Your broken eyes like broken soul

Сам царь и бог этого бедлама сидит к Сюэ Яну спиной, беседуя с какой-то девушкой. В полутьме и вспышках не слишком хорошо видно, но ее невозможно не узнать, хотя волосы стали намного короче. Кажется, сегодня все решили почтить «Пристань» своим присутствием. Он подходит к Вэй Ину и несильно тыкает пальцами под ребра, от чего тот подскакивает и давится вроде бы «Джин-тоником». — Точно не жалеешь, что уберег меня от разжижения мозгов? — голос полон ехидства, но Сюэ Ян и правда благодарен, что братья его вытащили. Он кивает девушке рядом. — И тебе здравствуй, прекрасная женщина. Отлично выглядишь, — она действительно хороша, как и всегда. Сейчас удается лучше разглядеть новую стрижку с удлинением вперед. — Привет, потерпевший, — Вэнь Цин смотрит строго, но все равно улыбается уголками губ. — Ты всем уже успел растрепать, заботливый ты мой? — с упрёком тянет Сюэ Ян и чересчур крепко стискивает Вэй Ина сзади, укладывая подбородок ему на плечо. — Какими судьбами? Я сегодня всех встретил, даже Яо успел на меня наорать. Что за сборище? — Хватит меня лапать! Конечно, жалею! Надо было посмотреть, как ты слюни пускать начнёшь! — негодует Вэй Ин, отпивая свою прозрачную муть, в которой плавают дольки лайма и кусочки халапеньо. Вот ведь извращенец. — На самом деле, это случайно вышло. А не рассказать не мог, Яо пришел потрясти меня по твою душу, я ему вкратце обрисовал. Он немного успокоился, но потом узрел твой прекрасный лик, и метнулся покричать. Переживал за ценного сотрудника. А Вэнь Цин давно обещала зайти и наконец-то почтила меня своим присутствием, — Вэй Ин с улыбкой салютует ей роксом. Она в ответ приподнимает бокал красного вина. Сюэ Ян садится по другую сторону от нее. — Как твои покойнички? — он становится на подножку и, перегибаясь через стойку, достает с внутренней полки банку коктейльных вишен. Вэй Ин делает страшные глаза, но молчит, и, кажется, ругаться не собирается. — Ничего, пока не встают, и славно, — отвечает Вэнь Цин. — А твои как? — У меня пока только один. И, слава богам, живой! — Сюэ Ян в сердцах прикладывает руку к груди и между делом добавляет: — Правда, мелкая ещё нарисовалась… — Да, я уже наслышана о твоей состоявшейся личной жизни. С тебя приглашение на свадьбу, — показательно серьезно кивает она. — Разумеется, если раньше не откинусь. Тогда будет приглашение на похороны. Ты ведь позаботишься о моем хладном трупе, чтобы я и в гробу был все таким же прекрасным? — Сюэ Ян вдохновенно смотрит на нее. — Советую все же кремацию, — наставительно говорит Вэнь Цин, потягивая вино. — Выберем тебе самую оригинальную черную урну и развеем пепел где-нибудь над заливом. — Красивый конец, — соглашается он, вылавливая сладкую вишню и сжимает ее зубами, отрывая черенок. — Только, будьте добры, проследите, чтобы кое-кто с горя потом не решил кидаться с ближайшего обрыва. У него есть склонность к драматизму. — Боже, хватит уже! — восклицает Вэй Ин, возмущенно глядя на них. — Встретились тут черные юмористы! Никто не сдохнет! А если сдохнешь, я тебя подниму! У меня, конечно, нет магии, но я буду орать на твой труп до тех пор, пока ты не встанешь и не велишь мне заткнуться. — Даже мертвым слушать твои вопли?! — ужасается Сюэ Ян. — Именно! — яро кивает Вэй Ин. — Мы с Синчэнем будем на пару тебя материть. Я его новым нехорошим словам научу! Так что, будь добр, подумай десять раз, прежде чем соберешься нас покидать! — он угрожающе тычет в сторону потенциального мертвеца шпажкой с оливкой. — Чтобы посмотреть на матерящегося Синчэня, я встану! — с жаром подтверждает Сюэ Ян. — Хотя, он уже ругался при мне… Не зря же говорят, что оргазм это маленькая смерть. Только не моя. Я здесь ни при чем! — Что значит, ты здесь ни при чем? Ещё как при чем! Он у тебя что, матерится, когда кончает? — с любопытством спрашивает Вэй Ин. — А будто ты не материшься! — сразу откидывает Сюэ Ян. Вэнь Цин на это только удивлённо приподнимает брови, подозрительно сверкая глазами из-за края бокала. — Нет, я не на личном опыте знаю, боже упаси! Это просто предположение! — тут же оправдывается он. — Если бы у меня с ним что-то было, я бы уже огреб от Цзян Чэна. А мне не очень хочется ощутить на себе весь его гнев, — пожалуй, не стоит упоминать, что у него у