А они были соседями по парте

      Когда наконец прозвенел звонок на обеденный перерыв, Мадара схватил свое бенто и открыл окно, впуская внутрь холодный ветер.       — Эй! Ты не должен… — Сакура оборвала себя, когда он выскочил наружу. Она полезла вслед за ним, закрыла за собой окно и вскарабкалась на крышу. — Ты меня выслушаешь? — Фыркнула она. — Твои волосы еще мокрые, ты простудишься, если не вернешься в класс!       — Со мной все будет нормально, — сказал Мадара, стоя к ней спиной и высыпая что-то из большого мешка в… мусорное ведро? Она с любопытством подошла к нему.       — Что ты делаешь? — Спросила она.       — Организую наше место для обеда, — решительно ответил он.       Сакура заглянула в металлический ящик. На дне уже лежала куча угля.       — Ты разводишь костер? Здесь? — Догадалась она.       — Да, вчера мне пришла в голову идея, поэтому утром я принес все необходимое.       Сакура прикусила губу.       — Это вообще разрешено? — Неуверенно спросила она.       — Мне все равно, я хочу, чтобы здесь было тепло. Отойди, — приказал Мадара, и она поспешно отошла от импровизированной жаровни. Мадара сложил ручную печать, глубоко вздохнул и выпустил туда небольшую струю огня. Сухой уголь сразу же загорелся, пламя вспыхнуло высоко и ярко, прежде чем снова опустилось и начало гореть ровно. Мадара удовлетворенно ухмыльнулся.       — Теперь у нас наконец-то может быть хоть какое-то чертово уединение в этой школе, — сказал он и плюхнулся прямиком на поверхность крыши. Он вздрогнул от холода и сменил позу, сев на корточки перед их обогревателем.       — Ты правда так ненавидишь сидеть взаперти в классе, да? — Прокомментировала Сакура, дрожа, когда бочком подошла к нему. Она начала замерзать в своем миленьком наряде. И проклинала себя за то, что не надела под юбку хотя бы колготки вместо тоненьких гольфов. Ее голые руки, которые не спасали короткие рукава белой блузки, покрылись мурашками. Она обхватила себя руками и подошла поближе к жаровне. Та излучала приятное тепло, но, несмотря на то, что спереди ей было тепло, спине до сих пор было холодно.       — Вот, — сказал Мадара и накинул ей на голову куртку.       — Эй! — Сакура протестующе вскрикнула и сняла брошенную в нее вещицу, чтобы рассмотреть. Потом, нахмурившись, зыркнула на Мадару. Его волосы все еще были слегка влажными, и на нем была только рубашка. — Не надо отдавать мне свою одежду, ты же сам простудишься, — сказала она.       Мадара закатил глаза.       — Я сказал, со мной все будет нормально. Учихи не простужаются. У нас в крови огонь, — надменно произнес он.       Сакура с сомнением посмотрела на него.       — Да ну? — Она впервые слышала об этом. И она хорошо помнила, как прошлой зимой простыл Саске. Прискорбная потеря — ведь одним лишь своим присутствием он украшал школьные коридоры — была довольно громко оплакана всеми девочками.       — Ну да, — ответил Мадара. Прежде чем она успела высказать свои сомнения, он сменил тему. — Кроме того, тебе куртка нужна больше, чем мне. Что это на тебя нашло-так одеваться зимой? — Поинтересовался он.       — Наверное, мне просто захотелось. Каждая девушка любит выглядеть красивой, — беспечно заявила Сакура.       — Ты же понимаешь, что можно выглядеть красиво и при этом не получить обморожение? — Указал он.       Сакура покраснела от смущения. Мадара умудрялся делать такие замечания, что она чувствовала себя глупо из-за своих поступков.       — Заткнись, это жертва во имя моды, тебе не понять, — проворчала она.       — Ого! — Мадара оживился и оглядел ее с ног до головы с хитрой искоркой в глазах. -Значит, ты все же пытаешься угнаться за званием Мисс Коноха? — Весело спросил он. — Не думал, что ты воспримешь мои слова так буквально, Сакура. Я просто пошутил.       