Я рядом, только подумай обо мне

      Вики недоуменно посмотрела на меня и в задумчивости закусила губу:       — Гривиэль твой наставник?       Я как можно дальше прогонял мысли о Гривиэле, чтобы не испытывать этого мерзкого чувства, которое сводит неприятной терпкой судорогой всё моё нутро. Ангелы не должны этого чувствовать, они должны нести свет. Присутствие Вики, пусть и на расстоянии, чудесным образом действовало на меня, мои крылья постоянно хотели расправиться. Но мысли о зелье, которое нужно достать, возвращали меня к реальности. Я взъерошил волосы и вяло улыбнулся девушке.       — Да, можно сказать и так. Но у меня с ним не самые тёплые отношения.       В голове снова всплывают слова, сказанные ему: «Ты не достоин быть ангелом!». Но эти слова не вызывают у меня чувства вины или стыда. Я сказал правду! И он будет последним ангелом, которого я захочу видеть здесь. С горечью осознавая, что в кабинет Гривиэля я не попаду в любом случае, ведь дальше коридора и своей комнаты я не уйду, стараясь сохранять самообладание, присел на пол, пальцы невольно начали чертить причудливые узоры на каменных плитах. Внутри солнечного сплетения разрастался тяжёлый ком отчаяния, и я громко вздохнул, надеясь избавиться от него, но увы, он никуда не исчезал.       — Бонт! — позвала меня Вики, — Бонт, — вновь повторила она моё имя, ожидая, что я посмотрю на неё, — я попробую кое-кого уговорить нам помочь.       — Ты сможешь уговорить кого-то помочь парню из башни? — я удивился и, признаться, отнёсся к её предложению с опаской. Стоит ли ещё кого-то кроме неё просить о помощи? Но так хочется вырваться из этой башни хотя бы на время, и сделать то, что хочется, не задумываясь о последствиях.       — Попробую, — выдохнула она, — правда…потом придётся расплатиться с этим человеком, — и она закусила щеку, будто борясь с какими-то мыслями.       — Человеком? — переспросил я, — ты ему доверяешь? — я всматривался в каждый жест Вики и её мимику, надеясь что-то уловить хотя бы мельком, — я не хочу, чтобы ты была перед ним в долгу. Я для тебя ничего не сделал, чтобы ты шла ради меня на такие жертвы.       От мысли, что из-за меня Вики будет кому-то должна, я ощутил странное внутреннее возмущение, будто у меня взяли без спроса любимую вещь и не вернули её. Она улыбнулась и ответила:       — Доверяю…       Вики кивнула в подтверждение своих слов и внимательно начала всматриваться в моё лицо. Я же старался уловить каждый её взгляд. Вдруг она сощурилась:       — Бонт, а ты точно рождён ангелом?       Меня удивил и насторожил её вопрос.       — Да… — но я задумался, почему Вики задала мне его, — я другим себя не помню. Ты чувствуешь… тёмную энергию?       — Нет — быстро ответила она, — дело в другом. Такое чувство, что я знала тебя раньше. Ты не был ангелом-хранителем? — она снова сощурилась, будто пыталась что-то вспомнить, а потом провела рукой по лицу, — в нашу первую встречу ты меня удивил.       — Чем?       — Твоя энергия будто проникла в самое сердце, а не считала мою. Это не было схоже с тем, как это происходит с другими. Разве что, когда адмирон Винчесто это делал против моей воли. Но… это совершенно другое, — покачала головой Вики, — я не могу объяснить…       — Я тебя пугаю? — что-то дрогнуло внутри, боясь услышать положительный ответ, и вовсе отпали все вопросы касательно адмирона Винчесто.       — Нет, ты не пугаешь меня. Ты… от тебя исходит притягательное тепло. Хочется укутаться в твою энергию, раствориться в ней, — улыбнулась Вики, — я не считала её в нашу первую встречу и не знаю какая твоя энергия на вкус и запах, но к ней тянет, словно к родному дому… Я такого даже при встрече с мамой не чувствовала…       Когда тень грусти скользнула по её лицу, в груди защемило, захотелось утешить Вики, забрать её боль и печаль. Укутать в своей энергии. Я прикоснулся к зеркалу, очерчивая кончиками пальцев волны тёмных волос, контур пухлых губ, скулы, ощущая едва уловимую фиалковую энергию. Она втянула воздух, захлопала ресницами и заёрзала на кровати.       — Я ощущаю твою энергию, — выдохнула она.       Я с любопытством рассматривал её лицо, ловя каждую эмоцию. Я бы хотел её коснуться по-настоящему.       — Смотри не влюбись в меня, — улыбнулась Вики и поправила волосы, смущённо глядя на меня.       Я отпрянул от зеркала и почувствовал, как жар медленно покрывает мои щеки. Влюбиться… Улыбка появилась на моём лице и я спросил Вики.       — Чем "любить" отличается от "влюбиться"?       Она удивлённо приоткрыла рот, а потом отвела взгляд.       — Любовь тоже бывает разной. Нельзя любить всех одинаково.       — Почему? Ведь Шепфа любит всех одинаково. Почему… — но запнулся, вспомнив слова Гривиэля и то, что должно произойти в течение предстоящего дня. Невольно сжал кулак от нахлынувшего негодования. Похоже, Вики права — нельзя любить вех одинаково.       — Бонт, не расстраивайся, — ласково сказала Вики и прикоснулась к зеркалу, — я помогу тебе. А пока нужно отдохнуть.       — Вики, когда будешь у кабинета Гривиэля, можешь позвать меня через зеркало, я смогу заблокировать твою энергию, не вбирая её. Зелье должно быть насыщенного серебристого цвета. Обычно жидкие снадобья хранятся в тёмных местах, чтобы солнечные лучи не падали на них, и травы не утрачивали своих свойств.       Девушка приподняла бровь, согласно кивнула и поджала губы:        — Я тебя поняла. До связи, Бонт, — улыбнулась Вики и исчезла.        До самого рассвета я не находил себе места. Не мог ни сидеть, ни лежать, только ходить из угла в угол, от окна к зеркалу. Я считывал энергию архангелов, стоящих у башни, и у охраны, стоявшей у моих дверей. Я почувствовал когда прошла смена караула, ведь энергия архангелов поменялась. И даже знал, что один из них ушёл, когда ощутил только одного караульного, стоявшего у двери, в очередной раз облегчённо вздыхая, что они каким-то чудесным образом не делают того же и не противятся воздействию на них. Я старался быть максимально сосредоточенным, чтобы ненароком не выдать своей взволнованной энергии и её сдерживаемого потока. Когда солнце неспеша поднималось всё выше, пронзая своими лучами всё большую часть небосвода и белые ватные облака, частично укрывавшие территорию небесной школы, я всё сильнее чувствовал внутреннее напряжение. Только бы Вики не передумала, только бы у неё всё получилось, только бы ко мне никто не пришёл сегодня. Я растёр лицо и снова прокручивал выученные наизусть магические символы и заклинание. Только бы у нас всё получилось. Только бы мне выпить зелье и произнести это заклинание, тогда я смогу выйти из башни. Крылья взволновано раскрылись и я пару раз взмахнул ими, чтобы снять напряжение. Но это успокаивало на доли секунды, от моих действий лишь лёгкие пылинки невесомо взлетали вверх и парили в косых желтоватых лучах солнца. В очередной раз, мой взгляд приковывает деревянная дверь, и сердце начинает бешено биться от одной мысли, что её откроет нежеланный гость. И в который раз считываю энергии архангелов, находящихся неподалёку — всё без изменений. Время на небесах - эфемерная единица, вот только сегодня всё по-другому. Сейчас я особенно остро ощущаю его неподвижность. Только яркие лучи, исходящие откуда то из самых глубин небес, подсказывают, что оно движется, и это немного пугает. Пугает неизвестность будущего. Нет! Пугает крах надежд на то будущее, которого