Your broken eyes like broken soul

Итак, дорогие мои. Основная идея здесь в том, что это у нас современный мир, и какого-то хрена по необъямнимым причинам в одном временном потоке и довольно близко друг от друга начинают рождаться перерожденные, которые вдобавок потом прошлую жизнь вспоминают. Любая матрица иногда лагает, правда? Условно, есть какая-то божественная канцелярия, которая приглядывает за миром, чтобы никакого пиздеца не случилось, и немного знает наперед, что будет происходить. Вот они и предсказывают, что начнут появляться перерожденные, и это какая-то аномалия, поэтому надо проследить чего и как. Боги оттуда решают отправить в обычный мир своего посланника, чтобы он пришел к первому перерожденному и ввел бы его в курс дела. Первым перерожденным, который все вспомнил, оказывается Вэнь Чжулю. Он студент из не слишком благополучной семьи, который учится, подрабатывает, снимает хату, и старается не проебать жизнь. В какой-то момент к нему возвращаются воспоминания. Он конечно в ахуе, но особо не запаривается, думая: ну либо я чокнулся либо это правда, но какая разница, у меня сессия скоро, байк опять сломался, надо думать на что чинить и прочее. И вот значит сидит Вэнь Чжулю на кухне, пишет какой-нибудь курсач и к нему прямо посреди кухни заявляется посланник со всеми спецэффектами. И с порога говорит: привет, пацан, я божественный Визитер, ты только не удивляйся, ты не сошел с ума и т д… Рассказывает ему всю эту замуту: что перерожденные из одной давней прошлой жизни скоро начнут сталкиваться, и это очень странно, но что есть, то есть. Ты первый, кто вспомнил, и ты скоро встретишь Юй Цзыюань, а дальше и остальных. Поэтому я тебе поручаю за этой всей тусовкой приглядывать незаметно и, если ты какие странности заметишь, нужно будет мне сообщить, способ связи мы придумаем. Вэнь Чжулю все это слушает и говорит: дядя это, конечно, все очень интересно и занимательно, но я сейчас студент, у меня другие дела. Понятно что я потом стану старше, но я же всего лишь человек, а если вы предвидите какие-то проблемы, особо ничем я помочь не смогу. И каждый раз звать тебя, это нецелесообразно. Почему ты не отправишь сюда кого-то из своих с потусторонними силами, чтобы следили за обстановкой? Визитер понимает, что это реальный косяк, потому что в их канцелярии сейчас нет полевых агентов, которые работают в обычном мире. Давно не случалось каких-либо явных прецедентов, требующих вмешательства сверху, поэтому все наверху по большей части занимались своими божественными делами, а вниз одним глазом поглядывали. И Визитер говорит Вэнь Чжулю: хорошо, я найду тебе помощников. Он сваливает и находит первых попавшихся умерших. Ими оказываются две девицы, которые пьяные разбились на тачке на трассе. Визитер их оживляет и сообщает, что вот такие дела, дамы, вы умерли, но если хотите ещё пожить, дело есть и нужно пойти со мной. Девицы в шоке конечно, но выбора особо нет, поэтому они: ну ок, дядя, пошли. Визитер приводит этих двух умерших к Вэнь Чжулю, причем не в самом лучшем виде после смерти, у одной там пол лица нет, у другой грудная клетка нараспашку, и объявляет, что вот знакомься — это твои будущие помощники. Пока время будет идти, ты как раз подрастешь, а я их у себя наверху в курс всей истории введу, магии обучу и прочее, будут тебе готовые полевые агенты. Когда ты поймёшь, что какая-то странность творится, ты мне сообщишь и я к тебе их отправлю. Время идёт, причем довольно много проходит. Девицы тусят наверху, но там довольно скучно, чтобы особо не мельтешили, их припрягают работать в какой-то архив, и чтобы учились заодно. Они узнают много новой инфы про миры и вселенную, узнают всю историю того времени и проникаются историей сюэсяо. И когда рождается Сюэ Ян по-тихому за ним присматривают, потому что могут спускаться по желанию в мир, но ненадолго, типа просто погулять, развеяться, но никак не вмешиваться. И вот они палят момент, когда в приюте СЯ прессуют и хотят ему дверью руку перебить. —Когда я ещё мелкий жил в приюте, то кое с кем повздорил. Кто был посильнее меня. Отказался идти на чужом поводу, иерархия и там была довольно специфическая, тебе лучше не вникать. Руку держали у железной двери и со всей дури ее захлопнули. Мне бы перебило палец начисто, но кажется что-то заклинило в механизме, и створка не закрылась до конца. Отделался сложным переломом. Повезло. И не трудно догадаться, что первым я вспомнил после случившегося. И они вмешиваются. Невидимая Присцилла руку свою тоже туда сует, и сила удара смягчается, поэтому травма СЯ оказывается не настолько значительна, как могла бы. Палец остаётся на месте. (Сейчас я пишу пояснения в линейной