Она покраснела от гнева и унижения. Он должен был восхищаться и поражаться ее элегантностью, а не дразнить ее за то, что она зашла так далеко! Мадара слишком хорошо умел ее дразнить, но на этот раз она не позволит ему смеяться последним. Она лихорадочно искала подходящие слова, а потом ее озарило.       — Уж кто бы говорил — это ты вымыл голову только потому, что я сказала, что ты странно выглядишь! — Парировала она и с удовлетворением наблюдала, как он покраснел и нахмурился, старательно избегая смотреть ей в глаза. Так ему и надо.       — Это не имеет к тебе никакого отношения! Я должен был смыть это дерьмо с моих волос, у меня от него вся голова чесалась, — защищался Мадара, но Сакура не поверила ему ни на йоту.       — Угу, — с сомнением произнесла она. — Как скажешь, — легкомысленно ответила она и наконец открыла коробку с обедом. — Итадакимас.       Мадара угрюмо посмотрел на нее и последовал ее примеру. По крайней мере, рядом с жаровней стало достаточно тепло, чтобы она могла сидеть в позе сэйдза. Она подоткнула юбку под колени, чтобы не касаться крыши голой кожей. Мадара просто сидел, скрестив ноги. Он остервенело вонзал свои палочки в еду. Сакура жевала свой обед, размышляя. Ей не нравилось, когда он был в таком настроении, это просто казалось неправильным после всего, что он сделал. Ведь он вернул их место, не так ли?       — Знаешь что, мне всегда нравились твои волосы такими, какими они обычно бывают, так тебе больше идет. И смотрится гораздо лучше, чем прическа Мистер Прилизанный. — Заметила она и взглянула на него. На секунду он замер, не донеся до рта палочки, а потом фыркнул.       — Вчера ты сказала, что я похож на сердитого дикобраза, — укоризненно пробормотал он.       — Ну, я же не говорила, что это плохо, — рассудительно заметила она.       Мадара задумчиво посмотрел на нее.       — Пожалуй, это лучше, чем розовые волосы, — согласился он.       — А что плохого в розовом цвете? — Оскорбленно спросила Сакура, прикасаясь к своим длинным локонам.       Он пожал плечами.       — Такой цвет — для врага как неоновая вывеска. Ты еще это прочувствуешь, когда отправишься на задания за пределы деревни, — заметил он.       — Ты так думаешь? — Обеспокоенно спросила она. Раньше ей такое и в голову не приходило, но если это станет проблемой… — Тогда я могу покрасить волосы, — предложила она с гримасой отвращения. Ей нравился розовый!       — Не надо, — твердо сказал Мадара.       — Но ты же только что сказал…       — Это с одной стороны. Сама подумай. Раз тебя легко заметят враги, значит, заметят и союзники. Так что все не так плохо, — объяснил он.       Сакуре это показалось вполне разумным.       — Ты прав, — согласилась она и облегченно улыбнулась: ей все-таки не придется красить волосы.       Мадара ухмыльнулся.       — Разумеется, я прав.       Внезапно после его слов в школе пронзительно завыла сирена. Они переглянулись и подбежали к перилам, чтобы посмотреть, что произошло, но казалось, все в порядке. Однако растерянные ученики и учителя начали выходить на территорию школы. Сакура повернулась к Мадаре.       — Должно быть, это ложная тревога. Наверное, стоит спуститься? — Спросила она.       Прежде чем он успел ответить, из ниоткуда хлынула струя воды и ударила в жаровню, окатив ее, а на крыше Академии появилась группа ниндзя. Сакура застыла на месте. Ответственным был офицер полиции Учиха, и он выглядел взбешенным, пока оценивал ситуацию.       — Что вы, сопляки, тут делаете? Нам пришло сообщение, что в Академии пожар! –Закричал он на них. После чего громко отдал приказ своим людям, и когда они разошлись, офицер с пылающим взглядом приблизился к детям.       