Дети Автотрассы 2: Ошибка Соляриса

Оставив Пятёрку присматривать за Исследователем и Странником, Изгой, Рапид, Нира, Лесник, Аня и Майя отправились к тому месту, где Аню с Тимом разлучили — на серпантин Кавказских гор. И хотя этот долгий путь им приходилось проделывать не в первый раз, Майя заметила, как сильно все уставали. Наверно всё дело в нервах. Она сидела на переднем сидении Изгоя. Ужасно хотелось спать, но уснуть не получалось — мысли о Тиме, Исследователе и Квазаре прыгали по изможденной голове, заставляя мозги из последних сил работать. «Как мама оказалась в лапах Соляриса? Почему папа ничего не смог сделать? Как Майе удалось выжить? Что будет с Исследователем? Неужели он никогда не оправится? Неужели так и останется таким, каким описывал его Изгой — полубезумцем? А Тим? Как он там? Жив? Успеют ли они его спасти? Что если Солярис сделает с ним что-то такое, после чего Тим не выживет?..» — О чём ты думаешь? — спросил Изгой. — Да так, ни о чём — Майя поерзала в кресле и глянула в окно. — Знаешь, я давно хотел спросить, — он немного замялся, — помнишь тот вечер когда мы с Лансером играли на флейте? — Ну да.Ты никогда не рассказывал что он сказал тебе до того, как я поднялась к вам. — Много всего… — задумчиво ответил автомобиль, — он совершил чудо, превратив меня из Краснофарого — в настоящего меня. Я ведь сперва и не думал ему верить. Но потом… Понимаешь, Лансер сказал, что каждый в какой-то степени заслуживает прощения. Это отчасти и помогло мне пересмотреть свои взгляды. Но я не об этом, я… Ну, просто Лансер сказал «каждый». КАЖДЫЙ, а значит и… — И Солярис? — Вот именно. Майя здорово удивилась. Как мог Лансер сказать такое? — Ты в этом уверен? Он правда считает, что Таксиста можно простить? — Не знаю. Мне кажется простить можно, если… Ну, если человек признаёт свою вину и просит у жизни второй шанс. Если он хочет начать всё заново. — Тогда сомневаюсь что Соляре стоит давать шанс если мы победим. Уж кто-кто, а он раскаиваться не станет. — Мы не знаем. Может и станет, другое дело что не искренне, лишь бы отпустили. Это в духе Соляриса — играть роли. Лансер говорил ему не стоит верить с первого слова, даже если Таксист в слезах на колени встанет. Наверно Ланс прав. — Эй, народ! — подал голос Рапид, — хорошая новость — к Ростову подъезжаем! — О-ох, это который на Дону? — простонала Аня. — А у нас есть какой-нибудь другой в этой местности? — спросил Лесник, в кабине которого она и устроилась. — Не-ет… — изобразила Чубакку девочка и обмякла в кресле. — Держись, мы едем на пределе разрешённой скорости, — заметила Нира. — А за пределом никак? — умоляюще спросила Аня. — Имей совесть наконец! — возмутился Лесник, — Я и так выдохся! Ненавижу эти ваши шоссе! Эх-х, где мои лесные дороги? — Они остались позади, — хмыкнул едущий рядом Рапид. — Если выдохся давай остановимся, — предложила Нира, — очеловечишься и я повезу вас с Аней. Лесник промолчал. — Хороший ход, — тихонько заметил Рапид, подъезжая к Нире. — Не слишком. Лесник и правда устал, он, в отличие от нас всех, не привык к таким переездам по трассам. — Странно, тогда какого Жигуля именно его отправили за Аней и Тимом? — фыркнул Рапид. Лесник и Аня промолчали. Поездка продолжалась. Майя достала плед из рюкзака и попыталась, укрывшись, поспать. — Тебе сиденье опустить? — негромко спросил Изгой. — Да нет, мне норм, — она поерзала так и этак, подоткнула под голову часть пледа как подушку, и прикрыла глаза. Изгой скосил на неё зеркало заднего вида. Майя не ворочалась, только посапывала во сне, смешно подергивая носом. Её чёрные волосы, будто воспользовавшись тем, что она спит и не следит за ними, как нефтяной водопад спустились на лицо. Правую руку Майя высунула из-под пледа. Лицо её, даже сейчас, выражало озабоченность. Интересно, о чём таком она думает, что не в реальности — во сне не может отдохнуть? Наверное о Тиме. А может о родителях? Он слышал краем уха когда отсиживался в прихожей, пытаясь отойти от ее Затмения, как Майя что-то