая моя Т/И в какую же жопу ты влезла, — скатилась спиной по дивану твоя подруга, демонстративно хлопая себя по лбу. — Дурочка, он ведь тебя использует. Взрослый мужик и малолетка. Ты ведь понимаешь, что ты ему для одного только нужна? — тревожно и обеспокоено лепетала девушка, схватив руками твоё запястье. Ты молча глядела на хватку Эми, не поднимая глаз, прекрасно зная выражение лица подруги. — Это неправда. — ты вновь мотнула головой. — Ты не знаешь всего. И к тому же он долго ждал прежде чем я была сама готова, — вздохнула ты, стиснув челюсть. Собственное сердце предательски забилось о грудную клетку, как при попытке оправдаться. Но это не было оправдание. Верно? Тогда почему в горле пересохло, а ладони вспотели? Почему по спине поползи морозные мурашки, пока глаза избегали прямого контакта с пронзительным взглядом Эми? — И это по твоему повод ставить его на пьедестал? — изогнула скептично бровь девушка. — Ахуеть, мужик смог сдержать свое нывшие либидо и ты теперь ему ноги целуешь! Алло, мозги, вы куда пропали? Ты же умная, но попалась на такую уловку… — вздыхала отчаянно подруга, мотая головой, явно через силу собирая кусочки пазла для полной картины. — Должна признать, он привлекателен, но хоть какие то рамки должны быть, — прыснула сухим смехом девушка, массируя правый висок, косо глядя на пол. — Все не так было, да и нет никакой уловки, — резко выдохнула ты, поднимая взор на растекшийся в потерянности женский силуэт. — Эми, послушай, я знаю это шокирующие новости, но я и не прошу одобрения, просто… — с твоих сухих губ сорвался уставший вздох с нотками отчаянния и возможно некой меланхолии. — Не рассказывай никому об этом, пожалуйста… — твой голос стих, а взляд вяло опустился в сторону. Было лишь одно желание — лечь на этот грязный пол с мокрыми следами от подошви твоих ботинков и лежать на нем до тех пор, пока по тебе не пройдутся. Может хоть это вобьет здравый смысл в твою голову. Эми глядела на тебя сквозь призму обиды, однако осколки те уже треснули и девушка прикусила губу, ощущая себя лишь на толику мига виноватой, но и ответственной за то, что не уследила за тобой. Она туго сжала ложку в руке, прежде чем выдохнуть, опуская плечи. — Хорошо… — выдохнула та, вновь натягивая маску старшей сестры. Твои глаза распахнулись от ее одного простого, но необыкновенно громкого, слово. Сердце наконец закончило бежать свою дистанцию с элементами боксерских ударов по твоей грудной клетке. Ощущение легкости сняло тягостные оковы неуверенности с твоих плеч, оставляя чувство надежды, что может все не так плохо. — Блять, только как теперь на пары то ходить?! Я же постоянно буду вспоминать о вас сегодня… — с пустым выражением лица вздрогнула та. — С тебя психолог и святая вода, хочу глаза промыть, — вскинула руки та, кидая на тебя укорызненный взгляд. — Ты утрируешь, — ты прыснула смешком, закатывая глаза. — Я — Ни капли, а вот тебе бы сходить кукуху проверить, — она настойчиво тыкала тебе пальцем в висок, вынудив поморщитья сквозь улыбку. — Значит ты все-таки не одобряешь мой выбор, — грустная улыбка все также плотно сидела на твоих губах. — Ох, дорогая, дай мне время и может я свыкнусь с мыслью, что тебя таранит наш препод, а пока радуйся, что я не сломала хребет этому Хиддлстону. Ты хоть сама понимаешь, как вам повезло, что именно я зашла в кабинет, а не, скажем, Марго, — вновь махнула рукой шатенка. — Даже думать об этом не хочу, — ты мотнула головой. — Так что… мы все еще с тобой подруги или ты меня уже записала в список мудаков и подлецов? — Ты никогда туда не попадешь, а вот к Хиддлстону я буду приглядываться. Если он хоть пальцем тебя тронет, то я ему пропишу двоечку по его ровному, смазливому личику, зараза. Нехрнен молодых девчонок совращать! — сквозь стиснутую челюсть пробубнила Эми, зыркая в сторону дождливой улицы. Было заметно как ее кулаки сжались, а челюсть стиснулась в бок. Мда, господа, лучше эту девочку не злить, можно и яиц лишиться. — Хорошо, поняла, — сквозь тихий смешок сказала ты. — И Эми… когда вернемся в кампус, я могу рассказать как оказалась в такой ситуации, если хочешь. Знаю, ты любишь подробности, — хмыкнула ты, глядя куда то в сторону. — Спрашиваешь еще! С тебя сюжет порнофильма во всех его деталях, голубушка! — вскрикнула чуть громче положенного шатенка, заслуживая недовольные и возмущенные взгляды со стороны других посетителей кафе. Ты неловко отвела взгляд, надевая на лицо неловкую улыбку. Вновь образовалась мимолетная тишина с нотками джаза и осеннего дождя, который все также беспощадно дробил по окну, топя улицы и хорошее настроение, смешивая то с грязью и водосточными водами. — Скажи, а у него большой чле-! — Эми! — перебила ты, возмущенно распахнув глаза. — Что? Это я для научных исследований! — без капли стыда оправдовалась девушка. — Ты омерзительна, — ты прикрыла лицо руками, скрывая улыбку и тихий, нервный смешок. — И это ты мне говоришь? — скептично отозвалась подруга, вскнув брови вверх. — Touché, — кивнула с ленивой улыбкой ты в сторону подруги.

***

Черный Лексус неспешно припарковался возле дома самого дьявола, выпуская хозяйна из теплого салона, бодро мигая фарами ему на прощание. Тому совершенно не хотелось идти по этой улице, к этому дому и к этому человеку. Его нутро ныло и бушевало, пытаясь оттянуть того обратно к машине. Разум помутнел из-за прилива негодования с примесью раздраженности, сметавшие все тревожные мысли в один спутанный ком, швыряющий молнии в каждую клеточку его тела, делая его вдохи резкими, а движения деревянными. Плечи напряглись, горло превратилось в пустыню, взгляд похолодел, замораживая голубую гладь светлых глаз, а челюсть скрипнула под тугим натиском. Черт. Сейчас Том хотел поскорее решить какая бы не была проблема у Джанет и поскорее сбежать из этого кошмара в твои теплые объятия. Больше всего ему хотелось сейчас прижать тебя к себе и заверить, что все будет хорошо, не смотря на сложившуюся ситуацию. Хотелось вдохнуть сладкий запах твоих волос, увидеть эту светлую улыбку, греющую ему душу. Боже, как же его угораздило снова так вляпаться? Том встал перед заветной дверью, мельком бросая взгляд на свой телефон с открытым чатом с тобой. Ты так и не прочитала его сообщение, которое он тебе отправил по дороге сюда. Том: Все хорошо? Ты нашла Эми? — Опаздываешь, — из ниоткуда раздался этот трескучий, прокуренный женский голос, мозоля слух Тому. На скулах заплясали желваки, пока Том убирал телефон в карман. Мужчина поднял глаза на худой женский силуэт в дверях, безразлично с толикой раздраженности и озлобленности, испепиляя ту взглядом. Он, видимо, окончательно сошел с ума, если по собсвтенной воли вновь вернулся на ее порог. — Что за проблема? — коротко и ясно перешел к сути Том, ступая на скрипнувший под ногами ламинат. Он следовал за плавно идущим женским силуэтом в сторону кухни, особо не уделяя внимание его окружению. Это была как оплеуха или удар током в затылок, когда осознание Тома дало ему знать, что тот передвигался по этому дому все также без задумчивости, зная каждый уголок и каждый порок под ногами. Стало дурно. Тошнотворный ком застрял поперек горло. Ему пришлось зажмуриться на долю секунды, дабы откинуть ненужные мысли. — Сразу к сути, — хмыкнула Джанет, усаживаясь на край стола на кухне. — Как типично для тебя, — продолжала тянуть ухмылку шатенка. В руках Джанет держала тонкую сигарету, почти скуренную до фильтра, на кончике которой остался отпечаток ее красной помады. Сегодня Джанет выглядела чуть иначе: короткие волосы были уложены в закрученные кудри на концах, на лице блестал отчетливый слой косметики с темными тенями на глазах, что бледнили ее и без того светлую кожу. На плечах красовался красный приталенный пиджак из-под которого торчала белая