Всё будет хорошо, Грейнджер.

На очередном занятии семикурсников профессор Флитвик объявил, что им вновь следует заняться практикой по дезиллюминационным чарам. На прошлом уроке студенты практиковались применять чары на объектах: сначала на чернильнице, затем на своём портфеле, и только потом на различной мебели… Теперь задача состояла в том, чтобы наложить чары на себя, что, между прочим, гораздо сложнее. Добрая половина студентов не могла продемонстрировать похвальный результат, чем преподаватель был явно недоволен. То здесь, то там, мелькали летающие руки, ноги и головы. Кто-то надоедливо «мигал» перед уставшими глазами профессора, то исчезая, то появляясь… Но были и те, кто сумел применить заклинание вполне достойно, полностью сливаясь с окружающей обстановкой. Грейнджер, к счастью, справлялась с этими чарами довольно неплохо. Около десяти минут в невидимости. И с каждым разом всё дольше и дольше. В который раз Гермиона мысленно произнесла заклинание и через пару секунд испарилась в воздухе. Рядом находящиеся однокурсники могли видеть в месте, где стояла девушка, лишь расплывчатые колебания пространства… Эти чары скрывают волшебника несовершенно, создавая только иллюзию его исчезновения — эффект хамелеона. Понять кто именно использует чары невозможно, а разглядеть расположение невидимки очень трудно. К слову, только крайне талантливым и могущественным волшебникам удаётся полностью скрыть себя от посторонних глаз… Обязательным условием для хорошей отметки за чары было их применение в состоянии движения. Чтобы случайно не столкнуться с другими невидимками, Грейнджер решила обойти кабинет вдоль стен… Ну откуда она могла знать, что такая идея возникла не только у неё! Кто-то видимо очень ответственно подошёл к условию «движения», так как врезался в несчастную старосту Гриффиндора с такой скоростью, что та не смогла устоять на ногах и свалилась на пол… Дезиллюминационные чары Гермионы пропали, так как она выронила волшебную палочку… Странно, что столкнувшийся с ней невидимка продолжал поддерживать заклинание. Поэтому не было ясно кто этот проклятый «бульдозер», который умудрился сбить её с ног. Разумеется, девушка уже собиралась встать… Но вдруг почувствовала прикосновение к своей… талии?! Она и пикнуть не успела, как спустя мгновение чужие руки заскользили вверх. Одним резким, но аккуратным движением кто-то поднял её, ставя на ноги, словно тряпичную куклу. «Что, чёрт возьми, происходит! Неужели, опять он… Нет, этого не может быть», — в голове стремительно пронеслись слова возмущения, но в следующую секунду гриффиндорка увидела то, что заставило исчезнуть абсолютно все мысли… Отворив дверь, Малфой неспешно зашёл в кабинет, направляясь к профессору Флитвику. «Это не… Но кто…» — удивление в перемешку с растерянностью позволили Гермионе только застыть на месте, устремив взгляд на светловолосого юношу, который о чём-то беседовал с профессором, вручая тому мелко исписанные листы пергамента. На самом деле, девушка понятия не имела, почему она решила, что невидимкой был именно Драко. Возможно, из-за того, что она вечно с ним сталкивается в последнее время. Или причина не в этом? — Ох, так ты подумала, что я это он? — едва знакомый мужской голос раздался у самого уха, заставляя Грейнджер молниеносно протянуть руку. Она попыталась схватить невидимку, однако стоило ей коснуться мантии наглеца, как тот ловко вывернулся и пальцы гриффиндорки ухватили разве что воздух. — Уверена, что только слизеринцы способны вот так выскальзывать из рук, словно змеи, — с досадой проговорила Гермиона, поднимая с пола свою палочку, — Может, уберёшь чары? Ответа не последовало. Но когда дверь кабинета открылась сама по себе, девушка могла поклясться, что невидимка вышел в коридор… Следовать за ним Грейнджер была не намерена. Слишком много чести. Мгновением позже она увидела, как туда же направился и Малфой. «Да что вообще происходит?» Гриффиндорка не успела обдумать почему он ушёл, так как усталый голос профессора Флитвика завладел её вниманием: — Если кто-то из вас готов показать применение чар, то прошу подойти ко мне. Я не собираюсь проводить с вами весь оставшийся вечер. Мне ещё… — внезапно Симус поднял руку, приковывая к себе взгляд преподавателя, — Да, мистер Финниган? — Извините, что перебиваю, но почему Малфой покинул занятие? — голос возмущённого однокурсника неприятно резал слух своим раздражительным тоном. Видимо не одной Гермионе. — Это, конечно, вас никаким образом не касается, юноша. Но я отвечу на данный вопрос, — преподаватель недовольно вскинул подбородок, а затем его слова зазвучали уже с ноткой гордости: — Мистер Малфой ещё на прошлом занятии продемонстрировал мне превосходный результат, поэтому я разрешил ему не присутствовать на сегодняшнем уроке. Такой ответ несомненно заставил Финнигана проглотить язык. Впрочем, не только он был удивлён…

