ten reasons to date me

Лалиса Манобан никогда не нервничала. Она была уверена в себе, решительна и непоколебима. Она не тратила время на обдумывание своих решений; она их принимала, и тут же выполняла. Никогда не задавала лишних вопросов, никогда не сомневалась. Пока не встретила Ким Джису. С тех пор как Лиса, более двух лет назад, впервые увидела Джису, выразительно пнувшую Бобби между ног, она была очарована. Ей отчаянно хотелось узнать больше об этой девушке, которая со стальным взглядом могла бесстрашно сразить известного гомофоба, но краснела хуже помидора, когда Лиса делала ей комплимент. Лисе потребовалось два месяца, чтобы пригласить Джису на свидание в первый раз - решение, которое она приняла самоуверенно и спонтанно. Однако над этим шагом она раздумывала больше обыкновенного. Ким Джису заставляла Лису принимать необдуманные решения, например, заключать пари, что за две недели она сможет привести десять причин, которые заставят Джису захотеть с ней встречаться. Или, как например сегодня, пригласить эту девушку на вечер, который если не был свиданием, то причиной, по которой свидание должно было состояться. Вечер, который всё больше и больше походил на свидание по мере его приближения. Лиса никогда не нервничала. За исключением сегодняшнего дня. Сегодня она превратилась в развалину. - Впервые вижу тебя в таком состоянии, - удивленно прокомментировала Йери, растянувшись на диване и наблюдая, как Лиса бегает по комнате, одетая только в лифчик и пару свободных шорт, решив за несколько секунд до этого, что наряд, который был на ней, не подходил (она примеряла уже третий наряд). Вернувшись в свою комнату, Йери услышала, как та роется в шкафу, мрачно бормоча себе под нос, что вся её одежда отвратительна. Писк телефона отвлёк Йери от болтовни соседки по комнате, и, взглянув вниз, она разблокировала экран, чтобы открыть сообщение от Чеён. [16:46]: Только что ушла от Джису. Она так нервничает из-за своей кавалерши! Она четыре раза спрашивала меня, в порядке ли её рубашка! [16:47]: Лиса сейчас бегает полуголая в панике, не зная, что надеть. [16:48]: Скажи ей, чтобы она пришла в том, в чём она сейчас. Я знаю, что Джису понравилось бы. Хотя вот Дженни говорит, что это может заставить её внезапно воспламениться. Йери громко рассмеялась над последним сообщением. - Над чем ты там смеёшься? - прозвучал голос Лисы рядом с её ухом, когда девушка попыталась заглянуть в экран. - Ничего, просто Чеён отправила мем с котиками, - Йери поспешно сунула телефон в карман. Лиса прищурилась, явно не веря ей, но сменила тему разговора и отступила назад, показывая руками на свой наряд. - Как я выгляжу? Йери оглядела её с ног до головы, с трудом подавляя желание указать, что её наряд, состоящий из топика, который она надела с парой чёрных узких джинсов, был очень похож на все остальные наряды, которые она примеряла в тот день. - Ты отлично выглядишь, - сказала она вместо этого, похлопав по свободному месту на диване рядом с собой. - А теперь иди сюда и сядь, расслабься. Лиса плюхнулась на диван рядом с Йери, уронив голову ей на плечо. - Значит, сегодня ты будешь готовить все блюда? - спросила Йери после минутного молчания. - Да, - тяжело выдохнула Лиса. - Поражу её наповал своими навыками на кухне. Девушкам это нравится. Слова прозвучали дерзко, но она всё ещё слышала нервную дрожь в голосе Лисы, которая выдавала её неуверенность. - Ты действительно выкладываешься по полной. Должно быть, она тебе действительно нравится, - мягко сказала Йери. Две недели назад Лиса усмехнулась бы, закатила глаза, ударила бы Йери в лицо, да ещё и сказала бы ей, чтобы она перестала быть тупицей. Она бы преуменьшила тот факт, что с каждым днём всё больше и больше влюблялась в Джису. Но сейчас она просто прочистила горло, внезапно обнаружив, что ей трудно сформулировать слова. - Да, нравится, - наконец выдавила она. - Когда я заключала эти пари, я думала, что всё получится довольно забавно, и мы просто сходим на свидание. Но теперь... - она вздохнула и провела рукой по волосам. - Теперь я просто хочу доказать ей, что я достаточно хороша для отношений с ней. Дрожь в её голосе заставила Йери обнять её за плечи и притянуть к себе. - Ты определённо достаточно хороша для неё, - сказала она успокаивающе. - И если Джису этого не увидит - то это её самая большая потеря, ведь ты отличный человек, Лиса. Ты добрая, заботливая, забавная, иногда немного дерзкая, но никто не идеален, - её последнее замечание вызвало у Лисы смешок, и она ободряюще обняла её. - Я знаю, что ты волнуешься из-за своих родителей. Она напряглась от слов Йери, но вскоре снова расслабилась в её объятиях, когда Йери продолжила. - Но то, что они сказали, и то, что они думают, ничего