Никто. Просто фанатка

      У прозрачных дверей в жёлтой оправе я приостановилась. Это было плохо, я прекрасно понимала, плохо, что в тот момент мною руководил пылающий гнев, быть может, праведный гнев. Но известно, что на горячую голову вершить дела — к беде. Бросив беглый взгляд на пустынную улицу, я вошла в здание Макдональдса. Зал пустовал, однако в затерянном в дальнем коридоре кабинете администратора горел свет. Быстрым шагом, громко топая по керамической плитке, я направилась туда.       — Что все это значит? — вскрикнула я, с силой захлопнув дверь. Джей резко обернулся, испуганно глядя на меня. — Как ты мог?! Меня глаза не обманули! Там! В машине! Был ты! Ты… Ты предал меня! — Мозг отлично сознавал, что я сорвалась с цепи, превращаясь в истеричку и начиная нести несусветную чушь. Но меня никто не мог сдержать.       Джей миролюбиво приподнял руки.       — Кейт, я все объясню…       — Да, Китти, — раздался позади сиплый голос. Я обернулась. В дверях стояли двое. Один из них — Маркус — держал в руках пистолет, любовно оглядывая его сверху до низу. — Том тебе сейчас поведает увлекательную историю про свою настоящую жизнь.       — Кто такой Том? — хмурясь, спросила я тихо, не сводя глаз с оружия.       — О! Ты не знаешь всё-таки! — обрадованно хохотнул Маркус.       — Маркус, не надо... — начал Джей.       — Том — это вот этот славный парень. — Он указал пистолетом мне за спину.       Я растерянно обернулась, уставившись на Джея.       — Что здесь происходит? — недоумевая, прошептала я, хотя прекрасно понимала, что ждать добра от человека с оружием в руках, которого я шибанула битой, — нельзя.       — Знаешь, Китти, — Маркус шагнул вперёд, — ты нам о-о-очень помогла. Бы. Но ты, сучка, сломала мне ребро! — Он вскинул руку с пистолетом, я инстинктивно шарахнулась назад.       — Не смей её трогать! — вступился Джей.       Маркус закатил глаза, а его дружок приложил к губам перочинный нож.       — Ты вообще заткнись, Ромео, — выплюнул Маркус, а затем смерил меня противным оценивающим взглядом, — не видишь, мы беседуем с дамой.       — Я сказал, — процедил Джей, — не смей её трогать.       Маркус сощурил глаза и, усмехнувшись, перевёл взгляд с меня на Джея. Перекинув пистолет из одной руки в другую, он спросил:       — Ты остановишь меня? — В следующую секунду его напарник, здоровенный качок, схватил меня и заломал мне руки за спину. Я вскрикнула, попыталась освободиться, но не смогла. Джей рванулся ко мне, но Маркус навёл на него дуло пистолета. — Ты отвезёшь нас в Вегас.       Ещё до того, как я осознала, что встряла просто во вселенского масштаба неприятности, меня отвели к чёрному джипу и запихнули на заднее сидение, как мешок с бананами. Я оказалась зажата между Маркусом, что игриво постукивал пистолетом по колену, и его другом, любителем холодного оружия и пива. Джей сел за руль. Я не была уверена, что не будь меня здесь, он отказался бы ехать. Я теперь ни в чём не была уверена. Всё это выглядело как очевидный сговор. К тому человеку, которого я знала как Джея, Маркус обращался по имени Том. Меня взяли в заложники те самые грабители, что вломились в дом к Джонни — очевидно, благодаря наводке Джея. Наводке, которую он получил от меня. «Всё это время, все эти дни, он просто притворялся, чтобы подобраться поближе, чтобы я доверилась ему... И я доверилась. И теперь из-за меня это всё… Я навела бандитов на дом Джонни! Боже!» Но пока внутри я обливалась слезами, на лице моём была надета равнодушная маска, как у профессионального игрока в покер. Во-первых, сделать что-то, будучи зажатой между двух типов с оружием, не так уж просто. Во-вторых, мозг всё ещё воспринимал происходящее несколько отстранённо, и мне с чего-то захотелось узнать, чем кончится этот детектив. А в-третьих, честно говоря, поначалу было страшно, и я просто решила помалкивать. До Лас-Вегаса было больше шести часов: этого времени мне должно было хватить на то, чтобы придумать план по спасению. Что-то подсказывало, что эта поездочка не окончится задушевной беседой в каком-нибудь придорожном