хронологии, но упоминания об этом были рандомно разбросаны по главам. Я понимаю, было бы круто, если это все было очевидно при прочтении основной работы, но уж как получилось)) О первом вмешательстве в приюте упоминается в главе про Хранилище. — Ладно-ладно! — Мил не сбавляя шага театрально прикладывает руку к груди. — Я тоже не без греха и не осуждаю. Но вообще-то… Вообще-то! Я про тот раз, когда кое-кто решил поспорить с кармой и с воплем: «ебучая дверь!» рванул с места телепортацией так резко, что меня отшвырнуло выбросом! — Будем считать, что это был мой, канувший в лету, материнский инстинкт, — отмахивается Цисс. — Но бля, принуждать малолетку к оральному сексу — это пиздец. Пойми я раньше, что происходит, эти двое вообще к нему бы не прикоснулись. Не Чан Пин, так ебучие братья Чао… Почему нельзя было подкинуть пацану нормальную судьбу? Он что, самый крайний? — Да, это пиздец… — Мил тут же как-то сникает, а на лице мелькает явное отвращение. — Кстати, где они сейчас? — В тюрьме оба. — Вот и хорошо. Твоя работа? — следует лишь короткий кивок. — Люблю твою мстительную натуру. Естественно им за это потом прилетает пиздюлей, потому что они по сути сильно на его витки судьбы повлияли. И ещё это отсылка к красной нити, которая есть на мизинце. Что вот теперь она у него осталась. Но пиздюли миновали, теперь уже ничего не изменить, а утилизировать девиц нецелесообразно, слишком много стараний на них ушло, да и их силы могут ещё пригодиться. Поэтому девицы сидят наверху и дальше, пока их не зовёт Чжулю. А зовёт он их когда уже взрослые чэнсяни притаскивают ему СЯ. Потому что уже немного перебор: слишком много народа из прошлого, и СЯ вообще опасный может быть. Девицы остаются в мире под каким-то прикрытием проебщиков, и когда СЯ по перваку пытается от Чжулю сбежать. Он пару раз даже пытался сбежать, перемахивал через забор, опоясывающий учебную территорию, и валил куда глаза глядят, потому что валить-то, собственно, было некуда. Но каждый раз, каким-то чудесным образом, Вэнь Чжулю находил его, в какие бы трущобы Сюэ Яна не заносило. Хватал за шкирку, пихал в тачку, отвозил домой, и молча ставил перед ним тарелку с ужином. Вэнь Чжулю снимает им хату, делает фальшивые документы, а потом отправляет тусить в мототусовку чэнсяней, чтобы ненавязчиво влились в компанию. Вот их первое упоминание в тусовке, когда СЯ выгуливал байк. Вэй Ин, который тусовался неподалеку потягивая пиво в компании каких-то двух новых, недавно здесь появившихся девиц, странно и как-то понимающе посмотрел на него, и тут же отвернулся. Они там шарятся пару лет пока СЯ сдруживается с чэнсянями, потом, чуть позже помогают сюэсяо: сначала устраивают так, чтобы Сун Лань привел ССЧ в клуб. Про это Сун Лань говорит в эпилоге. — Это вышло случайно, — бросает тот, прикладываясь к виски. — Я просто шёл по улице и случайно налетел на какую-то девушку в красной куртке, которая раздавала флаеры. Она сунула мне в руки сразу несколько и сказала, что у клуба рядом скоро годовщина открытия, а если приведу друга, то вход будет чуть ли не бесплатным. И я почему-то подумал, что неплохо будет развеяться. Потом, они буквально сталкивают сюэсяо на гонках при первой встрече и делают так, чтобы те быстрее помирились. Потому что болеют за них всей душой. — Ну, кто же знал, что мы так привяжемся к пацанам, и их очаровательной драме. Даже твое чёрствое сердце дрогнуло. — Ой, заткнись, а. Цисс пихает подругу в плечо, на что та опять смеётся, а затем весомо добавляет: — Но ты права, спалиться никак нельзя. Мы, конечно, птицы вольные и нас особо не контролят, но по головкам за такое точно не погладят. В прошлый раз прилетело знатно. — Это в какой именно «прошлый раз»? — Цисс преувеличенно-недоуменно хлопает глазами. — Может, в тот с флаером? Нет, не он, погоди… — Мил задумчиво стучит пальцем по губам. — Или может в тот, когда ты угостила солнышко энергетиком, а потом повела за собой невидимой нитью… — Но я же должна была показать ему Яна с самого лучшего ракурса! — возмущённо перебивает Цисс. — А то с него сталось бы ещё пару часов круги по территории нарезать и рефлексировать! И вообще, что ты мне выговариваешь, как будто сама не при чём? Кто потом сказал: «спорим, если Ян навернётся, солнышко тут же побежит его жалеть?» и запустил по колесу пульсаром?! — Ладно-ладно! — Мил не сбавляя шага театрально прикладывает руку к груди. — Я тоже не без греха и не осуждаю. Но после того случая, когда Присцилла спасла палец СЯ в детстве, у них возникла связь, потому что она забрала часть его судьбы, поэтому, когда в СЯ начала просыпаться тьма, ей поплохело. И каждый раз плохело дальше. — Блядь, Цисс, что с тобой? Тебя