не значит. Ты - самый любящий человек, которого я знаю, и любая женщина была бы более чем счастлива иметь тебя в качестве партнёрши, включая Джису. Лиса и Йери изначально съехались из-за довольно большого количества алкоголя и того вечера, когда Манобан пришлось выяснять отношения со своими родителями. Лиса была закрытым человеком, потому только Йери знала, что родители Лисы выгнали её, когда ей было четырнадцать, после того как узнали, что она лесбиянка. Их слова о том, что она неправильная и никогда не найдёт любви, преследовали её с тех пор, и были главной причиной её неспособности остепениться, довольствоваться бесконечным парадом свиданий на одну ночь и интрижек без каких-либо реальных обязательств. Лиса всегда считала, что она никогда не будет достаточно хороша, никогда не сможет любить кого-то так, как этот человек того заслуживает. Эхо от родительских слов звенело в её голове, говоря ей, что "такая, как она" никогда не сможет осчастливить кого-то в отношениях, особенно долгосрочных. До Ким Джису. - Спасибо, - пробормотала Лиса после нескольких минут молчания, когда она успокоилась. Присутствие Йери оказало ей неимоверную поддержку. Йери не ответила, только кивнула и склонилась, чтобы поцеловать Лису в лоб (мы просто будем делать вид, что Йери достаточно высокая, чтобы сделать это, хорошо?). Благодаря тому, что они уже долгое время живут вместе, она знала, что такие успокаивающие действия влияют на Лису положительно, особенно после воспоминаний о родителях. Прошёл час, прежде чем одна из них снова заговорила: всё это время только тихий звук телевизора нарушал тишину. - Мне пора идти, - голос Лисы был тихим, когда она посмотрела на Йери, а её глаза были открыты и уязвимы. - Ты сможешь, - ответила Йери. - Чёрт возьми, я чуть не женилась на тебе на месте, когда ты впервые приготовила для меня еду, и то, лесбиянка я или нет, не играло совершенно никакой роли! - Лиса фыркнула и закатила глаза. - Джису не сможет устоять перед тобой (мы также будем притворяться, что Лиса - феноменальный повар, что, как мы все знаем, ни в малейшей степени не соответствует действительности, ЛОЛ). - Ты права, - самоуверенность Лисы вернулась, когда она поднялась с дивана и подошла к холодильнику, чтобы взять пакет с ингредиентами. - Я заставлю её есть с моей ладони. - Кажется, это немного менее эффективно, чем тарелка, - прокомментировала Йери, громко смеясь, когда Лиса посмотрела на неё. - Иди сейчас же, или ты опоздаешь. Лиса перекинула сумку через плечо, и, кинув Йери воздушный поцелуй, вышла из квартиры, напоследок крикнув: - Не жди меня! Лиса обнаружила, что её нервозность возвращается, когда она добралась до дома Джису, проскользнув позади кого-то, выходящего из здания. Подъём по лестнице был потрачен на то, чтобы мысленно подбодрить себя, чего она не делала со времени своей первой игры в софтбол. «Будь крутой, будь очаровательной, будь милой. Ты сможешь это сделать. Все девушки без ума от тебя», — данная мантра повторялась снова и снова, когда она подходила к двери Джису, что-то напевая. Через пару секунд она уже подошла к двери и даже протянула руку, чтобы постучать. Нацепив на лицо уверенную улыбку, зная, что на её щеках появились ямочки, она знала, что Джису не сможет устоять, когда дверь распахнулась. Её улыбка тут же исчезла, когда она увидела покрасневшие глаза Джису.

***

В типичной манере и в соответствии с её откровенно игривой личностью, Чеён была гораздо более взволнована назначенной встрече Джису с Лисой в эту ночь, чем сама Джису. По крайней мере, так казалось внешне. Чеён итак крайне разговорчивая девушка, но сейчас, казалаось, её язык работал на пределе, и Джису не думала, что с тех пор, как Чеён переехала жить к ним, не было и дня, чтобы она так много говорила. Каждая секунда молчания была возможностью для Чеён излить душу о том, какая информация может быть полезной сегодня для Джису. Это никак не помогало нервам старшей сестры, которые были настолько измотаны и напряжены, что было почти невозможно усидеть на месте. У неё не было ни занятий, ни футбольного матча, поэтому ей пришлось прибегнуть к гимнастике и чтению, чтобы заняться чем-то помимо стресса, снова и снова уговаривая себя мысленно не думать слишком много о том, что может означать эта ночь. Это было не свидание, ведь у Лисы ещё оставались две причины, которые Джису должна была оценить. Ещё две причины. Однако Чеён это никак не волновало. Джису почувствовала облегчение, когда Дженни пришла, чтобы увезти младшую на целый день, но не раньше, чем младшая сделала несколько собственных замечаний, которые привели к тому, что подушку швырнули ей в голову. После ухода Дженни и Чеён, Джису занялась уборкой и без того чистой квартиры, и