Стриптизер

      Иван сидел за столиком и нервно теребил край скатерти, пока Виктор делал заказ. Обляков ещё никогда не бывал в таких местах. В принципе, он вообще не ходил по кафешкам и ресторанам. Финансы не позволяли. В заведении было всё очень красиво и лаконично. Весь зал был выполнен в молочных тонах, а на каждом столике и окнах стояли небольшие светильнички, что придавали уюта и спокойствия. Только не Ивану. Он очень сильно переживал и боялся разговора со своим начальником. Ну, почему же он так долго тянет? Уволил бы уже давно и всё. Иван бы тогда собрал вещи, помахал ручкой Москве и вернулся обратно в свою деревню. Или Виктор решил немного поиздеваться над ним? Поиграть на нервах? Хотя, разве можно играть на том, чего уже давным давно нет? — Ты чего весь такой зажатый? — Первым заговорил Ганчаренко, обращая внимание на секретаря. — Всё в порядке. Просто… Давайте вы уже скажете всё, что обо мне думаете, и мы разойдемся. — А, что я о тебе думаю? — Поинтересовался Виктор, кладя руки на стол. В свете фонариков блеснуло золотое кольцо на одном из пальцев мужчины. «Красивое. Кстати, а на какой руке обычно носят обручальное кольцо? " — подумал про себя Иван, но сейчас не об этом. — Ну, вы же всё видели. — Что я видел? — Боже, пожалуйста, не заставляйте меня это говорить. — Прохныкал Иван, стыдливо отведя взгляд в сторону. — Хорошо. Скажу я. — Ганчаренко поправил воротник на своей голубой рубашке и откинулся на спинку стула. — На дне рождения Кирилла ты танцевал ему и всем присутствующим стриптиз. У меня возникает вопрос: зачем ты тогда так просился хоть на какую-нибудь должность в моей компании? Мне всегда казалось, что стриптизеры получают приличные деньги. Может быть, тебя вообще подослали ко мне конкуренты? М? — Нет. Всё не так. Вы многого не знаете. — Так, может, просветишь меня? — Спросил Виктор, внимательно смотря на Ивана, который то и дело опускал глаза в пол. Попрошу заметить, очень красивые глаза с невероятно пушистыми и длинными ресницами. Да любая девушка ему бы позавидовала. — Я давно уже не занимался этим. Около месяца. Пытался найти нормальную работу, но, вы же знаете, без образования не особо куда берут. А потом я наткнулся на ваше объявление. Вам срочно требовался секретарь, да и зарплата приличная. Я уже на всё был готов, лишь бы только меня взяли. Деньги нужны были катастрофически. — Ну, а кому же они не нужны? — Вы не понимаете. — Тяжело вздохнул Иван, нервно заламывая пальцы. — Я приехал из деревни. Вындин Остров, может, знаете. Там ведь никакой работы нет. Вот я и собрал вещи, да в Москву. А дома мама одна осталась. В последнее время она болеть часто стала. Лекарств необходимо целую кучу, а денег на всё нет. Друг мой, Игорь Дивеев, посоветовал мне пойти в один клуб. Там то меня этим танцам на шесте и обучили. А, что? Парень я хорошенький, фигуристый. Двигаться умею, да и за одно выступление платили приличную сумму. — И, как давно ты… — Около полугода, но я завязал с этим. Правда. Вы взяли меня к себе и я был безмерно счастлив, что мне больше не придётся демонстрировать свои достоинства на публику. Самому от этого противно. — Тогда, почему же ты выступал вчера? — Спросил Виктор, после получения заказа. — Всё до банального просто. Потребовались деньги. Нужно было платить за квартиру, покупать еду и маме отправлять на лекарство. Ей опять там что-то новое выписали. А я у вас всего же