Сквозь время

…зачем разделять эту и грядущую жизнь, если мы родимся вновь…

      Она бежала вперёд, а ноги предательски путались в длинных юбках. Корсет сдавливал грудную клетку, мешая сделать такой нужный глоток воздуха. Зелёно-голубые глаза, наполненные ужасом, в страхе оглянулись, замечая лишь тени, зловеще пляшущие по каменным сводам стен. На секунду переведя дух, она помчалась вперёд, стараясь больше не оглядываться и не искушать судьбу.       Огненные искры факелов и многочисленных свеч зала плясали отблесками в прядях шёлковых волос, а красное платье приобрело кровавый оттенок в этом танце света. За гулом собственного сердца, тяжёлыми ударами стучащего в голове, она еле уловимо различала чужие шаги за спиной, заставляющие заледенеть кровь в жилах девушки.       Завернув за угол и юркнув в небольшое углубление между стен, она замерла, прикрыв рот дрожащей рукой и пытаясь успокоить тяжелое дыхание, казавшееся оглушительным в кромешной тишине залов.       Он был близко, рядом. Ужас, страх и отчаяние заглушили всё, и каждая тень от огня казалась всё более устрашающей в этом выжидании. Долгие минуты она ждала, но вот, сделала неуверенный шаг в сторону, с подозрением оглядываясь вокруг. Звенящая тишина лишний раз сковывала движения, заставляя сжиматься от каждого шелеста ветра, гуляющего по просторным залам.       Она завернула за угол, вглядываясь в таинственный полумрак, и резко оглянулась, замечая лишь серебряный отблеск от кинжала, который быстрым, ледяным, обжигающим касанием полоснул по молочной коже. На шее девушки появилась тонкая алая полоска, как ненужное, вульгарное ожерелье, расширяющееся в своих масштабах кровавыми слезами, выходящими из границ пореза. Девушка схватилась за шею, возводя чуть туманный взор на скрытого в полумраке убийцу, оборвавшего её жизнь одним движением руки.       Обессиленное тело медленно оседало, а затуманенный разум вырывал последние счастливые мгновения из памяти. Девушка нервно хватала воздух, отзывающийся огненным, болезненным жаром по всему телу, которое отныне не подчинялось ей. — Влад… — раздался еле слышный хрип, а зелёно-голубые, затуманенные глаза угасали, утрачивая свой яркий, травянистый блеск. — Лайя, — раздался звонкий голос Милли под ухом, а блондинка недовольно нахмурилась, ощущая болезненный отклик в голове. — Лайя, ну все уже выходят, пошли.       Сестра нервно потянула девушку за рукав толстовки, заставляя её недовольно раскрыть глаза и опалить виновницу раздражённым взглядом. Милли недовольно фыркнула, толкая блондинке в руки рюкзак, и выразительно приподняла брови, активно жестикулируя в сторону выхода из самолёта. — Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию. Добро пожаловать в Бухарест, — устало, но приветливо улыбнулась стюардесса, провожая их взглядом и повторяя эти же слова следующему пассажиру.       Солнечный луч на мгновение ослепил Лайю, заставляя вновь недовольно нахмуриться и сделать шаг вперёд, скрываясь в тени трансферного коридора. — Тебе снова что-то противное снилось? — раздался голос сестры рядом, заставляющий блондинку приподнять брови в непонимающем жесте. — Ну ты дёргалась во сне. — Мне снилось убийство и старинный замок, — ответила Лайя с хитрой улыбкой. — Там был огромный монстр, который преследовал девушку и выпил её кровь.       Милли задержала дыхание, с восторгом глядя на сестру, а Лайя звонко рассмеялась, смотря в зелёные глаза шатенки в ответ. — Да ну тебя. — Милли скорчила обиженное лицо и локтём толкнула сестру, пряча за короткими, русыми волосами предательскую улыбку. — Ты только и думаешь, что о своей работе, поэтому во сне у тебя тоже всех убивают.       Лайя усмехнулась, но напряжённо нахмурила брови, подходя к платформе выдачи багажа. Отпуск, который девушка выбила себе по истечении двух лет, казался ещё чем-то нереальным. Но она была обязана провести наконец время с сестрой и отдохнуть от всех журналистских расследований, в которые углублялась с головой последние года. Трагедия, произошедшая в семье Бёрнеллов несколько лет назад, заставила Лайю резко повзрослеть, переосмыслить всё и развернуться на сто восемьдесят градусов, забрасывая любимое увлечение пианино и резко отдавая себя в изучение журналистики. Девушке обещали стипендию в престижном университете Вены, но она больше не смогла играть, просто перестала подходить к инструменту, всячески игнорируя помощь всех вокруг.       