попыталась почитать книгу, которую Чеён подарила ей на Рождество. Не прошло и часа, как она уже была сыта по горло тошнотворно-сладкой романтической историей, которую Чеён обычно предпочитала в своей художественной литературе, и вернулась к учебникам, надеясь получить фору в чтении на следующую неделю. Эта тактика действовала гораздо эффективнее, успокаивая нервы, позволяя себе погрузиться в теорию следующего эксперимента, отвлекаясь от мыслей о предстоящем прибытии Лисы и делая всё это испытание менее пугающим. Она почти расслабилась. Пока не позвонила мать. Джису любила Сандару и знала, что мать любит её. Но их отношения всегда были напряжёнными, они были невероятно похожи друг на друга, что и мешало им приближаться друг в другу больше, чем на дюйм. Ситуация стала ещё более напряжённой после того, как Чеён переехала жить к ним, когда Джису было четырнадцать. Потому что внезапно Джису больше не была единственным ребенком, внезапно в её жизни появился кто-то, о ком нужно было заботиться, а после этого ей нужно было стать образцом для подражания, и её мать ожидала лучшего от своей дочери. Джису должна была стать эталоном всему. И всё же они смогли прижиться вместе. Теперь уже вчетвером. А потом умер её отец. Странный несчастный случай во время одной из его поездок, который оставил девушек разбитыми. Чеён, которая уже потеряла всё, столкнувшись с потерей ещё одного родителя. Её мать, потерявшая родственную душу. Джису, потерявшая отца. Он всегда был её величайшим защитником (не считая Чеён), и его потеря опустошила Джису, разорвав её мир на части. Не потребовалось много времени, чтобы её отношения с матерью начали разрушаться, горе сделало их более резкими, более осуждающими со стороны Дары, более бунтарскими со стороны Джису. Её отец всегда был их посредником, тем, кто в середине высказывал доводы, заставляя жену и дочь заметить, что они часто спорят, и что это неприемлемо. К тому времени, как Джису уехала в колледж, дела шли лучше. Напряжённо, но лучше. Дара была в восторге от того, что Джису выбрала такую тяжёлую научную специальность, так что её мечта о том, чтобы Джису стала врачом, всё ещё была реальностью. Потом Чеён поступила в университет, два года училась на курсах Джису, и Джису снова оказалась в роли защитницы, образца для подражания и старшей сестры. Это была не та роль, которую она ненавидела в любой степени воображения - Чеён всё же была её самым любимым человеком во всём мире, и Джису сделала бы всё, чтобы заботиться о своей сестре, - но ожидания её матери всегда казались просто недосягаемыми, её планка всегда была чуть выше, чем уровень, на котором находилась Джису. Их крайние споры в основном касались футбола. Дара не думала, что спорт был лучшим использованием свободного времени для Джису, утверждая, что она могла бы потратить все эти дополнительные часы, которые она проводила пиная мяч, чтобы получить дополнительную учебу. - Чеён сказала мне, что ты умудрилась получить травму на прошлой неделе во время игры, - произнесла Дара спустя пять минут их телефонного разговора. Джису выругалась себе под нос, сделав мысленную пометку дать пощёчину Чеён в следующий раз, когда увидит её. - Всё было в порядке, мама, Чеён преувеличила. - Хммм, - Джису могла сказать, что Дара произнесла это поджав губы. - Тебе действительно следует быть осторожнее, Джису. Что ты будешь делать, если действительно повредишь себе что-то, играя в эту глупую игру? Что, если тебе придётся взять перерыв в учебе? Это не поможет тебе поступить в медицинскую школу. Джису закатила глаза, пробормотав что-то в ответ, зная, что слова здесь бесполезны. - Ты должна отнестись к этому серьезно, Джису, - её мать вздохнула тем же раздражённым тоном, который Джису слышала тысячу раз, тем, который всегда заставлял её чувствовать себя неудачницей. - Поступление в медицинскую школу - это не прогулка по парку. Неужели ты думаешь, что мы с твоим отцом добились таких высот играя в какие-то глупые игры? Джису стиснула зубы от этих слов, зная, что её мать не хотела, чтобы слова прозвучали настолько резко, но всё же эта фраза больно кольнула её, шипами врезавшись в сердце. - Я всё понимаю. Я не расслабляюсь ни на минуту, - она сдержалась, зная, что в её голосе появилась оборонительная раздражительность, которая появилась ещё в подростковом возрасте, и которую Джису ненавидела. - Я играю, чтобы развлечься. - Твоя сестра не нуждается в таких развлечениях. Вот оно. Чеён. Чеён, которая училась в колледже на полную стипендию с английского факультета. Чеён, которая не могла сделать ничего плохого в глазах Дары. Чеён, которая была нужна Джису, чтобы убедиться, что она присматривает и защищает, а также делает свою собственную работу. - Я бы