рубашка, заправленная в такую же красную юбку карандаш, облегающую ее тонкие ноги вплоть до колена. Что за неожиданный прикид? Это явно не к добру… или наоборот? Том свел брови в центр быстро окинув женщину взглядом. Пахло жареным. Том все также стоял в дверях, не имея желания усаживаться и гонять чаи. Ему нужно поскорее уйти из этого царства хаоса и забыть об этом дне. — Так и будешь стоять на пороге или может сядишь? — изогнула бровь Джанет, не стесняясь оглядывая внешний вид Томаса сверху вниз. — Предпочту постоять. Насиделся на сегодня, — с холодом ответил тот, измотанно вздыхая. Джанет не стала отвечать. Ее голубые глаза с задумчивостью въелись взглядом в черты лица Тома. И за этим взглядом отчетливо мелькала некая тень, предвищавшая недобрые намерения, однако, слегка приподнятые уголки красных губ затмивали всякие предрассудки. — Как скажешь, — Джанет пожала плечом, открывая крышку ноутбука, шустро клацая по клавишам своими бардовыми ногтями. — Помнишь Майка Байерса? — не смотря на вопросительный тон, ее лицо оставалось в неизменном, каменном виде. Том нахмурился, вопрос был явно неожиданным. Он сжал губы в тонкую полусу, задумчиво вглядываясь в пол. — Ты про Доктора Байерса, который работал в центре психологических исследований? — Том все также отдаленно стоял, хмурясь в догадках что же нужно Джанет от него, и причем тут Байерс? — Работает, — поправила Джанет, искоса смотря на Тома, вновь бегая пальцами по буквам своего новомодного макбука. — У тебя остался доступ к его файлам, которые он тебе присылал? — все также не отрывая взгляда от ноутбука, спрашивала Джанет. Между её тонкими, сведенными в центр, бровями, образовалась морщинка, а на скулах мелькнули желваки. Джанет явно была недовольно чем-то, что было на её мониторе, и это подтверждал охолодевший взгляд белой акулы, чьи зрачки сузились, бегая между строк. Том знал этот взгляд лучше кого либо. Эти похолодевшие глаза за маской которой скрывался настоящий зверь, готовый разорвать что угодно и кого угодно. Взгляд убийцы, держащего свою жертву на прицеле и палец уже стоял на спусковом крючке. Том сделал глоток приторного воздуха, пропитанного запахом красного вина, сигарет и лаванды. От этой ядреной смеси тянуло только блевать, либо открывать все окна подряд, лишь бы смыть этот запах с языка. — Джанет, это было так давно… Эти файлы уже не откопать под завалами почты, — пожал плечами Том, мотнув головой. В висках ритмично пульсировала кровь, вынуждая того поморщиться. Мужской силуэт облокотился о дверной проем на котором слезла уже почти вся белая краска. Том помнил этот дом ещё не потрепанным; без облезлой краски; без скрипучих досок на каждом шагу; без слоя пыли на подоконниках. Том помнил этот дом наполненный светом, свежими цветами, музыкой и смехом. Теперь же это место таило в себе сырость, темноту, запах сигарет в каждой поверхности подушки и тишину. Тишину этого одинокого, большого дома было сложнее всего принять. Поэтому легче было отрицать и находить отговорки. Одним словом —диссоциация. — Меня не интересует можешь ли ты их откапать. Вопрос был, имеется ли у тебя всё ещё к ним доступ, — стержень в голосе Джанет был прочнее любого металла. На грудь Томаса словно упал камень, перекрывший путь к кислороду. Он провел языком по верхнему ряду зубов, прежде чем вновь подать голос. — Возможно, — его тон стал на тон ниже, неся в себя нотки хрипотцы. — Но я не понимаю зачем тебе-! — Байерс решил, что он умнее меня, но я хочу ему напомнить, кто тут на самом деле руководит процессом, — хмыкнула самодовольно женщина, чье нажатие на кнопки стало тверже. Сердце Тома окутали знакомые нити из холода и тревоги, а на лицо пала маска монументальности. Всё его нутро напряглось, а ладони сжались в кулаки. Том выпрямился, шумно выдыхая воздух из сдавленных легких. — О, только не смотри на меня так, — закатила глаза шатенка, прикрывая крышку ноутбука. Резкий приступ дежавю ударил Тома по голове, вставляя кадры из прошлого, как в старую кинопленку, смешивая реальность и фантазии во едино. Хиддлстон мотнул головой, беря эмоции под контроль. Не время забываться. — Как я понимаю тебе нужны эти файлы, — с долей иронии озвучил мысли Томас. — Молодец, какой ты умный мальчик, — улыбнулась радостно Джанет, уже предвкушая любимый вкус победы. Но Том знал, что это не была радость, не была гордость или чувство победы. Это было что-то более мрачное, что обитает на задворках сознания каждого, только не все это могут признать, точнее, не хотят. Это было маниакальное желание возвышения над другими, некое ощущение полной власти, абсолютного контроля и тяга быть лучше других. Это было эго, делившее сознание Джанет с нарциссизмом. — Ты ведь понимаешь, что я не могу тебе их предоставить, так как информация конфиденциальная, — Том следил, как приближался женский силуэт к нему вплотную, разглядывая, как кошка потенциальный обед. — А я тебя разве прошу их мне отдать? — растеклась в ухмылке Джанет, поправляя воротник Тома попутно. — Что ты задумала? — насторожено с толикой тревоги спросил Том, делая шаг назад от Джанет, убирая тонкие пальцы женщины от своей шеи. В нос ударил запах её сладко-мягких духов, заставлявший головы мужчин оборачиваться на улице вслед за ускользающим женским силуэтом. Она пахла чем-то интригующим, таинственным, опасным и всё это под слоем из запахов сухой розы с нотками меда и ранней весны. Всё что нужно, чтобы повысить уровень тестостерона вокруг себя. Но Том не играет в её игры. Уже нет. — Увидим, — таинственно пожала плечами шатенка. — Зачем я здесь? Или это всё, что ты хотела у меня спросить? — закатил глаза Том, потирая пульсирующий висок. — О, нет, Томми, не стану же я растрачивать такой ценный ресурс, как ты, зря, — хмыкнула та, поджигая кончик сигареты. — У тебя с собой твой пропуск в лабораторию? — и вновь этот холодный взгляд, который она надевала, как маску. Том в очередной раз осмотрел её внешний вид, прежде чем кусочки пазла в его голове начали складываться в полноценную картину. — Ты ведь не думаешь, что я проведу тебя туда? — изогнул бровь Том, крайне хмуро глядя на Джанет. — А почему нет? — развела руками женщина, выпуская облако густого дыма, как огнедышащий дракон в красной чешуе. — Зачем тебе это? Что такого тебе сделал Байерс, почему теперь ты на него охотишься? — Том встал в располагающую к себе позу, засовывая руки в карманы брюк. — Он влез не в своё дело и решил, что может распоряжаться не его вещами как вздумает, — хмыкнула женщина. — Мальчик взял чужие игрушки, Томми, мамочка пришла их вернуть, — она тянула каждое произнесенное слово мягко с толикой сдержанной угрозы, пока Том из последних сил сдерживал скощанное выражение лица, глубоко в душе испытывая кринж от слов Джанет. — Ты обвиняешь его в краже? — Том облизал высохшие губы, делая глубокий вдох. — Он нарушил условия договора, поэтому я иду по его душу. Мне нужен ты и твой пропуск, чтобы я могла лично встретиться с заведующим его лаборатории, — начала наконец раскрывать карты женщина, стуча по кончику сигареты, сдувая пепел. — Раз на то пошло, почему не написать ему личное письмо? — сухо хмыкнул Том, получая лишь раздраженный стон и закатывание глаз в ответ. — Столько знаем друг друга, но ты так ничему и не научился, — мотнула головой та. — Порой некоторые вещи нужно решать вживую, — она поправила складки на юбке под презрительный мужской взгляд голубых глаз. — А ты единственный у кого есть допуск. Неужели ты переживаешь за судьбу Байерса? — внезапно прыснула ядовитым смешком шатенка. — Я переживаю, как бы снова не обернулось всё боком, — глядя в сторону окна, вздохнул Том. Лицо Джанет искривилось в гримасе чистого гнева. Её нежные черты лица стали чёрствыми, заостренными в уголках губ, на кончиках