так перекосило… Не порезалась хоть? — звучит взволнованный голос, перекрывая громкую музыку. — Сейчас я попрошу, чтобы убрали и новый возьму. — Мне нужно что-нибудь покрепче, тащи чистую водку. — Чего это? — Кажется, сраная тьма всё-таки пробудилась. Да ещё и в такой интересный момент… Она как чёртов багаж со взрывчаткой, который нельзя сдать! Прицепилась, блядища! На пол чуть не летит второй стакан. — Как ты почувствовала? У тебя с ним какая-то связь? — После того раза, как я вытянула половину его боли, да, — слышится недовольный ответ. — Могу чувствовать на периферии, если захочу, но особо не пользовалась. А сейчас прям по мозгам отдачей ебануло, как никогда. — И ты молчала?! Любители подставлять пальцы, куда не надо… Товарищ Присцилла, да вы в жопе! Вот потом в какой-то момент они понимают, что совсем пиздец, надо что-то решать, а то проебем пацанов. Их-то там оказывается целых трое с отпечатком тьмы (СЯ, ВИ и потом ещё Яо нарисовался). В работе есть фраза, что Чжулю это не коснулось. И как раз потому, что он был формально под защитой верхов. Вэй Ина тоже иногда сносило, но намного реже. И тот озвучил свою теорию о том, что тьма, которая была в них раньше, наложила такой сильный отпечаток, что иногда ей не требовалась причина, как таковая. Они сами для себя были, как повод, как напоминание о пережитом. Хочешь вспомнить о прошлом ужасе — посмотри в зеркало. Нынешние мозги вступали в конфликт с остатками былой разбитой личности, и их ебашило. Вэй Ин говорил, что все, кого он знал из перерожденных, вспоминали по-своему, в разное время, и в основном без явных последствий. Даже дядю Чжулю миновало. Такой набор выедания мозгов достался пока только учителю Вэю и Сюэ Яну. Слишком уж заигрались они на Темном Пути и сломали все, что только могли. Девицы рассказывают Чжулю все вкратце, но не упоминая деталей. Он им говорит, что девочки, вы взрослые, я в ваших магических штуках не шарю, помочь не могу, но делайте все, что считаете нужным. Я вроде ваш начальник, должен контролить, но мне тоже важно, чтобы с пацанами все было хорошо. И этим самым он им как бы разрешает действовать в обход правил, потому что проебаться и потерять пацанов точно нельзя. Девицы мутят мутки со сферой, надеясь на авось, но понимая, что если что-то совсем пойдет по пизде, то придется обращаться к богам за помощью, но это прям совсем крайний случай, потому что там разговор короткий будет и пацанов просто выпилят. Но у них все получается, они идут к Чжулю, говорят все как есть, что вот мы как бы справились, но правил пиздец много нарушили, в ССЧ духовные силы запихали, но миссию свою считай завершили, поэтому нас сейчас в утиль отправят за такую хуйню и мы помрем. Они отдают Чжулю сферу с тьмой, чтобы он передал богу, и ждут чего там решат. Но Чжулю договаривается, чтобы ССЧ с его по сути уже не такими уж важными силами не трогали (подумаешь чутка целительства), а девиц оставили в живых, и чтобы они стали обычными людьми. Очередной хеппи энд)) И как раз, если бы это была полноценная экстра (на которую у меня не хватило сил, простите), то эти трое стояли бы на балконе в клубе, смотрели сверху на воссоединение семьи чэнсяней, и девицы такие: блин, почему ты нам не сказал, что третье поколение перерожденных будет, ты же Яньли привез и понял все заранее! (имеется в виду Цзинь Лин). Но мы как бы уже без работы, последнее дело осталось и станем обычными смертными, но вроде проблем не предвидится, так что все ок. Они бы вспомнили всю историю их знакомства и прочее, и порадовались бы, что ну хорошо, что все хорошо закончилось, и все счастливы, все нашли свою любовь, а СЯ вообще судьбу переписать удалось. А последним магическим делом было избавиться от сферы с тьмой, которую Присцилла в уменьшенном виде носила на шее, как сувенир (это отсылка к украшению СЯ из маньхуа, у него был красный шарик). Начальство сверху разрешило разобраться с этим самостоятельно, как завершающий аккорд. А это свободный вариант финального диалога. Мне он нравится) — Пойду разобью в соседней вселенной. Там есть замечательное поле… — Погоди, ответь на вопрос. Как ты думаешь, любовь существует? — Что за лирические настроения? — Ну скажи. — Не знаю. Но здесь существует точно. И она уже не исчезнет. А знаешь почему? — Почему? — Потому что палец на месте. Красная нить на месте. — Так вот почему ты не позволила до конца захлопнуться этой приютской двери, из-за которой нам потом напрочь запретили вмешиваться. Ты хотела, чтобы он вспомнил, но сохранил свою любовь. Это так мило. — Заткнись. Слышится только смех, а через секунду фигура у перил второго этажа остаётся в одиночестве. — Значит, здесь любовь останется навсегда.