Я рядом, только подумай обо мне

      Меня будто придавило тяжёлым камнем. Я не чувствовал энергии Гривиэля и старался не открыть своей. Моё негодование выдали крылья едва заметным шевелением, Гривиэль это заметил и, выпрямившись, хмыкнул:       — Я рад, что ты меня услышал, очень на это надеялся, — продолжал он стоять надо мной. А мне только и оставалось, что лежать неподвижно и сжимать челюсти.       — Наслаждайся последним днём блуждания по лестницам, скоро состоится ритуал запечатывания, — выдохнул он, развернулся и направился к двери.       Обида, смешанная с новым, не ведомым мне ранее чувством, которое подталкивает меня накричать, нагрубить Гривиэлю, схватить его за шиворот и выбросить в окно, заставляет подскочить меня с кровати, и я едва сдерживаюсь, чтобы не осуществить свои намерения.       — Ты худшее из созданий Шепфы, Гривиэль! — дыхание перехватывает, руки сжимаются в кулаки, а губы искривляются, — ты не достоин быть ангелом!       Он только спокойно оборачивается на пороге и улыбается мне своей вовсе не ангельской, а лицемерной улыбкой, ведь я знаю, что сейчас спрятано за ней. Мои крылья раскрываются, готовясь помочь мне атаковать обидчика, но я понимаю, что не должен вести себя агрессивно, ведь ангелы не такие. Поэтому только взмахиваю ими, стряхивая с себя все те неприятные эмоции, на которые меня выводил Гривиэль, и чувствую небольшое облегчение, желая, чтобы он убрался из моей комнаты как можно скорее. Он ничего не отвечает, я только вижу его приподнятую голову, блестящие, сощуренные, любопытные глаза и сложенные на груди руки. Если я брошусь на него, это будет очередным подтверждением прошения Гривиэля запечатать меня в комнате. Я даже не хочу считывать его энергию, поэтому отворачиваю голову к окну, втягивая прохладный воздух. Я слышу как он разворачивается, шоркая ногами, и захлопывает за собой дверь. Я оседаю на пол, и вместо рвущегося неприятного чувства меня заполняет обида на отца. Почему он согласился на это? Неужели так поступают с теми, кого любят? Это и есть забота — ограничение свободы? Я поднимаю глаза и вижу своё отражение в зеркале. Все ангелы свободны. За свою жизнь видели множество разных творений Шепфы, летают в поднебесье и бывают даже на земле, а меня держат здесь. Почему ко мне такое предвзятое отношение? Я тоже хочу быть свободным! Как мне выбраться отсюда? Я не знаю, что меня здесь держит и как увидеть печать.       Перед глазами всплывает лицо адмирона. Пусть демонам без надзора и разрешения серафимов запрещено меня навещать, но всё же ему удалось попасть в мою комнату и оставить мне книгу. Взмахнув крыльями, я подлетаю к стеллажу с книгами, раздвигаю сейчас не интересующие меня экземпляры, и с нетерпением достаю ту, которую оставил Винчесто. От лёгкой вибрации, исходящей от книги, я вдруг внутренне содрогаюсь и прижимаю её к груди, оглядываясь на дверь, боясь, чтобы Гривиэль не вернулся и не застал меня с чужой книгой. Сосредотачиваюсь и считываю ближайшие энергии ангелов и архангелов. Как всегда серьёзные и как всегда на страже. Чтобы не вобрать в себя их светлые потоки энергии и не выдать себя, я закрываюсь и становлюсь будто отстранённым от всего, от этого даже уши закладывает. Беру на всякий случай первую попавшуюся книгу и иду к кровати. Усаживаюсь за неё так, чтобы если вдруг ко мне снова кто-то нагрянет среди ночи, я мог спрятать книгу адмирона Винчесто под кровать или стоящую прикроватную тумбочку и сделать вид, что читаю… Верчу в руках «запасную» книгу и пробегаю глазами по её названию «Энергия. Её считывание и распознавание.» Кладу её рядом, а «Создателей магических символов и их сотворение. Том первый» аккуратно открываю и щурюсь, пытаясь прочесть написанное в сумерках. Благо сегодня безоблачная ночь и скоро полнолуние, поэтому просмотр книги будет не таким мучительным для моих глаз, как если бы это было на два дня раньше. Зажечь свет не могу, не хочу привлекать лишнего внимания, хоть моим стражам и всё равно, что происходит внутри, но не факт, что они не доложат о моей бессоннице моим наставникам.       Это странно. Книга, принесённая адмироном Винчесто, не источает ни демонической, ни ангельской энергии, но всё же я чувствую странные покалывания в кончиках пальцев. Открываю первую страницу — «Глава 1. Знаки и их значение». Страницы будто магнитом тянутся к моим пальцам и перелистываются, стоит мне только направить руку в левую сторону. Я листаю одну страницу за другой, главу за главой. Символы, рунические и магические знаки, их применение и назначение, справки об их создателях и целях их создания. Знаков и их отдельных составляющих настолько много, что если всё тщательно изучать и запоминать понадобится не один день, а то и не один месяц. Нужно сосредоточиться на чём-то одном. Открыв оглавление, я обратил внимание на последнюю главу «Запечатывающие