сказала, что её подружка - это бо́льшее развлечение, - коротко ответила она. - Я думаю, что отношения Чеён и Дженни не такие уж и плохие. Дженни - умная девочка, помогает Чеён сосредоточиться, - Джису снова закатила глаза, и её движения остановились на полпути, когда до неё дошли следующие слова матери. - Кстати об отношениях. Кажется Чеён упоминала что-то о пари, которое было между тобой и какой-то девушкой? - Ох. Джису представляла себе все способы, которыми она могла бы убить Чеён так, чтобы никто не узнал. В конце концов, она была учёной и могла себе позволить. - Я даже не знала, что ты готова к свиданиям, не говоря уже о том, что кто-то есть на примете, - Дара казалась обиженной, и Джису не могла не чувствовать себя виноватой. - Это очень недостоверная информация. Пока я не давала согласие на что-либо. - Ты могла бы сказать мне, я не должна слышать всё о твоей жизни от Чеён. - Да, Чеён не помешало бы научиться держать язык за зубами, - пробормотала Джису. - Что-что? Не бормотай под нос, милая. - Ничего. Извини, что не сказала тебе, мама, я просто хотела немного времени, чтобы разобраться самой. - У Чеён нет проблем с тем, чтобы рассказывать мне такие вещи. Я не понимаю, почему ты всё так усложняешь, неужели ты думаешь, что я буду против твоих свиданий? - Ну, это же один из "отвлекающих-от-учёбы" факторов, - саркастически проворчала Джису, чувствуя головную боль в висках. - Не будь ребёнком, Джису, - голос матери звучал отрывисто, и Джису поняла, что она начинает раздражаться. - Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, и если эта девушка сделает тебя счастливой, то, конечно, я хочу знать об этом. - Конечно же если только она не помешает моим занятиям, - Джису знала, что должна остановиться, но не могла, в ней будто проснулся подросток. - Почему ты во всём перечишь мне? Я не плохая мать, я лишь хочу, чтобы мой ребёнок был образованным и счастливым, - рассердилась Дара. Джису знала, что она права, но слова уже сказаны, поздно брать их назад. - Мне нужно идти, мама, у меня планы. Я перезвоню потом. - Джису, - тон её матери теперь был мягким, и именно это заставило слёзы застыть в её глазах. Это звучало так, как будто её мать хотела сказать больше, но после минутного молчания она просто вздохнула и произнесла: - Я люблю тебя. - Я тоже тебя люблю, - Джису почувствовала, что её голос хрипит, и поспешно закончила разговор. Бросив телефон на стойку, Джису закрыла лицо руками. Она знала, что её мать не хотела, чтобы она чувствовала себя так, но с каждым их телефонным звонком Джису не могла не чувствовать укол боли, не могла чувствовать себя достаточно хорошо, не могла стремиться к совершенству, ведь, казалось, совершенство было просто невозможно. Она раздумывала, не перезвонить ли ей, не сказать ли, что ей очень жаль, и что она не собирается огрызаться, защищаться, отгораживаться. Но все девушки семьи Ким были ничем иным, как упрямством вперемешку с гордостью. Она не думала, что сможет вынести жалостливый тон матери, говорящий ей, что всё в порядке, что в следующий раз им обеим будет лучше. Джису не знала, как долго она сидела за стойкой, уставившись невидящим взглядом в пространство, пытаясь справиться со своими эмоциями. К действительности её вернул стук в дверь, и, взглянув на часы, она с тревогой увидела, что только что пробило семь. Лиса. Она совершенно забыла, что у неё будут гости. На мгновение она решила проигнорировать стук в дверь. Притвориться, что её нет. После разговоров с матерью, Джису, как правило, уходила в себя, погрязая в собственных чувствах неполноценности, пока не брала себя в руки. Только Чеён разрешалось видеть её в такое время. Но Чеён здесь не было. Была только Лиса. Странно, но Джису не хотела отправлять Лису обратно. Она обнаружила, что уже движется к двери, прежде чем её мозг успел осознать собственные действия. Когда дверь открылась, она увидела знакомую улыбку, ямочки на щеках и озорной взгляд. Улыбка исчезла, как только Лиса увидела выражение лица Джису. - Чу? Что такое, что-то случилось? - беспокойство затопило лицо Лисы, и она сделала полшага вперёд, явно желая утешить Джису, но опасаясь переступить границы. - Я в порядке, - тупо ответила Джису, отступая назад, чтобы пропустить Лису в квартиру. - Не обижайся, Джису, но ты плохо выглядишь, - Лиса положила сумку, которую принесла с собой, на стойку, и повернулась, чтобы посмотреть на Джису, которая села на стул, нервно теребя подол рукава. - Что случилось? - Глупости, - Джису покачала головой. - Я в порядке, правда, ты не должна видеть меня такой. - Она начала думать, что открывать дверь было плохой идеей, и ей следовало просто проигнорировать Лису, свернувшись калачиком на диване с включённым Нетфликсом, пока