Корона Короля (с кровавыми цветами) [БРОШЕНО АВТОРОМ ОРИГИНАЛА]

На Русукаине бывают хорошие и плохие дни. (Рейли пытается не думать о том, насколько они похожи на последние несколько месяцев на борту Оро Джексона.) Хорошие дни — это дни, когда Луффи встаёт раньше Рейли с улыбкой на лице; дни, когда Луффи кашляет несколько раз, но не так сильно, чтобы ему было больно; дни, когда он внимателен и больше смотрит на Рейли, чем на океан. Хорошие дни — это дни, когда Луффи так похож на Шанкса, когда ему было четырнадцать и он плавал с Королём Пиратов. (Рейли задаётся вопросом, до чего дошёл мир, когда четырнадцатилетние возглавляют команды и свергают Правительства, всё своими силами без какого-либо руководства. Он не из тех, кто по-настоящему сражается с подобными вещами, но… С Шанксом и Багги их команда защищала, направляла, доверяла. Мугивары сделали то же самое для Луффи, но они были недостаточно сильны, чтобы быть в Маринфорде. Четырнадцать, и уже самая сильная сверхновая. Рейли держит это близко к сердцу и работает, чтобы сделать его сильнее.) Плохие дни — это дни, когда Луффи больше похож на Роджера, больше на четырнадцатилетнего подростка, которым Рейли его знает, просто борющегося за ещё один день жизни. Плохие дни — это дни, когда Рейли приходится будить Луффи; или дни, когда Луффи вообще не нужно будить — уже из кошмара, о котором он также не предупредил Рейли. Плохие дни — это дни, когда Луффи трясется и кашляет кровью (так много крови) с опавшими листьями, а затем дрожит ещё больше, когда видит красное на своих руках. Это дни, когда Луффи спокоен, когда Луффи просто смотрит на горизонт, когда Луффи бродит по берегу, когда Рейли даёт ему передышку и опускает ноги в океан, дни, когда они избегают костра, и Рейли позволяет Луффи спрятаться у него под рукой, чтобы согреться ночью. Плохие дни — это дни, когда Луффи просыпается с именем Эйса на губах и не плачет там, где его может видеть Рейли. В некоторые недели плохих дней больше, чем хороших. Это одна из таких недель. Рейли просыпается от тихих вздохов и смотрит направо. В тусклом свете костра Луффи сидит, всё ещё забинтованный, держась за грудь. Есть мгновение, прежде чем Луффи начинает кашлять, и когда он это делает, он не останавливается. Цветы шлейфовых деревьев и розы, гелениумы и розовые вербены, бархатцы, устилающие землю. (Русукаина никогда так не цвела.) Рейли спорит о том, чтобы позволить Луффи просто снова заснуть. Иногда он ценит руководство Рейли. В других случаях — нет. (Рейли здесь, чтобы тренировать Луффи, подталкивать его, делать его великим. Но травма — война — это сложная штука, особенно когда тебе четырнадцать и ты не совсем уверен, что доживёшь до конца года. Тренировка Луффи не похожа на тренировку Шанкса. Это совершенно другой зверь, с которым Рейли всё ещё знакомится, всего два месяца после начала обучения.) Но затем эти тихие вздохи превращаются в панические полу-вздохи, поскольку Луффи не может контролировать своё дыхание, а Рейли больше не может отступать. Он встаёт и шагает туда, где сидит Луффи, устраиваясь, чтобы потереть ему спину. — Луффи, — говорит Рейли тихо и осторожно, когда Луффи даже не замечает его. — Дыши. Луффи этого не делает. Он просто продолжает задыхаться, его руки красные, а глаза маленькие и испуганные. Рейли кладёт свою руку поверх руки Луффи, закрывая вид красной крови. — Дыши. На четыре, на четыре дыши, Луффи. В последний раз, когда это случилось, Рейли ударил его по голове, как он обычно делал с Роджером, когда Роджер становился таким, и Луффи свернулся калачиком и закашлялся ещё сильнее. В такие времена Луффи нужно что-то более мягкое. Насколько может судить Рейли, это не то, что он получал довольно часто в своей жизни. (Шанкс любил