Hoc erat in fatis

- Богатым, женатым и счастливым... - задумчиво проговорил Деймон и усмехнулся своему отражению. Умудрился же тогда ляпнуть... Но эти слова как будто застряли в мозгу. И сложно поверить, что он достиг самого невыполнимого пункта - в последние дни был до неприличия счастлив. И сегодня впервые в свой день рождения не ощущал необъяснимого давления в груди, потому что отмечает его с семьёй. С Еленой. В последний раз это было до свадьбы Лили, до становления Галереи империей, и задолго до часа Х, когда его чувства перевернулись с ног на голову. Сегодня одна только мысль, что он будет видеть её весь вечер, а после не выпустит ни на мгновенье из своих рук, делала его... окрылённым, расслабленным... Да, сейчас в зеркале Деймон тоже это увидел - он расслабился: спа'ло напряжение последних лет, остановилась гонка за адреналином... Только сейчас мужчина понял, что был в состоянии не просто отрицания, ненависти к себе, но и постоянной тревоги, и нынешний покой оказался непривычным. Никогда, наверное, в своей жизни Сальваторе не задерживался так надолго у своего отражения, но сейчас будто заново знакомился с собой. И впервые за долгое время было не страшно... не противно заглянуть в собственные глаза. Деймона отвлекло оповещение о приходе смс, но его настолько заволокло это расслабленное состояние, что он не сразу смог ответить на простое "ты где?". Мужчина рассеянно оглянулся, будто забыв, где он находится, и с нежной улыбкой на губах быстро набрал "у Джона". Глава GG никогда не оставался в своём кабинете в этот день, избегая лишних пожеланий эфемерного счастья, невозможной любви и предпочитая всё время, что идёт последняя подготовка перед ежегодным балом, провести за работой. Но сегодня Деймон сбежал в надежде урвать несколько минут наедине с той, что и прислала сообщение. Мужчина понимал, что становился чересчур жаден - он не хотел отпускать её ни на секунду, но каждый раз с замиранием сердца делал это. Зная, что ей нужны друзья, время на себя и много свободы, чтобы расправить крылья и ещё больше расцвести. А главное - зная, что Елена вскоре вернётся в его объятия. Прямо как сейчас, когда, поняв, что Деймон в кабинете один, она вихрем влетела прямо в руки к любимому. - Дай я посмотрю на тебя? - нежно обняв обнажённые плечи, отвёл от себя девушку Сальваторе. Елена была ослепительна. Нежно-голубая ткань игриво прикрывала сочную грудь, мягко обнимала стройную талию, подхватывала округлые ягодицы, а потом водопадом спускалась до самых щиколоток девушки, которые в свою очередь были обвиты тонким кожаным ремешком от миниатюрных серебряных туфелек. Волосы были завиты, а дерзкая красная прядь заколота назад, удерживая упругие кудри... Елена медленно покрутилась, давая Сальваторе возможность в полной мере насладиться видом и искренне наслаждаясь его выражением лица. Она чувствовала себя богиней под его восхищённым, обожающим взглядом. Резко притянув возлюбленную к себе, мужчина прохрипел: - И как же в этот раз ты планируешь это снимать? - пальцы Деймона пробежались по миниатюрным жемчужным пуговкам, выстроившимся в плотный ряд вдоль позвоночника Елены. - Я не смогу помочь - терпения не хватит. Девушка многообещающе улыбнулась: - Я надеюсь узнать, что крепче: ткань или же нитки, удерживающие пуговки... - Прямо сейчас? - горячий шёпот обжёг приоткрытые губы. - Прости, но платье у меня одно, - она игриво развернулась в его объятиях, уходя от поцелуя. - Придется потерпеть - Я выделю тебе полшкафа в кабинете... - крепче прижал к себе девушку Деймон. - Целый шкаф... - мужские губы заскользили по обнаженным плечам... - Мы завесим это всё платьями и... - Деймон, остановись, - засмеялась Елена. - Я не успею привести себя в порядок... - Только если пообещаешь мне танец... - прошептал ей на ушко. - Нет. Извини, - снова развернулась девушка. - Не думаю, что мы сможем танцевать, не вызвав лишних слухов. - Сможем, - уверенно заявил мужчина, и в его глазах был такой огонь, что Елена окончательно убедилась в своей правоте. - Обещаю. После бала. - Нет, не дождусь! Елена снова засмеялась. Деймон вел себя как ребёнок. Счастливый капризный ребёнок. И на его губах снова была та самая улыбка, от которой она теряла голову. - Тогда сейчас? И на балу, кого бы ни касались твои руки, они будут помнить только