Два темперамента в одной кровати.

      Хрупкая девушка потихоньку снимала с себя бинты, которыми врачи завязали её раны. После очередного нападения злодеев, многие в А-классе получили множество ссадин и ушибов. Но кому-то повезло намного меньше: у одного из злодеев оказалась причуда, которая смогла трансформировать треть класса в животных. У про-героев складывался только один вопрос: зачем злодеям такая малополезная причуда? Вопрос был не решаемым, да и на него и ответы шибко искать никто не хотел, потому что в последнее время и так пошло все по пизде, поэтому было не до таких глупых вопросов.       Тошинори тяжело вздохнул, смотря на своего «приемника», который был в обличие кролика. Зелёного, мать его, кролика. Да, походу Всемогущего удивлял только зелёный кролик, а половинчатый красно-белый кот это вообще норма в его повседневной жизни, а орёл со зловещей тенью за спиной, так с этим он вообще спит в одной кровати.       Айзаве нахуй не сдались эти вздохи-ахи. На протяжении пяти дней, классный руководитель разбирался, как вернуть детей в обратное состояние. И по-наблюдением было понятно, что каждый приходит в норму в разное время, но и то не до конца: Шиан уже третий день ходит в образе фурри, не сказать, что это ужасно, но, по крайней мере, хвост и уши енота... Слишком… Стрёмно… А Урарака буквально за несколько часов пришла в стабильность.       Сняв бинты, девушка сидела и наблюдала за все картиной, что происходило в общежитии. Был хаос, но зато весело. Как бы сказал Каминари:«Пахнет хуёво», если не сидел бы перед Рёдзё в форме бельчонка. Раны неприятно щипали, но лучше так, чем с переломами. Розовая ящерица подползла и села на плечо темноволосой. - Что случилось, Мина? – поинтересовалась Мокутэки. Да. Из всех тут, со «стрёмными» одноклассниками разговаривала одна она.       Ящерица что-то прошипела и уползла. Рёдзё вздохнула и тут же почувствовала, как её снова беспокоят. На этот раз был Тодороки, ну или, как она его назвала: «Тодо-кото». Девушка взяла кота на руки начала его гладить, думая о своём. Она думала, что в таком состоянии ребята её не понимают и поэтому обращалась к ним, как к обычным зверушкам: играла, разговаривала, ухаживала. - А ты чего хочешь? – Мокутэки погладила Шото за ушком, отчего тот начал мурлыкать и ластиться. – Будешь кушать?       Кот мяукнул и спрыгнул с колен темноволосой, шагая в сторону кухни. Будучи там, тёмноволосая налила в чашечку молока и поставила её перед котэ, который, понюхав, отвернул голову и перевернул чашку.       Девушка экнула и в недоумении посмотрела на «животное», а далее достала, прикола ради, готовую холодную собу и поставила её перед «котом». - Ты издеваешься?! – воскликнула первая, когда парень начал её есть. Он даже в таком состоянии не меняет вкусы. – Если в следующий ты опять перевернешь чашку, то я вместо собы дам тебе корм!       Кот начал орать, смотря на девушку. Рёдзё, не понимая, начала оглядываться, подумав, может он чего увидал. - Ты не думай, что в таком образе мы думаем, как животные, – на дверной косяк облокотилась Очако, смотря на картину, - Даже так, мы остаёмся самими собой. И помним, как и что происходило.       Мокутэки задумалась, а потом, посмотрев на Тодороки, покраснела и тихо извинилась. М-да, ещё перед животным извиняться не приходилось, - А что ты чувствовала, когда приходила в норму? – спросила первая, смотря на Уравити.       Урарака густо покраснела и тут же выбежала из кухни. Рёдзё удивительно посмотрела в след русой и, взяв кота на руки, последовала её примеру. Заметив, что Тодороки запачкал моську собой (прим. СоА: едой), девушка решила пойти искупать парня. В целом, а почему бы и нет? Вот только…       Котэ орал, как бешеный, и нарезал круги по всей ванной. Тёмноволосая с трудом поймала орущее нечто и начала садить его в тёплую воду. - Что говоришь, Очако? Всё понимаете и делаете здраво в этом положении? – заговорила с самой собой девушка, - Тогда, что у тебя сейчас в голове творилось?!       Не то, чтобы ей было интересно посмотреть на нормального Шото, который с ором бегал бы по ванной, но все же…       Такой спектакль длился около недели. Шото привязался к девушке, даже спал в одной кровати с ней, свернувшись в клубочек. Но при этом лиловоглазая все же привыкла к нему, как хозяйка к питомцу, думая, что это всё же животные инстинкты…       Мокутэки потянулась в кровати, а когда в лицо попали лучи солнца, которые просочились сквозь щели шторок, то поморщилась. Девушка хотела встать, чтобы выполнить утренние процедуры и налить себе зелёного чая, но что-то тяжёлое лежало на ней.       Сначала весь разум охватила паника, а когда приятный и знакомый запах шампуня ударил в нос, то паника никуда не ушла. А как нормальный человек должен отреагировать, когда поверх него лежит абсолютно голый парень и тем более смотрит на него. - Ч.. Что за?! – заикаясь от смущения, выговорила девушка.       