Love Game

Невесомое прикосновение подушечек пальцев к щеке, поцелуй в висок. Ещё один поцелуй куда-то за ухо и холодный кончик носа, что трется о шею. Я сгребаю демона в охапку, закидываю ногу на его бёдра и шумно вдыхаю терпкий запах, растягиваясь в блаженной улыбке. — Доброе утро, Спящая красавица, - он перебирает мои волосы, целует в макушку, — какие планы на сегодня? - я поднимаю глаза на него, сонно моргая и неопределённо пожимая плечами. — Валяться с тобой в постели весь день с перерывами на душ и обед? - он проводит большим пальцем по моим губам и ласково улыбается, — Или уже хочешь меня выгнать? - я перекатываюсь на живот, ложусь на его грудь, принимаясь обводить пальцем чернильные узоры. — Ты так храпел, что я готов был выгнать тебя прямо посреди ночи, - я щипаю его, и он недовольно жмурится, отбрасывая мою руку. — Не ври мне, я не мог храпеть! - он смеётся, скидывая меня с себя, а я перехватываю подушку, поднимая ее над головой. — Ты храпел, как мантикора, ангел! Преисподней клянусь! - подушка попадает точно в цель - прямо по лбу сына Сатаны, и он раздраженно фыркает, подминает меня под себя, устраиваясь на моих бёдрах и сцепляя мои руки над головой, — Не подскажешь заклинание? - я закатываю глаза, а он смеётся, опускаясь ко мне и издевательски целуя в самый уголок губ, — Не переживай так за свою аппетитную задницу, - он наконец выпускает мои руки из железной хватки, и я обнимаю его, укладывая на себя и снова блаженно прикрывая глаза. Возможно, для доброго утра нужны не круассаны с ванильной начинкой и оральный секс, а всего один тёплый демон, что утыкается холодным носом в твою шею, довольно сопя. Мы лежим так какое-то время - на грани сна и реальности, лениво переплетя пальцы, и я ловлю себя на тревожной мысли - а что, если бы каждое моё утро начиналось вот так - в его объятьях? Я стал бы счастливее? Я не хочу знать ответ. — Я проголодался, - он шепчет мне в шею, запечатывая ее поцелуем, — сможешь приготовить что-нибудь из кипятка? - я смеюсь, целую его в макушку и сладко тянусь, последний раз крепко прижимая к себе тёплое тело и нехотя поднимаясь с кровати. — Дашь что-нибудь из своей одежды? - он переворачивается на спину, закидывает руки за голову и хитро улыбается мне, бесстыдно скользя взглядом по моему телу. — Помнишь я говорил, что в этом доме домашняя одежда - это боксеры? Так вот, красавчик, - он поднимается, закутываясь в простыню и дразняще проводя пальцами по низу моего живота, — я не шутил, - я отталкиваю его от себя, но он перехватывает меня за кисть, заглядывая в глаза. — Ты ведь останешься после завтрака? - и снова этот взгляд. Этот испуганный детский взгляд. Я чувствую желание - жгучее и почти безудержное - сделать больно каждому, кто сделал больно ему. Я не должен думать о мести, должен быть выше этого - так учил меня отец, но этот растерянный взгляд врезается в мое сердце, навсегда оставляя там глубокую рваную рану. — Да, Люций, - я беру его лицо в свои ладони, смотрю прямо в рубиновые глаза и стараюсь выдавить из себя улыбку, — я останусь, - он улыбается самым краешком губ, и я коротко целую его в лоб, переплетая наши пальцы и ведя его за собой на кухню. Люцифер явно скромничал, говоря про кипяток, - полки буквально ломятся от еды, начиная от базовых продуктов до готовых изысков из лучших кухонь Ада. Он, набросив на плечи чёрную шелковую простыню, садится за стол, прижимая колени к себе и укладывая на них подбородок, а я награждаю демона вопросительным взглядом. — Что? - он делает неопределенный жест рукой, — Это всё отец, - я рассматриваю полки с едой, чувствуя, как у меня разбегаются глаза, когда к моей спине прикасается горячая ладонь, а холодный нос снова тычется куда-то в загривок. — Ванильные вафли или классический французский сэндвич? - он кладёт