Игра для Двоих

— Я тебя убью, честное слово, Том! — кричал сквозь натиск зубов Бен, пока душил своего лучшего друга, который был припечатан и почти размазан по стене. — Бен, дай я всё объясню, — сквозь хриплый выдох выдал Том, пытаясь отцепить руки Бена от себя, но те обвились вокруг его шеи, как голодный питон. — Да?! Серьезно?! И как ты объяснишь тот факт, что ты спишь со своей студенткой, а?! — все сильнее сдавливал в своих руках побледневшую шею товарища, чьи жадные глотки воздуха переходили на сухой хрип. Твои ошарашенные от испуга глаза бегали от одного мужчины к другому, не в силах сморгнуть пелену шока. Тело вновь преобразилось в каменную поверхность, собирая на себя крупинки пыли, что витала в воздухе из-за взбучки двух профессоров, вцепившихся в односторонней драке. Том даже не пытался сопротивляться, принимая свою нелепую смерть такой, какой она есть — от рук лучшего друга, за то, что втянул юную студентку в свои извращенные отношения, которые были с самого начала обречены на провал. — Бен, давай спокойно поговорим, — уже с почти закатившимися глазами, хрипел Том, пытаясь оттянуть красные руки с набухшими венами от себя. — Я и так спокоен, чертов ты больной ублюдок! — и даже за эхом этих громких, на весь дом, слов, можно было услышать явный хруст позвонка Хиддлстона. — Ты — Да ты вообще пон-! — но прежде чем Камбербэтч смог закончить свою фразу, в него ударила холодная струя воды, вгоняя того в недоумение. — Что за-?! — и вновь струя с водой. — Успокойтесь, оба! Быстро! — достаточно громко скомандовала ты, сжимая заряженный и вооруженный, заполненный ледяной водой, пульверизатор, которым Том обычно опрыскивал растения в доме. Бен и Том так и замерли на месте, не меняясь в лице, ошарашено глядя на тебя. Руки Бена все также были сжаты вокруг шеи приятеля, однако сама хватка ослабла и дала возможность небольшому количеству кислорода проникнуть в опустошенные легкие Хиддлстона. — Т/И, ты- ты что творишь! Что за-?! — и вновь сконфуженный голос Бенедикта был перебит водой, брызнувшей ему в лицо, вынуждая того зажмуриться. — Я говорю сейчас! — чуть ли не ряфкнула ты, продолжая угрожать «смертельным оружием» в своих подрагивающих — из-за стресса — руках. — Т/И, что ты де-! — попытался вставить свои пять копеек Том, но его кряхтение было таким же образом оборвано на полуслове, как и с Бенедиктом. — Цыц! — ты смогла взять в ежовые руковицы двух взрослых мужчин, чьи лица были покрыты влажными каплями ледяной воды, стекающей за шивороты их рубашек. «Обрызгать ледяной водой двух многоуважаемых профессоров, которые способны тебя отправить в нокаут с одного удара? Гениально ты мыслишь, Стивен, мать его, Хокинг!» Проснулся разум, мгновенно начиная тебя чморить за собственный поступок, однако в одном он был прав — дальше то что? Остановила ты драку — это неоспоримо, а какими будут дальнейшие действия? — Во-первых, — начала более плавным тоном ты. — Вы оба сейчас же прекращаете этот цирк. Во-вторых, предлагаю сесть и спокойно все обсудить, — закончила ты мысль, однако по недовольному и даже ошарашенному выражению лица Бенедикта, ты поняла, что того мысль явно не привлекала. — Обсудить? — и вновь в лицо мужчины ударила ледяная струя воды. — Не вынуждайте меня заливать сюда кипяток, — шумно выдохнула ты. — Она не шутит, приятель, я бы прислушался, — все с таким же натиском прошептал Том, не выпуская из хватки цепкие руки Бена на своей шее. За свои слова Том получил в ответ лишь мрачный взгляд исподлобья со стороны друга. Бен перевел взгляд обратно на твое решительно настроенное выражение лица. Его глаза сверкнули молниями, однако тебя это не испугало… ну, может немножко. «Я точно сейчас бахнусь в обморок» Ладно, тебя его взгляд весьма сильно запугал, но собственную актерскую игру чудо-женщины не прервал. — Ладно… Только убери пульверизатор, прошу, — закатил глаза Бен, недовольно вздыхая. Руки опустились, наконец выпуская Тома из смертельной хватки, после которой у него остался внушительного размера, и окраса, красный след. Хиддлстон вдохнул полной грудью, практически растекаясь вдоль стены, потирая ладонью шею. Ты наконец выдохнула напряжение, накопленное в грудной клетке, которое сковало каждую клеточку твоего тела. Ты медленно опустила руку с опрыскивателем, держа до невозможности глубокий, напряженный зрительный контакт с Беном. — Прошу на кухню, — ты холодно кивнула в сторону кухни, молча следуя к столу, спиной ощущая два мужских взгляда. Универсальная заварушка? Скорее обычный вторник в детском саду.