Сакура стояла по стойке смирно, словно приклеенная к месту и до смерти перепуганная. Все произошло так быстро! Если ее родители узнают, что у нее неприятности с полицией… Что они сделают? Без всяких разговоров заберут из Академии? Или, может быть, Хокаге-сама сам отчислит ее? В любом случае, для нее все будет кончено, все ее мечты и надежды рассыплются в прах… Слезы навернулись ей на глаза, и она едва сдерживала желание разреветься.       К счастью, гнев офицера пока обошел ее стороной.       — Учиха Мадара! — Взревел он. -Разве ты не знаешь, что в деревне нельзя разжигать костры?! Если проявить неосторожность, можно спалить все здание!       Мадара вызывающе скрестил руки на груди.       — Во-первых, это не костер, а обычная жаровня. Протрите глаза, Инаби-сан. Огонь был благополучно локализован, опасности не представлял. Я не виноват, что Вы мчались сюда со всех ног, потому что испугались крошечного дымка.       — Ты наглый, маленький… — раздраженно прорычал офицер. Он выглядел так, словно сам сейчас выдохнет огонь. — Пойдешь со мной в участок! — Рявкнул он. — И, девочка, не думай, что я тебя не вижу! Что ты можешь сказать в свое оправдание?! — Он повернулся к Сакуре, которая вздрогнула и поникла под его грозным взглядом.       — Она не имеет к этому никакого отношения. Я просто пригласил ее сюда. Не трогай ее, — вмешался Мадара, встав перед ней, чтобы заслонить от офицера.       Сакура посмотрела ему в спину с удивлением и огромным облегчением. Она наконец смогла взять себя в руки. «Обещаю, если мы выберемся из этой передряги, я больше никогда не буду смеяться над твоими волосами», — подумала она, отчаянно надеясь, что им обоим не попадет за эту проделку.       Инаби не разделял мнения Мадары.       — Значит, она свидетель? Тогда она должна дать показания.       — Свидетель чего? Я не сделал ничего плохого, — Мадара прямо отрицал свою вину, и от такой наглости Сакура невольно разинула рот.       — Ты разжег огонь! — Настаивал Инаби.       Мадара даже глазом не моргнул.       — Я уже говорил Вам, это жаровня, а не костер. Пользоваться ими не запрещено, — с раздражением оправдывался он.       — Тогда скажи на милость, как именно ты разжег огонь в жаровне? — Спросил Инаби, казалось бы, спокойным тоном, но Сакура заметила опасный блеск в его глазах.       Мадара посмотрел на офицера как на идиота.       — Очевидно, своим огне… — Он нахмурился, слишком поздно осознав ловушку.       — Своим огне что? — С мрачным весельем подтолкнул Инаби.       Мадара нахмурился.       — Своим огненным дзюцу, — закончил он. — Но это было совершенно безопасно, я давно овладел им. Я знал, что делаю, — упрямо настаивал он и повернулся к ней. — Верно, Сакура? — С многозначительным видом спросил он.       — В-верно! — Поддержала она его вопреки здравому смыслу. Она почувствовала слабость. Голова кружилась, а в животе все сжалось. Похоже, ее сейчас стошнит. Теперь, когда Мадара во всем признался, для них все кончено, он нарушил закон, а она была его сообщницей, и больше не будет никаких оправданий, это не сработает, им не поверят, и ее мать убьет ее, и ее определенно выгонят из Академии, и она никогда не станет куноичи… И все же стальной взгляд Мадары поддерживал ее и придавал смелости продолжать. Она сделала глубокий вдох.       — Пожалуйста, офицер, не сердитесь, мы не хотели создавать Вам неприятности! Мы подумали, что можно посидеть здесь и погреться у жаровни. Я не знала, что Мадаре не следовало использовать огненные дзюцу, ведь он так хорошо в них разбирается. Он никогда ничего не сожжет случайно! Если бы я знала, что все так обернется, то захватила бы спички! Простите нас! Мы лишь хотели согреться, клянусь! — Умоляла она со слезами в больших, зеленых, невинных глазах, покорно сложив руки на груди.       