Когда минуют дни тоски

      Омега снова не мог заснуть. На этот раз он думал, думал о многом, но как бы он ни старался, его преследовал один и тот же вывод: Он видел. Бакуго Катсуки знает, в каком городе он живет, знает, где работает. Мидория хочет удавиться. Настолько ему плохо.       Тем временем Бакуго на работе, да, он практически постоянно там. Но если брать понятия «сегодня» и «завтра», то по своей восприимчивости они относительны. Но что стоит каждый день хорошего настроения? Правильно, ничего не стоит, а все потому что так предусмотрено миром: день наступает регулярно, а настрой и покой души не имеют своего расписания.       — А, Бакубро, все ли в порядке? - Киришима немного понизил тон в конце.       — С чего ты вообще мог взять, что нет? - Бакуго говорил сквозь зубы, его слова резали уши.       Альфа замял разговор:"Как бы там ни было, ты дал Половинчатому ублюдку поймать того грабителя, хотя сам находился ближе всех."       После этого Киришима все-таки присел рядом: «Тебе не свойственно молчать».       -Думаю       -Что?       -Я думаю. —Слова Бакуго звучали напряженно. Для достоверности сказанных Бакуго слов, Киришима повторил их, следя за движением губ и языка. Катсуки взрослый альфа, он не нуждается в поддержке, ну уж точно не он. Как бы там ни было, он — сильный пол, скулящие собаки не имеют права называть себя таковыми. Несмотря на все это, он так же как и все, нуждается в чем-то. Но оно имеет несколько другое значение, это что-то — сексуальный голод. Причины самые разные: зрелость в свете молодых лет, напряженность, усталость, гнев. Вот только парень никогда не будет спать с «одноразовой подстилкой» в гон. Он не собирается инстинктивно повязать себя с какой-нибудь блядью, не говоря уже о мелких спиногрызах. В общем, любые скандалы пассий по поводу того, что они уже на 2 неделе беременности четны. Их всех посылали далеко и надолго. Но даже так, некоторые мысли не вылетают из головы, из-за этого хочется вспороть себе череп, вытащив их силой. Бакуго безмолвствовал, но его мыслительная деятельность не сдавала свои обороты: «Как, блять, черт побери, как? Почему? Почему, блять, я не успел? Помеченный?! Кем?! Он просто Деку. Мой, мать вашу! Он ведь… как Вещь?» Мысли давили изнутри. Бакуго был на пределе, ладони вновь начали искриться. Заметив странную активность друга, альфа хотел похлопать последнего по плечу, но его зрачки сузились, как только раскалённая перчатка приблизилась к его лицу. Киришима поймал руку Катсуки, последний не успел его задеть. Глаза, налитые кровью, всего секунду назад прибывавшие в спокойствии, будто в глубоком дрёме, остающиеся все такими же янтарными и прозрачными, сейчас полны ненависти и гнева, вот только Киришима понял, что этот взгляд адресован не ему, а кому-то другому. Тот, кто довёл все это к Этому исходу, похоже, уже не жилец, или, по крайней мере, точно не будет цел. Спустя мгновение парень с усилием опустил руку Бакуго. -Нет блять, он не вещь. - Слова, что прозвучали вслух, ввели Эйджиро в ступор.       Помолчав минуту, альфа добавил: " Не надо рассказывать мне как ты ешь или спишь. Я не этого у тебя просил. Если ты настолько зол, то я даже не представляю, что могло произойти, но также ты не забывай: мы- про герои, если бы на месте меня был любой другой человек, подсевший к тебе, допустим, в парке? Ты бы изувечил его лицо. Тогда, что было бы дальше?». Киришима хотел продолжить, но руку одернули на себя. Бакуго поднялся на ноги.       — Тебя это не должно ебать.- Утвердительный тон завёл в тупик. Он действительно не имеет права знать обо всём, но даже довольствуясь Этими «рамками» моральных границ, альфа был разочарован в этом разговоре, который не то чтобы на дружескую беседу, даже на диалог не был похож. Совсем не свойственной ему холодностью, Киришима, понизив голос, произнес: «Что ж, думаю, вопрос исчерпан.» Он ушел, оставив Бакуго сидеть в одиночестве. Как казалось красноволосому, уединение — это именно то, что читалось под фразой «Тебя ебет?». Пожалуй, это так.       — Блять. -Катсуки выругался. На душе было тошно, будто он оказался над рвотным ведром.

Ярость, чистая и опалённая, наполнила его разум, уничтожая все отголоски доблестной совести. В руках альфа мял лист бумаги, на котором крупным текстом напечатан адрес места жительства. Он направляется именно туда.