Сквозь маски и боль

Просыпаться во второй раз было легче: Курама-таки победил яд и немного подлечил - но вот двигаться было до сих пор больно. Радовало лишь то что, теперь он мог воспринимать реальность чётко и без истерик. Узумаки собирался поднять задницу и свалить, но его тюремщик не спал. Саске извлёк урок из прошлого общения с непредсказуемым ниндзя и не витал в своих мыслях. Как только Наруто очнулся и снова дёрнулся подальше от красноглазика, тот начал его успокаивать и объяснять, что ему, собственно, надо от беглого джирунчики. А Узумаки слушал. Он выслушал и то, что его считают мёртвым и похищенным, и то, что Саске не поверил и искал его, и то, что его бывший сокомандник готов хоть на край света за ним отправиться, лишь бы быть рядом. Слушал и слушал, а потом просто спросил: - А, собственно, нахуя я тебе? И этот вроде бы простой и логичный вопрос заставил Саске запнуться и растеряться. Наруто хмуро смотрел на этого двухметрового уникума, который вот уже десять минут не мог ответить на простой вопрос. Но вот, наконец, Саске на что-то решился и на одном дыхании выдал: - Ятебялюблю. - А помедленнее? - приподняв бровь и ехидно смотря на собеседника, протянул Наруто. На лице блондина было большими буквами написано, что он думает об умственных способностях младшего Учихи. Саске, видимо, понял, что своими метаниями показывает себя не с самой лучшей стороны, а потому повторил уже спокойнее: — Я уже очень давно в тебя влюблён, понимаешь? Жить без тебя не могу. Саске понял, что выбрал неправильную тактику: лицо любимого лисёнка сразу же стало испуганным, ничего не понимающим и каким-то несчастным. Создавалось впечатление, что Наруто не мог даже допустить мысль о том, что в него кто-то может влюбиться, боялся, что его обманут и снова сделают больно, и не понимал, как вообще можно любить его, демона?! Весь этот каскад чувств пронесся за секунду, а в следующую Узумаки уже нацепил на лицо холодную маску. Джинчурики, видимо, что-то для себя осознав, фыркнул и выдал то, чего Саске никак не ожидал: — И зачем этот цирк? Решили меня поиметь во всех смыслах, да? Что за чушь?! Кто вообще может полюбить того, кого считают демоном? Наруто был зол, ехидно скалился и чуть ли ядом не плевался, но Саске уже успел увидеть и промелькнувший страх, и боль, и скрытую надежду, и разочарование. Сейчас Наруто как никогда напоминал черепаху: парень просто закрылся в панцирь, боясь новой боли и нового предательства. Саске понял, что все, что он сейчас скажет, будет воспринято во штыки, Узумаки не поверит, даже если небеса упадут на землю, а все Хокаге Листа воскреснут и будут убеждать джинчурики в правдивости его слов. Так что Учиха просто приблизился, чем напугал Наруто ещё больше, прижал его к себе, чтобы тот ненароком не свалился с каменной кровати, и, не давая опомниться, поцеловал. Узумаки был в шоке. Это был его первый поцелуй, да и целоваться Саске умел. Учиха вложил в этот поцелуй всю любовь и нежность, что у него была, заставил его задохнуться, потеряться и беспомощно вцепиться в его кофту. Мыслить связно ни один, ни второй сейчас были не способны. Наруто всем своим существом чувствовал те эмоции, что так нежно передавал Саске. Это незнакомое чувство опьяняло, хотелось, чтобы этот миг никогда не кончался. Джинчурики и сам не понял, когда из его глаз градом покатились слёзы. Брюнет же не мог оторваться от этого сладкого, притягательного и такого ранимого парня, он не мог понять, как не умер, как вообще мог дышать без Наруто. Когда воздуха в лёгких совсем не осталось, Учиха разорвал поцелуй. Блондин попытался было что-то сказать, но Саске не позволил, заговорив первым: - Мне плевать на деревню, мне плевать на весь мир, но без тебя я не могу. Куда бы ты не отправился, я последую за тобой. Я клянусь, что никогда не выдам тебя или информацию о тебе кому-либо, но больше я тебя не отпущу. Наруто же не понимал, что делать. Вся его жизнь, такая понятная, рухнула в один миг, и в этом виноват прижимающий его к себе Саске. Узумаки плакал беззвучно, сказалась давняя привычка не привлекать внимания, он просто не понимал и боялся принять тот факт, что кому-то он не безразличен. Более того, его любят. Как жить? Что делать? Что говорить, куда бежать? И Курама молчит, потому как лезть в отношения между подростками отказывается! Конечно, Наруто не мог поверить в искренность Учихи, но тот поклялся, а клятва в мире шиноби значит много. В итоге бунтарский дух запутавшегося ребёнка решил все: джинчурики просто будет следовать поставленной цели и плевать, что поблизости будет Саске с его непонятными причинами. Это блондин и высказал Учихе. Решительный, растрёпанный и заплаканный, он наверняка не выглядел внушительно или серьёзно. Саске тихо вздохнул и, прижав к себе это зареванное чудо, тихо порадовался, что его не прогнали и не придётся бегать за Узумаки по всему материку. Наруто нужно время, чтобы привыкнуть, и он его даст, главное, что джинчурики теперь рядом, а остальное наладится.