меня. - Сейчас? Казалось, Деймон растерялся. - Да... Дай мне секунду. Елена выскользнула из его рук, достала телефон и включила случайный медленный трек. Программа выбрала Within Temptation - All I Need, и девушка улыбнулась - трудно найти песню, которая подходила бы лучше. Плавно качая бёдрами в такт первых аккордов, она положила телефон на стол и медленно подошла к ожидавшему её мужчине. Деймон смотрел на неё, как завороженный. Хотелось мгновенно заключить её в объятия, вжать в себя хрупкий стан... А потому он выставил вперёд правую руку, не позволяя любимой подойти ближе. Она приблизила свою ладонь к его, но не коснулась. Медленно, следуя плавному течению мелодии, они повторили то же и с другой рукой. А потом их пальцы переплелись и, словно в каком-то противостоянии, молодые люди начали двигаться по кругу. Лёгкий поклон - и они сменили направление. Но когда музыка стала набирать обороты, Елена, кажется, и не заметила, как оказалась в крепких мужских руках, и Деймон закружил её в чувственном вальсе. Они танцевали так легко, будто всю жизнь стояли в паре, будто её тело было создано, чтоб подчиняться малейшим импульсам его... Неотрывно глядя друг другу в глаза, они общались без слов, и музыка, казалось, проникала под кожу, вызывая на теле мурашки. В какой-то момент с ресниц Елены сорвалась слезинка, и Деймон прижал девушку к своей груди, сбавляя этим, как ни странно, напряжение. - Ты была права, - прошептал ей в макушку. - Нам нельзя делать это на публике. Но я не хочу провести этот вечер вдали от тебя. Наблюдая, как ты танцуешь с другими. Во мне проснулся собственник, и хочется кричать, что ты моя, а я всецело принадлежу тебе... - Тогда... - Елена нехотя отстранилась, - мой подарок может быть кстати... Она снова выскользнула из его рук, чтобы достать из клатча небольшую коробочку. - Я... - подойдя к мужчине, она неуверенно опустила взгляд, пытаясь подобрать слова. - Я сделала это ещё до того, как до меня дошло... В смысле... - она с надеждой посмотрела на Деймона, как будто ожидая помощи, и он помог, протянув ей открытую ладонь, на которую Елена медленно положила свой подарок. Сальваторе открыл коробочку, и девушка, слишком волнуясь в ожидании реакции на свое творение, затараторила: - Я рисовала, думая о тебе, скучая по тебе, и в этом кольце огромное желание быть рядом с тобой... В нём частица моей души, моей любви... меня... Коробочка захлопнулась с недовольным стуком, а Елена только и успела вздрогнуть от неожиданности, как уже была оторвана от пола, сжимаемая в крепких руках. - Деймон! - попыталась возмутиться девушка, но вскрик был пойман нетерпеливыми губами. Деймон усадил любимую на стол и, нехотя прервав поцелуй, вернул подарок. - Наденешь? - протянул он девушке руку, и она неумело, с третьей попытки, надела кольцо на палец своего мужчины. - У него только один недостаток, девочка моя, - тихо прошептал, разглядывая украшение, Сальваторе. - Да, Марко говорил, что нужно... И снова поцелуй заставил замолчать. - Что оно не обручальное, любовь моя. В глазах Елены блеснул озорной огонёк: - Клянетесь ли вы, Деймон Джузеппе Сальваторе, любить и оберегать меня всю свою жизнь, в богатстве и бедности, болезни и здравии, а так же жениться на мне, как только появится возможность. - Это можно устроить уже через месяц, девочка моя, поосторожнее... - недобро прищурился мужчина. - ... Как только я буду готова совершить столь ответственный шаг, - поспешно поправилась девушка. - А если не будешь готова никогда? Елена разочарованно выдохнула: - Тебе не угодишь... Деймон широко улыбнулся: - Клянусь. Клянусь любить и оберегать тебя всю свою жизнь, Елена. В любом качестве, в любой ситуации... Я клянусь сделать всё для твоего счастья, моя родная... - Прекрати! - тонкие пальчики накрыли мужские губы. - Я пошутила... Деймон слегка прикусил её палец, а потом заключил недовольное лицо в свои ладони. - Моя маленькая трусишка... Не спеши, не думай о будущем. Просто наслаждайся каждым моментом. Важно лишь hic et nunc, здесь и сейчас, моя девочка... - его губы были всё ближе и ближе... - Моя... И вдруг мужчина отстранился и широко улыбнулся, прикрыв рот рукой и поигрывая пальцами, заставляя засиять лазурит в своем новом перстне... Но его глаза светились ярче - неподдельным счастьем. И Елене снова захотелось рисовать...