бы она не заснула. - Эй, - голос Лисы был мягким, и когда Джису подняла голову, она наклонилась над прилавком, - ничто из того, что тебя расстраивает, не глупо, и я хочу быть в состоянии помочь, если смогу, - Джису почувствовала, как её сердце смягчилось от убеждённости в словах Лисы. - Я только что разговаривала по телефону с мамой, - призналась она после минутного колебания. - Вы с ней не ладите? - Лиса посмотрела сочувственно, её голова понимающе кивнула, когда Джису пожала плечами. - Дело не в том, что мы не ладим. У неё просто есть некоторые... Ожидания, - Джису вздохнула и рассеянно провела рукой по волосам. - Я чувствую, что она хочет, чтобы я была идеальной, и я стараюсь, я действительно стараюсь, но этого никогда не бывает достаточно. Я никогда не бываю достаточно хорошей. Лисе хотелось обнять Джису, поцелуями стереть с её лица несчастное выражение, сказать ей, что она совершенна во всех отношениях. Но она сопротивлялась, зная, что это не то, что нужно Джису в этот момент. - Чувство того, что ты не оправдываешь чьи-то ожидания, действительно отстойное, - вместо этого сказала она, а в голове у неё всплыли картинки того, как её вышвырнули из дома. - А чьим ожиданиям ты не соответствуешь? - Джису подняла глаза, сразу же заметив мрачный взгляд, появившийся в глазах Лисы. Но этот взгляд тут же исчез, когда они встретились глазами. - История для другого дня, Джису, - Джису хотела было продолжить разговор, но Лиса заговорила снова, прежде чем она успела. - Что случилось с твоей мамой? При воспоминании об этом разговоре Джису почувствовала, как её лицо вытянулось. - Ей никогда не бывает достаточно. Я усердно работаю над учебой, я настроена на карьерный путь, на котором, по её мнению, я должна быть, я забочусь о Чеён, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. И этого никогда не бывает достаточно. Услышав этот дрожащий тон, Лиса подошла к Джису, обогнув стол, и одна её рука осторожно скользнула по плечу Ким, сжав девушку в объятиях, когда Джису расслабилась от этого с тихим вздохом. - Поверь мне, Джису, я знаю, о чём говорю, когда утверждаю, что ты идеальна. Ты самая лучшая старшая сестра: я никогда не видела двух людей, более преданных друг другу, чем ты и Чеён. По ней видно, что она видит тебя, как героя, и её глаза всегда горят, когда она смотрит на тебя. Ты капитан футбольной команды чемпионата штата, причём лучший капитан в истории университета за последние 15 лет! Так же ты - лучший научный ботаник, - Джису усмехнулась от последнего, не отрывая глаз от столешницы. Отчаянно пытаясь заставить Джису увидеть хотя бы часть того, что она видела в ней, Лиса слегка наклонила голову, заставляя Джису посмотреть ей в глаза. - Ты определенно слишком хороша для такой ничтожной меня, - Джису сглотнула под пристальным взглядом Лисы, под убеждённостью, которая закружилась в её прекрасных карих глазах, но так же... Под нервозностью, которая так же была видна налицо. В этот момент Джису поняла, что Лиса не только утешает её, но и обнажает перед ней часть своей собственной неуверенности, свой взгляд на собственную самооценку, давая ей увидеть ту часть себя, которую Лалиса Манобан никогда не открывала для остального мира. В более интимном жесте, чем обычно, Джису наклонилась вперёд, нежно прижавшись лбом ко лбу Лисы, чувствуя, как удивлённое дыхание омывает её лицо. Какое-то мгновение они сидели неподвижно, наслаждаясь тихим комфортом присутствия друг друга. Первой отошла Джису, обернувшись, чтобы взглянуть на сумку, которую принесла с собой Лиса. - Что там внутри? - А! - Лиса одарила её улыбкой. Быстро сжав бёдра Джису, она отошла и обогнула стойку, оставив Джису смотреть вниз на то место, где только что были руки Лисы, будучи неуверенной, в какой момент они оказались там. - Это была моя причина, но оставим её на этот раз. Вместо этого я приготовлю тебе что-нибудь поесть, и ты расскажешь мне о своей маме, как следует выговоришься обо всём, сбросишь весь груз со своей души, - Лиса внезапно остановилась и посмотрела на Джису. - Только если ты, конечно, хочешь. Если же ты не хочешь говорить - я могу просто уйти. Джису яростно замотала головой в ответ на это предложение. - Я не хочу, чтобы ты уходила. - Хорошо! - просияла Лиса, начиная вытаскивать вещи из сумки с таким энтузиазмом, что с губ Джису сорвался тихий смешок, прежде чем она смогла его остановить. - Ты уже начинаешь? - спросила она минуту спустя, когда Лиса рылась на кухне в поисках ножа. - Третий ящик слева, - добавила она после ещё нескольких секунд поисков. - Да, начинаю, - ответила Лиса, кивнув головой. Ножом она со знанием дела принялась нарезать овощи. - Я в курсе того, что ты ничего не знаешь о кулинарии, как и твоя сестра, которая