***

— Встречаетесь?! — нервно, резкими движениями проводил по влажным волосам Бен, практически вскакивая с собственного места. — Ладно бы это было дело на один раз! Хотя это не сделало бы ситуацию менее дерьмовой, но черт, это же совсем royal cluster fuck! Том, я тебя-! — но Бен был прерван угрожающе направленным в его сторону пульверизатором в твоих руках и такого же плана ледяным взглядом. — Обойдемся без лишней крови, — вздохнула ты. На удивление, ты могла более чем спокойно выражать свои мысли, несмотря на весь хаос вокруг себя и с возможной вероятностью быть выгнанной из университета. — Бен, я знаю, как это выглядит со стороны для тебя, но… — вздохнул Том. — Я прошу тебя войти в наше положение, — пытался как можно спокойнее говорить Том, однако ты краем глаза могла заметить, как тот постукивает нервно пальцем по столу. — Ваше… положение? — с ноткой истерики переспросил Бен, явно не веря своим ушам. Он смешливо фыркнул с мрачной тенью на лице, опуская глаза в стол и сжимая руки в замок, явно сдерживаясь, дабы вновь не накинуться на Тома. — Томас, давай я скажу это как можно яснее, — вздохнул мужчина. — Ты. Спишь. С. Своей. Студенткой, — делая паузу после каждого слова, Бен глядел заледеневшим взглядом в сторону Тома, чье лицо сохраняло безмятежность, однако лишь на толику секунды промелькнула тень вины, скользнувшая по глазам, переходя на ком в горле, который Том с тяжестью сглотнул. — Это не так, — сквозь натиснутую челюсть выдавил из себя Том. Твой взгляд шустро мотался между двумя мужчинами, чьи гляделки порядком пугали тебя, вынудив приклеиться к стулу. Как бы хотелось сейчас провалиться сквозь землю и просто забыть весь этот кошмар. — Ах не так? — смешливо хмыкнул Бенедикт с нотками истерического безумия, застывшего на тонких губах виде усмешки. — Еще скажи, что вы любовью занимаетесь! — вскрикнул саркастично Бен, почти вскочив с места, резко поворачиваясь к тебе. — Т/И, скажи, зачем тебе это? Он тебе угрожает? Ты делаешь это ради оценок? — один за другим вылетали вопросы, закапывая тебя под тяжестью слов, пока ты пыталась заикаясь хотя бы что-то сказать, но ни одно слово так и не покинуло твоих уст. — Я- не! — глаза распахнулись по пять копеек, а тело сковал страх, без возможности убежать или спрятаться. — Он принуждает тебя к этому? Просто кивни, если да, и мы совсем разберемся-! — но прежде чем хоть еще одно слово успело бы слететь с сухих губ Камбербэтча, резкий удар по столу кулаком украл все внимание. Ты подскачила от испуга, переводя полумокрые глаза в сторону Тома, чей силуэт навис над столом, а взгляд был налит кровью и чистой яростью. — Довольно, Бен! Это между тобой и мной, не втягивай её сюда! — перешел на крик Том. Для него высказывания Бена были крайней каплей, он не мог терпеть ущербного обращения с тобой. Пусть Бен его задушит. Пусть убьет и закопает на заднем дворе. Пусть он наказывает Тома, но не тебя… Том втянул тебя в это, но он и вытащит. Это была его вина, что он не удержался и откусил лакомый кусочек от запретного плода и теперь последствия его карают. — Ты её уже втянул! Ты ей жизнь под откос пустил, чертов извращенец! — и вновь дело шло к драке, а ты все также жалобно сидела с испугом на лице и стиснутой челюстью. Тело и мозг не шли на контакт, словно запирая тебя внутри клетки из костей и мяса, оставляя тебе возможность лишь немо наблюдать за разворачивающейся ситуацией. Ощущение слабости и духоты затянули петлю вокруг твоей шеи и начали стримительно стягивать веревку. Ком застрял поперек