хмурых бровей и туго стиснутой челюсти. Её пальцы тесно сжали сигарету, почти выкуренную до конца. — Времена меняются, Томас. Повзрослей уже и двигайся дальше, — сквозь скрежет зубов выплюнула та. Том решил сделать вид, словно не слышал её слов, разглядывая голые ветви клена перед окном, пляшущие под мелодию ветра, насвиставшего свою музыку в щелях при открытого окна. — Если думаешь, что твой наряд поможет, то советую выбрать цвет помягче, — хмыкнул он, переводя взгляд на похолодевшее лицо Джанет. — Этот режет глаза, — добавил он. — Остроумие даже спустя годы при тебе, — фыркнула она, туша сигарету о стеклянную столешницу на столе, где красовались такие же свернутые окурки. — Так ты поможешь? — сложила руки на груди женщина, делая шаг ближе к Тому. — А я может… отблагодарю тебя позже, — её взгляд блуждал между губ и глаз Тома, пока пальцы медленно расстегивали первую пуговицу его белоснежной рубашки. Расстояние между ними сократилось в разы и стало опасным. Том мог слышать её сердцебиение, чувствовать тепло её ладоней у себя на груди и видеть каждую маленькую деталь на её лице. Она качнулась вперед, но Том вовремя взял её запястья в свои, отстраняясь на шаг, вводя Джанет в потерянный, негодующий вид. — В этом нет необходимости, — спокойной ответил Том, отпуская её руки. Девичьи глаза пусто глядели вперед, хлопая длинными ресницами. Джанет уже приоткрыла губы, дабы озвучить собственные мысли, но вовремя воздержалась, мотнув головой. — Так ты подвезешь даму, или мне нужно насильно тебя просить? — и вновь ухмылка легла на алые губы. — Ты ведь помнишь о договоре. Не вынуждай меня прибегать к мерам, — вся нежность улетучилась из женского голоса, оставляя только угрожающий тон с нотками хитрости. — Ты не станешь этого делать, — мотнул головой Том, хотя сам напрягся всем телом, кристально чисто понимая суть слов женщины перед ним. — Хочешь лично проверить? — та с пристрастием испепеляла взглядом Тома, чуть щуря свои глаза, пока на её лице не дрогнул и мускул. Том сглотнул сохраняя ледяное спокойствие, однако холодные ладони вспотели, а по телу пробежалась волна жара. Пульс участился, а ноги приросли к земле. С этой женщиной лучше не играть, он не мог позволить ей так собой манипулировать. Молчание между ними затянулось, но ни один ни другой не сдавал назад, играя в смертельный раунд гляделок, где слабость каралась сжиганием всех мостов со своей стабильной жизнью. — Хорошо, — первый подал голос Том. — Я проведу тебя, но это последний раз, когда я тебе помогаю, — на языке скользнул вкус металла с приторными нотками горького проигрыша. Хиддлстон был на грани взрывной ярости, на грани того, чтобы послать всё к черту. Сегодняшний день отлично подходил под критерий «последней капли». — Сомневаюсь, — самодовольно ухмыльнулась Джанет, хватая свой черный клатч со стула, шагая мимо Тома в сторону выхода. Мужчина шумно дышал, сжимая руки в кулак на которых можно было заметить вздувшиеся вены. Блять. Снова Том влез в какое-то дерьмо и теперь не может отмыться от этого тошнотного запаха. Глаза налились кровью, челюсть скрипнула, а мысли затмила чистейшая ненависть. Но не к Джанет. Нет. Это было более личное. Том ненавидел сам себя из-за своей тупости и слабости, руководящей его целой жизнью теперь. Блять. Как вылезти из подобного дерьма? Выход есть всегда, говорили они, просто мысли шире, утверждали они. Да плевал Том на это. Жизнь не яркий розовый пластилин, форму которого можно поменять по желанию. -Как и я… — вздохнул в усталой манере Том, хлопая входной дверью.

***

Щелкнул ключ в дверной скважине, а следом и дверь приветливо распахнулась, впуская измученный силуэт Тома в свой дом. Хиддлстон был настолько измучен, что еле как снял обувь, неаккуратно вешая пальто на вешалку в прихожей. Голова шла кругом из-за мыслей и казалось этому водовороту нет конца. — Привет! Наконец ты дома! — раздался нежный, приветливый голос с кухни, а следом выглянула и твоя голова. Том поднял пустой взгляд, но при виде тебя, все тревоги, весь стресс, негодование и гнев рассеялись, как темное облако по ветру. — Любовь моя, — послышался измученный голос Тома, шагнувшего к тебе, мгновенно заключая твоё тело в объятия с излишней силой, словно боясь потерять тебя в этот самый миг. — Как ты? Всё хорошо? Тебе удалось поговорить с Эми? — отпрянул тот, беря твоё лицо в свои большие теплые ладони, вглядываясь в твои широко распахнутые, удивленные глаза. Ты глупо улыбнулась, чувствуя на щеках собственный румянец. — Да, я отлично, и да, я поговорила с Эми, всё хорошо, можешь не переживать, наш с тобой секрет в безопасности, — ты оставила поцелуй на внутренней стороны ладони Тома, вновь прижавшись щекой к ней. — Я тебе писал, ты мне не ответила, я переживал, — ты могла слышать тревогу переплетенную с усталостью. Видимо у кого-то был такой же тяжелый день, как и у тебя. — Да, я в этот момент с Эми говорила, извини, — ты стыдливо тянула уголки губ в неудобной улыбке. — Но я ведь после ответила тебе на сообщения, — оправдалась ты, доставая телефон из кармана домашних шортов. Том сконфуженно насупил брови, усталым взглядом следя за твоими действиями. Ты открыла ваш чат, показывая Тому тобою отправленные сообщения, которые он не прочитал. Том потеряно и удивленно глядел на экран пустым взглядом, дотягиваясь рукой до собственного смартфона из кармана брюк. И глянул на свой телефон в раздел вашего чата. — Да, вижу… — с тонких мужских губ слетел вздох человека, который в конец потерялся в событиях дня. — Извини, милая, забегался, совсем не заметил, — мотнул головой Хиддлстон, убрав телефон в карман. Ты окинула Тома шустрым взглядом с ног до головы, покусывая внутреннюю часть собственной щеки. — Ты выглядишь… — пыталась ты подобрать нужное слово. — Плохо? — усмехнулся Том. — Знаю, — сквозь натянутую улыбку продолжил Том, вызывая у тебя тихий смешок. — Я приготовила ужин, — кивнула ты в сторону кухни — единственного источника света в темном доме. — Странно, дом вроде не горит, — все тянул ухмылку Том, вынуждая тебя прыснуть сухим смешком и закатить глаза. — Ну, мистер Хиддлстон, после таких слов и без ужина можно остаться, — ты сложила руки на груди, вскидывая подбородок к верху, глядя на Тома из-под полу прикрытых ресниц. — О, тогда может я сразу перейду к десерту? — даже сквозь бархатный тон можно было услышать нотки хрипотцы, придававшие его тембру голоса властный облик. Его руки обвились вокруг твоей талии, притягивая тебя ближе к крепкому мужскому торсу. Картину дополняла его наглая ухмылка, что так чертовски ему шла с этим голосом. Ты была готова растаять в этих сильных мужских руках, как ломтик масла на свежеиспечённых блинчиках. С каждым новым ударом сердца, ощущения тепла и легкости росли, окутывая в свою сеть твои плечи, руки и лицо. В животе вспорхнули бабочки, чьи кончики крыльев щекотали тебя изнутри, вынуждая улыбнуться. Ты позволила смешливо фыркнуть себе на его слова, кладя руки ему на крепкую грудь, ощущая стабильные удары сердца. Это было лучше любой песни, лучше любого звука или шума — слышать под ладонью бьющееся сердца своего любимого. Ваши лица сблизились на рисковое расстояние друг от друга. Ты могла ощутить его пылкое дыхание на кончике своего носа и щеках, пока собственное дыхание участилось в разы. Том был первый кто перешел грань и попытался прильнуть к твоим губам. — Попридержите коней, профессор, — тебе хватило дотронуться кончиком пальца до его носа, дабы мужчина резко замер, слегка недовольно зыркая вниз на тебя. — Вам нужно нормально поесть после тяжелого дня, — также невинно тянула ты улыбку, делая лёгкий шаг назад, плавно ускользая из рук Тома. — Тогда с тебя рассказ, как всё прошло с Эми, — улыбнулся мужчина, позволяя тебе провести его на кухню за руку.