***

После того, как Грейнджер получила отметку «превосходно» за дезиллюминационные чары, она на всех парах летела в Больничное крыло, чтобы проведать лучшего друга. Прошло несколько дней с момента, как Гарри оказался в лазарете. Но он до сих пор не пришёл в себя. Каждый раз, когда Гермиона приходила к нему, мадам Помфри уверяла, что все физические раны уже залечены и он скоро очнётся. Это лишь вопрос времени. В помещении оказалось достаточно тихо. Каково было удивление гриффиндорки, когда она не обнаружила там Гарри! Его постель была пуста, одеяло лежало на полу. Не помня себя от охватившего сознание страха, девушка помчалась в кабинет Помфри. Школьной целительницы там не оказалось — комната была заперта. Грейнджер прижала ладони к двери, опираясь о неё головой и устремляя обеспокоенный взгляд вниз. Мысли, одна за другой, неслись в голове, подгоняя друг друга, словно от этого зависело всё. В этом безумном потоке Гермионе удалось зацепиться за парочку так необходимых ей деталей… План действий был готов. Судя по состоянию постели, либо Гарри похитили, либо, очнувшись, он немедленно куда-то умчался… Вероятно, Помфри в тот момент не было рядом. Где она сейчас девушка понятия не имела. Не мешкая ни секунды, Гермиона вызвала патронуса. Затем проговорила послание, адресованное Гарри. Серебристая выдра, быстро и ловко двигаясь вокруг своей создательницы, испарилась в воздухе. Тем временем, гриффиндорка направилась к выходу из Больничного крыла. Отворив тяжёлые створки дверей и выйдя наружу, она успела сделать несколько шагов к огромным часам, механизмы которых жили своей жизнью, двигаясь по столь привычным для них направлениям. В один момент, что-то заставило Грейнджер обернуться… Створки дверей постепенно закрывались за ней, но в последний момент в лазарет успел проскочить чёрный кот. Брови девушки сошлись к переносице, а в голове оказалось странно пусто. Гермионой завладело необъяснимое беспокойство, вынуждая её устремиться назад в Больничное крыло. С силой толкнув массивные двери, она влетела внутрь. Оглядевшись по сторонам, Грейнджер обнаружила, что в помещении… никого не было. Учитывая ситуацию, тратить время на поиски какого-то кота было глупо, поэтому гриффиндорка направилась искать Гарри Поттера… Который, кстати говоря, находился в весьма неловком положении…

***

— Так, так. Мистер… Поттер, — пропел Снейп, выделяя имя особой интонацией, — Какая удача, что именно мне посчастливилось встретить вас в таком… ненадлежащем виде, — профессор оценивающе прошёлся взглядом по гриффиндорцу, которому, к слову, так не повезло встретить в коридоре школы именно Снейпа. Стоя здесь, в одной пижаме для пациентов Больничного крыла, Гарри чувствовал себя как мышь, угодившая в мышеловку. Оставалось надеяться на то, что обрадованный обстоятельствами преподаватель не потащит его в свой кабинет в подземелья для, так сказать, воспитательной беседы. — Профессор, я… — Молчать! — Гарри едва не вздрогнул, а Снейп, прищурив глаза и склонившись над ним, словно коршун, вкрадчиво заговорил: — Я с радостью провожу вас в кабинет директора и буду надеяться… что вам назначат достойное наказание за вашу своенравность. Поттер опустил взгляд, понимая, что попытки объяснить в чём дело бесполезны. Честно признаться, Гарри решил, что после того случая, когда во время битвы за Хогвартс он спас умирающего профессора, тот станет более лояльным… Должна же быть хоть капля благодарности, в конце-то концов! Но, к разочарованию Поттера, ныне преподаватель Защиты от Тёмных Сил предпочёл оставить привычное ему отношение к красно-золотому факультету и, в частности, к Гарри. Скрывались ли за этим какие-то благие намерения или же это просто следование своим принципам? Ответа у Поттера не было. — За мной, — коротко бросил Снейп и, шелестя своей чёрной мантией, устремился по коридору. Гарри последовал за ним, чуть слышно шлепая по полу босыми ногами и думая о том, что он скажет МакГонагалл…