кафе за чашечкой какао со сливками. Зато наконец-то выбралась в Вегас…       Я настойчиво запрещала себе впадать в отчаяние, но с каждой оставшейся позади милей это становилось делать всё труднее. Первой мыслью было намерение действовать по законам американских фильмов: у ближайшей заправки, остановки, мотеля сделать щенячьи глазки и отпроситься в дамскую комнату, а потом улепётывать со всех ног, перепрыгивая через пустынные кустарники, в лучших традициях Ранго. Но мои ожидания не оправдались. Мы выехали на шоссе, и Маркус, больно толкнув меня в бок пистолетом, предупредил Джея: «В твоих же интересах довезти нас как можно быстрее и без ненужного внимания, понятно объясняю?». Джей кивнул. Настало время начинать пугаться за свою жизнь и задавать тупые вопросы: «Что вы собираетесь со мной делать?».       В машине висела тишина. Напряжённая тишина. Джей, или Том, я уже не знала, постоянно поглядывал на меня в зеркало. В его взгляде прослеживалась живая обеспокоенность, но я не хотела ей верить. Спустя около часа вытрясавший мою душу страх сменился растерянной злостью: мне хотелось активно действовать, выпустить пар, но я никак не могла сообразить, что же делать. Ещё через тридцать миль я притворилась спящей, как ни в чём не бывало положив голову на плечо Маркусу. Главной целью было показать — прежде всего себе, — что я их не боюсь. Правда, о сне и речи быть не могло. Маркус с дружком обменивались смешками, значение которых легко было угадать. Мы не останавливались, не сбавляли скорость, и, казалось, дороге этой не будет конца.       Мимо пролетел очередной указатель, и из-за горизонта появилась окраина города. Единственное, что я знала точно, — это не Вегас. Ещё не Вегас. Внезапно подумалось, что случится неплохая ирония: сыграть в Городе Азарта в рулетку на собственную жизнь.       «Сверни», — вдруг просипел Маркус. Мы свернули с автобана на объездную дорогу. Стало трудно дышать, сердце принялось истерично биться о грудную клетку. Теперь мы следовали по почти пустой дороге, на пути встречались съезды на грунтовку, что, наверняка, уводили в безлюдную пустыню. Похоже, даже тут не свезло — до Лас-Вегаса так и не добралась…       — Бак вот-вот опустеет, — вдруг послышался голос Джея.       — Чё, блин? — впервые подал голос молчаливый напарник Маркуса.       — Расслабься, — вставил тот, — потому сюда и свернули.       Не успел он договорить, как впереди показалась обшарпанная заправка, явно видавшая лучшее в прежние времена. Я мысленно выдохнула. Мы заехали на заправку, кругом не было ни души. Через дорогу стояла такая же полузаброшенная забегаловка.       — Без глупостей, романтик, понял?       Джей глянул на Маркуса через зеркало заднего вида, но я опередила его с ответом:       — Не боишься, что копы слетятся как мухи на выстрел? — Голос, на удивление, прозвучал уверенно.       Маркус приблизился ко мне и дыхнул на ухо:       — Ну так для этого у нас есть нож.       Джей отправился оплачивать, меня же грубо выволокли из машины с щедрым предложением размять ноги. Я не стала сопротивляться, старалась сохранять гордый вид. Маркус вцепился мне в запястье, зыркал по сторонам, как голодный хорёк. Его дружок закурил.       — Может, оттащим эту стерву к нашим? —предложил он, смерив меня оценивающим взглядом.       — Убить ты меня можешь, а вот оскорблять не смей, — злобно процедила я.       Маркус резко дёрнул меня за руку.       — Ты типа дерзкая?       — Нет, — качнула я головой, — но не намерена выслушивать мерзости от двух идиотов.       В мгновение ока у моего горла оказался нож. Да, всё шло точно не по канонам голливудских боевиков.       — А теперь повторишь? — сквозь зубы спросил Маркус, почти касаясь моего лица губами.       Ощущение было омерзительное. Настолько — что даже затмило страх.       — Вы два идиота, — вкрадчиво проговорила я. — Облажаться в краже на пару сотен тысяч, когда можно стащить миллионы… Динозавры, блин, — для достоверности я фыркнула, закатывая глаза.       Маркус глянул на подельника, тот выпустил дым прямо в мою сторону, насладился тем, как я кашляю, и проговорил:       — Она борзая, потому что боится.       