магические знаки. Наложение и снятие. Часть первая». Быстро найдя нужную страницу, я прочёл короткую справку об их создателе Камале. «Камал был одним из немногих непризнанных, который долгое время не мог определиться какую сторону ему принять. Это не одобрялось ни одной из сторон и усложняло ему пребывание в небесной школе, ведь Камал, в отличие от других, и свободное время проводил за созданием магических знаков, которые сдерживали от падения в небытие непослушных детей Шепфы. Однажды, изобретая новый знак, Камал допустил ошибку и растворился в воздухе. Ни ангелы, ни демоны не ощущали энергии Камала, поэтому его признали погибшим. Незаконченный магический знак поместили в музей «Исполинские творения». Позже над ним работал Фидеро, прозванный Великим Заклинателем.»       Что ж… О Фидеро мне рассказывали. Он превратил себя в ветер. Уж не побочное ли это действие знака, как и у Камала? Но кого мне просить о помощи?       — Вики, — её имя само слетело с моих губ и заполнило собой пространство комнаты. От мысли о ней на сердце стало тепло и уютно, как от долгожданной встречи с хорошим другом. Сейчас она единственная, кого я могу попросить о помощи. Но согласится ли она? Ей нужно найти предлог для пребывания в башне. В голове уже начал выстраиваться подробный план побега, но я сам себя осаживаю, решив подумать об этом позже, когда Вики даст мне ответ — готова ли она мне помочь. Я прячу книгу Винчесто на место среди других похожих книг. Встав перед зеркалом, я не решаюсь позвать Вики. Уже далеко за полночь, но у меня каждая минута на счету. По телу проходит нервная дрожь, меня даже немного потряхивает, вдруг она откажет. Вдыхаю и тихонько произношу её имя.       — Вики…       Зубы больно прокусывают нижнюю губу, а руки упираются в раму зеркала.       — Вики, пожалуйста, — снова шепчу я.       Мгновение, и я вижу её заспанное лицо. Она потёрла одной рукой глаза, убрала волосы назад и поправила подушку на которой лежала.       — Бонт, — шепчет она, — что случилось?       — Вики, пожалуйста, мне нужна твоя помощь. Мне нужно выйти из комнаты в течение суток, — мой взволнованный голос чуть дрожал.       Она ошарашенно смотрела на меня, явно не понимая, что происходит. Привстав на локтях, Вики растёрла лицо, окончательно прогоняя сон, и вновь внимательно посмотрела мне в глаза.       — Мне нужно попасть к Шепфе. Гривиэль запечатает меня здесь завтра-послезавтра, но перед этим я должен сам поговорить с отцом, — я не знал, произведут ли на Вики впечатление пришедшие мне только что на ум слова, но сейчас я и сам убедился в их правильности. Да, я должен увидеть Шепфу. Вики продолжала недоуменно на меня смотреть.       — Иногда даже и ангелам нельзя доверять, — шепнул я, думая о Гривиэле и уже теряя надежду, что Вики согласится мне помочь.       Её взгляд сосредоточился и она погрустнела. Я не понимал, какие именно слова произвели на неё такой эффект.       — Я помогу тебе, Бонт, — уверенно произнесла она, — но я не знаю, как это сделать.       — Я должен увидеть запечатывающий знак на моей двери и прочесть в одной книге, как его снять. Заклинание я прочту сам, только покажи мне этот знак.       — Ты хочешь, чтобы я показала тебе его через зеркало? — уточнила Вики.       Я улыбнулся и утвердительно кивнул. Именно. Так я буду уверен в его достоверности.       — Нужно только придумать повод, чтобы ты смогла прийти в башню, — я задумался, но Вики прервала мои размышления.       — Не переживай! Я завтра буду в башне! Помнишь, я говорила, что я одно сплошное приключение и наказание для этой школы? — грустно улыбнулась она.       Я внимательно посмотрел на неё и кивнул.       — Так вот, завтра я напрошусь на аудиенцию к серафиму Кроули.       — Попробуй, но вряд ли тебя пропустят. Кроули будет готовиться к ритуалу запечатывания, — я предупредил Вики, — поэтому, у тебя должна быть веская причина для визита.       Вики нахмурилась.       — Тогда скажу, что это связано с моей мамой, — она стала поправлять зеркало, которое на секунду перевернулось.       — А кто твоя мама? — поинтересовался я.       — Серафим Ребекка Уокер, — улыбнулась Вики.       — Ребекка? — я внимательно посмотрел на Вики, пытаясь в сумерках разглядеть общие черты лица между женщинами.       — Ты её знаешь?       Я знаю Ребекку не из хорошего мнения и впечатления, а скорее наоборот. При первой встрече, от её энергии исходит странная пронизывающая прохлада. Для ангела она слишком жёсткая и хладнокровная. Впрочем Гривиэль не лучше.       — Бонт, что-то случилось? — осторожно спросила Вики, — ты знаешь что-то о моей маме? Такое ощущение, что тебе неприятно о ней вспоминать.       — Нет-нет. Серафимами становятся лучшие из лучших, — улыбнулся я, больше убеждая в этом себя, чем её.       — Тогда, решено! Завтра мы освободим тебя! — уверенно произнесла Вики и улыбнулась.