А для Милли, подростка, который только начинала узнавать жизнь, трагедия в семье оборвала всё, нанося вечную, глубокую рану на сердце девочки, чей характер только начинал проявлять себя. Лайя винила себя, старалась закопать все свои проблемы и свою боль за многочисленной работой и воспитанием сестры, пробовала убежать от той зияющей раны, которая не затягивалась в самом сердце.       Лайя, всё ещё поглощённая в свои мысли, резко развернулась, врезаясь в широкую мужскую грудь и роняя документы на пол. — Извините, извините… — быстро лепетала девушка, наклоняясь за паспортом и бронью отеля и поднимая глаза на мужчину, который также присел помочь.       Их пальцы соприкоснулись, и Лайя неловко улыбнулась незнакомцу, всё ещё повторяя извинения и глядя в серо-зелёные глаза мужчины. — Всё в порядке, — с улыбкой ответил он, протягивая паспорт и быстрым жестом смахивая рыжие пряди волос, упавшие на широкий лоб. — Это я виноват, засмотрелся.       Мужчина усмехнулся, глядя пронзительным взором на блондинку, которая слегка смущённо опустила глаза, пытаясь скрыть набежавший румянец. Лайя слегка нервно завела прядь медовых волос за ухо, нерешительно поднимая взор на незнакомца и более смело улыбнувшись в ответ. — Лео, — мягко кивнул мужчина с хитрым прищуром, прямым, изучающем взглядом, не сводя его с лица блондинки и протягивая руку. — А вы? — Лайя. Лайя Бёрнелл, — улыбнулась девушка, отвечая на его жест и поправляя тяжёлый рюкзак за спиной, который слишком сильно оттягивал плечо назад. — Лайя, — повторил мужчина, словно пробуя имя на вкус. — Ну раз я виноват, позвольте проводить вас в отель, моя машина как раз стоит на парковке. — Нет, что вы. Вы не виноваты, это я… — Лайя вновь нахмурила брови, чувствуя как локоть Милли врезался ей между рёбер, и послала хмурый взгляд в сторону сестры. Шатенка выразительно приподняла брови, стреляя глазками в сторону мужчины и слегка ухмыляясь в выразительном указании сестре. Лайя закатила глаза, возвращая очаровательную улыбку Лео, который наблюдал за сценой с нескрываемой усмешкой. — Спасибо. Но мы поедем на такси.       И с этими словами, хватая за рукав Милли, она быстрым шагом направилась к выходу из аэропорта. А мужчина с улыбкой провожал её взглядом, крутя в руках листочек с бронью отеля и читая первые строки с именами девушек.       Солнечный свет вновь ослепил глаза Лайи, и она нервно покопалась в боковом кармане рюкзака, доставая солнечные очки. — Он такой красавчик, зря ты так, — послышался голос Милли сбоку, и блондинка вновь бросила недовольный взгляд на сестру, которая лишь закатила глаза, пожимая плечами. — Где бронь отеля? — оглядывая карманы, прошептала Лайя. — Думаю, мне стоит вернуть вам это, — послышался уже знакомый мужской голос за спиной, и девушка слегка вздрогнула, оборачиваясь в сторону Лео и смотря на сложенный листок, который он протягивал всё с той же улыбкой. — Спасибо, — произнесла Лайя, оглядываясь по сторонам в поисках хоть одного такси. — Предложение всё ещё в силе, — улыбнулся мужчина вновь, кивая в сторону блестящего, чёрного автомобиля, припаркованного недалеко от входа.       Блондинка снова посмотрела по сторонам, но парковка аэропорта словно вымерла, а машин такси, которыми обычно полны такие места, на удивление не было ни одной. Первая капля дождя упала на её щеку, и она взглянула на небо, где серые, хмурые тучи затягивали своими могучими лапами солнце в капкан. — Лайя, — толкнула Милли. — Дождь начинается, и такси совсем нет, — произнесла тихонько шатенка, бросая выразительный взгляд в сторону машины мужчины.       Девушка напряжённо выдохнула, но кивнула Лео, принимая предложение. Хмурое чувство, щекочущее душу пробиралось до сознания напряженным сомнением, и блондинка бросила обеспокоенный взгляд на сестру, у которой, кажется, абсолютно отсутствовало чувство самосохранения при виде красивого парня. Лайя снова глубоко выдохнула, но поплелась следом за Милли, зелёные глаза которой горели энтузиазмом.

