Достигнуть цели

Три года спустя

26 октября

      Ледяные капли дождя стекали по моему лицу, словно слезы, которые я не мог сдержать. Они очищали землю, пропитанную смертью и истошными криками. Я в последний раз бросил взгляд на ее улыбку, застывшую, неживую, и через силу улыбнулся в ответ. С уст сорвалось сиплое: “Прости”. И я ушел, больше не оглядываясь. С терзающей виной внутри, зная, что совершил непоправимое, как когда-то она сама.       Этой ночью я возжелал, чтобы тьма поглотила меня. Медленно и невыносимо мучительно. Демон не стал противиться. Не стал больше отговаривать, повторять, что я справлюсь. На этот раз лишь покорно кивнул, услышав мое желание. Видимо, смирился.       С каждым прожитым днем с мыслями о ней мне становилось только хуже. Жить не хотелось до отвратительной тошноты. И он это видел. Предотвращал не раз это нежелание, этот страшный грех, вытаскивая с того света. Даже будучи самой смертью. Тем, кто забрал у меня ее.       Дверь тихо скрипнула, и я прошел в ванную комнату в кромешной тьме. Бросил на пол промокшее насквозь пальто и со сдавленным хрипом сделал тяжелый вдох. Металлический привкус во рту стал сильнее, нежели пару часов назад.       Отсчет начался.       Сплюнув, я почувствовал в горле режущую боль и на ослабевших ногах вжался дрожащими пальцами рук в край раковины. Откашлявшись, услышал тихий удар стекла о керамическую поверхность. Приглушенный стон сорвался с губ, а изо рта начала стекать кровь - густая, горячая, смешанная с мелкими осколками.       “Значит, так он решил забрать мою жизнь?” — я вытер тыльной стороной ладони солоноватую жидкость с кожи.       Щелчок. Мягкий свет заполнил помещение. Я поднял тяжелый, уставший взгляд и увидел демона в зеркале. Он стоял позади меня, наблюдая за тем, как моя жизнь сгорает прямо у него на глазах. Как когда-то ее.       — И сколько мне осталось? — тихо прошептал я.       — Сутки, — не сразу ответил он. — Может, меньше.       — Вот как… — я хмыкнул с грустной улыбкой на окровавленных губах и опустился на холодный пол. Его глаза, обычно пылающие адским огнем, сейчас были полны какой-то странной, человеческой скорби. — Похорони меня рядом с ней, ладно?