Должно быть, это было ее самое лучшее актерское выступление, потому что с лица офицера исчезла подозрительность. Хмыкнув, он скрестил руки на груди.       — Посмотрим, что скажут по этому поводу ваши учителя. Уходим отсюда.       Сакура одарила его слезливой улыбкой.       — Спасибо Вам, сэр, — произнесла она, вежливо поклонившись.       — Рано меня благодарить, — ответил он и жестом пригласил их спуститься по лестнице.       Мадара скорчил гримасу отвращения.       — Мы уже не маленькие и прекрасно умеем ходить по стенам, — проворчал он.       Инаби хотел надеть на него наручники, но Мадара ловко увернулся.       — Разве я спрашивал твоего мнения, сопляк? Мы идем внутрь, — рыкнул он.       Сакуру и Мадару проводили обратно, что было облегчением для девушки, так как она дрожала всем телом: и от холода, и от нервов. Ее хорошее настроение мигом испарилось, когда они столкнулись с возвращающимися в классы учениками. Она съежилась под пристальными любопытными взглядами, мечтая срочно надеть маску или хотя бы обмотаться шарфом, чтобы скрыть свою личность. Это бы помогло.       Инаби привел их в учительскую. Сакура преисполнилась новой надеждой, когда увидела, что Ирука-сенсей идет вместе с Горо-сенсеем. Ей просто необходимо было увидеть хотя бы одно дружелюбное лицо.       Она повторила свою версию событий, изо всех сил стараясь намекнуть, что Мадара так же мало знает о законе, как и она. Взрослые с сомнением переглянулись, и она поняла, что ее план не сработает. Когда взрослые ушли в соседнюю комнату, чтобы посовещаться, они с Мадарой подкрались к двери подслушивать.       — Ну, а вы как думаете? Я обязан арестовать этих двоих, — взял слово Инаби.       — Похоже на то, — согласился Горо-сенсей, и у Сакуры упало сердце. Они не купились на ее сказочку.       — Постойте, мы должны дать им шанс. У нас нет никаких реальных доказательств того, что Мадара и Сакура сделали что-то не так, по крайней мере сознательно, — возразил Ирука, и Сакура воспряла духом. Она знала, ее любимый учитель не подведет! — Я не очень хорошо знаю твоего ученика, Сакура была в моем классе много лет. Она отличная ученица, и я не думаю, что она станет лгать по поводу своей причастности к этому инциденту, — сказал Ирука. — Я не думаю, что здесь был какой-то злой умысел, разве что невежество.       — Мне все равно, как бы там ни было, из-за их безответственности подняли половину сил обороны, — резко возразил Инаби.       — Ирука прав, я не верю, что Сакура виновата. Похоже, Мадара впутал ее в это дело, — сказал Горо-сенсей. -Но они не разлей вода, так что она могла быть в курсе.       — Ну и что нам с ними делать?       — Думаю, ничего, — вмешался четвертый голос.       — Хокаге-сама! — Воскликнули присутствующие.       Сакура и Мадара удивленно и взволнованно переглянулись.       — Что значит «ничего»? Мы должны наказать этих смутьянов! — Сказал Горо-сенсей, и остальные согласно промычали.       — Ах, но ведь никто не пострадал. Да, их действия доставили всем некоторое неудобство, но ведь можно обвинить и вас. Может быть, это вы не научили их, как должен правильно вести себя шиноби. Может быть, нам стоит модернизировать наши системы пожарной сигнализации. Может, на крыше действительно нужен обогреватель, а Мадара-кун просто устал ждать и взял дело в свои руки, — усмехнулся Хокаге. — Я не считаю, что мы должны наказывать детей за проявление инициативы и изобретательности в решении проблем. Это просто задушило бы их рост.       