сам желаю. Я надеюсь на Вики, но мысли о том, что её могут исключить из школы и наказать, пугают ещё больше. С Непризнанной не будут церемониться. Её не пощадят, и она канет в небытие. От этой ужасающей мысли крылья раскрываются и вздыбливаются, я разворачиваюсь к зеркалу и шепчу: «Нет, Вики, передумай! Не рискуй своим бессмертием ради меня!». Хочется позвать её, но не подставлю ли я её своим появлением в зеркале? Я ведь не знаю где она, и вообще, до сих пор ли находится у неё это зеркало. От этой мысли холодные мурашки покрывают мою кожу, хочется укрыться тёплым одеялом и согреться, хочется убедиться, что с ней всё в порядке. Но вдруг в зеркале что-то начинает мелькать, и я одним взмахом крыла подлетаю к нему, цепляясь в раму, словно утопающий в спасательный круг. Что это? Это серые плиты пола, стены? Прикрываю рот рукой, чтобы не выдать своего появления по ту сторону зеркала, и внимательно вслушиваюсь в каждый звук, шорох.       — Малыш, дай мне пять минут. Я смогу уговорить Гривиэля покинуть кабинет, — послышался мужской голос, и я облегчённо вздыхаю, вместе с тем чувствуя возмущение от этого слова «малыш».       Я слышу перешёптывание и через мгновение в отражении появляется встревоженная Вики.       — Вики! — выкрикиваю я и сам себе зажимаю рот в надежде, что меня не услышали ни здесь, ни там, у Вики.       — Бонт, — шепчет она, — кабинет Гривиэля здесь, в твоей башне, но в другом конце.       — Я этого не знал, — взволновано отвечаю я, — как ты? Всё в порядке? Вики, не рискуй ради меня! — тараторю я без разбора.       — Всё в порядке, — нервно улыбается она, — я не передумаю, Бонт! Слушай, — грозит она указательным пальцем, приказывая мне молчать, — сейчас мой друг попробует его выманить из кабинета. Когда он уйдёт, и дай Шепфа, не закроет кабинет, заблокируй потоки моей энергии. Ты же это сможешь?       — Да, чтобы он не знал, что ты рядом, — понял я.       — Да! А теперь молчим! И ждём!       Я наблюдал за её взволнованным лицом и сосредоточенным взглядом, устремлённым в одну точку. Должно быть она наблюдает за дверью кабинета Гривиэля. Я выдохнул и сконцентрировался на энергии Вики. Её тревогу не должны почувствовать ни Гривиэль, ни архангелы, которые стоят на страже. Я прикрыл глаза и чётко представил, как выстраиваю прочный стеклянный купол вокруг Вики, она в безопасности и никто не сможет проникнуть сквозь него, чтобы считать или почувствовать её энергию. Вики вдруг дёрнулась и зажала зеркальце в руке, я посмотрел на неё и предположил, что она прижалась к стене, ведь именно его серый камень сейчас отображался в зеркале. Потом оно зарябило, я уловил едва слышимый шум передвижения и вскоре вновь увидел лицо Вики.       — Бонт, — я понял, что руки Вики подрагивают, ведь её отражение иногда искажалось, — я у Гривиэля.       Она быстро окинула взглядом кабинет, иногда задерживая на чём-то своё внимание.       — Здесь… — поджала губы Вики, — стеллажи, полки, полки, стол… Шкаф! — взвизгнула она, — Сейчас! Ты заблокировал мою энергию?       — Да.       Она направилась к шкафу и положила зеркальце на одну из полок, потому что я видел, как она открывает верхний ящик.       — Бинго! Они не заперты! — нервно хихикнула она и стала рыться среди его содержимого.       Меня удивил тот факт, что Гривиэль не запирает шкафы и ящики с опасными зельями, травами и прочими снадобьями, но я не придал этому значения. Вики через некоторое время нырнула вниз, ведь я наблюдал только тёмное дерево верхнего ящика и часть позолоченного потолка. Я нервно закусывал губу и сжимал раму своего зеркала. Если бы только я мог быть рядом с ней. Я старался быть сосредоточенным, чтобы удерживать созданный купол вокруг Вики, но сердце бешено билось в груди и его стук громко отдавался в ушах, заглушая все звуки вокруг. Вскоре в зеркале показались пальцы и Вики, которые обхватили его поверхность.       — Бонт! — я увидел взволнованные синие глаза, — здесь несколько флакончиков с похожим зельем, — и она повернула зеркало так, чтобы я увидел сам, — которое?       — Вот оно! — радостно шепнул, увидев нужное зелье, — то, что в вытянутой высокой склянке!       Вики протянула к нему руку и сказала:       — Жди меня у окна! — и исчезла.       Я подлетел к окну и стал вглядываться в рваные белоснежные облака, в которых начинали утопать последние лучи солнца. Я думал о Вики, о куполе, в котором она находится. Затаив дыхание, я покосился на дверь и прислушался — ничего. Крылья подрагивали, словно в лихорадке, пальцы сжимались, дыхание участилось и казалось, что сердце вот-вот вырвется наружу и поспешит навстречу Вики.       Она вынырнула из сгустка жатых облаков и, когда серые крылья задержались в воздухе, а победный взгляд голубых глаз встретился с моим, она протянула мне ладонь и раскрыла её, демонстрируя заветный флакон. Дрожащие пальцы коснулись маленького пузырька, который вобрал в себя тепло Вики. Я с замиранием сердца осторожно открыл его и выпил горькое содержимое, которое опалило мою грудь и заставило сдерживать душивший меня кашель. Губы прошептали выученные наизусть слова заклятия. Горечь прошла, но других изменений я не заметил.       — Бонт, — с придыханием шепнула Вики, — как ты уйдёшь дальше? Нужно отвлечь стражу.       — Мы попробуем по-другому, — улыбнулся я девушке, забрался на подоконник и расправил крылья, — если всё получилось, то я улечу.       Я посмотрел на Вики и на пространство впереди меня. Вики отлетела в сторону, освобождая дорогу, с интересом и волнением ожидая моих дальнейших действий. Я взмахнул крыльями и устремился вперёд, в глубине души боясь напороться на невидимый купол. Вдохнув поглубже и инстинктивно выставил руки вперёд, но, не наткнувшись на преграду, возликовал и победно сжал кулаки.       — Всё получилось, Бонт? — подлетела ко мне Вики и заглянула в глаза.       Я улыбнулся, ведь это благодаря ей я вырвался из плена башни. В порыве счастья и полученной свободы притянул её к себе, крепко обнял за талию, и, хлопнув крыльями, взлетел вверх.       — Получилось, Вики! — выкрикнул я и закружил её высоко в облаках, вдыхая совершенно другой воздух и радуясь порывам ветра. Я полечу ему навстречу или наоборот поддамся его дуновению и последую за ним.       Вики засмеялась и крепко обняла меня. Я завис в воздухе и, ощутив тепло её тела, осознал, как близка она мне сейчас. Я могу касаться её, обнимать, чувствовать её дурманящую фиалковую энергию. Я с наслаждением вдохнул её, и тело покрылось приятными мурашками. Внутри что-то дрогнуло, перехватило дыхание, появилось лёгкое головокружение. Каждый удар сердца отдается негой и разливающимся теплом по телу. Я посмотрел в её небесно-голубые глаза, осторожно прикоснулся к её волнистым волосам, носу, покрывающимся румянцем нежным щекам, мягким губам и сердце ритмично запульсировало на кончиках пальцев.       — Вики… — произнёс я, и мои губы неуверенно потянулись к её: нежно, мягко, осторожно. Она запустила свои пальцы в мои волосы и прижалась сильнее. Я аккуратно обхватил её нежную шею, другой рукой провёл по спине, едва касаясь трепещущих крыльев, и накрыл её губы своими.       — Бонт, — выдохнула она моё имя прямо в губы, и в этот раз сама всё больше прижимаясь ко мне. И каждый поцелуй отдавался мелкими разрядами небесных молний, которые заставляли ощущать волнительный трепет внутри солнечного сплетения.