Я вновь закатила глаза.       — Вау! Потрясающее умозаключение! Воистину достойное последователей Капоне и Костелло! — съязвила я. На лицах грабителей не промелькнуло ни одного лучика понимания. — Серьёзно? — Я скептично изогнула бровь.       Вернулся Джей, и напарник Маркуса тут же накинулся на него:       — Чего так долго?       Джей спокойно вставил пистолет в бензобак и попутно пояснил:       — У них оборудование доисторическое, всё виснет. Пришлось ждать, — он сделал едва заметную паузу, — благоприятного момента.       Грабитель хмуро хмыкнул и сплюнул, вновь поднимая на меня взгляд. Мне же отчаянно хотелось обернуться к Джею в попытке понять, случайно ли брошена эта фраза, — чтобы подбодрить или обнадёжить? И примерно в этот момент в голове отчётливо прозвучал голос капитана Джека Воробья: «Почему бы не последовать благороднейшей из пиратских традиций?».       Воспользовавшись тем, что меня всё ещё буравил взглядом здоровяк, я продолжила прерванную мысль с наглой уверенностью:       — Грабить дом в самом центре Голливуда, основываясь на том, что кто-то что-то услышал от кого-то?       — Что ты несёшь? — Маркус снова рванул меня за руку, но в этот раз я попыталась вырваться. Безуспешно. — Что она несёт? — прошипел он подошедшему Джею. Тот только растерянно затряс головой. — Заткнись! — приказал он, останавливая лезвие ножа в паре сантиметров от моих губ.       — Легко, — прошептала я, — но вам бы следовало прислушаться к объективной критике…       Маркус тихо зарычал, Джей попытался встать между нами.       — Слушай, остынь, ладно? Она просто не в себе сейчас. Она вообще всегда себя странно ведёт, а сейчас сам подумай…       — О боги! — простонала я. Джей удивлённо обернулся ко мне. — Спасибо за заботу, милый, но лучше пойди купи себе мороженку, — искусственно улыбнулась я. Грабители вновь смятённо переглянулись. Я прямо и максимально смело посмотрела на Маркуса. — Отпусти мою руку, и я объясню. — Он медлил, хотя, думаю, прекрасно понимал, что преимущество на безлюдной заправке за тем, у кого оружие. Наконец он разжал пальцы. — Ну вот, теперь синяк будет… — недовольно пробурчала я, потирая запястье. — Итак, други мои, — я скрестила руки на груди, — что вам известно про Джона Герберта Диллинджера?       Снова беспросветное непонимание на лицах — и от этого в душе моей взорвался ликующий салют.       — Кого?       — Оу… ну, знаете, «кумир» ФБР, Робин Гуд Великой депрессии, враг общества №1? — На удивление, на лицах грабителей мне почудилась заинтересованность, а вот Джей глядел на меня, как на поехавшую. — Боже! — воскликнула я. — Вы и, правда, идиоты! Не знаете Диллинджера?! — Я провела рукой по лицу. — Джон Диллинджер был преступником номер один во времена Великой депрессии. За ним одним охотилось всё ФБР и сам Гувер. Он был величайшим грабителем банков в истории. Ни одна тюрьма не сдержала ни его, ни его людей. А народ его обожал. Он сумел ограбить более двух десятков банков, напал на четыре полицейских участка и ушёл как минимум из двух тюрьм. Это был настоящий гангстер. Его не судили. ФБР не хватило сил. Его убили. Выстрелили прямо сюда, — я приставила два пальца ко лбу Маркуса, — БАМ! — Он вздрогнул и шарахнулся в сторону. — И вы не слышали о нём?       — И что дальше? — Маркус сплюнул в сторону.       — Спустя два месяца после смерти Диллинджера одна из его бывших пассий родила от него ребёнка, тайно, никто не знал, от кого, а потом бежала во Францию. Позже её сын сколотил новую банду, пойдя по стопам отца, которая и по сей день вполне успешно действует в Европе. Звучит это не правдоподобнее городской легенды, однако — когда не хочешь попасться, очень удобно, если в твоё существование никто не верит. Словом, наследие Диллинджера живо, пусть и изменило форму. Мы не грабим банки, это уже не тренд. Куда эффективнее списать со счёта толстосума пять, шесть, семь нулей — кто-то может даже и не заметить, а кто-то не захочет палиться перед налоговой… В любом случае, цифру поймать сложнее, чем