даже не знала о том, что такое дуршлаг! Как вы двое выживаете, и как сохраняете спортивное тело - выше моего понимания! Итак, мой план состоял в том, чтобы поразить тебя своими навыками на кухне. Наблюдая за тем, как Лиса быстро расправляется с овощами, Джису была поражена: софтболистка обладала весьма впечатляющей ловкостью рук. - Итак, расскажи мне о себе и своей маме, - Лиса оторвала взгляд от морковки и тут же с чувством вины заметила, что выражение лица Джису слегка помрачнело. Лиса уже открыла рот, чтобы извиниться за такую просьбу, но Джису уже начала говорить. Она рассказала Лисе всё: о том, как Чеён переехала жить к ним, о маленькой напуганной девочке, потерявшей всю свою семью, о том, что весь её мир рухнул, о девочке, за которой Джису нужно было присматривать, помогать, пытаться собрать всё - и себя и своё окружение - воедино. Она рассказала ей о смерти отца, о пропасти, которую эта потеря открыла между матерью и дочерью, о том, как Джису чувствовала себя потерянной в течение долгого времени, открываясь только Чеён. Она говорила, смотря на бутылку пива, которую протянула ей Лиса. Держа в руках даже такой объект, как эта бутылка, было легче рассказывать и раскрываться. Она помогала, когда Джису приходилось говорить о напряжённых разговорах, спорах и разочарованиях, испытанные как её матерью, так и ею самой. Джису не могла припомнить, когда в последний раз она так много говорила, открывала так много о себе человеку, которого едва знала. И всё же это совсем другое дело - разговаривать с Лисой. Чеён любила поговорить, позадавать вопросы, попытаться уговорить Джису разобраться в её проблемах. Она была очень тактильной, постоянно прикасалась к Джису, обнимала её, успокаивала своим присутствием так, что Джису всегда чувствовала себя в безопасности. Лиса же в основном молчала, лишь вставляя нужные слова то тут, то там, чтобы подтолкнуть Джису. Она обошла кухню, позволяя Джису задавать темп их разговора, никогда не прикасаясь к ней, и сохраняя заданную дистанцию, когда она ходила вокруг, готовя ингредиенты. Джису знала, что бывают моменты, когда она нуждается в том, чтобы её подтолкнули, нуждалась в причудливом отношении Чеён, чтобы её сестра смогла помочь ей найти ответы, помочь ей увидеть хорошее в любой ситуации. Были также моменты, когда Джису понимала, что теперь у неё есть шанс выплеснуть все свои эмоции. Это было полезно, если то происходило без перерыва и без осуждения. Она не могла не признать, что испытала облегчение, разговаривая с кем-то, кто не знал о её матери, не знал их историю так хорошо, как Чеён, не был в центре всего этого. Как бы не сочувствовала Чеён, были моменты, которые даже она не могла видеть. Джису, привыкшая к тому, что обычно её перебивают каждые пару минут, и не ожидала, что метод выслушивания, которым пользовалась Лиса, будет довольно освобождающим. Спокойствие. Вот что давало ей присутствие Лисы. Так было до тех пор, пока она не дошла до истории о том ночном разговоре, который Джису решила немного подвергнуть цензуре, не желая разглашать часть спора, который она вела с матерью о Лисе. - Мне просто постоянно кажется, что я бегу, чтобы наверстать упущенное, - призналась она, делая большой глоток пива. - Я имею в виду, что мои мама и папа оба гении в своих областях, они писали статьи и получали награды в моём возрасте. Чеён - золотой ребёнок, у неё полная стипендия, отличные оценки, идеальная сосредоточенность, идеальнве отношения, - она пожала плечами, чувствуя, как в животе у неё всё сжимается, когда она вспоминает выражение лица матери во время того, как та говорила о Чеён. - И есть я на заднем плане, которая бежит позади, размахивает руками, и пытается быть лучше. Она не понимала, что плачет, пока слеза не упала с её щеки на руку. Джису быстро вытерла её, надеясь, что Лиса не заметила ничего. - Иди сюда, - тихо прозвучал голос Лисы у её уха, и Джису невольно вздрогнула. Инстинктивно повернувшись, она уткнулась головой в грудь девушки, а руки Лисы обвили её плечи и шею, притягивая к себе, бормоча слова утешения. Лиса не сделала ни малейшего движения, просто позволила Джису заплакать, позволила сдерживаемым эмоциям выплеснуться потоком слёз, которые испачкали рубашку Лисы. Наконец, когда плач Джису превратился почти в всхлипы, Лиса снова заговорила. - Хочешь чего-нибудь поесть? Джису кивнула, позволяя Лисе проводить её из кухни к дивану. Она взяла миску с едой, которую ей сунули в руки, и почувствовала, как Лиса устроилась рядом с ней, внимательно наблюдая, как Джису поднесла вилку ко рту. - О боже, как вкусно, - несмотря на своё настроение, Джису не смогла сдержать стон удовольствия, который сорвался с её губ, когда она попробовала стряпню Лисы. - Это даже