неделю проработал. До зарплаты ещё далеко, а жить уже не на что. Мне пришлось, Виктор Михайлович. Мне очень стыдно за это. Я не хотел, чтобы вы узнали об этом вот так. Я вообще не хотел, чтобы вы знали. — Мне тебя конечно жаль, но… — Пожалуйста, не увольняйте меня. Виктор Михайлович, я правда завязал. Больше никогда-никогда. — Затараторил Иван, поднимая испуганные глаза на мужчину. — Я верю. Не знаю почему, но я тебе верю. — Развёл руками Ганчаренко, придвинувшись к столу. — Всё равно я так быстро нового секретаря не найду. Тем более такого хорошего. Давай просто всё забудем. Как будто вчерашнего дня и не было. — Спасибо, Виктор Михайлович. — Поблагодарил Иван, облегченно вздохнув. — Ты давай ешь. Нам скоро на работу возвращаться.       После обеда время стало тянуться ну очень медленно. Обляков то и дело бросал взгляд на настенные часы, которые упорно показывали всего-лишь пять часов вечера. Не то чтобы он очень сильно хотел домой, но вот без дела сидеть в этом кресле ему уже действительно наскучило. Никто не звонил, не писал и поручений никаких больше не давал. Виктор Михайлович уже около часа беседовал с главным архитектором у себя в кабинете. «Интересно, а что там можно так долго обсуждать?» — подумал Обляков, покрутившись в кресле. — И да, не забудь мне это отправить по почте. Я завтра документально утвержу этот проект. — Попросил Ганчаренко, выходя из кабинета вместе с довольным Ильзатом. — Хорошо, Виктор Михайлович. Сейчас же этим займусь. — Пожав руку мужчине, Ахметов удалился в сторону лестницы. — А ты чего такой невесёлый? — Обратил внимание начальник. — Всё в полном порядке. Есть ли какие-нибудь поручения? — Да. Если будут звонить, то меня ни для кого нет. Я на объекте. Иначе меня Игорь затрахает. Уже два дня посмотреть не могу что там у них. — Конечно. Можете не переживать на этот счёт. Всех пошлю куда надо. — Вот за это ты мне и нравишься. — Улыбнулся Виктор, застегивая пуговицы на своём пальто. — Так. Я, наверное, сегодня уже не вернусь в офис. Сразу домой поеду. Ты тоже можешь уйти пораньше. — Насколько раньше? — Чтоб в полвосьмого тебя здесь не было. — Понял. Спасибо, Виктор Михайлович. — Просиял парень, мысленно восхваляя этого доброго души человека. — До завтра, Иван.       Игорь с каменным лицом наблюдал за представшей перед ним картиной вот уже на протяжении десяти минут. Артём, строитель из его бригады, на протяжении всего этого времени травил шуточки своим коллегам, тем самым отвлекая их от работы. Наконец-таки заметив своего прораба, Дзюба приветливо помахал ему рукой (как-будто бы сегодня уже не здоровались) и лучезарно улыбнулся. Акинфеева бесила вся его эта радость. Он вообще когда-нибудь перестаёт веселиться? Или, может, на таблетках каких сидит? Другого объяснения его жизнерадостности он не находил. — Здрасте, Игорь Владимирович. А вы чего тут? — Спросил Артём, почесав затылок грязной перчаткой. — Наблюдаю за тобой. Вижу, шуточки травишь. От работы отлыниваешь. — Так перекур ведь. — Ты же не куришь. — Ну, так я за компанию стою. — Ответил Дзюба, продолжая радостно улыбаться. — Нельзя что-ли? Я, вообще-то, вон сколько работы сделал. Имею право на отдых. — Как же ты меня бесишь. — Рыкнул мужчина, пиная камень под ногами. — Ты можешь хоть иногда грустить? — Так ведь повода нет. — Дзюба! — Ну, чего вы такой злой и хмурый всегда? Срываетесь на мне. Я вам какое плохое зло сделал? — Пришёл