кусок мяса с пушкой в руках, смекаете? — В этот момент я краем глаза уловила движение на грунтовке, что подходила к кафе на другой стороне дороги. Полицейский автомобиль! Мне хотелось отплясывать жига-дрыгу с криками: «Спасена!», но… Автомобиль — без мигалок, сирен и прочего — в абсолютном спокойствии припарковался у кафе, двое копов вошли в здание, а в машине остался только водитель. Коктейль из противоположных эмоций вот-вот готов был выплеснуться и закоротить микросхемы самоконтроля. Я сцепила руки за спиной, впиваясь ногтями в кожу, и решила тянуть время, благо бандиты стояли спиной к забегаловке. — И вот я провела месяцы в этой их чёртовой идиллии, втиралась в доверие, вся из себя такая Мэри Поппинс, а вы, два идиота, увезли меня в Вегас! После того как вломились в дом! Вы хоть представляете, что такое два месяца выгуливать этих пафосных спиногрызов?! Всё летит к чёртовой матери из-за двух придурков! — В актёрской подаче я себе не отказывала, превращаясь в разъярённую фурию для пущей убедительности, и даже, кажется, начала верить в собственный бред, что сочинялся на ходу.       Маркус почесал затылок, его приятель щурился, докуривая сигарету       — Что она несёт? — снова спросил Маркус у Джея.       — Не знаю, — серьёзно ответил тот и добавил: — Она из России.       — Правда? — Я кивнула, закатив глаза. — И что? Ты складно рисуешь, думаешь, я тебе поверю?       — Не верь, — абсолютно равнодушно бросила я, пожимая плечами. — Хотя мог бы в Гугле пробить, кто такой Диллинджер.       — И что ты делала в том особняке? — наконец подал голос безымянный курильщик.       — А ты как думаешь, солнце? — Я карикатурно развела руками. — Была милой и втиралась в доверие к хозяину, вполне успешно, чтобы позже подобраться к его банковскому счёту. Работа у меня такая.       — Том сказал, что ты работала горничной и была счастлива этим до смерти.       — Алло! — всплеснула я руками. — Быть невидимкой, помните? Думаете, эти богатеи хотя бы имя прислуги запоминают? А этот, — я кинула быстрый взгляд на Джея, — втрескался в меня, хвостиком ходил, ну, для развлечения вполне себе ничего, когда делать нечего. Кто бы мог подумать, что всё полетит к чёрту из-за чувака из Макдональдса… — процедила я.       Полицейские вышли из кафе со стаканчиками, но вместо того чтобы уехать, остались у машины. «Вот он, благоприятный момент! — провозгласил капитан Воробей. — Да и другого может не представиться…»       — Что ж, — улыбнулся мне Маркус, — могу успокоить тебя — жалеть об этом ты будешь недолго. — Я ухмыльнулась, хотя практически слышала, с каким грохотом рушится всё самообладание. — Хотя знаешь, — Маркус переглянулся с напарником, — мне понравилась твоя история. Но проблема в том, — он почесал подбородок, — что мне наплевать, кто ты.       Я понимающе закачала головой, якобы с задумчивым взглядом, который на самом деле пристально следил за полицейской машиной.       — А знаешь, — в том же тоне начала я, — ты мне тоже нравишься. Но проблема в том, — я кинула взгляд за его спину, убеждаясь, что полицейские нас видят, — что я деппоманка.       В следующий миг, когда последнее слово ещё слетало с губ, я с криком ниндзя ударила ногой Маркуса в пах и бросилась наутёк. Без оглядки, так быстро, будто за мною гнался Фредди Крюгер. Мне было неважно, что происходило дальше, хоть я слышала крики и визг тормозов. Я не замечала, не понимала и не чувствовала ничего, кроме животного страха, что подгонял лучше плети. Когда, наконец, силы покинули меня, и я остановилась, привалившись к какому-то столбу, оказалось, что я нахожусь у выхода на оживлённую улицу, по которой сновали автомобили. Адреналин гнал меня порядка пары километров.       