сказала про них. Тяжело наверное не знать откуда ты и почему жизнь с тобой так обошлась. Странно, Майя никогда о них не заговаривала раньше, с чего вдруг сейчас?.. Изгой и сам не заметил как заразился озабоченностью. Для машины, сошедшей с конвейера завода не знать родителей было в порядке вещей. Собственно, их никогда и не было, не станешь же считать например, отцом, железную руку робота, завинтившего на тебе пару гаек. Понятия «брат» и «сестра» тоже были довольны размытыми — просто машина из твоей партии. Нда, странно — вроде бы автомобили знают о людях многое, как-никак всю жизнь существует бок о бок, а с другой стороны самые простейшие вещи — такие как родственник, отец, мать или дети — всё это для машины оставалось чем-то непонятным. Хотя в то же время автомобили отлично знали что такое дружба, любовь и предательство. Вот угораздило же его втюриться человека! Впрочем, не в какого-то левого человека, а в Майю. Это большая разница. — О чём задумался? — с ним поравнялась Нира, — дай угадаю — «ни о чём»? — Да… да, — протянул он. — По-моему ты волнуешься, — заметила она. — С чего ты взяла? У нас же нет мимики в авто-форме. — Я просто знаю. Молчание. — Ну… Может ты и права. Я волнуюсь за Майю. — Вот это сюрприз, — хмыкнул Рапид. — Закройся! — гневно шикнула на него Нира, — почему, Изгой? Что ей угрожает кроме Соляриса? — Может кроме него и ничего, — тихо ответил он, — но подумайте, ведь её затмило! А разве люди подвержены Затмению? Повисла тишина. — Хочешь сказать?.. — медленно начала Нира. — Да ладно, — изумился Лесник, — такое вообще возможно? — Да, я слышала о таких случаях, — вздохнула она, — значит Майя либо автомобиль, либо полукровка. Не могу поверить, такое случается немыслимо редко… — Так, секунду, секунду! — прервала её Аня, — вы хотите сказать, что у Майи либо кто-то один, либо оба родителя — МАШИНЫ? Что за бредятина? — Люди затмеваться не могут, — объяснила Нира, — здесь без вариантов. — Но это же…это же… Да черт возьми, я даже не могу представить себе, как это происходит! — Аня была в таком чудовищном афиге, что в кои-то веки не находила слов. — Всё проще чем ты думаешь, — заметила Нира, — хотя осуществлять такие браки и непросто. — Пф, ну еще бы… — ухмыльнулся Рапид. — Замолкни, — гневно прошипел Лесник. — Две машины обязаны несколько лет существовать в человеческой форме, — продолжила Нира, — без перерывов. Это очень тяжело. — Вот ведь… — у Ани был такой прифигевший вид, что без улыбки на неё смотреть было невозможно, впрочем, оно и понятно. — А потом что? Так, чисто поржать, — поинтересовался Рапид. — В определенный момент появившиеся у них ребёнок начинает чувствовать в себе много необычных ощущений, — Нира мрачно покосилась на Рапида, — и здесь главное чтобы он не успел рассказать об этом никому из людей. Обычно этот период начинается года в четыре, иногда раньше. — Что за ощущения? — спросила Аня. — Ну… — тут подал голос Изгой, — скажем, по вечерам у тебя возникает непреодолимая тяга к дорогам. Не можешь прожить, чтобы не взглянуть на неё хотя бы раз в день. Ну и всё тело начинает болеть. Конечно это только слухи, но мне лень думать о том, как на самом деле это могло происходить и я просто поверю в то, что мне рассказали. — А чего потом? — судя по голосу Рапид потерял надежду услышать что-то смешное. — Дальше больше, — Нира перестроилась на полосу рядом с Лесником, — ребёнок тяжело заболевает. Дней так на пять. Не долго. Но тяжело. Всё его тело начинает гореть изнутри, ведь перемены, происходящее там, колоссальны. Это самый опасный период жизни машины, появившейся не на заводе. — И почему? — скучающе спросил Рапид. — Неполная трансформация, — вдруг произнёс Изгой ледяным голосом, — думаю ты дождался веселого момента, Рапид. — Неполного…чего? — ещё больше обалдела Аня. — Когда маленькая машина впервые принимает свою настоящую форму — становится автомобилем — существует опасность, что трансформация произойдет не полностью. В первый раз это для ребёнка очень