***

— Влад, это рискованно, мы можем прогадать с этими акциями, — раздавался уверенный, но слегка обеспокоенный женский голос из громкоговорителя телефона, лежащего на широком, дубовом столе.       Брюнет слегка нахмурился, мимолётное раздражение пролетело на красивом лице, но он расслабленно откинулся на спинку кожаного кресла, отворачивая взор серых глаз к широкому окну. Первые капли дождя оросили стекло, через которое ещё падали последние лучи солнца, прячущегося за тенью хмурых туч. Мужчина спокойно провёл рукой по щетине, играя скулами в напряжённом раздумии и рассматривая широкий проспект перед набережной, заполненный потоком несущихся машин. — Хелена, — раздался спокойный, бархатный голос мужчины, который мгновенно заставил женщину на проводе замолчать. — Неужели я когда-либо предлагал проигрышные варианты? — Нет, но… — уже менее уверено ответила она после секундного молчания. — Я доверяю тебе, Влад. Но иногда ты словно не беспокоишься о возможных последствиях, будто не боишься всё потерять. — Тогда думаю тебе стоит подписать этот контракт, — спокойным, но не допускающим возражений голосом произнёс брюнет, вставая с кресла и отдёргивая пиджак, привычным жестом застёгивая пуговицу. — Завтра я вылетаю в Брюссель, надеюсь, ты примешь решение до вечера. — Когда-нибудь я пойму, зачем тебе это нужно, — уже более добрым тоном ответила Хелена, а на лице мужчины пролетела мимолётная улыбка, отпечатывающаяся сеточкой искренних морщинок в уголках его глаз.       Телефонный разговор прервался, а брюнет медленно подошёл к высокому окну, засовывая руки в карманы брюк и продолжая рассматривать набережную, сквозь стекло, медленно покрывающееся сотнями капель дождя.

***

      Широкая стойка ресепшена, украшенная золотистыми, каллиграфическими узорами, и миловидная девушка, забивающая в компьютер паспортные данные сестёр. Лайя напряжённо стучит по стойке, осматривая просторный, светлый холл. Милли увлечённо переписывается в сети, звонко смеясь очередному сообщению от подруг. И справа от девушек стоит Лео, внимательно изучающий напряжённую блондинку.       Лайя Бёрнелл с сомнением поглядывает в сторону мужчины, мысленно прикидывая вероятность совпадения того, что они случайным образом попали в один отель. А девушка не привыкла верить в случайные совпадения, и стоило только автомобилю Лео припарковаться рядом со зданием, как новая волна сомнений нахлынула на душу блондинки. — Прошу, ваш ключ, — раздался голос девушки перед ней, и она с улыбкой протянула в руки Лайи карточку от номера и паспорта. — Ваш номер триста восемьдесят пять, проходите прямо и налево до упора. С багажом вам помогут.       Лайя поблагодарила и быстро схватила рюкзак, с натянутой улыбкой благодаря Лео за всё и потянув за собой Милли, которая не спешила уйти прочь от стойки ресепшена.       Полумрак комнаты окутал, стоило зайти внутрь номера. Девушка кинула сумки на пол, а Милли с разбега прыгнула на широкую кровать около окна, быстро кладя телефон на соседнюю тумбочку. — Чур моя кровать здесь, — звонко произнесла шатенка, кидая свою толстовку на плед рядом для подтверждения своих же слов.       Лайя равнодушно бросила рюкзак на свободную кровать и прошла к окну, раздвигая тяжёлые, темно-синие шторы и запуская в комнату мягкий свет. Открывая створку двери, шагнула на широкий балкон, присаживаясь в мягкое кресло и прикрывая глаза, наконец ухватывая спокойное мгновение. Лёгкий осенний ветерок пробежался по коже, заставляя девушку сильнее укутаться в широкую толстовку, а капли дождя заплясали свой мелодичный, звонкий танец по карнизу, убаюкивая сознание.       Блондинка не спала практически всю ночь, завершая дела и отправляя итоговые статьи редактору, который скинул на девушку практически месячный объём работы в последнюю неделю. Лайя была трудолюбива и всегда выполняла всё в срок, чем незамедлительно пользовался руководитель, подкидывая дополнительные задания.       День уже клонился к ночи, и первые звёзды зажглись на небосводе, пробивая себе свет сквозь тонкую пелену туманных туч, медленно опускающихся вниз, в глубину города. Лайя распахнула глаза, поёжившись от наступившего холода и приходя в себя, удивляясь тому, как незаметно провалилась в сон. Милли тихонько читала книгу в комнате и улыбнулась сестре, которая прошла вглубь, пытаясь найти бутылку воды, приходя в чувство. Голова ощущалась слишком затуманенной и тяжелой после дневного сна, и девушка желала лишь прийти в себя, накидывая на плечи куртку. — Мы гулять? — с восторгом захлопнула книгу Милли, быстро хватая розовый свитер с кровати и натягивая одновременно с кедами. — Я так хочу есть, Лайя. Ты спала как убитая.       Блондинка вновь нахмурилась, слушая довольные визги сестры, но невольная улыбка украсила красивое лицо девушки, стоило ей заметить такой родной блеск глаз Милли. Шатенка быстро заплела из волос два забавных пучка и схватила карту Бухареста, потянув полусонную Лайю к выходу из номера. — Дай угадаю, ты уже выбрала, куда мы пойдём, — усмехнулась девушка. — Конечно, — засмеялась Милли в ответ.       И они спустились вниз, сильнее закутываясь в вещи, пока белые лапы промозглого тумана окутывали их вокруг, отдаляя от входа в отель. Брусчатка старинного города и волшебная атмосфера, сквозившая вокруг, мгновенно перенесли девушек в исторический центр, где на площади раскинулись несколько кафе с разноцветными верандами. Приметив самое уютное место, они направились прямиком к мягким диванам, на подушках которого лежали красные покрывала, добавляющие особый шарм всему месту. Укутавшись в тёплые пледы и раскрыв меню, сестры сделали заказ подбежавшему официанту и наперебой начали обсуждать дальнейшие планы на предстоящие две недели в Румынии. — Мы же поедем в Трансильванию, да? Туда, где был Дракула? — всё с тем же восторгом затараторила Милли. — Там так много замков, особенно Бран. Он такой красивый, и там когда-то ночевал Дракула…       Звонкий голос Милли заполнял пространство вокруг, а Лайя нежно улыбнулась, глядя на счастливое лицо сестры. Воспоминания страшного ужаса, произошедшего несколько лет назад, до сих пор не давали девушке покоя, иногда врываясь в сознание по ночам. И именно сейчас она была так счастлива остановиться, вдохнуть воздух и просто посидеть рядом с сестрой, лицо которой вновь светилось от радости и улыбки, а звонкий смех так приятно разносился в сердце Лайи, залечивая глубокие, тягучие раны.