горла, пока ты сквозь туманное зрение глядела на двух кричащих мужчин. «Это все из-за меня» Лишь одна мысль прокручивалась, разростаясь как снежный ком из химических отходов, чья токсичность убивала каждую здравую мысль. Твое дыхание участилось. Ты хотела кричать. Хотела убежать. Ударить. Сказать свою правду, но ничего из этого не выходило. — Серьезно, Том?! Что, либидо уже из штанов выпригывает?! Ты хоть, блять, мозги включи на пару минут, идиот! — не умолкал Бен. — Да ты даже не хочешь услышать всю правду! Я пытаюсь тебе объяснить! — брызгаясь ядом друг в друга, двое приятелей не могли придти к соглашению. Напряжение в комнате переливалось за край, мигая красным цветом. — Какую правду?! Ты трахаешь свою сту-! — Я люблю его! — ты резко вскочила с места и уставилась мокрыми глазами на Бена, сохраняя суровое лицо с нотками испуга и некой неуверенности… Однако, была ли это неуверенность в своих действиях или уже в истине своих слов? Бен так и замер в моменте. По нему было видно, что брюнет пытался найти слова, немо открывая и закрывая рот, бестолково, потеряно с некой искрой разочарования, глядя на тебя. — Мистер Камбербэтч, сэр, прежде чем вы что-либо скажете, позвольте мне сказать за себя. Не за нас и не за Тома… только за себя, — слова были сказаны тихо, но достаточно уверенно и четко, чтобы Бен стиснул челюсть, отправляя желваки плясать на его лице. — Я люблю Тома, правда. Он меня не принуждал и не угрожал. Знаю, звучит дико — профессор и студентка… будто что-то из порнофильма, — ты позволила себе с толикой иронии и грусти усмехнуться, переглядываясь с Томом, чей обеспокоенный взгляд не покидал твоего лица. — Но это все обоюдно, с моей стороны точно. Я пошла на это, осознавая риск. Это не ради оценок или лишнего экстрима, — это из чистых побуждений и чувств, на которые Том ответил взаимно, — выдохнула ты. — Если хотите придушить его, то сначала лучше меня. Это я заступила за пределы дозволенного, и я заслужила любое наказание, — непоколебимость не покидала твоего лица. Руки нервно сжимали ткань майки, пока ты отчаянно пыталась смочить сухое, натертое горло, слюной. Молчание на кухне окутало вас своими прохладными объятиями, растягивая напряжение, однако при этом даруя пространство для маневра, чтобы каждый присутствующий мог обдумать высказанное и придумать собственный ответ. Бен все надеялся, что это была шутка, что ты подмигнешь или прошепчешь просьбу о помощи, но ничего из этого не последовало, и тот устало вздохнул, опуская глаза в стол. Взор Тома гулял между тобой и Бенедиктом, пока тот стиснул челюсть, готовясь ко второй волне криков, споров и эпатажному мату. — А ты… Том? — Бен поднял полу-пустой взгляд на товарища. — Что ты скажешь на это? — измотанно, бессильно спросил Бен, упираясь обеими руками о стол. Хиддлстон молча сглотнул, расслабляя сжатые кулаки. — Я люблю ее, Бен, — коротко, но со всей гордостью и уверенностью заявил Том. — Знаю, это дико, и мы с тобой сколько раз обсуждали таких мерзавцев, как я… иронично, получилось. Но она причина, почему я все еще улыбаюсь. С ней я чувствую себя живым, — вздохнул Том, притягивая тебя к себе, при обнимая тебя за шею к себе, оставляя еле ощутимый, теплый поцелуй на макушке. Ты позволила себе расслабиться и прильнуть к нему в ответ, обвив руками мужской торс, прикрывая уставшие глаза. — Я и забыл какого это любить… думал этого уже не будет. — усмехнулся с тоской в тоне Том, возвращая взгляд на измотанного приятеля. Бен смотрел на эту картину с неким разочарованием и тенью