подбородок мне на плечо, переплетая пальцы на моем животе и касаясь губами мочки моего уха, мгновенно пуская волну мурашек по спине. — Ни то, ни другое, - я хмыкаю, крепче прижимаясь к нему. — Хочу, чтобы ты приготовил мне завтрак сам, - мои губы трогает лёгкая улыбка, — даже самая простая глазунья в твоём исполнении будет вкуснее, чем вся эта изысканная дрянь, - он мажет губами по моей щеке, отпуская меня и усаживаясь на темную гранитную столешницу рядом со мной, сильнее укутываясь в простыню, словно в кокон. — Я бы на твоём месте не был так уверен, - я глазами ищу яйца, перехватывая лоток и укладывая его рядом с собой, — смею напомнить, что в прошлый раз я испортил твои оладьи, - он грустно улыбается, смотря куда-то сквозь меня. — Дело не в оладьях, - в груди что-то щёлкает, и я судорожно ставлю сковородку на огонь, разогревая оливковое масло. — Люций, давай не будем, - я тянусь к ножу, чтобы нарезать томаты, но демон одним резким движением перехватывает мою кисть, заставляя посмотреть ему в глаза. — То, что было между нами сегодня ночью, это.. - я чувствую, что сердце подскакивает куда-то к горлу, до боли сжимаю челюсть, не смея отвести взгляд от этих гранатовых глаз, — Это было интересно, - я выпутываюсь из его руки, доставая кухонный нож и возвращаясь к нарезке овощей. — Да.. - выдыхаю одними губами я. Интересно. Эти три слова эхом отдаются в моей голове, замирая там на одно почти бесконечное мгновение. Я готовлю в тишине - молча разбиваю яйца о бортик сковороды, добавляя их к томатам и посыпая пряными специями. Мне хочется смеяться над собой - запрокинув голову, заливаться смехом над своей глупой сентиментальностью. Что я ожидал услышать от него на утро? «Ах, Дино, мне так понравилось заниматься с тобой любовью, может, соберешь свои манатки в один большой мешок и прикатишь жить в этот ебучий замок?» Твою мать. Я разделяю глазунью на две части - три яйца Люцию, а два - мне, щедро посыпаю измельчённой рукколой, тяжело вздыхая. Может быть, я всё это себе придумал? Может, и не было никакого испуганного взгляда, а был лишь один хитрый демон, что решил окончательно загнать глупого ангела в угол, подёргав за ниточки его заснувшей совести? Со звоном поставив тарелки на стол, я плюхаюсь на стул, а Люций медлит, задумчиво кусая губы, следом распахивая простыню и усаживаясь голыми ягодицами на мои бёдра. Блядство. — Люцифер, - я откидываюсь на стуле, судорожно проводя ладонями по растрепавшимся волосам и скользя взглядом по татуированной спине. — Ммм? - он уже принялся за яичницу, заелозив на мне и устраиваясь поудобнее, словно это было в порядке вещей - вот так завтракать глазуньей, сидя совершенно обнаженным на коленях своего бывшего врага. — Мне немного.. не совсем.. - он рассмеялся, откидываясь назад и ложась спиной на мою грудь, мечтательно заглядывая мне в глаза и поднося к моим губам вилку с наколотым кусочком яичницы. — Придётся потерпеть, - я раздраженно закатываю глаза, а он тычет вилкой прямо в мои губы, заставляя съесть поднесённый кусочек. — Хороший ангел, - я чуть не поперхнулся, вопросительно уставившись на него, но он, даже не обратив на это внимания, вернулся к трапезе. — Кофе будешь? - я что-то неопределённо хмыкнул за его спиной, и он потянулся к середине стола за кофейником, задевая ягодицами мой - уже - требующий к себе внимания член, — А я буду, - плеснув немного терпкой жидкости в крохотную чашку, он сделал несколько глотков, тут же блаженно простонав. Да сколько можно? Ещё несколько мгновений этой пытки, и он довольно ложится мне на грудь, беря меня за руки и оглаживая свой живот, что даже после полной тарелки глазуньи, запитой кофе, остался идеально плоским. Его пальцы крепко обхватывают мои кисти, спуская их чуть ниже - в район своего паха, а мне дважды намекать