рассказывать о маленьком мальчике, который украл его сердце, когда вернулся в Сабаоди. Снова и снова, и ночью в его напитке, о том, как Луффи выглядел, когда уходил, словно его бросили, словно его оставили совсем одного. Как Луффи так привык к тому, что его дедушка сбрасывал его с гор, что он был в таком восторге от того, как Шанкс так нежно поднимал его на плечи.) Луффи судорожно вздыхает, паника уменьшается, когда он медленно, медленно выполняет приказы Рейли. — Вот и всё, — говорит ему Рейли, тщательно вытирая кровь с рук, чтобы он снова не сорвался. — Дыши. Луффи делает это, один за другим, приходя в себя дюйм за дюймом. На его щеках следы слёз, высушенные огнём, но он едва замечает. — Рейли? — Луффи спрашивает тихо, хриплым голосом. — Это я, — отвечает Рейли, устраиваясь поудобнее. Луффи трясётся под его рукой и падает на бок. — О, — Луффи на мгновение замолкает. — Я думал… Я думал, ты был Эйсом. На мгновение я подумал, что ты — это он. Рейли хмыкает, но ничего больше не говорит, позволяя Луффи проложить свой собственный путь через это. Он всё ещё дрожит. — Я хочу пойти к ней, — говорит Луффи после паузы. Он не встаёт. Она… (Рейли всегда любил море — он любил мир, не так сильно, как Роджер, но всё же, несмотря на то, что он отнял у него Роджера. Море… он не совсем уверен, как относиться к морю; любовь Луффи к ней чем-то отличается от любви Роджера ко всему миру. Роджер не испытывал ненависти к миру, пока не начал искать приключений — выбор, который он сделал, чтобы осуществить свою мечту. Луффи обнаружил ненависть океана случайно, по молодости и глупости, и цеплялся за неё семь лет. Цеплялся за жизнь. Он умирает каждый день. Это больно.) — Хорошо, — говорит Рейли и помогает Луффи подняться, когда он едва может заставить свои ноги работать. Затем они идут к океану, бок о бок, и в небе появляются первые блуждающие розовые отблески рассвета. Рейли тщательно контролирует Королевскую Хаки, но Луффи, похоже, этого не замечает. Он в оцепенении, рука цепляется за руку, на которой Рейли так тщательно написал 3D2Y. Цветы падают за ними. Перед ними лежит путь с того момента, как они сделали это в последний раз. Цветы, всё ещё нетронутые, как всегда. Они прибывают на пляж, когда солнце показывается из-за горизонта, Луффи падает на колени и опускает руки в волны. Рейли делает осторожный шаг назад. (Он умирает, пробормотал Трафальгар Ло, теперь быстрее, и ещё быстрее после каждого погружения в океан. Рейли кивнул головой и не дал обещания держать Луффи подальше от моря. Кем были пираты, если они не любили её воды? Сейчас он немного сожалеет об этом утверждении.) Луффи затихает, когда кровь с его рук смывается. Он спокоен, когда встаёт солнце, даже когда он пристально смотрит на горизонт. — Рейли? — он спрашивает. Рейли хмыкает. — Я скучаю по своей команде. В последний раз, когда Луффи видел их, их забирал кто-то, известный как Тиран. Кума сказал, что отправит их всех в безопасное место, но Амазон Лилия не была безопасной ни для кого. Неудивительно, что Луффи волнуется. — Я знаю, — тихо говорит Рейли. — Но два года. — Два года, — соглашается Луффи и дрожит. У меня нет двух лет. За день до этого у Луффи почти не было сил, и большую часть дня он кашлял. У него действительно нет двух лет, но Луффи — человек чудес. Он снова увидит свою команду, даже если это убьёт его. Это Рейли знает точно, даже когда он заворачивает Луффи в плащ, вытирая его. Даже когда он старается удержать внимание Луффи на себе в тот день, даже когда он отправляет Луффи тренироваться, пока он готовит ужин и тушит огонь, прежде чем Луффи сможет вернуться. Это плохой день. День, когда Луффи устал, кашляет и беспокоится о своей команде. Рейли просто надеется, что завтрашний день будет хорошим.