***

— Да, а после она сказала, что готова продать свою правую ягодицу, чтобы увидеть лицо Марго, если та узнала бы про нас, — смеялась ты, продолжая рассказывать Тому события своего дня, пока наматывала на вилку толстый слой пасты. Том поддержал твой смех с пристрастием слушая твой рассказ, порой задавая вопросы и вставляя свои пять копеек, добавляя в рассказ больше комичности. Свет на кухне приятно сомкнулся вокруг вас, принося ощущения полного изолирования от внешнего мира. Здесь были только ты, он и на подстилке спящий Бобби. Ничего не могло потревожить ваш дивный вечер. На улицы дождливого, серого Лондона спустились сумерки, окутывая город в свой мрачный бархат с переливами света от уличных огней, тускло мигавших на каждом углу. Все давно разбежались по домам, надеясь согреться после дождя и сильного ветра. — Ох, не дай бог, любовь моя, — мотнул головой Том, делая неспешный глоток из бокала. Красное вино дивно щекотало язык, отдавая привкусом сладких фруктов. — Наш секрет должен уйти с нами чуть ли не в могилу, — смешливо фыркнул мужчина, состроив брови домиком, кидая на тебя двусмысленный взгляд с тенью намека. — Ты предлагаешь нам всю жизнь скрываться? — с некой тенью опаски спросила ты, скрывая собственное волнение под наигранной улыбкой. Том молча прожевывал еду, растягивая мучительную паузу, как тягучую обжигающую карамель. Его черты лица не дрогнули, однако взгляд похолодел, покрываясь тонким слоем темного льда. Его молчание вводило тебя в ступор, разгоняя похолодевшую кровь вдоль всего тела, давая паники начать долбить тебя на задворках сознания. «А вдруг он и не планировал с тобой быть вместе так долго?» Эта мысль как дрель просверлила свой путь в твой мозг через висок. Где твой рассудок и мозги, когда они так нужны? — Не всю, — слова Тома так быстро слетели с его губ, словно тот попытался поскорее сменить тему. Его пустой взгляд приклеился к поверхности хрусталя с бордовой жидкостью, чье влияние уже коснулось головы Тома. Ты молча жевала еду, больше не чувствуя вкуса, давая тревожным мыслям возможность заползти под корку мозга и пустить свои корни вглубь твоего разума. Семя сомнения, этакой оторопи, дало свои первые ростки. Может действительно намерения Тома на твой счет никогда не были серьезными. Может Эми была права? «Дурочка, он ведь тебя использует. Взрослый мужик и малолетка. Ты ведь понимаешь, что ты ему для одного только нужна?» Слова подруги млемым эхо отражались от стенок твоей головы. Ты через силу протолкнула кусок еды в горло, пусто таращась в тарелку. Но тогда зачем ему рисковать своей карьерой ради отношений со своей студенткой? Неужели такое дорогое развлечение стоило проделанной работы? Бессмыслица. А что насчет «унести секрет в могилы», получается он не собирается афишировать ваши отношения? Как тонкая, острая лезка, пропитанная ядом, чувство едкого предательства сжало твое сердце в свои сети, царапая хрупкую уверенность с толикой наивной надежды. — Всё в порядке? — сквозь густой туман из вопросов, мелькающих перед глазами, ты услышала обеспокоенный тон Тома. Твой взгляд встретился с его нежными, чувственными, переживающими глазами… Ты не хотела терять этот взгляд двух голубых озертцов из своей жизни, поэтому нашла в себе силы натянуть улыбку, крепче сжав в руке вилку. — Конечно, просто задумалась, — мотнула головой ты. — Точно? — и вновь этот взгляд жалобного щенка, превращающий твои ноги в вату, а мозги в серое подобие каши. — Точно, Том, не переживай, — твоя ладонь накрыла тыльную часть его руки в успокаивающем жесте, проводя большим пальцем по теплой мужской коже. Взгляд Хиддлстона задержался на чертах твоего лица чуть дольше, чем должен, исследуя их вдоль и поперек, в надеждах поймать тень истинных эмоций, что ты прятала под дешевой дружелюбной улыбкой. А может это просто действие вина так играло красками перед глазами, вводя его в заблуждения. — Сегодня был тяжелый день, просто… устала, — правда с дегтем фальши лилась рекой из твоих уст. Ты смочила губы, убирая руку, отводя свое внимание в сторону на спящего Бобби. «Впервые в жизни хочу стать собакой» Ты мысленно хмыкнула с долей иронии, погружаясь вновь в темные воды своих мыслей, даже и не замечая серьезный взгляд Тома, чьи брови насупились, а губы тесно сжались в тонкую линию. В тело засело колючее чувство обиды, сжавшие грудную клетку, стиснув сердце между двух тисков. Холод окутал шею, плечи и руки, раскидывая мурашки вдоль спины. Том молчал, перехватив направление твоего уставшего взгляда в сторону домашнего питомца. От чего то нутро Хиддлстона пеняло и трубило сирену, вынуждая молодого профессора задуматься о возможных тревогах связанные с твоим поведением. Но голова начинала гудеть и агрессивно пульсировать в висках лишь от одной рациональной мысли или предположении. Том потер устало переносицу, еле слышно выпуская изнемогший вздох. Фокус голубых глаз приклеился к белой поверхности стола, прежде чем Том подал голос. — Как насчет отдохнуть и посмотреть какой нибудь занудно-сопливо-романтичный фильм? Это ведь в твоем духе? — с усталой насмешкой, хмыкнул Том, притягивая внимание твоего скептичного взгляда. — Так, мои ромкомы не трожь, — сквозь игривую интонацию проскальзывали нотки усталости. Ты отложила вилку, вставая с места, делая шаг в сторону раковины, замачивая грязную посуду под струей теплой воды. Как внезапно большие теплые ладони залезли тебе под майку, проводя пальцами вдоль твоей талии, притягивая твое тело к мужскому торсу. Горячее дыхание опалило твою шею, оставляя след из беглых мурашек. Твой губы сами растянулись в улыбку, пока щеки наливались краской, выдавая тебя с потрахами на потеху мужчине в белой рубашке. — Их я не трону, — послышался бархатный голос возле шеи. — А вот насчет тебя сказать так же не могу, — глубокий баритон мужчины, щекотал тебя изнутри, вынудив случайно выронить из мокрых рук вилку. Рука Тома потянулась выключить воду, пока другая рука обжимала твою талию, сомкнув в плотной хватке теплые пальцы. В животе вновь вспорхнули некие насекомые или скорее бабочки мутанты, ведь такие колики явно не были здоровыми. — Это угроза, мистер Хиддлстон? — сквозь кривую улыбку спросила ты. — Если это тебя возбуждает, то пусть будет угроза, — ты слышала, как на тонких мужских губах расползлась ехидная ухмылка. Низкие вибрации коснулись твоего слуха, когда Том промычал возле твоей шее, смахивая волосы тебе с плеч. — Так, воу, это что за пошлятина пошла? Мне мама запретила с такими общаться, — из последних сил ты вбрасывала саркастичные фразы, пока руки блондинистого британца блуждали вдоль твоего тела, пуская сквозь пальцы искры тока, будоражущие твое нутро и стягивающее мышцы живота в морской узел. — Но твоей мамы я сейчас тут не вижу, — продолжал на низких тонах говорить Том. Паршивец, соблазн это явно его фишка. Ты отложила посуду из рук, смахивая капли воды с пальцев, пытаясь телом выскользнуть из плотной мужской хватки на бедрах. — Куда ты? — прозвучал бархатный голос мужчины, однако уже без попытки заставить твои ноги стать ватой. — На свое счастливое место, где нет грусти, страха и тоски, — хмыкнула ты, кидая по детски хитрый взгляд на Тома, который смог лишь изогнуть бровь в недоумении. — И где же такое? — подыгрывал тебе Том, ослабив хватку на твоей талии. — На диване! — ты торжественно указала пальцем в сторону гостиной, слегка вскинув подбородок к верху.