не приходится. Я накрываю ладонью головку его члена, размазывая смазку большим пальцем, и Люций награждает меня сладким стоном, медленно прикрывая глаза. Я прижимаюсь губами к его виску, на пробу делая несколько размашистых толчков сверху-вниз, и он льнет спиной к моей груди, распахивая пухлые губы в беззвучном стоне. Я снова, как загипнотизированный, слежу за его лицом - угольно-чёрные ресницы подрагивают в такт моим движениям, язык скользит по губам, оставляя влажную дорожку, что поблёскивает в бледном свете свечей, а на скулах выступил едва заметный стыдливый румянец, к которому так и хочется прикоснуться кончиками пальцев. Он едва-едва постанывает, толкаясь мне в кулак, и это настолько завораживает меня, что я даже не замечаю, как на кухне появляется кто-то ещё. — Сын! - звучит громкий раскатистый голос, — Прикройся! - Люцифер распахивает глаза, тут же съезжая с моих колен на соседний стул и стыдливо перетягивая на свой пах смятую простыню. — Доброе утро, отец, - выдрессированный голос Люцифера звучит слишком твёрдо для бессмертного, пойманного на горячем. Я тоже коротко киваю в знак приветствия, а Сатана окидывает меня презрительным взглядом, даже не удосуживаясь кивнуть в ответ. — Уже обед, Люцифер, - Люций вздыхает и косится на меня, награждая извиняющейся улыбкой. — И с каким пор ты водишь своих блядей к нам домой? - что-то вспыхивает внутри меня, но Люций резко перехватывает мою руку, словно останавливая, переплетая наши пальцы под столом. — Мы с Дино вместе, отец, - я бросаю на демона вопросительный взгляд, но он полностью игнорирует меня, а Сатана резко разворачивается к нему, складывая руки на груди. — Ты же встречался с отпрыском Уокер, - я до боли закусываю щеки, а Люций крепче сжимает мою руку в своей. — В прочем я ни капли не удивлён, ты меняешь свои пассии, как перчатки, - Сатана смотрит мне прямо в глаза, хищно вскидывая одну бровь. — Так что, прошу меня извинить, юноша, знакомство с родителями откладывается на определённый срок. Если вы не наскучите ему за эти выходные, возможно, мы ещё поужинаем, - он перехватывает с полки бутылку минеральной воды, подкидывая ее в воздух и ловко подхватывая, — но я очень в этом сомневаюсь, - с этими словами он выходит за дверь, оставляя за собой звенящую тишину, которую прорезает бархатистый голос Люцифера. — Прости за эту сцену, я не думал, что он заявится домой так скоро, у него были дела на земле, - демон устало массирует виски, качая головой. — Вы с Уокер расстались? - не самый лучший вопрос в сложившейся ситуации, но сейчас, пожалуй, ничего на свете не волнует меня сильнее. — Что? - он переводит расфокусированный взгляд на меня, напряжённо сдвигая брови. Я прекрасно понимаю его замешательство - не каждый день отец застаёт тебя почти на пике оргазма, — А.. Нет, - он задумчиво проводит рукой по волосам, словно пытаясь собраться с мыслями, а мою грудную клетку в секунду обжигает огнём. Я ожидал услышать, что угодно, но только не это безразличное «А.. Нет», которое прозвучало в моей голове подобно грому среди ясного неба - так, словно я был стриптизершей на мальчишнике, что случайно оказалась в постели захмелевшего жениха на утро свадьбы. Блядью. — Может, вернёмся в спальню, чтобы на это раз нам точно никто не помешал? - он облизывается, разворачиваясь корпусом ко мне и заправляя мои волосы за ухо. — Нет, Люцифер, боюсь, мне пора, - я отодвигаю от себя полную тарелку еды, поднимаясь из-за стола и сглатывая комок, вставший в горле. — Но, ангел, ты ведь мне обещал, - он вскидывает на меня глаза, а я разворачиваюсь к нему спиной, выходя из кухни, и я знаю - совершенно точно знаю, что он смотрит мне вслед. Знаю, что его взгляд снова полон разрушенных надежд, только вот я ему больше не верю. Как оказалось, глаза тоже могут лгать.