сложно. — Пфффхаха-хаха, Изгой, ты был прав! — Рапид аж зафыркал от смеха. — Захлопнись, идиот! Майя спит! — прошипел Изгой. Рапид тут же притих, но всё ещё давился смехом, от чего его капот странно поддергивался, а фары начинали мигать. — Вот умора!.. — хихикал он, — это как — передний бампер на месте, а за ним органический зад с ногами?! Уф-фха-хахах! Или человек с колесом вместо башки! Ой, не могу! А может машина, а вместо фар — гляделки? У-уху-ху! Это ж новый мем придумать можно! Не-не, стойте! Колесоголовый! Аа… Дверорукий! Не-не, вот! АВТОЗАДЫЙ! Буаха-ха-ха-хаах! Как теперь это развидеть, а? Или вот еще — приходит такой водила в гараж к своей ласточке, а она уже не ласточка, а СТРАУС! Потому что не летает теперь и ноги вместо колес!.. БХАХАХАХАААА! Помогите, помираю! Только шизик такое придумать мог! Хаха-хаха-а!.. Нира, Изгой и Лесник дождались, когда Рапид уймется. Когда хихиканье и фырканье улеглось, Нира мрачно спросила: — Ты закончил или нет? — Д-да, да, все, — подавил последние приступы смеха тот. — Чудесно, тогда можно я продолжу? — Продолжай… Мне страшно узнать, что там ещё будет… — Так вот, на самом деле ничего смешного в неполной трансформации нет. Ты точно не понимаешь, ЧТО это означает? — А тебе мало моих теорий? Пфхах, могу ещё что-нибудь придумать… — Такая участь может стать хуже смерти, — подъехал к нему слева Изгой. — Ну ещё бы, я бы тоже предпочел склеить шины, чем жить с органическим… — Так почему это так плохо? т- перебила его Аня. — Потому что бедолага становится киборгом не по своей воле, — ответил Изгой и прибавил ходу, чтобы нагнать Ниру. — Чего-о? — глаза Ани округлились. — Когда ты уже перестанешь офигевать с происходящего? — хмыкнул Рапид, — я вот уже смирился что мне какую-то ересь впаривают… — Тебе же самому интересно, т- заметил спереди Изгой, — так вот, не все клетки тела перевоплощаются в автомобиль. В итоге отдельные части тела заменяются железными деталями, а психика повреждается… — Прям как твоя. -… и, естественно, внешний облик кошмарно искажается. К примеру вместо глаза может быть фара, на спине, руках или ногах — колёса, ну и другие омерзительные вещи, которые описывать не хочется. Если честно, уродливее может быть только старый деревенский трактор. Так что, Рапид, «органического зада с ногами» там нет. Кстати неполная трансформация часто бывает из-за Затмения. К счастью, вообще брак машин — явление нечастое, а неполная трансформация — и того реже, но всё-таки… — Так чего ты в начале говорил? Почему Майя в опасности? — спросил Лесник. — У полукровки шанс на неполное превращение в разы выше, — ответила Нира, — мы вообще не знаем могут ли полукровки перевоплощаться полностью — о таких случаях нам не рассказывали. — А ещё, будь Майя человеком, она вряд ли смогла бы выдержать тот взрыв. Ну помните, я рассказывал вам об огненных часах Соляриса и о том, как они взорвались вместе с ней? — добавил Изгой. — Нда-а, — протянул Лесник, — то есть… Даже если Майя полукровка, а не машина, ьу неё всё-таки побольше и силы и выносливости, чем у сверстниц. — Это ещё объясняет, почему она не разбилась когда упала из окна четвертого этажа в школе, — напомнила Нира. — Точняк… — прошептала Аня, — офонареть… — Стой… Нир, ты говорила что в четыре года машинка «заболевает», — неуверенно начал Лесник, — а с полукровками такое может случиться? — Говорю же — о полукровках нам мало известно, — раздраженно сказала та, — возможно случается, возможно нет. Надеюсь даже если с Маей это случится — то случится не сейчас, а тогда когда мы сможем ей помочь, например после победы над Солярисом и уже дома. Это был бы идеальный вариант. — Идеальный вариант если она вообще не заболеет, — сердито заметил Изгой. — Мда-а… — протянул Рапид, — а ведь мы так заговорились о Майе, чьей жизни пока нет прямой угрозы, что совсем забыли кое о ком, кто находится в куда более реальной опасности. Пф, я один не понимаю, почему до сих пор не прозвучало имя «Тим»?! Мы вообще-то ЕГО спасать едем, ничего так?