***

Темнота укутала дом в свои щелковые объятия, и лишь синеватый поблеск от экрана телевизора освещал мрак в гостинной. Бобби мирно спал в своей корзинке, пока вы с Томом в обнимку откинулись на спинку дивана, сосредоточено глядя на яркую картинку в телевизоре. Ты поджала под себя ноги, согреваясь о горячую тушу Тома, чья рука лежала на твоей спине, поглаживая тебя большим пальцем. «Мы не можем быть вместе.» Драматично и черезчур слезливо обранил свою фразу главный герой на экране телевизора. — Боже, еще лучше клише фразу не придумал, что ли? — разочарованно нахмурилась ты, слегка мотнув головой. — Дай угадаю, еще сейчас скажет — «дело не в тебе, а во мне», — спарадировав мужской голос «альфы-качка» ты выдала лучшую актерскую игру, виданную в этой гостинной за все время. С уст Тома соскользнул смешок, однако взгляд остался приклеенным к телевизору. «Дело не в тебе, а во мне…» Прям как на заказ выдал свою реплику актер, вынудив твои глаза закатиться по самый мозг обратно в голову. — Да боже мой, серьезно?! — возмутилась ты, вскинув руки. Твой слух вновь обмылся бархатной усмешкой Тома, пуская ток вдоль всего тело. — Видимо сценаристам платили едой, вместо денег, — подал голос Том, кидая взгляд в твою сторону. — Вот если бы я писала сюжет, у меня не было бы ни одной тупой фразы в стиле вот…- ты задумчиво нахмурилась. — Вот этого! — тыкнула ты пальцем в сторону экрана. — А платили бы тебе чем? — вскинул бровь Том, завороженно вглядываясь в твои черты лица, освещенные голубым сиянием. — Чем-чем… Натурой! — смешливо фыркнула ты, мотнув головой. — Да? — сквозь голос можно было услышать хитрую усмешку на губах Тома. — Может тогда мне попросить написать тебя сценарий? — внезапно мужской тон упал на октаву ниже, отдавая хрипотцой и тихой вибрацией. Мышцы в животе натянулись, вынудив тебя сильнее сомкнуть ноги. Ты сглотнула, надеясь, что этот голубоглазый плут не увидел твоего яркого румянца на щеках. — Ну, с вас я тогда беру двойную оплату и не фунтом меньше, — усмехнулась ты, но тут же усмешку стер резкий вдох, когда руки Тома залезли тебе под майку, притягивая поближе к себе и усаживая между его длинных ног. Его большие, теплые ладони нежно накрыли твою грудь, покрывшуюся мурашками от блаженного прикосновения. Внутри начинало все закипать из-за нахлынувшего возбуждения, вырисовывая до ужаса пошлые, неуместные сюжеты в голове. Губы Тома коснулись твоей шеи, мучительно медленно оставляя поцелуй за поцелуем, пока пальцы играли с твоими затвердевшими сосками. Все ощущения смешались в непонятную гущу: желания, ощущения и инстинкты. С твоих уст слетел тихий стон, а следом последовал горячий мужской вдох у мочки твоего уха. — Ты и не представляешь, что делают со мной твои стоны, — его низкий, тихий баритон коснулся твоего слуха, лишь усиливая пульсацию между твоих ног. Его руки начали медленно спускаться вдоль твоей талии, нежно касаясь кожи покрытой мурашками, пока ты шумно дышала в предвкушении, ожидая его прикосновений чуть ниже живота. — Том, — шепотом промычала ты, сильнее прижимаясь спиной к его торсу и паху, ощущая твердую мужскую плоть сквозь ткань брюк. Хиддлстон что-то невнятно промычал, стиснув плотно челюсть, когда ты неосознанно начала о него тереться. Его пальцы тем временем отодовинули краешек твоих трусиков и медленно спустились вниз к твоим влажным губкам. — Девочка моя… да ты вся мокрая, — ты отчетливо могла услышать самодовольную ухмылку в голосе Тома, чьи пальцы провели вдоль твоей влажности, издевательски водя вокруг клитора, не дотрагиваясь до нужной точки. Ты слегка поерзала на месте, издав недовольный стон, желая вынудить его прикоснуться к тебе, но его вторая рука только сильнее сжала твою талию, фиксируя позу. — Тише, — ласково протянул Том возле твоего уха, пропуская по телу приятную вибрацию от своего тембра. — Какие мы нетерпеливые, — ухмыльнулься Хиддлстон, нарочно задевая сокровенную, пульсирующую точку, вытягивая из тебя невнятное мычание. Ты прикусила губу, ерзая на месте, вновь ловя слухом мужской рык. — Не вынуждая меня тебя связывать. Сиди смирно, — ровным, но с нотками угрозы, прошептал Том, лишь распаляя пламя, что он разжег внутри тебя. Его руки аккуратно, мучительно медленно стянули с тебя домашние шорты и твои влажные трусики, откинув те на пол, давая себе больше простора для игр. Мысли окутал густой туман, где затерялся всякий рассудок, скромность и смиренное поведение. Тебе хотелось больше его прикосновений, больше его поцелуев вдоль шеи и больше его соблазняющего тона. Все тело содрагалось в блаженных спазмах, сопровождаемые вспышками нетерпиливости, что проявлялись в твоих стонах. — Вот так, хорошая девочка, — мягкий тембр коснулся твоего слуха, пока влажность между ног лишь росла. Его пальцы наконец коснулись твоего клитора, делая плавные круговые движения, выбивая остатки кислорода из твоих легких. С твоих сухих губ слетел очередной стон, пока собственные руки вцепились в предплечье Тома, царапая бледную кожу. В тоже время, вторая рука Тома была занята массированием твоей распаленной груди, играясь пальцами с твоим затвердевшим соском. — О боже… Том, — на выдохе выпалила ты, пока умелые пальцы продолжали играться с твоим клитором, размазывая влагу вдоль мягких складочек. Неожиданно Том медленно и осторожно скользнул в тебя одним пальцем, выдавливая из тихий полукрик, смешавшийся с мычанием. Он дал тебе момент для привыкания к новым ощущениям, прежде чем начать блаженно массировать твои внутреннии стенки, обжигая поверхность кожи острым ощущением удовольствия. Твоё дыхание участилось и ты сильнее прижалась к паху Тома, чувствуя насколько сильно мужчина был сам возбужден и готов к действиям. Только ты попыталась дотянуться рукой до возбужденной плоти под тканью одежды, как Том перехватил твое запястье, недовольно вздыхая, будто ты снова ослушалась его. — Не в этот раз, солнышко, — он оставил призрачный поцелуй на тыльной стороне твоей руки, прежде чем спустил ее к твоему ноющему лону. Ты судорожно проглотила воздух от неожиданности, когда широкая ладонь Тома накрыла твою руку и направила твои собсвтенные пальцы к пульсирующему источнику удовольствия, начиная вырисовывать круговые рисунки, легонько нажимая сверху. — Теперь покажи мне, как ты трогаешь себя, — мужские губы принялись оставлять мокрые поцелуи вдоль твоей шеи, пока второй рукой он продолжал мять два возбужденных бугорка твоей груди. — Покажи мне, как ты себя трогаешь, когда думаешь обо мне, — и вновь его слова отпечатались у тебя в голове, звуча как отдаленное эхо. Ты сглотнула, все еще ощущая тяжесть его прикосновения на своей руке. Рассудок был тих как никогда, пока его роль взяла на себя похоть с поводьями из дикого желания достичь оргазма. Собственное тело перестало подчиняться тебе, однако пальцы не прекратили трогать и ублажать клитор под четким руководством Тома. Вскоре он слегка нажал на твои пальцы, вынудив тебя проникнуть в себя, ловко манипулирую твоими движениями, как кукловод, дергающий ниточки своей маленькой куклы. Пульс участился, а на лбу выступила испарина, пока губы Тома целовали и покусывали местами твою нежную кожу, оставляя блеклые красные разводы. Все тело содрагалось от сладостных ощущений эйфории, которое ты испытывала от его и собственного прикосновений. Ты почти достигла заветного пика, подрагивая в сильных мужских руках. Весь жар будто сконцентрировался внизу живота, сокращаясь в тугой маленькой комок из мышц. Том чувствовал, что ты была близка, не переставая ласкать твою грудь. Ты измотанно заскулила, откинув голову назад на мужское плечо. Руки уже не слушались, но Том не выпускал твою руку из цепкой хватки, сосредоточено масируя твоими пальцами клитор, порой заводя твои два пальца внутрь тебя, заполняя пустоту. — Моя девочка хочет кончить? — его низкий тембр посылал искры вдоль всего