Два темперамента в одной кровати.

В небольшой квартирке Мидории с утра всё стоит на ушах. Инко суетилась на кухне, а послушный Изуку помогал ей приводя квартиру в порядок. Ради такого его даже Всемогущий отпустил с тренировок и правда, событие намечалось значимое. — Таноми–чан скоро приедет, Изуку, откроешь дверь если что? — спросила Инко переставляя чашки и миски с горячими блюдами и закусками на стол, парень кивнул и улыбнулся внезапно опустив глаза. Айсонаку Таноми, вновь в городе, со скольки он её не видел? Вроде с его поступления в академию они и расстались, три года прошло, сейчас последний год академии как ни как. На этот счёт у Изуку было много теорий, почему она внезапно исчезла, и почему сейчас решила вернуться как снег на голову. Внезапно дверной звонок затрезвонил и Изуку вздрогнул оглянувшись и сказав матери: — Я открою! — хотя она это и так знала, просто чтобы не суетилась. Подойдя к двери будущий герой неуверенно протянул руку к ручке и чуть помедлил перед этим глубоко вздохнув. Открыв дверь Изуку увидел высокую статную женщину двадцати трёх лет, рыжеволосая моргнула и на её розовые губы наползла мягкая улыбка. — Изуку-кун, привет, рада тебя увидеть. — Мидория улыбнулся, хотя вышло как-то кривовато, Таноми зашла за порог и приподняла подбородок заглядывая в лицо герою. — А ты вырос, был таким щуплым и маленьким, казалось я могла тебя в сумочку спрятать. — Три года прошло. — напомнил будущий герой и Таноми опустила брови услышав этот укор и обиду в его словах. Да, жизнь журналиста не для тех кто любит семейную тишину и остаются там где свили себе гнездо. Таноми сталкерила за многими героя и узнавала про них всё, для этого она была готова пожертвовать всем: тремя годами своей жизни, связями с многими большими шишками, даже безымянным и мизинцем правой руки, который ей оторвало когда она полезла в горячую точку. Мизинца не было вообще, а от безымянного осталась только последняя фаланга и выглядело это жутко. — Давай не будем об этом, я вернулась и это главное, к тому же ты и сам был рад когда я исчезала, ведь тогда я оставляла тебя в покое. — парировала Таноми и стянула пальто с сапогами ещё раз посмотрев в лицо парня, который молча смотрел на неё сверху вниз, это было не привычно, видеть Изуку таким возмужавшим, похоже её правда очень давно не было, а время пролетело будто несколько недель не больше. Пройдя в зал Айсонаку замерла смотря в спину старой подруги, Инко оглянулась от созерцания стола и счастливо улыбнулась раскинув руки для объятья. — Таноми-чан! — гостья улыбнулась и подбежав попала в объятья Инко, которая была ниже её почти на голову и утыкалась ей в грудь обнимая за талию. Айсонаку улыбнулась и потёрлась щекой о макушку женщины обнимая её за шею. — Инко-сан, а вот ты совсем не изменилась, всё такая же Инко Мидория, которую я помню. За тёплой домашней атмосферой всё испарилось, Таноми с радостью рассказывала о своих приключениях за эти три года прикрывая пальцы правой руки и спрашивала о том что случилось у семьи Мидории. Конечно, Айсонаку знала о том, что Изуку поступил в ЮЭЙ, она видела Спортивные фестивали, но всё равно была удивлена тому, что у мальчика так поздно проявилась причуда, такого даже она не ожидала, ведь сама такая же – беспричудная, но очень хитрая и самоуверенная. Не будь у Таноми своего ушлого и целеустремлённого характера, она наверняка бы не получила такую высокую должность в журнале рассказывающих всё о героях и злодеях, которые так любил Изуку. Это привычка анализировать и записывать всё в блокноты у Изуку перешла от Таноми, ведь он с пелёнок наблюдал за ней отмечая, что Айсонаку куда