***

— Да, Питер, я думаю, что смогу попасть на твой званный вечер на следующей неделе.       Влад уверенно вёл автомобиль, маневрируя по узким улочкам старого города. — Нет, я пока в Бухаресте. Срочные дела заставили задержаться ещё на один день, — продолжил диалог мужчина по гарнитуре.       Мгновенная реакция брюнета и звонкий визг тормозов, а спокойное лицо мужчины исказилось от обеспокоенности. Он быстро выскочил из автомобиля, откидывая гарнитуру в сторону и видя перед автомобилем дрожащую фигурку девушки с испуганными, зелёными глазами и короткими, взъерошенными прядями русых волос. Она с ужасом оглядывалась по сторонам, подбежав к брюнету и схватив его за руку, тянула тёмно-серую ткань пиджака куда-то в сторону тёмного переулка. — Что случилось? Постойте, — спокойно произнёс брюнет, обернув девушку к себе за плечи и заглядывая в глаза, полные ужаса и слёз.       Шатенка нахмурилась, плечи ещё сильнее затряслись, а из глаз побежали новые ручейки слёз. Она попыталась взять в себя в руки, нервно оборачиваясь в сторону переулка и дрожащим голосом произнося: — Моя сестра, она там… Мы нашли труп… Помогите…       Влад мгновенно бросился вслед за девочкой, которая всё также тянула его за собой. А около одинокого фонаря, среди сгустков липкого тумана, на коленях стояла девушка, золотистые, волнистые пряди волос ниспадали по спине, а плечи слегка вздрагивали. Влад перевёл взгляд на лежащее перед ней тело в такой неестественной, скрюченной позе, а острый запах крови неприятно защекотал его нос, заставляя нахмуриться и сжать кулаки. — Лайя, — окликнула блондинку девушка рядом, а та неожиданно вздрогнула, резко подскакивая на ноги и оборачиваясь на брюнета.       Мужчина застыл, не в силах отвести взгляда от лица блондинки, как загипнотизированный смотря в такие необычные, удивительные, выразительные, зелёно-голубые глаза. Кулаки брюнета сильнее сжались, а он неверующим взором рассматривал медовые локоны её волос, переводя взгляд на фигуру и замечая руки, окрашенные алой кровью. Из глаз блондинки текли ручейки слёз, заставляющие взгляд ещё сильнее блестеть особым, травянистым оттенком. — Анна? — удивлённо произнёс мужчина и выпрямился от звука своего же голоса, который раздался эхом в его голове, будто бы в отдалении.