твоего тела, лишь больше возбуждая и стягивая узел в животе. Все мысли затмил аномальный туман, отчего в глазах все плыло, изменяя форму и цвет предметов. — Да, — судорожно выдохнула ты. — Пожалуйста, — смачив сухое горло, продолжила ты. Тонкие губы Тома растянулись в довольной ухмылке и он чуть сильнее нажал на твой заветный источник удовольствий, ускорив движения пальцами. И тебя накрыла волна желанного освобождения от таких приятных телесных мук, наконец расслабляя узел в животе, пуская вспышки тока по ногам, вынуждая те чуть дергаться конвульсиях. С губ слетел громкий стон, прежде чем тело обмякло к руках Тома, ощущая отголоски испытываемого оргазма вдоль всего тела. Сбитое дыхание начало восстанавливаться, а гул сердца все еще пульсацией отзывался в висках. Ты прикрыла глаза, не в силах больше шевелиться или соображать. Сейчас тебе было хорошо и безопасно, все остальные заботы словно расстворились в ночном мраке, где слышался финальный саундтрек из фильма, где уже плыли титры. Том оставил невесомый поцелуй у тебя на виске, довольно любуюсь видом перед собой: опущенные ресницы, налитые цветом, слегка приоткрытые губы и вздымающая при каждом вздохе — грудь. Он завороженно рассматривал каждую твою деталь, будто перед ним была картина написанная самим Микеланджелом. Он убрал прядь выбившихся волос с твоего лица, переводя взгляд на титры на экране. — Кажется, я пропустил часть фильма, — вздохнул с улыбкой Том. — А ты? — перевел он насмехающийся взгляд в твою сторону. — Шутник, — прыснула ты усталым смешком, лениво скручиваясь колачиком в руках Тома, чувствуя попрежнему возбужденный член в его штанах своей спиной. Твой взгяд тут же пал на спокойное выражения лица Хиддлстона, который невозмутимо улыбался, поглаживая тебя по спине, словно успокаивая после тяжелого стресса. (мне бы такой стресс, а не вот это все). — Том? — неуверенный тон скользнул с твоих уст. — Да, любимая? — его добродушный взгляд встретился с твоим, вводя тебя в некий конфуз. Почему он был так спокоен? Почему он не взял тебя, если сам возбудился? «А может это его кошелек, откуда ты знаешь?» Отзывался разум под коркой мозга. Ты продолжила пилить мужчину жалобным и чуть потерянным взглядом, без возможности подобрать верные слова, чтобы спросить его этакой «проблемке». Ты прикусила нижнюю губу, сглатывая ком в горле. Твоя ладонь скользнула вдоль торса мужчину, останавливаясь возле лямки брюк. — Ты ведь не… — заканчивать предложение не пришлось, так как Том понял все по выражению твоего лица. Лицо мужчины, освещаемое светом от экрана, озарила улыбка вместе с тихой усмешкой. — Не переживай, — он взял твою ладонь в свои руки, целуя тыльную ее сторону. Но по твоей реакции он понял, что такой ответ тебя не устраивает и вздохнул. — Я хотел тебе сделать приятно. Мне не нужно ничего взамен, — продолжал держать ровный тон голоса молодой профессор. — Почему? Это ведь… нечестно, — как потеряный щенок, ты продолжала пилить Тома взглядом от которого он таял. Хиддлстон не выдержал и издал тихий, бархатный смешок, оставляя очередной поцелуй у тебя на лбу. — Любимая, все в порядке. Делать приятное любимому человеку намного лучше любого оргазма, — он погладил тебя по голове, сильнее прижимая твое тело к своему, пока второй рукой тот дотянулся до пульта. — К тому же сегодня у тебя был тяжелый день… Ты помнишь на каком моменте мы остановились? — Том начал отматывать кадры, явно пытаясь соскочить с темы разговора. — У тебя тоже он был тяжелый, — напомнила ты Тому очевидный факт, но тот и ухом не повел. — Ты точно не хочешь, чтобы я, ну-! — Точно, дорогая, мне хорошо просто от того, что ты со мной рядом, — перебил тебя Том, нажимая на плей. И вновь зазвучал писклявый голос главной героини, что плакалась подруге о парне, что разбил ей сердце. Ты продолжила бурить взглядом Тома, но тот мастерски делал вид, словно не чувствует прожигающего взора твоих глаз. Вскоре ты сдалась и накрыла вас с Томом пледом, стараясь не поддаться сну, что так зазывал и манил тебя в блаженный мир снов. Вскоре голоса персонажей стали отдаленным эхо, а яркая картинка поплыла, размазываясь в радужной лужице, пока твои веки наливались свинцом. Тело расслабилось и пригрелось в руках Хиддлстона, и уже спустя какие то минуты, ты провалилась в сон… Ночь выиграла, уволакивая в какой раз жителей Лондона в мир Морфея, окутав все улицу в черный бархат с поблесками уличных фонарей. В этом большом полупустом доме светил лишь телевизор, отражая синий свет на лицах двух спящих влюбленных, что проспят в обнимку до самого восход солнца.

***

Динь Дон. Сквозь пелену дивного, глубокого сна прорезалась звенящая мелодия дверного звонка, однако ты и пальцем не пошевелила, греясь о теплую мужскую грудь. Динь Дон. И вновь этот раздражающий звон, вынудивший тебя поморщиться и что-то недовольно промычать, пока носом ты сильнее попыталась зарыться в плед. Но внезапно источник тепла исчез и диван прогнулся под тяжестью мужской фигуры, чья сонная туша поднялась и лениво села на край. Том потер рукой сонные глаза, смахивая остатки сна со слезных точек, пока ты позволила себе растянуться и блаженно улыбнуться, устраиваясь поудобнее на опустевшем диване. «Оо да, столько простора» Пронеслась мысль в голове, прежде чем вновь раздался дверной звонок, который ты отчаянно игнорировала, сильнее зажмурив глаза. — Иду, иду… — вздыхал устало Том, сквозь зев, пока босые ноги ступали по холодному полу к входной двери, возле которой уже во всю игриво прыгал и лаял Бобби. — Мальчик, место, — скомандовал Том, кивнув в сторону собачьей кроватки, попутно открывая дверь, совершенно не подумав взглянуть в дверной глазок. Бобби продолжил лаять и скакать, пока Том открывал дверь, концентрируясь на слюнявом животном в ногах. — Бобби! — уже громче скомандовал Том, открыв дверь. — Томми! Надеюсь не разбудил? — распахнув широко руки, улыбался бодро Бенедикт, на что реакция Тома не стала ждать. Хиддлстон широко распахнул глаза, пустым взглядом уставившись на бодрого мужчину в дверях, прежде чем резко захлопнуть дверь перед его самым носом, блокотившись на нее спиной. Ты в панике вскочила с дивана, забывая про всякий сон. Глаза распахнулись по пять копеек, легкие сжались от нехватки воздуха, пока мозг трубил тревогу, ища выход из этого театра абсурда. Вид Тома был не лучше. Он явно не ожидал прихода своего товарища и уж тем более не расчитывал теплую встречу. — Том, приятель. У тебя все хорошо? — послышался потерянный голос Бена через дверь. — Ээ… — Том потеряно глядел на тебя, но ты лишь пожала плечами, широко жестикулируя руками, дабы тот хоть что нибудь ответил. — Да, да. Всё отлично! Минуточку, Бен, у меня тут просто… не убрано! — отклинулся Том, отпрянув от двери, как от огня. По его побледневшему виду было несложно понять, что ситуация действительно была инфернальной. — Не убрано? — под нос себе бубнил Бен, сконфужено глядя в закрытую дверь. Мужчина явно не такой реакции ожидал от приятеля, что и посеяло семя подозрения в его голову. — Что нам делать?! — стараясь не переходить на крик, ты судорожно бегала взглядом от Тома до двери. — Не знаю, черт! — громким шепотом отвечал Том, теряясь в потоке мыслей, на глубоком выдохе зачесывая назад спутанные кудряшки. — Том? — вновь донесся до ваших ушей мужской голос с улицы. — Ладно, прячься, я что нибудь придумаю! — нервозно скомандовал Том, указав рукой в сторону лестницы, прежде чем пройти обратно к двери. Ты рванула, что есть сил к лестнице, но заметила свое скомканное нижнее белье на полу в гостиной, почти под диваном. «Блять» За пару шагов, ты уже была у дивана, хватая одежду с пола, однако Том уже успел открыть дверь, а твой скованный силуэт додумался лишь шустро проскользнуть на кухню, спрятавшись за тонкой стенкой, разделявшей гостиную с кухней. Отсюда было два выхода: один вел к лестнице на