Сакура была поражена. Сам Хокаге-сама принял их сторону! Дела явно налаживались.       — Хорошо, тогда я позабочусь о дисциплине Мадары в семье, — кисло сказал Инаби. — И родители девочки тоже будут проинформированы.       — Прекрасно, — согласился Хокаге, и заседание было окончено.       Сакура и Мадара быстро отошли от двери, делая вид, что не подслушивали, и взрослые вышли из кабинета. Но Хокаге среди них не было.       Инаби объявил им о своем решении, затем повернулся к Мадаре.       — Сотри с лица самодовольство, для тебя это еще не конец. Твой отец узнает об этом инциденте.       Мадара закатил глаза, совсем не впечатленный.       — Когда? После того, как я получу звание генина?       Инаби заскрежетал зубами.       — Собирай свою сумку, ты идешь со мной в участок, будем тебя наказывать, — заявил он.              Мадара беззаботно пожал плечами и неторопливо вышел из учительской с высоко поднятой головой. Сакура молча поплелась в класс вслед за ним, ее плечи сгорбились, поскольку она беспокоилась о реакции своих родителей на это происшествие. Когда Мадара схватил свои вещи, она вцепилась в него.       — С тобой правда все будет хорошо? — Обеспокоенно спросила она.       Мадара ободряюще улыбнулся ей.       — Это же Инаби. Самое худшее, что он может придумать, это заставить меня делать работу по дому и выполнять глупые поручения. Я справлюсь.       Сакура с облегчением кивнула и отпустила его. И только потом поняла, что на ней все еще его куртка, но он уже был в дверях.       — Мадара, подожди! Твоя куртка! — Крикнула она ему, торопливо ее снимая.       Он отмахнулся от нее.       — Можешь позже отдать! После того, как научишься одеваться по погоде! — Ответил он с ухмылкой и ушел, оставив ее кипеть от злости. Мог бы и не дразнить ее больше!       Занятия возобновились, но мысли Сакуры были от них далеки. Хотелось уже вернуться домой и ответить за свой поступок, чтобы все поскорее закончилось. После последнего звонка она неохотно направилась домой, страшась того, что ее там ждет. Единственной причиной, по которой она ускорила шаг, был пронизывающий холод, щипавший ее лодыжки.       Дома, используя всю свою силу убеждения, она сумела заставить родителей поверить, что весь этот инцидент был откровенным недоразумением. Она все равно получила наказание: никаких тренировок после школы в обозримом будущем, но она считала, что еще легко отделалась. По крайней мере, у нее будет время подготовиться к выпускным экзаменам.       Ее планы поговорить с Мадарой на следующий день провалились, поскольку он не пришел в школу. Сакура сидела одна, часто поглядывая на пустое место рядом с собой, как будто ожидала, что, если она отвернется, Мадара волшебным образом появится там. Его отсутствие пробудило в ней страх. Вдруг все его вчерашние слова были сказаны для того, чтобы она не волновалась? Она понятия не имела, какие наказания применяют кланы к своим детям. Может быть, клан Учиха был строже остальных? В конце концов, они заведовали полицией… Сакура потрясла головой, прогоняя ужасные видения Мадары, избитого до синяков и запертого за решеткой без еды и воды. Не станут же они его пытать… или станут?       Во время обеда она вышла в женский туалет, но на обратном пути к ней подошли двое ее бывших одноклассников.       — Сакура! — К ней подбежала Ино. — Это правда?       — Сакура-чан! — Заорал Наруто, подскакивая к ней. — Пожалуйста, скажи мне, что это правда!       -О чем вы говорите? — В замешательстве спросила Сакура.       — Не притворяйся, что не знаешь, ты же была там! — Резко сказала Ино.       — Я правда не понимаю, что вы имеете в виду, — оправдывалась Сакура.       — Правда, что Мадара пытался сжечь школу, а ты ему помогала? — Нетерпеливо спросил Наруто.       Сакура изумленно разинула рот.       — С ч-чего вы взяли? — Пробормотала она.       — О боги, это правда, — выдохнула Ино. — Серьезно, Лобастая?!       — Не может быть, это же так подло! Я даже не ожидал, что этот мальчишка на такое способен! — Сказал Наруто с благоговением, затем задумчиво нахмурился. — Черт, я не могу позволить ему обойти меня в розыгрышах! — Воскликнул он. Остальные начали перебивать его своими комментариями.       — Нет! Все было совсем не так! — Воскликнула Сакура. — Никто не пытался сжечь школу!       — Но я видел, что Мадару арестовал полицейский. Значит, он что-то натворил, — рассуждала Ино.       — Ничего он не натворил! Полицейский — его родственник! — Защищала друга Сакура.       — Ну разумеется, ведь у каждого Учихи в полиции работает семья. Кто же еще будет их арестовывать? — Ответила Ино. — Значит, Мадару отстраняют, исключают, или что? Давай выкладывай.       Сакуре хотелось рвать на себе волосы.       — Слушайте, хватит верить глупым слухам! Все это было просто случайностью, даже Хокаге-сама так сказал, так почему бы вам не забыть об этом происшествии?       Но ее слова возымели противоположный эффект.       — Хокаге?! — Глаза Ино вылезли из орбит. — Все было настолько серьезно?!       — Старик вас отпустил? О боги, боги, ты крутая, Сакура-чан! — Наруто снова был впечатлен. — Ты должна научить меня этому! И тогда мы могли бы вместе спланировать новый розыгрыш!       Сакура вскинула руки.       — Все, хватит! Сначала научитесь слышать, а не слушать, тогда и поговорим!       Она бросилась прочь, невероятно взволнованная. Это объясняло странные взгляды, которые она ловила на себе весь день. Теперь у нее была слава какой-то… какой-то хулиганки! Сакура-поджигательница. Ее хорошая репутация была разрушена, и единственным парнем, с которым у нее еще есть шанс, был этот идиот Наруто. Ей хотелось заплакать и наброситься с кулаками — на что-нибудь или кого-нибудь — в отчаянии. Тренировочный манекен был бы очень кстати.       Следующие дни были настоящей пыткой. Сакура активно избегала людей, хотя на нее все еще осуждающе смотрели и шептались прямо в ее присутствии, куда бы она ни шла, в то время как Мадара так и не явился на уроки. Хуже того, она не могла пойти проведать его после школы, потому что была под домашним арестом. Ее беспокойство за него достигло предела, и она решила сходить к нему, невзирая на последствия. Дома она взяла его куртку и прижала к себе, чтобы успокоиться. Та была теплой и приятно пахла.       В выходные она наконец спросила маму, можно ли ей навестить Мадару, чтобы вернуть ему куртку и дать задания, которые он пропустил. К ее удивлению и радости, мама разрешила, поэтому девочка сразу же направилась в квартал Учиха.       Сакура нажала на звонок. Прошло некоторое время, прежде чем ей открыли. На Мадаре была теплая пижама, волосы были спутанными и еще более растрепанными, чем обычно, а из носа текло.       Сакура воспользовалась моментом, чтобы переварить увиденную картину, а затем широко улыбнулась.       — Ты заболел, — объявила она, чувствуя, как с ее плеч свалилась огромная тяжесть.       — Ну да, а что такого? — Мадара шумно высморкался.       — А как же твое «Учихи не простужаются»? — Хитро спросила Сакура.       Мадара нахмурился, и она громко рассмеялась. Технически она все еще была под домашним арестом, но еще никогда не чувствовала себя счастливее. Тревоги были забыты, она наконец-то увидела своего друга и в довершение всего смогла сбить с него спесь! Для нее это был действительно потрясающий день.