отрешенности, но по большей части это была лишь усталость. Конфликт был почти исчерпан. Очередная пауза скользнула между вами, прежде чем послышался глубокий вдох и выдох со стороны Камбербетча. Мужчина устало потер переносицу, пытаясь утопиться во тьме закрытых век. Он чувствовал пульсирование в висках, вызывавшее знакомую мигрень, что казалось пустила свой яд вдоль всего тела, вызывая тошнотворное ощущение слабости. Казалось бы сто мыслей пролетало на задворках сознания, при этом ни одна не была достаточно ясной, чтобы мужчина мог её озвучить. Его силуэт растекся по стулу от бессилия и потери надежды вразумить своего близкого друга. Ты нервно бегала глазами между двумя мужчинами, сильнее сжимая хватку на талии Тома. Тот нервно играл желваками, промывая слюной сухое горло. Казалось весь дом утонул в густой тишине — ни пения птиц, не лая собаки, черт, даже ветра не было слышно. Каждый вдох Бена звучал как раскол земли под ногами, и казалось вот-вот твердая почва проглотит вас, переварит и выплюнет остатки. — Бен.? — то ли вопрос, то ли утверждение, в любом случае имя слетело неуверенно и как-то криво с уст Тома, словно тот говорил с водой во рту. — Я… мне даже нечего ответить, — с толикой истерики фыркнул мужчина, упираясь пальцами в левой висок, ставя локоть на стол. Второй рукой он провел по растрепанным волосам, глядя пустым взором в пыльный угол. Резко и неожиданно его зрачки метнулись в твою сторону, от чего толпа мурашек прошлась вдоль позвоночника, вынуждая твое тело еле заметно дернуться на месте. — Если то, что вы говорите, является правдой, то… — взор голубых, уставших глаз перешел на Тома, чья грудная клетка наполнилась воздухом под тяжелым взглядом друга. Том стиснул челюсть, не прерывая зрительный контакт, хотя душа его была на волоске от шага в другой мир. — Я готов не вмешиваться в то, чтобы это не было, — Бен сделал невидимый круг рукой в воздухе, намекая на ваши отношения. «Вот это поворот… Совсем довели деда» Проскользнул саркастический тон рассудка где-то в отдаленном уголке твоей головы. Неужели все обошлось? Это правда наяву? Нет, все слишком хорошо, в чем же подвох? Нет, нет, никаких подвохов. Чистое везение? Твои ноги на мгновение онемели, превращаясь в ватную массу, спасло лишь то, что ты все также сидела. Ты открыла рот, уже готовясь благодарить Бена с писками и воплями счастья, однако… — Но сначала мне нужно все обдумать, — а вот и подвох, конечно, хер там повезло. Взгляд Камбербэтча стал жестче, более суровым и серьезным, что вынудило тебя поморщить лоб в хмурой гримасе. — Я не могу вам ничего обещать и даже не буду пытаться, вся эта ситуация меня глубоко повергла в шок и честно говоря, — очередной измученный вздох сорвался с тонких губ, пока мужчина вставал со стула. — Не думаю, что смогу полностью принять эту ситуацию, однако, я и не готов портить вам жизнь из-за такой глупой… ошибки, — его взгляд пронзил в тебе дыру на последнем слове, словно оно имело чуть более глубокий смысл, который предназначался конкретно тебе. В твоей груди словно образовалась воронка, засасывавшая все счастье и надежду вместе с органами, оставляя только пустоту и холод. Ты прикусила внутреннюю часть щеки, оставаясь без сил выдать и пары слов. Но больше тебя тревожило, почему молчал Том. Почему он ничего не сказал? Чувствовал ли он тоже самое, что и ты в этот момент? Его лицо оставалось неизменно серьезным с тенью стыда и страха в глазах. Если прислушаться, то можно было даже услышать громкое стукание сердца Тома, чья кровь