самого было что-то с Цзян Чэном. — Хотя знаешь, если бы все сложилось немного по-другому, я бы уже давно его захомутал… — Ах ты, засранец! — А нечего было так невыносимо долго тупить. Такими мужиками не разбрасываются! Скажи спасибо, что он тебя, идиота, дождался. Женился бы на какой-нибудь девке, а ты в дураках, — упрекает Сюэ Ян, а Вэй Ин затыкается, признавая чужую правоту, и что-то мелькает в его взгляде, схожее с паникой. Неужели по-больному прошёлся? Отвлечь, что ли, каким-нибудь дебильным вопросом… — Слушай, все хотел спросить, да случая не выдавалось, вы садо-мазо все еще практикуете? — Боги, какие же вы все-таки сплетники! — Вэнь Цин не выдерживает и начинает смеяться. — А ты с какой целью интересуешься? — ничуть не смутившись вопроса, уточняет моментально пришедший в себя Вэй Ин. — Тебе парочку советов выдать? — Значит, все-таки да. У нас садо-мазо было в переизбытке, так что пока обойдемся классикой. Но может, потом… — Сюэ Ян мечтательно залипает невидящим взглядом на ряды алкоголя напротив, обсасывая очередную вишню. — Так мило наблюдать, как у вас все развивается, мои птенчики, — по-матерински умиленно вздыхает Вэй Ин. — Кстати, наша прекрасная женщина, ты все еще одинока? — выныривает из своих грёз Сюэ Ян и поворачивается к Вэнь Цин. — Я замужем за своей работой. И у меня очень хорошая компания вокруг. Они все время молчат, — пожимает она плечами. У Сюэ Яна в голове тут же возникает ассоциация с отрезанными языками. Он внимательно смотрит на нее. — Тебе нравятся молчаливые адвокаты? — Ты это к чему? — Вэнь Цин приподнимает бровь, водя пальцем по ободу бокала. — Вон там, — Сюэ Ян указывает рукой в сторону основного бара. — Сейчас сидит один очень печальный и обиженный судьбой мужик. Рожа постновата, но вроде ничего. Серьезный, хмурый, немногословный, внутри, я подозреваю, огонь. Хочешь к рукам прибрать? Он вроде неплохой, надежный. — Это что ещё за сводничество? А в роли судьбы, которая его обидела, ты, что ли? — спрашивает она. — Ну, вообще-то, да… Но тут уже ничего не попишешь, — Сюэ Ян показушно горестно вздыхает. — Вэнь Цин! — Вэй Ина будто озарение настигает. — Точно, как я раньше не сообразил, ты должна его помнить! Когда мы были у вас в Илине, мы притащили его к тебе, ты ему еще глаза подлечивала! — Помню. И, если не ошибаюсь, это было твоих рук дело? — она кивает и вопросительно смотрит в сторону Сюэ Яна. — Что было, то прошло! — открещивается тот и, задумчиво хмурясь, тянет: — Тогда Синчэнь уже отдал ему свои глаза… — А ну не впадать в рефлексию! Сегодня это моя прерогатива! — Вэй Ин тянется через Вэнь Цин и пихает его в плечо, а потом заинтересованно спрашивает, барабаня пальцами по стойке: — Погоди, лучше скажи мне, что ты вообще делал рядом с Сун Ланем? — Да, ему очень интересно. Он тут даже ставки хотел делать, будет драка или нет, — кивает Вэнь Цин, закатывая глаза. — Я до сих пор в шоке, что вы находились так близко и не побили друг друга, а теперь ты ещё и озаботился его душевным состоянием. Ты не заболел? — спрашивает Вэй Ин обескураженно. — Я просто объяснил, что мешать мне быть рядом с его другом это плохая идея, — поясняет Сюэ Ян. — А как он узнал? — Он припёрся домой раньше, чем планировалось, — Вэй Ин вновь чуть не давится своим коктейлем. — Точно, Синчэнь вроде что-то про завтра говорил… — прокашливается он, а затем спрашивает: — Сильно орал? — Ну, как тебе сказать? В душе — сильно. А теперь сидит там и глушит виски на почве того, что ему придется смириться с моим присутствием в их жизни. — Как тебе это удалось? Да ещё и мирным путём? Я честно ждал кровопролития. — Синчэнь был бы не рад, если бы мы подрались. Мне, конечно, хотелось, но на удивление, нам удалось обойтись простыми словами. Он правда не мудак, вроде бы. Хотя и очень пытался… — Сюэ Ян сам поражен тем, что говорит. — Ты убил его, сделал из него марионетку, а теперь вы можете нормально разговаривать. Что происходит с этим миром..? — вздыхает Вэй Ин так сокрушенно, словно не может разобраться в самом вопросе создания вселенной. — Этот ваш друг… Он без воспоминаний? — уточняет Вэнь Цин. — Чистый от прошлого дерьма, как элитная шлюха от триппера! — резюмирует Сюэ Ян с широкой белозубой улыбкой профессионального рекламного агента. Вэй Ин фыркает на это сравнение. — Как