второй этаж, второй к выходу в гостиную. — Бен! Приятель, какая неожиданная встреча! — сквозь натянутую улыбку говорил Том, встретившись взглядом с Бенедиктом. — Нет, правда… что ты тут делаешь? — не стягивая улыбки, продолжил Том, стоя на проходе в своем растрепанном виде. Мужчина на пороге лишь посмеялся, хлопнув Тома пару раз по плечу. — Я тоже рад тебя видеть, Том, — улыбнулся старинный друг Хиддлстона. — Да вот, проезжал мимо и решил заглянуть в гости. Я пройду? — мужчина указал в сторону гостиной и Тому не оставалось выбора, как отойти и впустить друга. Мужчина прошел в дом, снимая обувь, пока Том, на выдохе закрывал входную дверь. «Не так я свое утро планировал» Пронеслось в голове молодого профессора, который рефлекторно окинул гостиную взглядом из коридора, оценивая ущерб, что мог вызвать лишние подозрения. — Так куда ты, говоришь, едешь? — почесал затылок Том, стоя впереди Бена, что без задних мыслей направился на кухню. — О, я по работе. Мне предложили провести лекцию для студентов в Лондонском университете и я согласился, — пока мужчина спокойно рассказывал о насущном, ты пыталась понять направления его шагов, и вскоре он будто дышал тебе в самый затылок. Еще один шаг и он бы увидел тебя, прижавшуюся к стене с нижнем бельем в руках, как вдруг в пары сантиметрах он замер и развернулся к Тому, чей весь вид кричал «помогите». — Не против? — Бен указал на кухню. — Я бы не отказался от чашечки чая, — усмехнулся он. — Конечно, чувствуй себя как дома, — Том пожал плечами, вежливо обгоняя Бена, ступив на порог кухни, как краем глаза засек твой силуэт и резко обернулся лицом к Камбербэтчу. Ты в тихом ужасе глядела на Тома, чье все нутро стянулось в один большой ком, когда тот понял, что ты не успела убежать на второй этаж, оставшись на растерзание волкам внизу. — Только, какой из меня был бы гостеприимный хозяин, если я позволю гостю заварить самому себе чай, — нервно испустил смешок Том, галантно облокотившись о стену плечом, легонько махнув тебе ладонью, намекая, чтобы ты шла из другого входа на кухню в сторону лестницы. — Присаживайся на диван, я все принесу. Ты ведь наверное устал после долгого пути, еще и такого раннего, — Том сделал шаг вперед к Бену, при обняв того за плечи, отводя его в сторону дивана. Бен недоумевающе изогнул бровь, разглядывая слегка нервную улыбку блондина, однако, сопротивляться не стал. Семена сомнений и подозрений в голове Бена дали первые ростки, подкидывая тому вопросов, как голубям крошек хлеба. Гость сел на диван, кинув беглый взгляд на скомканный плед в углу, рассматривая его изгибы. И только Том направился на кухню, как Бен его остановил на пол пути своим, вполне адекватным, вопросом. — Том, дружище, ты что, на диване теперь спишь? — прыснул смешком Бен, продолжая разглядывать интерьер вокруг себя, например как кофейный столик с двумя пустыми кружками, где когда то был чай из одной заварки. Том тут же развернулся и направился обратно к Бену. Встав прямо перед длинноногим британцем, Хиддлстон слегка грубо схватил плед в руки, начиная складывать тот, уничтожая все улики. И все это под подозрительный взгляд друга. — Да, знаешь, случайно уснул, как обычно, — пожал плечами Том. — Поздно пришел домой, — добавил следом мужчина, отводя взгляд в сторону. Внезапно из-за стены кухни выглянула твоя голова, взгляд которой проверял обстановку в гостиной. Глаза Тома засекли движение и тот еле заметно кивнул в сторону лестницы, делая вид, будто задумчиво вглядывался в поверхность ткани в руках. Ты кивнула и хотела сделать шаг, но попытке помешал неожиданный лай Бобби, решивший, что сейчас самое подходящее время для игр. Собака скакала и лаяла у тебя под ногами, пока ты молча старалась её шугнуть с переполненными страхом глазами, однако попытки были тщетны. — Что с Бобби? — Бенедикт начал разворачивать голову, вынудив тебя вновь спрятаться за стену, но побледневший от ужаса Том, перетянул внимание на себя. — Капризничает, я ещё с ним не погулял, — пожал плечами Том. — Как там Софи и дети? — сделав крайне заинтересованный вид, спросил Хиддлстон, сжимая в потных ладонях несчастный, скомканный плед. — О, отлично, Софи нашла новое хобби и боги, это что-то с чем то, — усмехнулся Бенедикт, устраиваясь поудобнее на диване, пока разум сам начал блуждать по воспоминаниям и архивам памяти. Ты вновь выглянула и в этот раз смогла тихо пройти к лестнице без лая скучающего животного. Том активно кивал словам Бена, особо не вслушиваясь в его речь, пока коллега распинался о каждой мелочи в его жизни. Стоило тебе оказаться на середине лестницы, как твой нос агрессивно зачесался из-за скопившейся шерсти в воздухе, которой ты успела вдохнуть еще на первом этаже. Ты отчаянно игнорировала щекотание в носу, ступая дальше по ступенькам. Оставалось два шага до верхушки, как вдруг тихий чих сам слетел с твоих уст одновременно с лаем Бобби. Сердце покрылось коркой льда и рухнуло камнем в пятки, пока воздух перекрыло на выдохе, а тело парализовало, как от удара молнией. Вокруг все будто замерло — и пыль в воздухе и текущее время. Бен вопросительно похлопал глазами, остановившись на полуслове, даже не закрыв рот. Внутри Тома все скукожилось, а ветер в голове сдул все возможные варианты ответа, оставляя сухую пустыню с перекати поле. Но юный профессор сумел выдержать непоколебимое лицо, надеясь, что его приятель не заметил, как дернулся нервно его глаз. — У Бобби… аллергия… на пыль. Надо пропылесосить. Да все руки не доходят, — Том издал нервный смешок, стиснув, со скрежетом зубов, челюсть. — Но ты продолжай, Софи значит да, — кивнул Том, дабы товарищ продолжил свой удивительно захватывающий рассказ по семью. — Да, Софи… Ты позволила себе тихо выдохнуть, оборачиваясь на Тома, виновато шевеля губами слово «прости». Хиддлстон лишь на секунду перекинул на тебя суровый взгляд, но продолжил кивать Бену. Ты смогла пробраться на второй этаж, проскользнув мимо ванной комнаты, дверь в которую была открыта. Нога уже ступила на порог спальни, но краем глаза ты уловила силуэты своей мокрой одежды, сушившейся на батарее после вчерашнего ливня. «Да вы издеваетесь?!» Ты хмуро закатила глаза, потерев переносицу в усталой манере, как при сильной мигрени. Ты закинула шорты и нижнее белье на кровать, а сама поспешила мышиными шажками в сторону ванной. Делов то — забрать улики и спрятаться в спальне. — Позволь я перебью тебя на этом моменте и поставлю чайник, — наконец смог выдохнуть Том, кивнув в сторону кухни. — Конечно, — кивнул и указал рукой Бен. Том поспешил на кухню, глубоко выдыхая весь нервный ком, сдавливавший грудную клетку. Тот чуть ли не трясущейся рукой поставил чайник, начиная рыться в пачках чая. Тем самым временем Бен успел рассмотреть всю гостиную от пола до потолка со всеми её деталями. Мужчина кинул взгляд на наручные часы и тут же вспомнил о правилах приличия. Камбербэтч встал с нагретого места, слегка размяв спину, прежде чем пройти к лестнице наверх. — Где мои манеры, — ступая по лестнице говорил Бен Тому. — Я забыл помыть руки! — издал смешок тот, уже на середине пути. Всё в теле Тома вновь напряглось и тот нервно сглотнул, метнув взгляд на друга, чей силуэт почти скрылся на втором этаже. — Вовсе не обязательно, я микробов не боюсь, — пытался остановить его Том, но Бена и след простыл. — Глупости! Это дело чести! — уже со второго этажа послышался второй мужской голос. «Как мне везет, капец. У вселенной извращенное чувство юмора» Пыхтела ты в голове, собирая кофту в стопку одежды, как до слуха донеслись чьи то шаги. «Блять!» Завопило нутро. Взгляд судорожно бегал от стены к стене, пока шаги были все ближе и ближе. Деваться некуда, тут ни окна, ни дверей, лишь голые стены, унитаз и ванная. Шаги были все ближе, а времени меньше. Сердце било по ребрам с силой рассвирепевшего кинг конга, чьи удары отдавались и висках.