Отдышавшись и убедившись, что за мной нет явной погони, я вышла из проулка. Я понятия не имела, что это за город, да и город ли вообще. Ощущала себя котёнком, которого вышвырнули на улицу: хотелось просить о помощи, но страшно было кому-то довериться. В голове царил хаос, в боку болело, и постепенно на меня стали обращать внимание: похоже, в этом районе не привыкли, когда по улице шлёпает босиком растрёпанная девушка в бледно-голубых лосинах и длинной майке с «козой». Рано или поздно кто-нибудь бы вызвал полицию, — слава американской бдительности! — но меня это пугало. Единственное, что я знала точно, — мне как можно скорее нужно вернуться в Лос-Анджелес и на заполнение протоколов времени нет. Когда на моём пути возникла подозрительно щурящаяся гражданка в очках, я подошла к ней с вежливой улыбкой. Объяснила, что мы с друзьями отдыхали в Вегасе и они решили так надо мной подшутить, завезти в соседний городок и устроить мне квест. Поверила она или нет, зная, что занесло меня совсем не в «соседний» городок, всё же указала путь к автобусной станции и подарила старые кеды на два размера больше.       Солнце в Неваде палило нещадно, а у меня не было денег даже на то, чтобы купить лимонад. Как бы я села на автобус — было уже не так важно. Пожалуй, разыграть ещё одну трагедию я бы смогла, внутреннее состояние было подходящим. На очередном повороте я увидела милый скверик с фонтаном, импровизированным ручьём и мостиком через него. Я зашла туда, решив отдохнуть, а заодно освежить хотя бы лицо и руки. Примерно после десяти минут пребывания там, я услышала позади себя голос:       — Кейт! Слава богу!       Сердце заколотилось бешено, будто даже сильнее, чем во время забега. Он выследил меня, чтобы… что?       Я выдохнула и, закрыв глаза, не оборачиваясь, ответила:       — Уходи или я закричу.       — Дай мне объяснить, — попросил Джей.       Я обернулась.       — Объяснить? Что? — возмутилась я дрожащим голосом. — Почему ты предал меня? Почему я оказалась здесь? Почему вдруг ты оказался не тем, за кого себя выдавал? Что объяснить?! Что из этого?!       Он выдохнул, обвёл взглядом скверик, словно бы собираясь с мыслями. Мне хотелось бежать, потому что было страшно — и даже не от того, что он может сделать, а что скажет. Но я не могла двинуться с места.       — Кейт, — он подошёл ближе, — просто выслушай. — Я слегка отвернула голову в сторону, но ничего не сказала. Он сел на мостик и начал разговор. — Я не обманывал тебя. Джей… Джейсон — моё второе имя, так что… Всё дело… Я жил в Миннесоте, а, когда родители разошлись, попал в дурную компанию. Что-то типа местных мафиози. Бандиты. Мы совершали грабежи, воровали, хулиганили. Подростком мне это нравилось. Но однажды у меня на глазах умер лучший друг. — Он недоумённо покачал головой. — Парни из-за чего-то поспорили, из-за какой-то ерунды, но закончилось всё поножовщиной. В тот момент я понял, что не хочу такой жизни, такого будущего. Я решил порвать со всем, той же ночью сбежал в Лос-Анджелес… Не знаю, что там у них происходило, я не держал связь с матерью. Всё это время я жил честно, честно работал, держался подальше от всяких чёрных делишек. И когда я встретил тебя… Я ни в чём тебя не обманул, Кейт. Я… Ты… Я увидел в тебе… — Джей посмотрел на меня. Я отвернулась. Он вздохнул. — Эти двое — Маркус и Эд… Когда-то мы были, так сказать, друзьями. Маркус случайно зашёл. Узнал меня. А потом случайно пришла ты, он услышал наш разговор… Он не большого ума, но понял, что у меня новая жизнь, и мне есть что терять. Он сказал, что, если я не стану им помогать, то всё расскажет тебе. А я не хотел… чтобы ты знала. Ведь всё то было в прошлом, будто и не моя жизнь. Так не должно было быть. Я думал, что ты уйдёшь, что не узнаешь. — Я резко посмотрела на него. — Я не хотел причинить тебе вред, Кейт. Не хотел, — глядя мне в глаза, серьёзно сказал Джей. — Да, я знаю, я поступил как полный придурок! Я знаю, что виноват. Я пойду в полицию, всё расскажу, но… — Он замолчал. Я слышала дрожь в его голосе и стискивала кулаки, чтобы не заплакать, не проявить слабость. — Кейт, я ошибся, прости меня. Прошу, прости. Я так хотел уйти от своего прошлого, хотел новой жизни, и ты дала мне понять, что я смогу.       С минуту я молчала, кусая изнутри губу.       — Наверное, это хорошо, что ты всё рассказал, — кивнула я несколько раз. — Жаль только, что я тебе не верю. — Я стиснула зубы и почти бегом покинула сквер.