save me

Нацепив ушанку, Фёдор направился к умывальнику, настроение было испорчено в край, но зачем Осаму это сделал, было непонятно, ведь он прекрасно знал, к чему это приведёт. Неприятный запах ударил в нос, поезд из России, это было ясно ещё до появления в нём. Подойдя к раковине, он посмотрел в отражение, которое показывало бледного, худощавого парня с мешками под глазами от бессонных ночей, оно показывало самого Фёдора и то, насколько он жалкий. Кран повернули, Достоевский начал умываться холодной водой, стараясь взбодриться, капельки стекали по подбородку и падали обратно в раковину. Послышался тихий скрип и щелчок замка, на что брюнет мигом обернулся, пытаясь сфокусировать взгляд на вошедшем. Через несколько секунд он понял, что это был Осаму. — Что тебе надо? Как можно более пофигистичным тоном произнес Дост, на что даже не получил ответа, ведь его нагло прижали к стене, впиваясь в сухие и обкусанные самим Фёдором губы, его спина болезненно заныла, пока сам он пытался вырваться, что у него совсем не получалось. Осаму в наглую запустил в чужой рот язык, на что Достоевский укусил его. Бинтованный отстранился, его явно это не обрадовало, он схватил подбородок главы крыс, пристально смотря в аметистовые глаза. — Не боишься последствий, а, крыска? Он ухмыльнулся, продолжая прожигать Фёдора взглядом, ответ последовал только через несколько секунд. — Тебя меня не запугать, да и если ты что-то сделаешь со мной, мои люди достанут тебя из-под земли, так что лучше просто отпусти меня, — огрызнулась жертва. Мысленно он был буквально в панике, да, ему и вправду было страшно, но на его лице не высказывалась ни единой эмоции. А вот ухмылка напротив не сходила с лица, и Осаму приспустился к чужой шее, держа руки жертвы над его же головой, багровые засосы расцветали словно бутоны на бледной, как у смерти, коже. Стонов практически не было, вместо них было лишь протестующее мычание Фёдора, он знал, что даже если закричит, никто ему не поможет, так что он даже не пытался. Тем более, он мог разозлить этим самого Дазая, за что мог бы поплатиться. — А ты терпеливый, — расплываясь в самодовольной улыбке мести, детектив медленно и верно прокусывал участок бледной кожи, что была уж точно тоньше, чем у остальных людей. Хрупкое тельце без проблем поддавалось издёвкам, но он не собирался заходить дальше, ему лишь хотелось поставить главу на своё место

***

Тихий скрип колёс и поскуливания разносились в уборной, как тем временем люди за дверью яростно пытались попасть во внутрь — Это какой-то беспредел, нужно вызывать кондуктора, — послышались вопли девушки, который дружно были поддержаны толпой, но так же быстро и были оборваны. Одна из кабинок была освобождена, её покинул только Осаму