работать ко мне в бригаду. — Вздохнул Акинфеев, поправляя каску на голове. — Хоть по ночам свет не включай. — Почему это? — Удивился Дзюба, не понимая намёка своего прораба. — Потому что ты 24/7 светишься, как лампочка. — Ну, вы слабо меня оцениваете, Игорь Владимирович. Свечусь минимум как солнышко. — Дзюба, твою мать! Иди работай и не беси меня! — Прикрикнул Акинфеев, бросая в мужчину планшет с проектом. Артём засмеялся с выходки мужчины и подобрал с земли брошенный в него предмет. Отряхнув его от песка, строитель вернул планшет обратно в руки прораба. — Уволил бы уже давно к чёртовой матери, да Виктор Михайлович не позволяет. Работаешь уж больно хорошо. — Ну, есть такое. Кстати, вон он и идёт. — Да неужели? — С сарказмом произнёс Акинфеев, поворачиваясь в сторону идущего начальника. — Опять работников дрючишь? — Куда же без этого. Приветствую. — Поздоровался Акинфеев, протягивая ладонь для рукопожатия. — Думал, что ты уже и не заглянешь. — Дел много было. С Ахметовым новый проект утверждали. — Быстро он однако всё сделал. — Ну так, не зря же главный архитектор. — Улыбнулся мужчина, осматривая масштабы стройки. — Кирилл всё так же за ним бегает? — Сегодня вот только был, но Ильзат кремень. Не поддаётся его напору. Знаешь, что мне сказал сегодня? Видите ли, влюбился по-настоящему. — Да с чем чёрт не шутит. Может и влюбился на старости лет. — Усмехнулся Акинфеев, следуя за Ганчаренко. — Остепениться решил. — Вот пусть остепеняется с кем-то другим. Не хватало мне ещё чтоб Ильзату мозги запудрил, а потом бросил. — Да ладно тебе, Вить. Ахметова не знаешь что-ли? Сам за себя постоять может. Кстати, а что за милый мальчик у тебя теперь в секретарях? — А, ты же не знаешь. Кристина в декрет ушла, вот я замену ей и подыскал. — Ответил мужчина, останавливаясь около одного из почти достроившихся домов. — Толковый парнишка. Мне понравился. — Да, неплохой. — Согласился Ганчаренко, заходя внутрь здания. — Как я погляжу у вас практически всё готово. Возможно, даже раньше срока сдадите объект. — Мы тоже так думаем. Осталось крышу покрыть, окна и двери установить. Правда, в конце посёлка ещё около пяти домов осталось недостроенными. В основном почти всех рабочих отправил туда. Надеюсь, за недели две-три управимся. — Молодец ты, Игореша. Хвалю. — Вот как закончим, тогда и будешь хвалить. А ещё… Избавь меня от Дзюбы на следующий проект. — Опять ты за старое. — Вздохнул Ганчаренко, присаживаясь на стопку досок около дома. — Он отличный строитель. За двоих пашет, между прочим. Без него вы бы так быстро всё не отстроили. Я не понимаю, чем он тебе не угодил? — Своим весельем. Достал уже шутить и улыбаться. Мне кажется, что если ему на голову упадёт кирпич, то он всё равно найдёт повод для радости. — Так ты бы тоже хоть раз в жизни улыбнулся. Ходишь вечно хмурый. А парень пытается тебя развеселить, но ты постоянно кричишь на него за это. — Я улыбаюсь. Иногда. — Пробурчал Акинфеев, водя ногой по строительному песку. — Хорошо, я больше не буду его ругать. — Вот и молодец. — Нет ты посмотри на него! — Воскликнул Игорь, заметив на одной из крыш домов Дзюбу. — Скалолаз-паркурщик, ты куда блять залез? Страховку хоть надел? — Надел. Не волнуйтесь, Игорь Владимирович. — В ответ крикнул Артём, демонстрируя страховочный трос. — Господи, дай мне сил с ним. — Взмолился Акинфеев. — Ты уж прости. Мне нужно идти следить, чтоб он оттуда