я понимаю, мальчики, у вас тут личный разговор намечался? — она переводит взгляд с одного на другого. — Ну, типа того… — Вэй Ин сразу как-то поникает, а Сюэ Ян вспоминает, зачем он вообще сюда припёрся. — Тогда не буду вам мешать и пойду поговорю с человеком, который не обременен подобными тяготами, а то у вас тут сплошные драмы и сложности. Но сначала возьму себе ещё выпить, — Вэнь Цин ставит пустой бокал на стойку и уже собирается встать, как Сюэ Ян удерживает ее за руку. — Подожди, дай мне его предупредить, а то он увидит незнакомую шикарную женщину и может перепугаться. — Такой нежный? — она удивлённо смотрит. — Скорее тормозной… Не в плохом смысле! А знаешь, вдумчивый… — он достает телефон и на секунду зависает, раздумывая над содержанием. «Не знаю, что ты успел увидеть или услышать, но это тебя не касается. К Синчэню с вопросами не лезь, только огорчишь. На наркоте я не сижу. И если…» — Откуда у тебя номер Сун Ланя? — недоуменно спрашивает Вэй Ин. — Остался ещё с тех времён, когда мы пробивали его тачку. Не знаю, зачем-то сохранил, — он дописывает конец сообщения и вспоминает весь тогдашний цирк. — Вот я тоже тормоз, даже не спросил, как у брата-то дела? Вэнь Цин улыбается. — У него все хорошо. Учится много, потом, скорее всего, пойдет ко мне в институт на стажировку. — Будете на пару изучать покойничков? Здорово, — ухмыляется Сюэ Ян. — Приводи его в следующий раз, Вэй Ин по нему скучает, — на что упомянутый и убитый разлукой Вэй Ин тут же очень интенсивно и очень страдальчески кивает. — Если получится, обязательно приведу, — обещает она и встает с барного стула, поправляя темно-бордовое платье. — Ну, с богом, — Сюэ Ян целует ее в щеку. Вэй Ин тут же целует в другую и напутствует: — Хорошего вечера. Мы будем тут где-нибудь… Наверху, наверное? Если станет совсем скучно, приходи. Вэнь Цин тоже желает им, сплетникам, хорошего вечера и уходит. — Ну ты и хитрожопый… — задумчиво тянет Вэй Ин вливая в себя остатки коктейля. — Признайся, ты все это затеял ради того, чтобы Сун Лань под ногами не мешался? — Ничего не знаю, — лишь отмахивается Сюэ Ян. — У меня просто настроение хорошее. А вот у тебя, похоже, не очень. — Пойдем на второй в чилаут? Там спокойнее, сейчас только выпить возьму, — Вэй Ин заходит за бар и достает пару бутылок «Бейлиса», видимо, учитывая пристрастия Сюэ Яна, за что тот безмерно благодарен. Он закидывает алкоголь, бокалы и большую порцию льда на поднос, и кивает в сторону узкой боковой лестницы.

***

Сун Лань сидит за стойкой и буравит глазами текст недавно пришедшего с незнакомого номера сообщения. Впрочем, по манере письма и содержанию, адресат угадывается моментально. Начало весьма ожидаемо, а вот продолжение… Немного озадачивает. До этого он в каком-то оцепенении гипнотизировал обновленный стакан с выпивкой и пытался заставить себя уйти. Но ему нужно было ещё немного времени, чтобы принять и уложить в голове все произошедшее. Сун Лань очень этого не хотел. Однако что-то внутри подсказывало — стоит воспротивиться выбору друга и будет только хуже. Эти двое выглядели странно. Так, будто были связаны чем-то. Он почувствовал это даже стоя посреди коридора и наблюдая за их взаимодействием. Он их не понимал. Но Синчэнь так необычно выглядел. Словно ярче становился, когда смотрел на этого похожего на бродячего кота паршивца с цепким взглядом. И от этого было крайне неприятно, потому что в его сторону никогда не замечалось подобной реакции. Поэтому он пытался смириться. На свободный стул рядом садится очень красивая девушка, даже беглого взгляда хватает, чтобы оценить это. Она ставит перед собой бокал красного вина и спрашивает: — Что он написал? Сун Лань на секунду теряется, а потом отвечает: — Что если я обижу его подругу, не он, а она сама убьет меня. Потому что лучше знает, как избавиться от трупа. — Правду сказал, пакостник. Она очень хорошо знакома со способами уничтожения следов после убийств, — на неярко очерченных губах появляется мрачная улыбка, а ее глаза кажутся глубокими темными омутами. — Прошу прощения, мне нужно кое-что сделать, а потом, если вы не против, мы продолжим беседу, — он берет телефон, открывает фотографию глупой подставы, и удаляет все вариации снимка с носителя. Ему теперь самому от себя немного тошно.