***

— Мистер Поттер, потрудитесь объяснить, что заставило вас разгуливать по школе без дела, да ещё и в вашем-то положении? Мадам Помфри обыскалась вас. Покинуть лазарет было крайне неразумным поступком, — строгий взгляд МакГонагалл готов был прожечь дыру в нерадивом ученике, который угодил в кабинет директора. После того, как Снейп любезно проводил его сюда, Гарри был рад хотя бы тому, что профессор ЗОТИ поспешил удалиться, что было весьма странно. Обычно, наблюдать за тем, как директор школы отчитывает за какой-либо проступок самого Гарри Поттера, Снейп был очень даже рад. Об этом говорило, по крайней мере, его самодовольное выражение лица… А узнать о том, что «главного нарушителя школьных правил» ожидает наказание, — это вообще вершина блаженства для Северуса Снейпа! В этом Гарри был уверен. — Мне нужно было найти Гермиону, — голос прозвучал достаточно уверенно, несмотря на обстоятельства. — Это не освобождает вас от соблюдения школьных правил. Вы же понимаете, мистер Поттер? — отчеканила МакГонагалл, поправив очки-половинки. — Да, директор. Но мне, правда, срочно нужно найти… — тон голоса оставлял желать лучшего, поэтому Гарри, сделав паузу, вздохнул и продолжил уже тише: — Простите. Я поступил неподобающим образом. Слова Поттера возымели эффект. Лицо МакГонагалл смягчилось, а взгляд стал не таким пронзающим. — Хорошо. Вернитесь, пожалуйста, в Больничное крыло и больше не заставляйте людей беспокоиться за вас… — в этот момент её глаза смотрели с теплом и заботой, но затем директор заговорила стальным голосом: — Прямиком в лазарет, мистер Поттер. Надеюсь, вы меня поняли. Юноша кивнул и без промедления покинул кабинет. По пути в Больничное крыло он встретил только несколько шестикурсников, которые неодобрительно засвистели ему вслед, что было неудивительно… Уже, наверное, вся школа знала о том, что Гарри и Джинни расстались. Несомненно на душе у Поттера было крайне скверно, но он старался не думать об этом, решив, что разрешение ситуации возникнет позже, когда придёт время. В тот вечер он попытался объяснить Уизли, что им просто необходимо сделать перерыв в отношениях, но девушка видимо не желала этого, поэтому даже не стала слушать… Она была очень дорога Гарри, но её упрямый характер не играл на руку. Поттер был измотан. Спорами и конфликтами. Сейчас почему-то личная жизнь не казалась настолько важной. Хотелось элементарного спокойствия и стабильности. Но эти вещи Джинни Уизли в данное время не могла предоставить Поттеру. Когда Гарри вошёл в помещение Больничного крыла, на него налетела Гермиона, повиснув у него на шее. Столь неожиданные объятия вывели Поттера из грустных мыслей, и он обнял Грейнджер в ответ. Спустя несколько мгновений девушка отстранилась. — Где ты был? Я искала тебя… — в голосе звучало волнение. — Ты, возможно, удивишься, но я занимался тем же, — улыбка коснулась губ Поттера, но затем он заговорил тихо и как-то задумчиво: — Знаешь, мне нужно кое-что спросить у тебя… — Хорошо, но сначала пообещай больше так не сбегать… Я приходила к тебе каждый день, и этот — не исключение. Мадам Помфри скоро придёт и, боюсь, тебя ждёт беседа не из приятных. — Приходила каждый день? То есть, я провалялся здесь в отключке… — Если быть точной, пять дней. И, кстати, нашёл тебя Малфой. — М-м… — Так, что ты хотел спросить? — В тот день… ты была в библиотеке. Да-да, я это знаю. Но… кого ты видела там? — взгляд Поттера зацепился за обескураженное лицо подруги, которая почему-то отвела глаза. — Сначала там почти никого не было, только парочка пятикурсников и кто-то ещё, с младших курсов… — Так. — Потом все ушли на обед… А потом… В библиотеке оказался Малфой. Гарри как-то невесело вздохнул. Он перевёл взгляд в окно и закусил губу, явно о чем-то задумавшись. — А в чём дело? — Я просто думаю о том, кому же я так успел насолить, что заслужил настолько решительных попыток меня угробить.