не свалился. Ну вот на кой чёрт ты туда полез? Я же сказал, что ты крышу делать не будешь! — Игорь Владимирович, а что мне тогда делать? Тут только крыши и остались. — Муравью хуй приделать, Дзюба! — Ответил прораб, подойдя к дому. — Ты точно там крепко пристегнут? — Конечно. Все очень крепко и надёжно. Не переживайте вы. — Я боюсь как бы ты со своими габаритами не наеб… Кхм… Не упал, а заодно и кровлю ни на кого не уронил. — Всё под контролем, Игорем Владимирович. Разрешите продолжить работу? — Продолжай уже. — Махнул рукой Акинфеев и направился в сторону недостроенных домов.       Иван ушёл с работы ровно в полвосьмого и прибыл домой уже через сорок минут. Вот всегда бы так уходить пораньше, но сейчас Обляков был не в том положении, чтобы жаловаться. Игоря, как и предполагалось, ещё не было дома. Гуляет, поди, с новой девушкой. Зайдя на кухню, Обляков сразу же поставил чайник на плиту и закинул в микроволновку вчерашнюю пиццу. Пока еда разогревалась, Иван решил переодеться в домашнее и набрать свою маму. — Привет, мамуль. Как ты? — Спросил парень, стягивая с себя рабочие брюки. — Хорошо. Только что ужин приготовила. Во дворе прибралась. — Мам, опять себя перетруждаешь? Я же сказал, что скоро приеду и помогу тебе со всем. — Ты мне уже три месяца так обещаешь. — Усмехнулась по ту сторону телефона женщина. — Работаешь всё? — Да. Вот уже неделю как в строительной фирме секретарём. — Ой, правда? Какой же ты у меня молодец. Платят хорошо? А условия какие? Никто не обижает? А начальник… — Ма-а-ам. — Протянул парень, вытаскивая горячую тарелку с пиццей из микроволновки. — Отлично там платят и начальник очень хороший. Не волнуйся. Ладно, я пойду поем, а ты не забывай принимать лекарства. — Ты главное не забывай почаще мне звонить. — Обещаю звонить каждый день. Пока, мам. Сбросив вызов, Обляков положил телефон на стол и снял чайник с плиты. В коридоре послышался звук открывающейся двери и голос Дивеева. — Ванька, ты дома что-ли? Только не говори мне, что тебя уволили. — Не дождёшься. Просто пораньше отпустили. — Фух, напугал. — А ещё он узнал, что я стриптизер. — Между прочим произнёс Иван, наливая горячую воду в кружку. — Скажи, что ты шутишь. — Не поверил Игорь, присаживаясь на стул. — Увы. Не шучу. Помнишь, я вчера выступал на дне рождения одного ресторатор? — Иван поставил кружку с чаем на стол и сел рядом с Дивеевым. — Ну так вот. Виктор был там же. Они оказались друзьями. — И… Он тебя не уволил? Погоди-погоди, что он вообще сказал? — Ничего такого. Он поверил моим словам о том, что я больше этим не занимаюсь и что обстоятельства вынудили пойти на этот шаг. — Афигеть. Не начальник, а золото. — Я тоже так думаю. Он и вправду очень хороший мужчина. — Согласился Обляков, откусывая кусочек уже порядком остывшей пиццы. — Ну, блин! Почему тарелка кипяток, а пицца холодная? — Это закон подлости такой. — Усмехнулся Игорь, отпивая чай из кружки Ивана. — Эй! Это моё вообще-то. — Возмутился Обляков, в шутку пнув под столом ногу Дивеева. — Чая для друга жалко что-ли? Ладно, пойду переоденусь. Духами весь пропах. Зачем они пользуются такими сладкими? — А мне нравится. — Пожал плечами Иван, всё же отвоевав свою кружку обратно. — Виктор Михайлович такими пользуется. — Ну тада понятно. — Усмехнулся Игорь, щёлкнув парня по носу. — Тогда ж оно понятно, конечно. — Иди уже! — Воскликнул Иван, кинув в Дивеева шоколадную конфету.