***

      Сон больше не шёл. Я снова и снова просматривал запечатывающие знаки, пытаясь запомнить их как можно лучше, чтобы быстро сориентироваться, когда Вики покажет мне их, и как можно скорее узнать, как снять их заклятие используя только заклинание, а не снадобья и зелья. Только бы они все были в этом томе, а не в следующем. В душу всё же закралось сомнение, что не всё так просто, и следующий том придётся искать Вики. Я тряхнул головой, надеясь на лучшее, но всё же не исключал и этого. В обратном случае девушке придётся изрядно потрудиться, чтобы помочь мне.       Солнце взошло несколько часов назад. И чем выше оно поднималось, тем сильнее во мне нарастала тревога. Я ходил от зеркала к окну, смотря, не появится ли Вики или как высоко находится солнце. На всякий случай, я приготовил бумагу и чернила, чтобы по памяти нанести знак на бумагу. Я переживал, как бы в самый неподходящий момент ко мне не заявился кто-то из ангелов. К счастью, Вики появилась в зеркале раньше, чем ко мне пришли.       — Бонт, — шептала она, — Бонт!       — Я здесь! — я мгновенно метнулся к зеркалу и пристально вглядывался в него.       — Я сейчас пройду к твоей двери! У тебя будет… — она замялась, — очень мало времени. Прежде, чем меня вытурят от туда.       — Я понял!       Вики спрятала зеркальце за спиной. От волнения чуть подрагивали пальцы, а глаза цеплялись за всё, что представлялось взору.       — Здесь никого нет, — шепнула она и замешкалась.       — Вики, покажи мне знак! — в ответ шепнул я.       Вики подняла зеркальце так, чтобы мне было видно запечатывающий знак. Я увидел, что это один знак, собранный из нескольких элементов. Я цеплялся за каждый символ и быстро перерисовывал увиденные элементы, пока не услышал шуршание и темноту в зеркальце. Я догадался, что Вики спрятала его, и услышанный голос был тому подтверждением.       — Что ты здесь делаешь? — спросил строгий голос.       — Я заблудилась, — испугалась Вики, — я иду к серафиму Кроули.       — Он занят. Разве тебе не сказали?       — У меня важный разговор к нему, — оправдывалась Вики.       — Идём, — приказал ангел, — я лично доложу о твоём приходе.       Я решил не доставлять ей проблем своим присутствием и прервал нашу связь. Не хватало, чтобы Кроули узнал о нашем сговоре. Я переживал за неё. Как ей удастся выкрутиться и поверят ли её вранью? Взяв лист с зарисовками, я быстро начал листать книгу Винчесто и сравнивать нанесенные знаки и заклятия снимающие их. К счастью, все знаки были в этой книге, будто адмирон всё предвидел заранее. Но моё облегчение длилось не долго, ведь последний элемент требовал использования не просто заклинания, но и зелья. Я обречённо опустил книгу и безразлично уставился на своё отражение. Только мой образ сменился ликующими голубыми глазами Вики.       — Ну как? — спросила она, а потом, увидев моё выражение лица, переспросила, — что-то не так?       — Нужно одно зелье, — выдохнул я, взъерошивая волосы.       — Где оно и как его достать?       — Оно у Гривиэля… — горько усмехаясь ответил я.