лучше, чем печенье. Лиса опустила голову, покраснев. - Это просто жаркое, - пробормотала она, ковыряя вилкой свою собственную порцию еды. - Но я рада, что тебе нравится. Они ели в уютном молчании, не чувствуя необходимости нарушать его светской беседой. Джису чувствовала себя совершенно опустошённой после столь долгого разговора, эмоциональная нагрузка заставляла её чувствовать себя усталой и истощённой. Лиса хотела дать ей пространство, позволить Джису снова заговорить, когда она будет готова. - Это было чудесно, - Джису наконец нарушила молчание после последнего глотка, наклонившись вперёд, чтобы поставить свою миску на кофейный столик. - Спасибо. - Не за что, - ответила Лиса, прежде чем мягко спросить. - Как ты себя чувствуешь? - Хорошо, я думаю, - Джису вздохнула. - Прости, что просто взяла и свалила всё это на тебя, это не то, на что ты подписывалась, когда пожелала прийти сюда, и я не должна была вымещать на тебе все свои проблемы. - Эй, - Лиса быстро поставила свою миску, потянувшись, чтобы взять руку Джису в свои руки. - Тебе не за что просить прощения. Я хочу, чтобы ты чувствовала, что можешь поговорить со мной, и если есть какой-то способ помочь тебе - я надеюсь, что смогу быть полезной. - Ты знаешь... - голос Джису был едва ли более слышим, чем шёпот, её пальцы сжали руку Лисы. - Спасибо. - В любое время, Джису, - тихо ответила Лиса, протягивая руку, чтобы убрать выбившуюся прядь волос за ухо Джису. Интимность этого жеста заставила сердце Джису провалиться в пятки. - Как бы то ни было, я думаю, что ты потрясающая, и твоя мать тоже это знает. Она просто не умеет это показывать, - Джису почувствовала, как слёзы снова защипали ей глаза, и одна скатилась по щеке. Прежде чем слеза успела скатиться к подбородку, большой палец Лисы нежно провёл по коже Джису, вытирая её. Девушки встретились глазами, и Джису увидела, как у Лисы слегка дрогнуло горло, когда она сглотнула, посмотрев на губы девушки. - Я должна идти, - сказала Лиса после минутного напряжённого молчания, прочистив горло. Она встала, рука выскользнула из хватки Джису. - Я отняла у тебя достаточно времени. - Лиса, - Джису потянулась и схватила девушку за руку, заставляя её обернуться, настороженно глядя. - Может останешься? Я не хочу быть одна. Лиса никогда не могла сказать "нет". - Чем займёмся? - Просто... Посидим и посмотрим телевизор? - выражение лица Джису было более уязвимым, чем когда-либо, и она вернулась на диван в мгновение ока, притянув девушку ближе к себе. Джису схватила пульт, ткнула на пару кнопок, включая Netflix, и положила голову на плечо Лисы. Поза сразу же стала удобной, и Джису почувствовала, как её тревога и печаль тают, сменяясь волной спокойствия, с которой она была незнакома. Зная, что если она попытается заглянуть слишком глубоко в это новое странное ощущение, то в конечном итоге у неё будет нервный срыв прямо здесь, на диване (Джису знала, что он всё равно произойдёт), она попыталась отодвинуть его на задний план, выбрав комедию из списка фильмов. Она положила пульт рядом с собой и полностью растворилась, возможно, впервые с тех пор, как она встретила Лису, в тёплое успокаивающее присутствие девушки. На протяжении всего фильма Джису ловила себя на том, что всё глубже погружается в Лису и диван, пока совсем не вытянулась, положив голову на колени Лисы. Пальцы Манобан тут же начали гладить её по волосам, и это движение было настолько успокаивающим, что в скором времени у Джису начали слипаться глаза, и она едва ли понимала, что происходит на экране. - Ты в порядке? - спросила Лиса, наклонившись так близко, что её губы почти коснулись уха Джису. - Да, - ответила Джису, стараясь, чтобы её голос не дрогнул от такой близости. Она была рада, что в этот момент она отвернулась от Лисы, и румянец, который внезапно выступил на её лице, исчез. Когда Лиса прижалась нежным поцелуем к её виску, её лицо и шея были достаточно яркими, что их можно было увидеть с другого конца кампуса. - Извини, - Лиса приняла непрошеную дрожь, пробежавшую по телу Джису при этом движении, за отвращение. - Это зашло слишком далеко. - Нет, - быстро поправила её Джису. - Это зашло совсем недалеко. Совсем недалеко? Странные мысли, возникшие в её голове, совсем не помогали. - Хорошо, - Лиса вернулась в прежнее положение, всё ещё проводя рукой по прядям волос Джису. - Я просто хочу, чтобы ты знала, - немного позже заговорила Лиса, пока Джису боролась со сном. - Что тебе не нужно искать причину для сегодняшнего вечера. Я не поэтому осталась, просто хотела снова увидеть твою улыбку. Я просто хотела, чтобы ты почувствовала себя лучше. Сердце Джису чуть не разорвалось от нежности, и неловкой рукой она вытащила руку Лисы из волос, прижалась губами к