Тодороки приподнялся на локтях и придвинулся ближе к девичьему личику, которое горело от смущения. Парень лизнул ушко девушки и прикусил за мочку, посасывая её. Находясь ещё немного в полусонном состоянии, девушка растерялась и пискнула. Кажется, до неё начинает доходить, почему Очако так резко вылетела из кухни, при вопросе. - Ты.. Чего творишь? П-прекрати! - Не хочу. – отрезал парень, смотря в глаза девушки. Его хвост слегка качался из стороны в сторону, а уши стояли торчком, - Ты так заботились обо мне, я должен тебя как-то отблагодарить. - Отблагодарить?.. Может в знак благодарности слезешь с меня и оде… - Я хочу тебя.       Рёдзё широко открыла глаза и протяжно промычала, когда чужие губы накрыли её, а во рту во всю хозяйничал язык парня. Руки постепенно расстёгивали пуговицы на ночной рубашки девушки, а потом и вовсе стянули её с женского тела.       Мокутэки начала руками колотить Шото, чтобы тот не смотрел на неё, но второй тут же связал её же рубашкой хрупкие руки над головой, впиваясь в горячую шею и оставляя на ней метки и укусы. Девушка издала тихий стон, когда чужие руки начали мять грудь и надавливать на твёрдый сосок, иногда по кругу медленно, словно дразня, водить по ореоле. Более громкий стон вырвался с губ девушки, когда парень, засунул руку в её трусики и надавил на чувствительную точку. - Тише.. – прошептал Шото, втягивая в поцелуй темноволосую, продолжая пальцем надавливать на клитор, чем доставлял девушке новые порции приятных ощущений, - Ты уже вся течëшь.. – парень сел и вытащил руку с влажными пальцами, - Такая мокрая.. – далее, лизнув пальцы, дополнил, - Сладкая~       Девушка покраснела пуще прежнего, вплоть до кончиков ушей. Где спокойный и тихий Тодороки нахватался такого? - И…извращенец! – пропищала Рёдзё, - Я тебя.. Н-нет!       Девушка сомкнула ноги, когда парень стянул последнюю ненужную ткань с её тела. Шото откинул нижнее белье куда-то в угол и уместила меж стройных ног темноволосой, покрывая её тело поцелуями и нежными укусами. Последняя тяжело дышала и чувствовала приятную тёплую тягу внизу живота, но негромко вскрикнуть и сжать пальцы на ногах, парень заставил её, когда лицом прильнул к лону, проведя по нему языком и нежно прикусив клитор. От последнего действия девушка вскрикнула громче, а на ресницах блеснули слёзы.       Тодороки отстранился и взял уголок простыни, порвав его на небольшой лоскуток, которым завязал рот девушки и продолжил ласкать её промежность языком, просовывая его внутрь.       Тело девушки будто рассыпалось на кусочки, после того, как с головы до ног прошла волна лёгкой дрожи. Шото снова сел и облизнул свою нижнюю губу. Парень закинул нежные женские ноги себе на бёдра, пристраиваясь.       Мокутэки не успела прийти в себя, как острая боль растеклась снизу, а по бедру потекла тёплая струйка. Слезы градом потекли из глаз, а самодельный кляп приглашал крики. Тодороки несколько секунд не двигался, давая девушке привыкнуть, а после начал медленно двигаться. Он взял лицо лиловоглазой в ладони и большими пальцами вытирал льющиеся с уголков глаз слёзы. Спустя нескольких толчков девушка привыкла и боль потихоньку начала угасать, её место заняло новое приятное чувство, от которого перед глазами образовалась мутная пелена. Шото ускорился, начав тихо постанывать. Убрав со рта девушки ткань, он сразу же впился в её губы, меняя темп с медленного и нежного, на резкий и быстрый. Рёдзё вырвала затекшие руки из рубашки, немного порвав её, и обняла парня, прижимая его ближе к себе.       Несколько толчков и парень резко, до самого основания входит в киску девушки, слегка потрясываясь и тяжело дыша, после чего наваливается на девушку, мгновенно уснув. Рёдзё, которая с трудом пришла в себя, переворачивает парня, чтобы тот упал рядом, и укрывает обоих, прижимаясь к крепкому, горячему и влажному мужскому телу. Во комнате стоял тяжёлый запах пота и секса. Девушка снова покраснела и окунулась в одеяло с головой. Тело побаливало, особенно кисти и низ живота с промежностью. По среди постели красовались капли крови. Куда бы не посмотрела – все её сейчас до чёртиков смущает, да так, что хочется испариться. С такими мыслями Мокутэки уснула, переместив голову на грудь Тодороки, которая не спеша поднималась и опускалась.       Ближе к вечеру парочка проснулась и какого было удивление девушки, когда хвост и ушки Шото пропали. Теперь Рёдзё окончательно запуталась: чтобы вернуться в свой облик, нужно с кем-то переспать?!       Словно прочитав мысли девушки, парень ответил: - Почему-то, когда я больше не походил на животного, а лишь имел некоторые его черты, то меня охватило сильное желание. Чтобы прийти в норму нужно, скорее всего, переждать его.       Не смотря на боль, которая все ещё неприятно терзала тело девушки, Мокутэки подорвалась и начала колотить Тодороки, который спокойно отмахивался. - Ты забрал мою девственность! Теперь бы должен взять на себя ответственность!* - Я сделал это в здравом уме, поэтому знал, что беру на себя все последствия.       Девушка замерла и покраснела, задумавшись, а парень засунул её обратно под одеялко и обнял, прижимая к себе. Какая же удобная причуда… Столько людей свела наверняка. Но не суть важно, главное, что у нашей парочки вся ночь ещё только впереди~…