***

Дверь в ванную отварилась и в нее вошел Бен, закатавший рукава своей белой рубашки. Тем времнем ты лежала неподвижно в пустой ванне, успев закрыть за собой серую шторку, пока дрожащие, ледяные конечности сжали в руках сырую одежду. Дыхание участилось, будто после маратона, однако ты из последних сил пыталась ровно выдыхать без звука, прикрыв на мгновение глаза. «Да за что всё это?!» Орала и выдирала локоны волос ты у себя в сознании, уже не зная, кому молиться, лишь бы тебя не нашли и вы с Томом могли выйти сухие из воды. И вот, лежа в ванне, под звук журчащей воды из-под крана, ты наконец задумалась насколько ваши с Томом отношения являются стрессовым занятием; скрываться, бегать с сжатым очком, боясь каждой тени на стене. Ну разве это жизнь? Так разве должны выглядеть отношения? Бенедикт выключил воду и взглянул на свое отражение, рассматривая аккуратную укладку волос из которой выбилось пару прядей. Он неспешно поправил те, потянувшись к махровому полотенцу, висевшему на крючке подле, как взгляд его застыл на стакане с парой зубных щеток. Парой. Мужчина насупил брови, недоумевающе пиля взглядом предметы личной гигиены. Он хмыкнул, слегка поджав губы в раздумии, прежде чем подал голос. — Две зубные щетки… — пробубнил под нос Бен. Услышав слова брюнета, ты мысленно смачно ударила себя по лицу, матеря все и всех вокруг себя. — Эй, Том, у тебя еще гости? — крикнул Бенедикт на первый этаж, вскинув брови. Всё нутро Тома сжалось в один каменный кусок льда, пустивший холодный ток по всему телу. Сердце пропустило удар, пока Том, не зная ситуации наверху, думал над возможным оправданием. «Это не то, о чем ты подумал» или «Она зашла за конспектами» или «Это вовсе не моя студентка и без понятия как она тут оказалась» Каждая отговорка звучала тупее другой и в голове и наяву. Том сделал глубокий вдох и выпрямился, прочищая горло от склизкого комка лжи. — Тут только ты и я, приятель! — крикнул Том, натягивая нервную усмешку. Бен хмыкнул, качнув головой, однако, лишь пожал плечами, не задавая дальнейший вопросов или кидаясь колкими фразами. Мужчина протер мокрые ладони, покидая ванную комнату, выключив за собой источник света. Ты наконец выдохнула, прислушиваясь в темноте к тяжелым мужским шагам, ступающим по лестнице вниз. — Клянусь, я попала в какую-то херовую романтичную комедию… И даже Кэри Гранта нет, — недовольно фыркнула ты, садясь в ванной, держа огромный комок одежды. Глаза привыкли к темноте, сморгнув тени, ты наконец начала тихо выбираться из ванной, кидая враждебный взгляд на две зубных щетки. — Предатели, — шепнула ты и выглянула из-за двери, проверяя обстановку. Все было чисто, «Миссия невыполнима» продолжалась — спрятаться и пережить приход нарушетелей покоя. Ты скользнула в спальню, наконец выпуская глубокий, желанный выдох, отпуская все напряжение из тела. — Эй, — рука коснулась твоего плеча. Вскрик и резкий разворот с опрокинутыми вещами стал поспешной реакцией, но прежде чем ты хоть что либо могла осознать, мужская рука закрыла тебе рот, пока ты лишь вытаращинными глазами, наполненными страхом, глядела в два ярких голубых ока. — Тише, — прошептал громко Том, приложив указательный палец к своим пересохшим губам. Ты опустила поджатые плечи и выпустила выдох мертвеца, уже не чувствуя своего сердцебиения. Том убрал руку от твоего бледнего лица и тут же получил легкий удар по плечу, сопровождаемый суровым взглядом и его собственным недоумением. — Ты афигел?! Зачем пугаешь? Я честное слово тебе колокольчик на шею надену, будешь подкрадываться сзади молча, — шепотом кричала ты, глядя на слегка дерганного и уставшего Тома, чей взгляд так и кричал о Божьей помощи, лишь бы пережить сегодняшнее утро. — Извини, не хотел, — он потер переносицу, нервно оглядываясь на прикрытую дверь. — Просто зашел проверить как ты. Бен еще внизу, пьет чай, но думаю скоро уйдет. Ты посиди тут и не высовывайся, хорошо? — состроив один из тех щенячьев взглядов, спросил Том, успокаивающе касаясь твоего предплечья. Как этот мужчина мог бесить так сильно и одновременно заставлять тебя таять от одного прикосновения? Загадка, которую тебе еще придется разгадать, но в данный момент ты могла лишь молча кивнуть, не сопротивляясь его просьбе. — О, а я ведь так мечтала выпить по чашечки Эрл Грея с мистером Камбербетчем. Как жаль, — саркастично хмыкнула ты с наигранной усмешкой, заставляя и самого Тома улыбнуться хотя бы на долю мига. — Когда нибудь — обязательно, — он оставил нежный поцелуй на твоем лбу и отпрянув, одарил теплой, обнадеживающей улыбкой, словно молча уверяя, что все плохое уже почти позади. Ты кивнула и Том молча покинул комнату, прикрыв слегка дверь, оставляя тебя с кучей одежды на полу и легким пост-инфарктом от его неожиданного появления. Ты в какой раз за утро судорожно выдохнула, оборачиваясь на скомканные вещи, что как и ты были помятыми этой жизнью. День только начался, но уже напоминал пятницу 13 со всеми ее законами Мерфи. Однако ты не унывала, начиная натягивать на себя еще влажные джинсы, слегка недовольно морщясь от холодка, пробежавшего вдоль ног до самой спины, посылая волну свежих мурашек. Окинув взглядом верхнюю одежду, желания переодеваться отпало. Ты села на край кровати, как вдруг к ногам подбежал, виляющий хвостом, Бобби в чьих зубах была его любимая мягкая игрушка, чей вид был еще более потрепанный, чем твой, на удивление. Животное явно было в игривом настроение, глядя на тебя с широко распахнутыми глазами. Ты улыбнулась, потрепав пушистую макушку. — Не сейчас, Бобби поиграем потом, — следом ты потянулась за своим бюсгалтером, надеясь что хотя бы он успел высохнуть, но твои планы вновь нарушил игривый питомец, чья сильная хватки пасти сомкнулась на предмете твоего интимного гардероба, оставив позади любимую игрушку. — Бобби, фу! — прошептала ты, пытаясь вырвать свой лифчик из лап животного, однако Бобби не сдавался, приняв это все за игру «перетяни канат». Собака сильнее завеляля хвостом, тихо рыча, начиная сильнее мотать головой от чего длинные уши ударили его по мордочке. — Бобби! — повторила ты, встав с места, держа хватку на лямки, но Бобби резко дернул головой, выигрывая эту игру. Собака с честно выигранным трофеем сразу намеревалась покинуть место приступления, перебирая быстро лапками в сторону двери. По телу пробежался жар с тенью холодка, а тело дернулась за животным, что застыло в приоткрытых дверях, глядя на тебя через плечо, все также гордо веляя хвостом. — Бобби, мальчик, сидеть, — ты медленно ступала по ковру, вытянув перед собой руку, боясь спугнуть Бобби. Пульсация ударила по вискам, пока ты с широко распахнутыми глазами и похоледвшими конечностями, кралась за куском своей одежды. Тем времнем игривая животинка лишь с интересом наблюдала, пока ты не сделала очередной шаг, словно давая ему зеленый свет для выбега в коридор. — Бобби! — ты помчалась вслед, вылетая на ультрозвуковой скорости за собакой, чьи шаги также ускорились по твердому полу. Ты успела схватить тонкую лямку и резко выхватить вещицу из плотно сжатой челюсти Бобби, откуда следом вылетел громкий, недовольный лай, привлекший внимание двух пары глаз с первого этажа. Под взглядом посторонних, ты превратились в камень, благородно застыв с приподнятой рукой, сжавший бюсгалтер. Сердце глыбой льда грохнулось в пол, замораживая кровопоток, мозговую активность и движения мышц на лице, где застыл испуг. Дом погрузился в тишину и даже жаждущий поиграть Бобби, больше не лаял с интересом наблюдая за троицой потерянных людей. Том прикрыл глаза, поджав губы, потерев рукой лицо, мысленно махая белым флагом капитуляции. Бен так и не пошевелился, держа в руках горячий чай, с пустым взглядом осматривая твой силуэт, застывший подле собаки.Твои глаза все же плавно прошлись по стене и до лица мужчины, оценивая возможный ящик Пандоры, что сейчас раскроется и пошлет вас с Томом эпотажным матом. Все нутро сжалось до размера атомов, а связь с мозгом была давно потеряна, оставляя тебя на расцерзание событиям. И тебе больше ничего оставалось, кроме как выдать самую умопомрачительную, все-гениальную, исключительно феноменальную фразу: — Мистер Камбербетч, здраствуйте, какая неожиданная встреча! — губы дрогнулы в нервно натянутой улыбке, больше напоминавшую спазм лица, чем искриннюю радость. Тело наконец оттаяло и ты поспешила спрятать предмет одежды за спиной, прикусив нижнюю губу, словно ничего и не было. Потемневший взгляд Бенедикта перешел с плавностью кошки в сторону Тома, чьи пустые глаза были уставлены на стену напротив, а подбородок был подперт рукой. — Еще чаю? — заключительно спросила ты, уже примерно думая над своим похоронным нарядом. — Вот блять, — озвучил мысли всех троих людей Бенедикт, делая протяжной глоток горячего чая.