костяшкам пальцев, прежде чем обхватить её за талию. - Ты назвала мне не одну причину, - пробормотала она, наконец поддавшись тьме, которая окутала её полностью. Лиса её не слышала. Первое, что заметила Чеён, когда отперла дверь квартиры, был свет в гостиной. Нахмурившись, она поманила Дженни за собой и направилась к источнику света, заметив пустую бутылку из-под пива и кухонные принадлежности на кухне. Джису всегда была очень аккуратной и никогда не оставляла свет включённым, когда ложилась спать. Увидев новую и незнакомую кожаную куртку, перекинутую через спинку одного из их стульев, части головоломки в голове Чеён сложились. - Лиса всё ещё здесь! - радостно зашипела Чеён на Дженни через плечо, не упустив того, как её девушка закатила глаза. Когда Чеён кинула взгляд на диван, она не смогла сдержать слабый визг, который сорвался с её губ, когда она крепко схватила Дженни за руку. Джису лежала на диване, положив голову на колени Лисы. Одна рука Лисы обхватила Джису за талию, другая глубоко зарылась в её волосы. - О. Мой. Бог, - улыбка Чеён была такой широкой, что ей стало больно. - Это самое восхитительное, что я когда-либо видела, - выхватив из кармана телефон, она сделала по меньшей мере пять снимков, прежде чем Дженни успела заговорить. - Не думаю, что Джису одобрила бы все эти фотографии. - Она это переживёт, - прошептала в ответ Чеён. - Кроме того, когда они с Лисой будут встречаться, она захочет сохранить все эти милые фотографии, - кинув последний взгляд на эту парочку, Чеён повела Дженни к выходу из этой комнаты. - Давай приведём себя в порядок и ляжем спать. На следующее утро Джису разбудил солнечный свет, льющийся в окна гостиной прямо ей в лицо. Щурясь от резкого света, она потянулась, отчаянно пытаясь согнуть спину. Она замерла, когда поняла, что рядом с ней находится чьё-то тёплое мягкое тело, чьи-то ноги переплетены с её ногами, и чья-то рука крепко и успокаивающе обнимает её за талию. Разум всё ещё был затуманен, когда Джису отреагировала инстинктивно. Размахивая руками, она вытолкала человека прочь с дивана. - Ой! Какого чёрта, Джису?! Джису снова замерла, узнав возмущённый голос Лисы, и воспоминания о прошлой ночи нахлынули на неё. Лиса приподнялась на колени, одной рукой зажимая глаз в том месте, в которое ударила Джису. - О боже, Лиса! - Джису мгновенно вскочила с дивана, протянув руки, чтобы оценить ущерб. - Ты в порядке? - Я не в первый раз просыпаюсь с девушкой, - ответила Лиса. - Но ещё ни одна из них не была такой бойкой, - она подмигнула, поморщившись от резкой боли, вызванной этим движением. Джису покраснела от этого комментария, её разум всё ещё помнил, как хорошо было ей от того, что Лиса прижималась к ней. - Мне очень жаль, - снова извинилась она. - У тебя наверняка будет синяк. - Похоже, теперь мы подходим друг другу, - пошутила Лиса, указывая на всё ещё исчезающий синяк Джису, нежно касаясь её кончиками пальцев. - Да, похоже на то. - Так, так, так. При звуке голоса Дженни, Лиса и Джису отскочили друг от друга, не понимая, как близко они находились друг к другу. - Доброе утро, Лиса, - продолжила Дженни, ухмыляясь девушке, которая пришла в себя быстрее Джису. Лиса ответила на её взгляд приподнятой бровью. - Хорошо спалось? - Доброе утро, Дженни, - ответила она. - Это был лучший сон за последнее время, - она снова подмигнула Джису, ухмыльнувшись, когда старшая сильно покраснела. - Лиса! - Чеён выскочила из своей комнаты и остановилась рядом с Дженни. - Ты здесь. - Привет, - Лиса перевела взгляд с Дженни на Чеён, у обеих на лицах было одинаково самодовольное выражение. - Теперь мне действительно пора идти. - О, - Джису почувствовала, что ответ вырвался прежде, чем она смогла остановить его, привлекая внимание Лисы, Дженни и Чеён. - Я хочу сказать, что мне действительно очень жаль. Эм... Ну, знаешь, глаз... - Не беспокойся об этом, Джису, - Лиса улыбнулась, снимая куртку со спинки стула. - Ты можешь загладить свою вину передо мной. Сегодня вечером. - Сегодня вечером? - Джису нахмурилась когда Лиса ухмыльнулась. - Да, сегодня вечером в баре. У меня есть для тебя ещё одна причина. Джису проигнорировала возбуждённый писк Чеён позади себя, сосредоточившись вместо этого на Лисе и её красивой улыбке с ямочками. - Я приду. Лиса улыбнулась в ответ, позволив Джису проводить её до двери. - Пока, Дженни, Чеён. - Пока, Лиса, - хором ответили они, и на их лицах снова появились одинаковые улыбки. «Невыносимая парочка», - подумала Джису, закрывая за Лисой дверь, зная, что они вот-вот станут ещё более невыносимыми. Конечно же, в ту же секунду, как дверь со щелчком вернулась на место, Джису почувствовала, как руки Чеён сомкнулись вокруг её запястий в тисках. - Расскажи... Мне ... Всё!