застыла в каждой вене, остужая его руки, превращая те практически в ледышки. — Мы еще вернемся к этому разговору, — внезапно послышался сиплый баритон Хиддлстона, чья с Беном перепелка взглядами становилась с каждой секундой все напряженнее. — Непременно, — еле заметно кивнул брюнет, переключая внимание на тебя. — Если что, ты знаешь к кому обратиться, — эти слова звучали для тебя и для тебя одной. Ком встал поперек горло и не шел ни туда, ни обратно, так и лишая тебя голоса и возможности выговорить хоть слово. Камбербэтч молча направился к выходу, накидывая на себя свое пальто, поправляя лохматые черные локоны, зализывая их назад. Вы с Томом вышли в коридор, провожая незваного гостья, однако ни улыбок, ни доброжелательного «до встречи» не услышали голые стены этого дома. Рука британца коснулась ручки входной двери, потянув ту на себя, отрывая вид на серую улицу. Ты могла лишь молча смотреть вслед. А нужно ли было что-то говорить? Какое то очередное оправдание, убеждение или заключение? Но все уже было сказано, куда уж хуже делать. Но прежде чем нога Бена коснулась улицы, Том подал голос: — Бен… в среду, там где и всегда, — эта тихая, полу-закодированная фраза была озвучена чуть ли не с мольбой из уст Тома. Бенедикт не оборачиваясь, замер. Он вдохнул, опуская напряженные плечи. — В среду, — как будто играя в эхо, повторил Бен с пустой и безжизненной интонацией, прежде чем его силуэт исчез за дверью, оставляя после себя густую, мрачную тишину. Ты так и осталась смотреть в закрытую дверь, где ещё маячил призрак Бенедикта и эхо его голоса. Этот холодный взгляд с тенью отвращение навсегда въелся в твою роговицу глаза и в отдельное место в твоей памяти. И было некое ощущение… грязи. Такой липкой, темной, проникавший в каждый уголок тела. Такой грязи, от которой невозможно отмыться, хоть кожу сотри в мясо самой шершавой губкой. Ты обняла себя руками, словно пытаясь успокоить или хотя бы слегка согреть из-за холода, окутавшего тебя из-за стресса. Том мерил медленными шагами расстояние от коридора до гостиной. Он молча думал о своем, явно пытаясь включить логику и выключить чувства. — Что нам делать? — дрожащим шепотом спросила ты, не оборачиваясь на мужчину. — Ничего, — коротко ответил Том, не выдерживая паузу. — Только ждать среды, — добавил на выдохе мужчина. — А если он кому нибудь расскажет? — твой голос чуть ли не дрогнул. Ты обернулась на Тома, чей силуэт рухнул на диван. Когда-то широкие, расправление плечи были опущены, а блеск жизнерадостных голубых глаз — утратил свой цвет. Тебе было больно видеть его таким, но хуже всего было это чувство. Тупое, жалкое чувство — Вина. «Если сменить «а» на «о», то это может стать решением твоей проблемы» Хмыкнула Совесть, закуривая третью сигарету за это утро у тебя в голове. Ты прикусила губу, делая глубокий вдох, ступая по холодному полу к сутулому мужскому силуэту со спины. Ты обошла диван, кладя руки на плечи Тома, чьи пальцы потирали переносицу. — Прости меня, — послышался мужской голос с нотками хрипотцы. — Этого не должно было случиться, — продолжил он. Твое сердце сжалось от услышанных слов и от этого тона. Неужели он винил себя? Твои пальцы сами сжали от отчаяния ткань его рубашки. — Это не твоя вина, Том, — очередной вздох. — Просто, видимо, нам не особо везет. Сначала Эми, теперь Бенедикт… — ты грустно, с толикой иронии, хмыкнула, вызывая такую же натянутую усмешку у Тома. — И вправду… карма ненасытная сволочь, — заключительно заявил Том, накрывая ладонью твою руку на его плече...