сильнее его, ведь в его детстве только она остановливала издёвки. Посмотрев на наручные часы Айсонаку кашлянула и прикрыла губы пальцами вздохнув: — Божечки, нужно было мне придти пораньше, уже почти полночь. — Изуку повернул голову, он знает, что Таноми отличная актриса, ведь для каждого человека у неё свой стиль общения, даже когда она говорит сама с собой, она будто реально с кем-то спорит и даже может прикрикнуть в никуда, раньше это Изуку казалось странным, но он долго смеялся, когда наконец заметил, что сам ничуть не лучше. — Оставайся у нас Таноми-чан, ты нас не стеснишь! — предложила Инко, но девушка замявшись мотнула головой неловко извинившись. — Завтро с утра ко мне должна придти хозяйка квартиры, я не могу просрочить платёж, иначе меня выгонят! — оправдалась Таноми и вылезла из-за стола посмотрев на подорвавшуюся со стула Инко улыбнувшись. — Спасибо за гостеприимство, в следующий раз я вас угощу. До свидания. Инко кивнула улыбнувшись и смотря в спину быстро уходящей подруге повернула голову в сторону сына попросив: — Изуку, проводишь Таноми, не думаю, что ей стоит ходить одной так поздно. Герой согласился и пошёл в прихожую где Айсонаку уже одевала пальто, увидев парня женщина ничего не сказала, но почему-то улыбнулась. Шагая по тёмным улицам Таноми глянула на Изуку и вытащив руку из кармана протянула в сторону аккуратно взявшись за локоть парня, тот повернул голову, но ничего не сказал явно собираясь игнорировать. — Ты злишься на меня, что я ушла ничего не сказав? — спросила журналистка прижавшись грудью к руке Мидории, который порозовел, но виду не подал, ему уже не тринадцать лет чтобы так реагировать на неё. Никто, даже сама Инко не понимала почему Таноми была их постоянным гостем, и только Изуку помнит, как студентка университета журналистики совратила его, хотя как такое забудешь? Айсонаку ни с кем не встречалась, никого не подпускала к себе, в её рационе был лишь тринадцати–четырнадцатилетний милый Изуку, который воспринял это сначала с шоком и на долго ушёл в себя, а потом после слов девушки понял, что ей нужна помощь. Маленький мальчик, который мечтает стать героем легко принял обман и молчал обо всём. — Извини, что свалилась как снег на голову, но ты ведь меня знаешь. — добавила Айсонаку и остановилась рядом со своим небольшим домиком снимающимся в аренду. — Досвидания Таноми, — вежливо попрощался Изуку и хотел уже развернуться чтобы уйти, но внезапно женщина схватила его за руку и поднявшись на носочки прикоснулась к чужим губам. Мидория расширил глаза приоткрыв рот, он онемел как в первый раз не понимая, что происходит и что следует сделать. Таноми чуть отстранилась и прижалась лбом ко лбу парня. Изуку вздохнул смотря в голубые глаза рыжей бестии, она появилась и вновь лишает его собственной воли, но не сказать, что парню это никогда не нравилось, он восхищался ею, понимал, что она только его, и он любит как мог только он, хоть и не уверен, что это взаимно. Дверь дома громко захлопнулась, а женские руки нетерпеливо ухватились за застёжку куртки Изуку, который быстро стянул свои ботинки прижимая пятку к полу и вытаскивая из обуви ногу, при этом руками расстёгивая пуговицы на пальто. Всё кажется таким обычным когда Таноми отстраняясь облизывается и держа парня за руку тянет в сторону своей комнаты. Айсонаку всегда всё делала сама, голубоватая футболка с надписью отлетела и женщина толкнула парня заставив сесть на кровать. Опустившись на колени Таноми встала между коленями красного Изуку и улыбнулась положив руки на его грудь. — А ты подкачался, скажи у тебя была девушка или ты сейчас с кем-то встречаешься? — поинтерисовалась женщина и приблизившись в плотную поцеловала будущего героя в шею рисуя языком причудливые узоры, в то время как её руки стягивали брюки и нижнее бельё смущённого парня. Не было у него сексуального опыта помимо тех, что были с Айсонаку, хоть на втором году в академии он и встречался с Ураракой, всё не заходило всё так далеко, да и Очако сама его бросила сказав, что не может быть героем обращая внимание на свои чувства и пытаясь вечно равняться по нему. — Похоже ты свободен, хотя меня и не волнует, будь у тебя хоть целый гарем. — тихо сказала журналистка и поцеловала кадык Изуку заставив его поднять подбородок повыше, её поцелуи начали опускаться ниже и она бережно целовала каждый шрам полученный в неизвестных ей обстоятельствах. Таноми сразу отметила, что Изуку стал менее чувствительный как к боли так и к ласке, он часто дышит, но почти не возбуждён, его кожа погрубела и не реагировала на обычные поцелуи, которые раньше вызывали у него табун мурашек, однако всем известно, что две мышцы никак не накачать мускулами: это мозг и половой орган. Наклонившись женщина перекинула волосы на одну сторону и взяла в рот пульсирующую плоть почти до основания, тут же в уголках её глаз собрались слёзы и из-за того что Изуку захлебнувшись стоном вцепился в рыжие волосы. Айсонаку закрыла глаза неспешно набирая темп, а сама запустила руку в собственные джинсы чувствуя невыносимую пульсацию между ног, ухватившись указательным и средними пальцами за клитор женщина вздохнула и на мгновение замедлила движения головой, но тут же ускорилась сбивчиво дыша. Девушка ввела пальцы в промежность не слыша шипения над головой, внезапно глотку обожгла непонятная на вкус жидкость и Айсонаку отшатнулась упав на задницу откашливаясь, по её губам стекала белая жидкость и слюна, её лицо было красным и потным хоть в доме и было прохладно. Изуку обеспокоенно опустился к женщине. — Прости, как ты? — парень взял Айсонаку за подбородок и опустившись поцеловал в губы слизывая все остатки сплетаясь с ней языками. Журналистка всё ещё была одета, но она быстро это исправила разорвав на себе клетчатую рубашку и стянув лифчик, опустив руку Таноми нащупала запястье будущего героя и приподняв его положила к себе на грудь, которая точно помещалась у него в ладони, а раньше ему двух ладоней не хватало на её грудь. Всё в Изуку выросло, а она пропустила это время и сейчас приехала думая, будто всё как прежде, но это не так и она это чувствует. — Ты не хочешь этого... Просто, "хочешь мне помочь". — уверенно прошептала журналистка ему в губы и открыла глаза в упор посмотрев в его. — Дура я конечно, зря я повисла на тебе, ты обижен, а я продолжаю вести себя будто всё так и должно идти. Изуку посмотрел в лицо женщине, конечно она считает себя виноватой, ведь она начала всё это пять лет назад, но она не заставляла всё это продолжать, а лишь поцеловала и спросила хочет ли он продолжить, и он захотел, хоть и долго сомневался в правильности своего выбора. Но с годами восхищение переросло в привязанность, привязанность в страх, а этот страх в любовь, которая теплилась в Деку и поныне. — Просто скажи, что ты чувствуешь ко мне? Я не обижен, просто скажи это. Таноми подняла лицо и улыбнулась закрыв слезящиеся глаза, так вот что ему нужно, как это она сама не догадалась? — Я... Люблю тебя. Изуку улыбнулся и обнял плачущую женщину нежно прижав её голову к груди, Таноми хлюпая носом обняла парня в ответ. Сексуальная атмосфера царившая в комнате несколько минут в комнате явно нарушена, хотя и не факт, всё-таки прикосновение голой женской груди к мужской не может не возыметь своего эффекта.